- Олег, это ты? - неуверенно спросила она, - Вера не знала, радоваться ей или злиться.

- Извини, что заставил тебя волноваться. Я был безумно занят.

- А я уже было.. - Вера закусила губу. Нет, не станет она признаваться, что второй раз бродит вокруг его дома, раздираемая болью и противоречиями.

- Пригласишь в дом? - голос Олега звучал иронично.

- Заходи, если хочешь, - бесцветно ответила она.

Этот безжизненный тон поразил его.

Она долго открывала дверь, путаясь в новых ключах. Олег нетерпеливо дышал ей в затылок. Как только они вошли в квартиру,он молча схватил ее за плечи и с силой впился в ее губы болезненным поцелуем. Она тут же отозвалась на его грубю ласку. Губы ее раскрылись, дыхание стало прерывистым. Она так стосковалась по нему. Олег без устали покрывал поцелуями ее лицо, шею. Они поспешно освободились от верхней одежды, не размыкая объятий прошли в спальню. Олег возобновил свои поцелуи, распаляя ее чувства до предела. Умопомрачительно едленно он снимал с нее одежду, пробуя на вкус каждый открывающийся участок тела. Вера забыла о своих страхах, о существовании "Кинжала", о том, как она блуждала в потемках в поисках дома Олега. Она словно бы перенеслась в другое измерение - где нет ни злости, ни зависти, ни ревности. Там царствует только любовь во всех ее проявлениях. Олег умело играл ее телом,то доводя ее до самой вершины наслаждения, то заставляя его медленно плавиться в огне любовного желания. Когда Вера немного остывала, он возобновлял сладкую пытку и вновь доводил ее до помешательства. Спустя два часа истерзанная, но счастливая Вера наконец заснула.

В субботу рано утром в ее квартире раздался звонок. Незнакомый мужской голос попросил срочно пригласить к телефону Волкова Олега. Вера взглянула на часы - восемь утра.

- Он еще спит, я не хочу его будить, - уговаривала она незнакомца.

Но человек на другом конце провода был нетерпелив:

- У меня очень важное дело. Это касается бизнеса Олега.

Вера вошла в спальню. Олег спал, широко раскинув руки. Обычная морщинка между бровей, придававшая ему всегда обеспокоенный вид, разгладилась, и лицо его было спокойным и безмятежным. Вера с сожалением потрясла его за плечо. Олег мгновенно открыл глаза.

- Тебя к телефону, - с грустной улыбкой объяснила Вера

Он пружинисто соскочил с кровати и подошел к телефону.

- Странно, - Олег с удивлением обратился к Вере.- но там гудки.

- Может, разъединили?

- Да. Подождем.

Но ни через пять, ни через десять минут звонок не повторялся.

Олег озадаченно посмотрел на Веру:

- Вспомни, как проходил разговор

Вера напрягла память:

- Он сказал, что ему срочно нужен Волков, потому что у него срочное дело, а дома у тебя включен автоответчик. Я ответила, что ты спишь. Он стал настаивать, мотивируя тем, что дело касается твоего бизнеса. Все. Я пошла тебя будить, а дальше ты знаешь.

Олег хмурил брови.

- Ничего не понимаю.

- Может, розыгрыш? - робко предложила свою версию Вера.

- Не знаю. Но это - очень странный звонок.

- У тебя какие-то проблемы с работой?

Он неопределенно пожал плечами.

- Кто его знает. В любом случае надо бы проверить.

Он стал быстро собираться. Вера с тревогой следила за ним.

- Олег, это очень опасно?

- О чем ты говоришь? Что в моем бизнесе может быть опасного? Но проверить никогда не мешает.

Он замешкался и искоса посмотрел на нее.

- Вера, я может быть сегодня задержусь... Поверь, я очень хотел провести эти выходные с тобой вместе...

Вера с силой сцепила руки.

- Не волнуйся за меня. Главное - чтобы у тебя все было в порядке.

В это время звонивший незнакомец набирал другие семь цифр мобильного телефона. Когда на другом конце отозвались, он произнес всего пару слов:

- Он у нее дома, - и дал отбой.

Неожиданный звонок, поспешный уход Олега выбили Веру из колеи. Она так надеялась на неспешное субботнее утро, радовалась восстановлению отношений с Олегом, планировала, как лучше провести выходные. Чья-то злая воля вновь разрушает ее планы.

Если не удастся побыть с ним, значит, надо придумать срочно что-то другое. Вера собралась и через полчаса была у дверей тети Нади:

- Привет, чаем напоишь?

- Конечно, проходи, - в глазах тети Нади промелькнуло удивление.

Вера села на покрытую подушками деревянную лавку и с удовольствием огляделась. Она любила эту уютную, чистую, почти стерильную, кухню. Ей нравились плетеные корзинки с засушенной мятой и душицей, подвешенные на деревянных перекладинах, ее радовал пышный рост и цветение комнатных растений в необъятных горшках на подоконниках. Тетя поставила перед ней чашку с чаем глубокого янтарного оттенка.

- Вера, у меня к тебе серьезный разговор.

Племянница вопросительно взглянула не тетку.

- Речь пойдет о Жене.

Вера с шумом выдохнула воздух.

- Тетя, давай о Жене вообще не говорить.

- Вера, это серьезнее, чем ты думаешь! - внезапно прикрикнула тетка и даже прихлопнула по столу ладонью.

Вера притихла.

- Что-то случилось? - неуверенно спросила она.

- Слушай меня внимательно. Ты знакома с Женей уже три года. Это приличный срок для того, чтобы узнать друг друга. Я знаю, да ты и сама мне говорила, что Женя несколько раз делал тебе предложение. Ты отказывала.

Вера сделала недовольное лицо.

- Но мужчина - не машина, которую запер в гараж и она там стоит, дожидается своего часа. Он может уйти, а ты останешься ни с чем.

Теперь настал черед Веры повысить голос:

- Тетя, не кажется ли тебе, что это мое личное дело? Почему я не могу решить сама? Если на то пошло, то у меня есть мужчина, которого я люблю, которого я выбрала сама и за которого выйду замуж.

В знак доказательства Вера сняла с пальца кольцо и предъявила его тете.

Некоторое время тетя молча изучала золотой ободок.

- Ну что же, - тетя, казалось, успокоилась, - значит то, что я скажу тебе, не будет для тебя чувствительно. У Жени появилась женщина.

- Тетя, - Вера в изумлении уставилась на тетку, - ты просто миссис Марпл!

- При чем тут это! Женя мне сам все рассказал., - отмахнулась тетка.

В прошлую субботу, если ты помнишь, он был у меня. Потом пришла ты. До твоего прихода у нас состоялся очень важный разговор. Женя был расстроен. Он - не мальчик, ему уже не тридцать и не сорок лет. Мужчине нужна семья. Неустроенный быт ломает даже закоренелых холостяков, а Евгений привык к тому, чтобы за ним был уход.

Вера звонко рассмеялась.

- Тетя, у него есть Лев - великолепный начальник отдела снабжения. Этот человек - настоящая находка. Мне кажется, что он может достать не только Луну с неба, но и пару астероидов из пояса Сатурна.Он ухаживает за Женей лучше всякой няньки! Кстати, если бы не Лев, то не видать мне ни спекатклей, ни концертов, ни прочих приятных вещей. Жене стоит только сказать "А", как Лев договаривает за него весь алфавит и приносит желаемое на серебряном подносе.

- Я этого не знала, - задумчиво произнесла тетя. - мне всегда казалось, что Женя всем занимается сам.

- Да он просто физически не успевает! Он думает о заводе, о зарплате для рабочих, о сырье! Как ты не понимаешь, Жене нужны внешние атрибуты наличия семьи, а не отношения. Он сам мне признался, что, если бы Лариса не заявила о разводе, то их семейная жизнь продолжалась до сих пор!

- Вера, ты все же неправа! Женя очень хорошо относится к тебе.

- Я знаю. Но я уверена в том, что Сорвин через силу сопровождает меня на все светские мероприятия. Да и выходим мы вместе раз-два в месяц. Небольшая жертва, можно потерпеть. Выйди я за него замуж - мы бы годами не выбирались из квартиры. Ему нужна хорошая, сытная еда, удобная постель, чтобы высыпаться, пара газет. Все остальное время он посвящает работе. Но даже в ней он не видит смысла!

Вера вскочила и подошла к подоконнику. Ощипывая желтеющие листочки с цветов, он продолжала:

- Он работает не для карьеры, не для денег и не для славы. Лариса развелась с ним как раз из-за того, что в Жене абсолютно отсутствуют какие-либо амбиции. У него была масса возможностей сделать отличную карьеру, но он лениво отмахивался. И между прочим, я Ларису понимаю.

Тетя схватилась за голову:

- Вера, опомнись, что ты несешь! Откуда ты все это знаешь! Женя - порядочный, верный человек. Он очень добрый.

- Именно! Только не добрый, а мягкий. Мне иногда любопытно, как он может руководить огромным коллективом, отдавать распоряжения, спрашивать отчет... Я думаю, что все это происходит на неком панибратском, дружественном уровне и половина завода зовет его на "ты". Понимаешь, Женя никакой. В нем нет жизненного стержня, цели, смысла, ради чего он живет. Единственное, что в нем есть - так это голос.

- У тебя плохое настроение и ты наговариваешь на замечательного человека, - жестко проговорила тетя Надя, - поверь мне, я порядочно пожила на свете. Тридцать лет - не двадцать и не двадцать пять. Человек - парное существо. Эмансипация хороша там, на Западе, а у нас другая жизнь. Женя - прекрасная партия. А ты упрямишься, и от этого оскорбляешь его.

- Может быть. Может быть я несправедлива, тетя. Но Женя никогда не станет моим мужем.

- Послушай меня. Как я уже сказала, у Жени есть женщина. Она пока замужем, у нее двое взрослых детей. Дочь с зятем и внучка живут с ней, а сын с женой в Самаре.

- Тогда что ей еще нужно?

- Она полюбила Женю.

- Ну и пусть любит на здоровье!

- А если она захочет выйти за него замуж.

- Ради Бога!

- Вера!!! - рассердилась тетка, - я говорю с тобой серьезно! Если эта дама будет действовать, ты потеряешь Женю!

- И я серьезно! Я собираюсь замуж за другого человека, - почти по слогам произнесла Вера и добавила устало, - давай поговорим о чем-нибудь другом.

Но какие темы они не затрагивали, разговор неизменно возвращался в прежнее русло, а именно - отношения Жени и Веры. Уставшая от бесплодной беседы, Вера встала.

- Пожалуй, схожу на концерт в консерваторию. Еще успею.

- Одна? - тетка изумилась так, словно Вера собиралась в межгалактическое путешествие.

- Представь себе, одна. Без Жени, - съязвила Вера напоследок.

Она вышла на улицу и с наслаждением вдохнула холодный воздух. Разговор с упрямой теткой измотал ее. Вера неторопливо шла по улице, стараясь отвлечься. Но это ей не удавалось. Почему она так отреагировала на заявление тетки? Вера покопалась внутри себя. "Пожалуй, я не могу забыть ему того вечера. Во мне говорит задетое самолюбие. А может, я все-таки неравнодушна к нему? Бред какой-то..."

Олег носился по городу, навещая деловых партнеров, вызванивая друзей. К середине дня у него стало складываться впечатление, что утренний телефонный звонок явился действительно розыгрышем. Но кому нужно было разыгрывать его? Оставался еще один вариант - этот звонок имел к нему только косвенное отношение. Покрутившись по городу, Олег собрался вернуться к Вере. Свернув на небольшую улочку, он сообразил, что всего в паре кварталов живет Светлана. Неплохо было бы навестить и ее, заодно сообщить о выбранном имени для дочки. "Так и будет", определил для себя Олег, "сначала к Светлане, узнаю, нужна ли помощь, а потом поеду к Вере"

Светлана очень страдала, об этом свидетельствовало ее бледное измученное лицо, большие синяки под глазам и распухшие пальцы. Увидев ее, Олег испугался.

-Светка, что с тобой?

Она лениво отмахнулась рукой:

- Токсикоз. Ходить не могу, сидеть не могу, есть не могу. Лежу целыми днями, пялюсь в потолок. Скорее бы все кончилось.

И она легла на кровать, прямо поверх белоснежного покрывала.Олег читал что-то о сложностях в переод беременности у женщин, но впервые он столкнулся с этим явлением лично. Как все мужчины, он тотчас же потерял голову и неловко заметался по квартире.

- Может, тебе купить какие-нибудь продукты? Что ты хочешь?

У него забрезжило смутное воспоминание о том, что у беременных бывают странные гастрономические пристрастия.

Светлана, лежавшая на кровати, лениво приоткрыла один глаз.

- Ммм... Неплохо бы клубники и салаки.

У Олега волосы встали дыбом.

- И это ты будешь есть вместе?!

- А что? По-моему будет вкусно.

Олег выскочил из квартиры. Он не заметил, как изогнулись в усмешки тонкие губы Светланы.

В вестибюле консерватории шла бойкая торговля билетами с рук. На кассе висело объявление "Билеты на дневной концерт в Большой зал проданы." Вера взглянула на афшу - "Реквием" Моцарта в исполнении капеллы под управлением Алмазова. Она, не колеблясь, купила за баснословную сумму билет, сдала в гардеробе пальто, поднялась по лестнице, чувствуя, как ее захватывает праздничное настроение. Гудящая толпа электризовала ожиданием предстоящего концерта. Вера бегло оглядела присутствующих и задохнулась: у дверей с надписью "Партер" стоял фон Дерзее. Его четкий профиль был особенно элегантен на фоне бордовой бархатной портьеры. Вера перевела дыхание и медленно подошла к шефу. Он вздрогнул, увидев Веру, но тут же взял себя в руки и мило улыбнулся.

- Вы одна? - вырвался нетерпеливый вопрос

- Да, - с вызовом ответила Вера, а что, нельзя? - разговоры об эмансипации сегодня ей уже надоели.

- Очень хорошо, - улыбнулся фон Дерзее, - тогда нам никто не помешает слушать музыку. "Реквием" - очень глубокое и трагичное произведение.

- Да, я знаю. Посланец в сером плаще по поручению графа цу Штуппах заказывает Моцарту погребальную мессу. Моцарт чувствует, что он пишет реквием себе и умирает, не закончив этого произведения.

- Я вижу, Вы прекрасно поработали над источниками. "Реквием" писали и Верди и Берлиоз, но только одному композитору он стоил жизни - Моцарту. Пока он писал это произведение, с ним часто случались обмороки, приступы рыданий. Душа, молившая о милости Божьей в погребальной мессе, была душой композитора.