Вера вышла из дома Олега. В голове шумело и кружило, как после сильной дозы алкоголя. Дождь не прекратился, напротив: с каждой минутой он усиливался. Пальто Веры намокло и отяжелело. Капли заливали лицо, слепили глаза, смешиваясь со слезами. Забыв о наложенном когда-то макияже, она словно "дворники" с лобового стекла автомобиля, ладонью стирала влагу с лица. "Все напрасно", без конца твердила себе Вера, "все абсолютно напрасно". Обдав ее тучей брызг из огромной лужи, рядом остановился джип. Дверца открылась и кто-то крикнул из черной глубины машины:

- Давай, садись! Я не могу стоять посерди дороги!

Вера недоуменно оглянулась. Кричащий обращался именно к ней. Скользя каблуками по круглой трубе, служащей подножкой, Вера с трудом втащила себя в машину и плюхнулась на сидение. Джип моментально сорвался с места.

- Что же Вы, девушка, под таким ливнем прогуляться решили? - в салоне совершенно не слышалось посторонних звуков кроме мягкого голоса водителя. - Вот, возьмите, - и ей протянули коробку бумажных салфеток.

- Вам куда?

Вера назвала адрес. Она промокнула лицо, тщательно вытерла руки и сумку, которые выпачкала о борт машины. Только тогда она взглянула на своего спасителя и обомлела. В милицейских сводках подобные люди именуются "лицами кавказкой национальности". Вера была в панике:

- Вам, наверное, далеко ехать, может, я сойду у метро? - дипломатично поинтересовалась она.

"Лицо кавказкой национальности" рассмеялось. Смех был приятный и совсем не зловещий. Да и внешность у водителя была нестрашной - мужчина был немного грузноват, лет пятидесяти с характерным чеканным профилем.

-Слушайте, Вы меня боитесь, да? - только теперь Вера различила едва уловимый, мягкий акцент в его речи .

- Нет, пожалуй, меня сегодня уже не испугаешь - к ней разом вернулись все переживания.

- Такая симпатичная девушка, а боится. Котэ - меня так зовут - еще никого в жизни не обидил. Вы мне верите?

Вера неуверенно кивнула головой.

- А как Вас зовут?

- Вера, - уныло сообщила она.

- Красивое имя, - похвалил Котэ, - многое значит. Веру, верность - а это главное, что может быть у людей.

- Но не у всех, - саркастически заметила Вера.

- У Вас неприятности, да?

- Да, - ей почему-то захотелось быть откровенной с этим уже совсем нестрашным человеком.

- Любовь?

- Скорее полное разочарование в ней.

- Не надо отчаиваться! Как говорят, все, что ни делается - к лучшему!

- Со стороны всегда легко давать советы

- Вера, Вы неправы, - его грузная фигура даже заколыхалась от возмущения. Вы слышали, что самые темные часы перед рассветом.

Вера протяжно вздохнула.

- Главное - не замыкаться на своем несчастии. Оглянитесь вокруг - сколько людей, которые нуждаются в помощи! Когда думаешь о других, забывается свое горе. Это проверено на собственном опыте. Вы считаете себя сильной женщиной?

- Совсем наоборот.

- Напрасно.- он помолчал и повторил - напрасно.

- Почему? Женщина должна быть слабой

- Не знаю. Я считаю, что быть сильным - необходимо. Таким людям живется легче.

Вера задумалась. Рана, которую ей нанесли сегодня, все еще кровоточила. Но боль не казалась такой нестерпимой. Наверное, Котэ прав - надо думать о других, не замыкаться в себе. Надо становиться сильной.

- Кажется, мы приехали, - мягкий голос оборвал ее размышления.

Вера открыла сумку и стала искать кошелек:

- Сколько я Вам должна?

- Не обижайте меня. Нисколько. Скажите только, Вам легче?

Вера прислушалась к себе. Определенно, ей стало легче.

- Да, спасибо Вам огромное, Котэ.

- Не за что.

- До свидания!

- До свидания, дорогая, будь здорова, - приветливо отзвался ее неожиданный спутник.

Вера поднялась в свою квартиру. Первое саднящее чувство тоски и обиды прошло. Остались только горечь и недоумение. Котэ - неожиданный ночной спутник помог ей. Вера решила внять его совету и несмотря на поздний час позвонила тете. Ей хотелось сказать тетке что-нибудь теплое, рассказать, как она любит ее. Но едва тетя Надя услышала голос Веры, она тотчас же разохалась:

- Я тебя обыскалась! Ты где бродишь?

В тоне тети Нади было нечто такое, от чего у Веры душа ушла в пятки.

- Кто-то сильно избил Женю у подъезда собственного дома. Он в больнице.

Вера закусила губу - "Вот она, запоздалая месть"Кинжала"! Женя, бедный, милый Женя. И он попал в эту переделку!"

- Я сейчас же еду к нему, - быстро проговорила Вера

- Не спеши, - ворчливо остановила ее тетка, - я уже там была. Сейчас уже никого не пускают. Завтра навестишь. Общая терапия, палата двадцать пять.

Записав отделение и номер палаты, Вера положила трубку. Она в волнении прошлась по кухне. Женя - вот кто нуждается в ее помощи! Котэ был прав - известие о несчастном случае с Женей отодвинули все ее переживания по поводу расставания с Олегом далеко назад. Кроме того, она виновата перед Женей - ведь он пострадал из-за Веры! Потом ее мысли вернулись к последнему разговору с Олегом. Острая боль, словно длинная тонкая игла, наскозь пронзила ее грудь. Вера присела на край стула. "Он сказал, что ему нужен вечный бой, что он воин", вспоминалось ей. Да, Олег нуждался в борьбе и победе. Насколько Вера поняла, все его детство занимала негласная борьба с отчимом за мать. Вера усмехнулась - "Эдипов комплекс"! Олегу необходимо драться с другим на поле любви. Им двигает не интерес к самой женщине, а потребность победить. Если он побеждает, и женщина достается ему, страсть внезапно исчезает.

"Ну, теперь когда ты расправилась с ним прямо по Фрейду, легче стало? Легче? " - ехидно поинтересовался внутренний голос. Вера прислушалась к себе. Нет, легче не стало. Душа была полна горечи и яда. Осталось одно испытанное средство не чувствовать этого. Вера вытряхнула на ладонь две таблетки снотворного и погрузилась в тяжелый, тревожный сон.

Маленький цветной японский зонтик, забытый Верой на полу в прихожей, первой обнаружила рано утром Катя. Она принесла его Олегу и строго спросила:

- Это твое?

- Мое, давай сюда, - через силу улыбнулся девочке Олег.- А где тетя Света?

- Спит

- А Альма?

- Пойду посмотрю, - солидно ответила Катя и вышла из комнаты

Олег посмотрел ей вслед, улыбнулся. Взял в руки маленький зонтик, повертел его в руках. От него едва ощутимо веяло духами Веры - "Палома Пикассо". Светлана предпочитает другие духи - "опиум", "Пуазон" - душные и пряные, как она сама. Олег спрятал зонтик в ящик стола. Он провел сегодня бессонную ночь. Жребий брошен, Рубикон перейден. Он остается со Светланой и Катей. А вскоре появится маленькая Надежда. Была в его жизни Вера, будет Надежда. Была ли любовь? Он хмыкнул. Неожиданная игра слов развеселила его. "Поживем-увидим", сказал он вслух сам себе.

Все последующие дни Вера исправно навещала Женю в больнице. Когда она в первый раз увидела забинтованное лицо и руки друга, слезы комом встали в горле. Она бросилась к нему и разрыдалась. В этих слезах вылилось ее разочарование, обида, чувство вины и жалость к себе. Женя гладил ее по голове забинтованной рукой и бормотал:

- Вера, ну что ты меня оплакиваешь? Я же живой!

А потом добавил с усмешкой:

- Жанна Д'Арк.

Вера подняла заплаканное лицо и всхлипнула:

- Прости меня, пожалуйста. Как это случилось?

- Обычно. Остановили у подъезда, попросили закурить, я сказал, что не курю. Дальше уже не помню, кажется, чем-то сильно дали по башке, до сих пор звенит.

Он пошевелился.

- Интересно, кто следующий в списке жертв твоей соперницы? Дело-то уже судом попахивает.

Вера оттерла глаза.

- Соперницы больше нет.

- Вот это да! Ты нашла на нее управу?

- Скорее она на меня. Олег ушел к ней насовсем. Она меня переиграла.

Женя молча слушал рассказ Веры.

- Чем я могу помочь?- c участием спросил он.

Вера посмотрела на него. Вот таким Женя был всегда - сам лежит в бинтах, еле шевелит руками, а все-же предлагает помощь!

"Я наверное эгоистка", думала Вера, возвращаясь из больницы, "потому что, окажись я в сходной ситуации, я бы стонали и хныкала. А Женька - он сильный, мужественный, честный. Ему можно верить, на него можно положиться. Это - тот человек, который мне нужен"

Сорвин на удивление быстро поправлялся. К выходным большая часть бинтов была снята, и ему разрешили прогуливаться в больничном парке. В субботу, во время подобной прогулки, когда они брели по пустынной, замерзшей аллее, Вера решилась:

- Если ты еще не передумал Женя, возьми меня замуж.

Женя остановился. Почему-то он не выразил восторга и желания схватить Веру в объятия. Он угрюмо следил за стаей черных ворон, круживших над голыми кронами вековых лип. Вера со страхом посмотрела на него:

- Ты передумал? Ей живо вспомнился вечер, когда он стремительно убежал, отвергнув ее предложение остаться.

Женя повернулся к ней.

- Вера, не стоит играть на моих чувствах. Если ты вздумала использовать меня в качестве некого "клина", которым выбивают клин, в данном случае твою любовную тоску, то ты выбрала неправильный объект. Я не хочу быть "промежуточным вариантом", не хочу быть использованным. Я -живой человек.

- Женя, я совсем не хотела тебя обидеть. Я действительно хочу выйти за тебя замуж. Помнишь, мы когда-то договаривались?

Женя все еще не мог поверить в случившееся, он только кивнул головой.

- Я должен все обдумать.

- Хорошо, это твое право. Но не думай слишком долго!

- А что, ты за это время сумеешь влюбиться еще в кого-то?

- Нет, я просто изведусь от тоски.

- Ладно, - свободной от бинтов рукой Женя привлек Веру к себе. "Капризная, упрямая", тихонько запел он.

Домой Вера вернулась в расчудесном настроении. Подумав немного, она вновь накинула пальто и вышла из дома. Чувства, переполнявшие ее, требовалось выплеснуть. Вере хотелось поделиться ими с родным человеком. Этим человеком была тетя Надя.

Она совсем не удивилась, встречая племянницу на пороге.

-Я только что говорила с твоими родителями.

- Как у них дела? - Вера ощутила жуткий стыд. Она совсем забыла о отце и маме, за целый месяц ни разу не позвонила. Олег словно околдовал ее, ослепил и оглушил, заставил жить в ином измерении.

Тетя неторопливо расставляла чашки на столе.

- У них все нормально. Неприятности у наших родственников - Толи и Гали.

"Час от часу не легче!", - вздрогнула Вера

- Господи, что с ними случилось?

- Не с ними, а с Соней.

Вера прерывисто вздохнула. Это была действительно неприятность.

Живущие в Бердянске родственники приходились родителям Веры, как говорится, седьмой водой на киселе. Но эти простые люди всегда принимали семью Листопадовых как самых близких и самых желанных людей. Толя и Галя Елисеенко были ровестниками родителей Веры, а их дочь Софья или как ее называли в семье Соня - старше Веры на два года. Отношения с семьей Елисеенко складывались так, как иногда не складывается у самых близких родных. Единственное, что омрачало всегда оптимистичное настроение Елисеенко - Соня. Бердянск - городок маленький, все у всех на виду. Беда, случившаяся с Соней стала предметом неизменного обсуждения жителей города, знавших семью Елисеенко.

В детстве Соня была прилежной и спокойной деочкой. В школе она училась ровно - на твердое "четыре". Кроме того, восемь лет подряд она занималась в городском клубе бальными танцами. Благодаря этому она всегда выглядела подтянуто и стройно, имела гибкую фигуру и красивую походку. После школы Соня поступила в местное медицинское училище, после училища стала работать в городской больнице. Соня не страдала отсутствием поклонников - наоборот, их было слишком много. Их привлекала хрупкость и нежность Софьи Елисеенко. Некоторые ухаживали за ней серьезно, имея вполне благородные намерения. Сделать выбор Соне мешало одно - Соня была слишком романтична. Местные "парубки" казались грубыми, примитивными. Время шло, все подруги Сони вышли замуж, завели детей, а Соня все еще медлила. Знакомые и соседи семьи Елисеенко недоуменно пожимали плечами и судачили: "Выкаблучивается, девка! Скоро совсем одна останется!" Общественное мнение медленно, но верно оказывало давление на Толю и Галю, которые в свою очередь упрекали дочь в излишней придирчивости. Поддавшись этому давлению, Соня, наконец, вышла замуж. Все были рады. Свадьба длилась три дня. Потом началась семейная жизнь. Мужем Сони был тихий и спокойный молодой человек по имени Игорь. Помыкавшись и поменяв с десяток различных занятий, Игорь пристроился работать в один из баров, которые открыла молодая экономическая поросль. Он хорошо зарабатывал, но к сожалению, эти деньги не видела ни Соня, ни ее родители. Все, что получал Игорь, оседало в сейфах местного казино. Соня вышла замуж за игрока.

"Лучше бы он пил!", плакалась родителям Соня. Толя пытался поговорить с зятем по-мужски. Тот обещал исправиться. Слезы жены заставляли его каяться и давать клятвы никогда больше не подходить к казино. Но пагубная страсть Игоря была неистребима. Он стал проигрывать не только свои деньги. На кон были поставлены квартира и вся ее обстановка. В результате квартира Елисеенко приняла бездомную дочь с зятем. Наконец, терпение семьи лопнуло. Соня подала на развод и освободилась от тяжких оков семейно жизни. Но экс-муж почти каждый день навещал Соню и просил одолжить ему денег. Жизнь Сони превратилась в ад. Созвали семейный совет, на который в качестве почетных гостей пригласили родителей Веры. Они и подсказали простой выход. Соня должна уехать в Москву. На том и порешили.

- И когда она приезжает? - озабоченно осведомилась Вера

- В понедельник. Я поеду ее встречать. Жить она будет у меня.