Неслышно ступая, я тихо подошла к Варрену и уставилась туда, куда смотрел он. Посаженные мною два дня назад кофейные зерна не просто взошли – из земли торчало десять аккуратненьких деревцев. Они были уже по колено, их стволы окрепли и покрылись светло-коричневой корой, а ветви тянулись к ночному небу, словно желая ухватить звезды. Такими они должны были стать к концу первого года роста, а не спустя каких-то два дня. Листья налились соком и зеленели под светом звезд. Казалось, это не листья вовсе, а изумруды, мерцающие волшебным светом. Воздух вокруг них был густым и сладковатым, с едва уловимыми нотами жасмина и чего-то терпкого, еще неузнаваемого, но до боли знакомого мне.

– Что это за растения? – спросил Варрен, не оборачиваясь.

– Ты разве не знаешь? – осторожно спросила я.

Он покосился на меня и сказал:

– Я видел такое дерево лишь однажды. Оно росло посреди пустоши, и на нем были красные ягоды.

– Зерна… – пробормотала я.

– Что?

– Если вскрыть такую ягоду, то внутри найдешь зерна.

– Зерна?

– Да, – кивнула я. – Одно такое ты видишь каждый день на…

Я сунула руку в карман, выудила маленький кошель и высыпала на ладонь пару монет. Златы холодно блеснули в лунном свете. Выгравированное на них кофейное зерно было отчетливо видно под небом, усыпанным мириадами звезд.

Варрен долго молчал, смотрел то на монету, то на деревца у наших ног, то на меня. Его лицо, обычно такое непроницаемое, выражало нескрываемое изумление, смешанное с внезапной догадкой.

– Ты хочешь сказать, что это и есть кофе? – спросил он наконец.

Я замерла, удивленно взглянув на него. Вот уж не ожидала, что единственным человеком в этом мире, который знает о кофе, окажется наглый, вредный, пышущий угрозами охотник.

– Ты слышал про кофе? – выдохнула я.

– А как ты думаешь, зачем Матильда отправила меня в Запредельные земли?

– Она просила тебя найти кофе? – Тут уже я вытаращила глаза, совершенно изумленная.

Варрен кивнул. Тень скользнула по его лицу, и он на мгновение замолчал, глядя в темноту сада, словно видя в ней призраки прошлого.

– Она была помешана на идее возродить Эльтерру. Была уверена, что если сможет раздобыть кофейные зерна, то научится выращивать их и сварит напиток, который пробудит мир, покрытый пеплом, ото сна.

– Кофе может возродить Эльтерру? – Я смотрела на Варрена, ничего не понимая.

Он прищурился, потом покачал головой и, усмехнувшись, сказал:

– Еще чуть-чуть и я начну думать, что ты свалилась с нее. – Он ткнул в небо, указывая на лунный месяц. – Ты что, не знаешь историю Эльтерры и Найтвейлов?

– Я же тебе говорила… упала, ударилась головой.

– Тогда поставь свою красивую голову на место и почитай книги, которые хранила Матильда, – хмыкнул Варрен.

– Интересный способ сделать девушке комплимент, – фыркнула я.

Развернувшись, я двинулась к дому. Слишком много волнений для одного дня. Сначала Камелия Фоксит и неприятная история с Каролиной, потом разоблачение от Вреи, теперь вот кофейные деревья выросли прямо на глазах. А еще намеки Варрена Дрогга, что я не от мира сего. Не хватало, чтобы и он меня разоблачил.

– Не хочешь спросить, что я узнал в Мертвом корпусе? – прилетели мне в спину слова Варрена, когда я уже поднялась на верхнюю ступеньку крыльца.

Я замерла и потом обернулась.

– А ты что-то узнал?

Он прислонился к одному из столбиков, поддерживающих козырек крыши над крыльцом, и глухо произнес:

– Матильду убили…

Слова, холодные и безжалостные, повисли в ночном воздухе. Казалось, сама ночь затаила дыхание, а туман сгустился, внимая нашему разговору. Я не нашлась что ответить. Я ведь и сама подозревала, что с Матильдой случилось что-то нехорошее, и это нехорошее никак не было связано с ее экспериментами. Убили… Значит, ее и правда убили?

– Как ты узнал? Тебе сказали об этом прямо?

Он повернул ко мне голову, и в полумраке его глаза казались бездонными черными колодцами.

– Конечно, нет. Но я знаю, кому и какие вопросы задавать.

– И наверняка знаешь, как их задавать, – тихо откликнулась я.

– Именно, – скривился Варрен. – В Мертвом корпусе мне ничего не сказали. Но Мортум намекнул, где я могу поспрашивать. Я нашел старика-алхимика, который давно на пенсии и которому наплевать на приказы сверху. Он боится Ордена Серых Пепелищ, но охотников… охотников он боится куда больше.

Варрен усмехнулся, и я поняла: охотников здесь боятся все. Интересно, что же в них такого страшного?

– И что сказал тебе алхимик?

– Он подтвердил, что Матильда отравилась. Но не своим зельем. В ее чашке был серый туман.

– Серый туман? – нахмурилась я.

– Яд, который не пахнет, не имеет вкуса и растворяется без следа. Его используют… – Он сделал паузу. Его взгляд стал острым. – Его используют те, кто хочет, чтобы все выглядело как несчастный случай.

Я сглотнула. Серый туман. Снова этот серый цвет… Название было зловещим и до боли знакомым. Серые Пепелища. Серый пепел, покрывающий прошлое Эльтерры.

– Если этот яд нельзя обнаружить, то как же его распознал твой алхимик? – спросила я.

– У него свои способы.

– И ты ему веришь?

– Ему незачем врать, – пожал плечами Варрен.

– Но кто… – пробормотала я. – Кому и зачем понадобилось убивать Матильду?

– Не знаю, но собираюсь узнать, – резко ответил Варрен и пристально взглянул на меня.

Я встрепенулась и вскинула подбородок, не отводя взгляда.

– Если ты подозреваешь меня, то ты дурак. Я приехала в город неделю назад, а со смерти Матильды прошло больше двух лет.

– Одно другому не мешает, – возразил Варрен.

– Да если хочешь знать, меня саму пытались убить.

– И кто же?

– Мой муженек. Хотел задушить в первую брачную ночь и присвоить себе мой дар и все мое имущество…

– И как же тебе удалось спастись?

– Очень хотелось жить, вот и вывернулась, – отрезала я. – Но, как видишь, поплатилась и была сослана сюда, в Эльтерру.

В Эльтерру, покрытую серым пеплом. В Эльтерру, где все началось…

А что, если все произошедшее с Сильваной, это не просто череда случайных событий? Что, если все было предопределено?

Варрен молчал, и я тоже. Две тайны висели в ночном воздухе – моя и его. И обе были связаны с этим домом, с этим городом, с этим проклятым родом Найтвейлов. И с кофе.

– Пора спать, Сильвана, – сказал Варрен. – Завтра я решу, что делать дальше.

Обойдя меня, он направился в дом. Его широкая спина скрылась в темном проеме двери, а я осталась стоять на крыльце, ощущая, как ночная прохлада пробирается сквозь тонкую ткань платья.

Я еще какое-то время постояла на пороге. Мне предстояло наконец-то узнать ответы на вопросы: что случилось с Эльтеррой в прошлом; куда подевалось кофе; почему именно я оказалась здесь и кому понадобилось убивать Матильду? С последним мне наверняка поможет Варрен, а с остальным… С остальным я постепенно разберусь сама.

Собрав волю в кулак, я вошла в дом, тихо прикрыла за собой дверь и поднялась по скрипучей лестнице. Когда я вошла в свою спальню, то обнаружила, что этот наглец, этот охотник, этот Варрен Дрогг снова оккупировал мою кровать! Он лежал на спине, закинув руки за голову, и притворялся спящим, но я видела, как уголок его рта дрогнул в торжествующей ухмылке. Нет, это просто невыносимо!