- Верочка, дорогая, это я! - это был Женя

Вера вздохнула и поудобнее уселась на стуле. Разговор предстоял долгий. Но на удивление Женя был краток.

- Я подъеду к тебе, ладно?

- Что-то случилось? - с тревогой спросила она

- Нет, просто соскучился.

Вера положила трубку. Отдохнуть не придется. Она подошла к зеркалу. Лень укладывать прическу, наносить макияж. Вера накинула легкий брюки и рубашку, попышнее взбила волосы и приготовилась ждать. Странно - с тех пор, как она объявила себя невестой Жени, прежняя легкость и простота в их отношениях пропали. Вера допускала, что это ощущение одностороннее - Женя не чувствует никаких изменений.

Женя действительно не ощущал ничего, кроме радости и облегчения. Наконец, он добился своего! Вера принадлежит ему и уже никуда не уйдет. Ему было спокойно. Жизнь входит в стабильное русло. Сегодня ему захотелось побыть с Верой рядом. В прежние времена пришлось бы долго раздумывать, прежде чем позвонить ей и осведомиться, расположена ли дама принять его. А теперь он может не стесняться своих желаний. Он купил огромный букет красных роз, бутылку шампанского и вскоре стоял у квартиры Веры. "Неужели это сбылось?" - думал Сорвин, пока Вера ставила цветы в вазу, доставала хрустальные фужеры, накрывала на стол. Он помогал ей расставлять посуду, наслаждаясь прикосновением к ее рукам, изредка прижимал ее к себе. Сорвин испытывал наслаждение от того, что может прикасаться к Вере, целовать ее, совершенно не подавляя в себе этих желаний. Вера выглядела немного усталой, но Женя приписал это утомлению от вчерашней вечеринки. Спокойная, немного вялая Вера нравилась ему еще больше. Она казалась бледной сказочной принцессой-Несмеяной. Ему захотелось поцеловать ее, сжать в объятиях.

- За что будем пить? - спросила Вера, поднимая фужер

- За любовь, - ответил он, лаская ее взглядом

Он отпил глоток и встал.

- Я не могу ждать до нашей свадьбы. Я мечтал о тебе так долго!

Он поцеловал ее в шею.

- Женя, милый, давай не сейчас, - прошептала Вера

Но он был настойчив. Его губы почти не отрывались от губ Веры.

"Ты не можешь отказать ему. Не имеешь права", подумала про себя Вера, обхватывая жениха за шею.

Вспоглощающая страсть медленно овладевала Сорвиным, он чувствовал, как сила поднималсь в нем все выше. Он прижмал к себе Веру, осыпал ее поцелуями, задыхясь от острого, почти забытого ощущения счастья. Инстинктивно Вера подалась к нему, Женя отбросил всякую осторожность и сжал ее с такой силой, что Вера едва не вскрикнула. Они опустились на диван, Женя медленно обнажал ее тело. В этот момент сознание Веры стало как будто раздваиваться - одна ее часть отвечала на все более настойчивые ласки Жени, другая же бесстрастно наблюдала за происходящим. Вера закрыла глаза, обняла Женю. Он оказался над ней. Одна Вера притянула Женю к себе. Другая Вера безразлично регистрировала "С Олегом было все иначе". Тело Жени было мощным и сильным. Он умело разжигал в ней страсть. А когда все окончилось, Вера настолько глубоко задумалась, анализируя свои чувства к Сорвину, что не слышала вопроса Жени.

- Что? - спохватилась она

Но он только улыбнулся - Ничего.

Женя принес из спальни плед и укутал в него Веру.

- Сладкая моя, - сказал он, целуя ее плечи, - как конфета

Вера вздохнула. "Так будет всегда." Хорошо ли это или плохо, она так и не смогла понять.

- Давай на выходные поедем в дом отдыха, предложил Женя

- Давай, - Вера постаралась поддержать его энтузиазм

Они допили шампанское, поговорили. Женя предавался мечтаниям о том, как они заживут вместе, что будут делать, куда поедут в свадебное путешествие... Вера слушала внимательно, не перебивая. Она поддержала его планы относительно свадьбы и приглашенных. Несколько минут они поспорили о том, что делать с квартирой Веры - сдать или обменять ее жилплощадь и квартиру Жени на другую, большую по размеру. Вера предложила пока не спешить с обменом. Женя настаивал на том, что семья должна иметь большой, уютный дом, где хватит места и хозяевам и гостям. Потом они договорились о дне, когда пойдут подавать заявляение в ЗАГС.

Женя уехал поздно. Вере так и не удалось отдохнуть. Она позвонила тете, спросила о том, как провела день Соня.

- Я уже беспокоюсь, Вера, - озабоченно произнесла тетка, - она еще не вернулась. Хотя звонила с какой-то "тусовки".

Племянница улыбнулась. В устах тети жаргонизмы звучали так забавно.

- Ничего, тетя. Она молодая, потусуется и придет. В конце концов, это была ее цель - найти жениха и выйти замуж. Сидя у тебя под боком его вряд ли найдешь.

Тетя была с ней полностью согласна.

Вера устало потянулась. Завтра начинается карусель. Переговоры, контракты, срочные факсы, деловые ужины и обеды, обсуждение рекламаций и штрафов. Надо взять себя в руки и выспаться. Вера решительно вытащила снотворное. Проглотив круглую пилюлю, она приняла теплый душ и вкоре погрузилась в сон.

В понедельник Вера проспала. Она пришла на работу, когда приехавшие из Германии бизнесмены рассеянно бродили по приемной, а фон Дерзее обреченно разговаривал в углу с одним из них. Вера набрала в легкие побольше воздуха. Предстоит головомойка от шефа. Она обворожительно улыбнулась и произнесла:

- Всем доброе утро.

Разговоры смолкли. Все бросились пожимать ей руку, здороваться, интересоваться, как идут дела. Вера вытащила ключ от переговорной комнаты, заказала горничной кофе и минеральной воды, распечатала график планируемых встреч, перенесла в переговорную папки с документами. Водитель отправился за первой группой клиентов. Через пятнадцать минут в приемной воцарилась блаженная тишина. Пятеро мужчин и дама сидели в переговорной комнате, пили кофе, листали папки, мирно обсуждали вопросы, которые предстояло обсудить. Фон Дерзее облегченно вздохнул.

- Когда они все набросились на меня, я подумал, что начинается конец света. Особенно фрау Краузе, Вы же ее знаете....

Как ни странно, он не произнес ни слова упрека в адрес переводчицы. Вера улыбнулась - характер легендарной фрау Краузе был известен на фирме. Шестидесятилетняя дама субтильного вида и небольшого роста возглавляла один из крупных отделов фирмы. Подчиненные боялись ее как огня. Она была неутомима, обладала феноменальной памятью и была великолепным бизнесменом. Так, как торговалась фрау Краузе, не умел никто. В свободное время, в хорошей компании эта дама превращалась в остроумнейшую заводилу, способную расмешить общество своими выходками до колик.

Появились первые клиенты. Вера и фон Дерзее прошли в переговорную. Началась работа. Как всегда, фрау Краузе цепко вцепилась в клиента. Оправдания, документы жестко отметались. Фрау Краузе шла напролом, как танк. Если ей что-то нужно было получить от клиентов, то пощады не было никому. Переговоры превратились в блистательное шоу - мужчины-бизнесмены только подыгрывали ей. Вера переводила слово в слово - фрау Краузе всегда четко выражала свои мысли. Дама то повышала, то понижала тон, хваталась за голову, кричала, что ее хотят убить, обольстительно улыбалась, обещала золотые горы и, в финале, как обычно, добилась своего. Поверженные в пух и прах клиенты удалились.

- Вечером все идем в ресторан! - приказала мадам, и никто не смел ослушаться.

Вера подавила вздох. После сегодняшнего театрализованного представления, каким были переговоры, хотелось одного - в постель. Фон Дерзее шепнул Вере:

- Держитесь!

Ужин в ресторане гостиницы был продолжением дневного шоу. Вера хохотала до слез. Мадам без конца приставала к официанту, обслуживающему их столик, рассказывала случаи из своей богатой событиями жизни. Ужин длился долго. Пятеро мужчин, сопровождавших ее, прощались один за другим и со счастливым вздохом уходили в свои номера.В двенадцать ночи в холле мадам облобызала Веру и тряхнула руку фон Дерзее. "Неужели домой?", радостно подумала Вера.

- Подождите!, - раздался голос фрау Краузе

Вера стремительно обернулась. Маленькая фигурка дамы казалась особенно одинокой в огромном пустом холле. Фрау Краузе подошла к Вере и прошептала:

- Вера,только один вопрос. Мне захочелось яичницы. Где бы я могла ее получить?

Подавив вздох, Вера и фон Дерзее обратились к портье. Все заведения были закрыты. Единственным местом, где еще подавали еду - ночной клуб. Проплутав по бесконечным коридорам в поисках ночного клуба, фрау Краузе, Вера и фон Дерзее наконец обнаружили его.

- Сто долларов за вход, - объявил администратор, глядя на слегка потрепанную компанию

- Мы не хотим смотреть Ваш стриптиз, - заявила фрау Краузе, бурно жестикулируя, атакуя администратора, - я хочу яичницу!

Она долго и с наслаждением рассказывала о своем внезапном желании съесть это блюдо. Растерявшийся администратор пропустил их бесплатно. Вскоре перед дамой стояла тарелка с вожделенной яичницей. Вера и фон Дерзее сидели напротив и смотрели, как дама утоляет свой голод. Столик был маленький и Вера ощущала тепло локтя фон Дерзее. Это тепло постепенно превращалось в жар, словно от печи. Грохотала музыка, разговаривать было почти что невозможно. Облизнувшись, фрау Краузе вздохнула. Вокруг бурлила танцующая публика.

- Здесь еще и танцуют! - воскликнула они, и, бросилась в самую гущу танцующих, словно ей не было шестидесяти лет, и словно часы не показывали два часа ночи. Вера устало прикрыла глаза. Жесткий ритм музыки отдавался тяжелыми молотками в висках. Внезапно он оборвался. Зазвучала медленная чарующая мелодия. К столу возвращалась фрау Краузе:

- Это я заказала специально для Вас. Идите, танцуйте, - приказала она

Вера встала. Вальтер подал ей руку и они вышли из-за стола. Впервые она прикасалась к нему. Он прижал ее к себе и повел в танце. Нежная мелодия обволакивала, уводила, дарила сладостные мечты... Вера расслабилась. Ей хотелось, чтобы этот танец длился вечно. Объятия рук фон Дерзее дарили безопасность и покой. А может, это просто бессоная ночь лишила ее обычной сдержанности и заставила потерять самоконтроль?

Соня исправно ездила к Жене через день делать такие нелюбимые им инъекции. Каждый раз, спасаясь от смущения, Сорвин расспрашивал родственницу Веры о самых различных вещах, и Соня охотно отвечала на его расспросы, смеялась его шуткам. Однажды она провела рукой по полированной поверхности письменного стола и заохала:

- Боже ж ты мой, как же у Вас пыльно! Страшне! Где Вы храните пылесос и тряпки?

- Соня, не надо. Ко мне домработница ходит, она все убирет.

- Тю! - фыркнула Соня, - никакая домработница хорошо чужую квартиру убирать не станет. Показывайте мне все.

Женя вздохнул. Он не мог противостоять задору Сони. Она выгнала его на кухню, а сама осталась расправляться с пылью и грязью в комнатах. Спустя полчаса Соня взялась за кухню. "Да, чем славятся хохлушки, так это своей любовью к чистоте", задумчиво подумал Женя, глядя, как Соня на манер заправского матроса драит пол на кухне, "пожалуй стоит попросить Льва найти новую домработницу". Сорвин не мог и помыслить, чтобы новая хозяйка - Вера управлялась с грязной работой сама . Когда замолк пылесос и тряпки аккуратно были развешаны на батерии цетрального отопления, Женя не узнал своей квартиры - все сверкало чистотой. Соня передвинула некоторые вещи, так, что уже примелькавшиеся безделушки стали выглядеть по-новому, узор на ковре оказался не трехцветным, а заиграл яркими пятью цветами.

. - Да Вы просто непревзойденная хозяйка! - воскликнул Женя, когда уборка завершилась.

Соня отмахнулась. Она деловито просмотрела содержимое холодильника.

- Что же Вы едите? - с жалостью спросила она, - здесь же сплошные упаковки! Ничего живого нет!

- Мне привозят много хорошей еды, - испугался Женя, - готовить ничего не надо!

- Ладно, -смилостивилась Соня, - послезавтра приеду, сварю Вам суп. Надо поесть что-нибудь горячее жидкое.

Женя перевел дыхание. Опасность нового домашнего аврала миновала. Соня распрощалась с ним и уехала. Он уселся в рабочее кресло, открыл папку с документами, и насущные проблемы завода отвлекли его от приятных романтических мыслей. Женя сосредоточенно читал, делал пометки в блокноте, хмурился. Решительно набрал телефон приемной:

- Соедините меня с плановым отделом, срочно!

Он забыл и о Соне, и о Вере. Осталось лишь дело, которое он знал лучше всего.

Вечером в квартиры Веры раздалась трель международного звонка

- Верка, где ты пропадаешь?- раздался родной, милый голос подруги

Вера сжала трубку - Леночка, Господи, какая же ты умница,что позвонила!

- Рассказывай, как дела? Как Олег?

- Никак, - глухо ответила Вера

- Что?!

- Он ушел к Клинковой.

- Как?!

- Очень просто. Ты же знаешь, что у нее родится его дочь. А потом он все-таки взял Катю из детского дома. Светлана согласилась удоерить ее.

- Светлана?! Не смеши меня. Какая из нее мать! Верочка, ты очень переживаешь? - участливо спросила Лена

- Нет, неестественно бодро ответила Ваера, - переживать мне некогда, я выхожу замуж за Женю

- Да... - радости при этом извести Лена не выразила

- Как вы там? Как Славик, чем ты занимаешься?

- Славик крутится, как белка в колесе, штат корреспондентов сократили, а материалы требуют в прежнем объеме. Я изучаю Америку, езжу на экскурсии, знакомлюсь с местными достопримечательностями. У нас все хорошо. Скучаю очень по Москве, по тебе. Вера, как мне жаль, что ничего не сложилось с Олегом! Я так надеялась, что ты будешь счастлива! А как на работе? Как шеф?

- Здесь у меня полный порядок. Меня реабилитировали. Я работаю одна, Смирнова вышла замуж за немца и уехала в Германию. Перед отъездом она призналась, что плела против меня интриги. С шефом отношения мирные, дружеские. В субботу он уезжает в отпуск, так на следующей неделе я буду предоставлена сама себе.

- С какой стати в отпуск?

- Лена, ты же помнишь - по немецким законам отпуск нужно отгулять весь, иначе на следующий год оставшиеся отпускные дни автоматически аннулируются.