Чарльз втащил обеих женщин на веранду и почти зашвырнул их в дом.

– Все, с меня довольно! – почти спокойно сказал он, – Довольно ваших секретов, назойливых ночных визитеров и фокусников, которые то ли фокусники, то ли агенты мафии! Мое терпение истощилось! Я желаю знать, что происходит, почему вас собираются прикончить, на какие ваши проблемы мне плевать, и как здесь замешана мисс Таня? Я желаю знать все и во всех подробностях, немедленно!

Джейн зажмурилась. Ой-ей, кажется, она наговорила лишнее! Срочно отрабатываем назад!

– Не следует воспринимать мои слова буквально, дорогой. Мы оба немного перенервничали, в конце концов, я только женщина, иногда говорю не то, что думаю. Нам надо отдохнуть, успокоиться, а завтра, на свежую голову, все обсудим, – не сводя с мужа умильного взора Джейн бочком продвигалась к гостевым спальням.

Чарльз с усмешкой наблюдал за ее маневрами.

– Браво, браво, дорогая, – он похлопал в ладоши, – прямо психолог, успокаивающий буйного сумасшедшего. Пару дней назад, может быть, и получилось бы, но только не сегодня! Сегодня у нас сперва будет долгий, подробный разговор, а уж потом отдых. И куда вы так торопитесь, наша спальня не здесь, наша спальня во-он там. Не собираетесь же вы провести ночь вдали от законного супруга? Вот сейчас мы пойдем, дверку нашей комнатки закроем и уж наговоримся всласть! – он крепко взял Джейн под руку и развернул ее в сторону хозяйского крыла. Джейн через плечо метнула молящий взгляд в сторону Таньки.

– Вы меня проводите сперва? – мгновенно предложила та, – А то как-то страшновато.

– С радостью, мисс Таня, с радостью! Прошу, ваша комната – вот здесь! – галантно расшаркавшись, Чарльз сопроводил Таньку на три шага вглубь коридора и остановился у двери гостевой спальни. Руки Джейн он так и не выпустил.

– Все равно страшно, – нарочито вздрагивая сообщила Танька, – Жень, переночуй со мной, а?

Завидевшая манящий проблеск надежды Джейн вскинула голову.

– Простите, что приходится отказывать вам, мисс Таня, но это совершенно невозможно. Какая от Джейн польза, ей самой нужна защита! Поэтому Джейн буду охранять я, а вас… – Чарльз сделал вид, что глубоко задумался, потом просиял, словно от удачной мысли, – вам я пришлю Джонса! Он посидит в кресле возле окна!

– Нет, спасибо, – нервно хмыкнула Танька, – обойдусь как-нибудь! Не думаю, что злоумышленники накинутся на меня прямо сегодня! Запрусь и все будет в порядке!

– Напрасно, мисс Таня, напрасно, впрочем, как угодно, – саркастически процедил Чарльз.

Танька кинула на Джейн извиняющийся взгляд и чуть заметно развела руками.

– Ну, я пошла? – тяжко вздохнула она, вставляя ключ в замок.

– Конечно, конечно, – разрешил Чарльз.

Еще раз виновато глянув на Джейн, Танька распахнула дверь. Ее придушенный писк бросил Чарльза в проем. Танька отлетела вглубь коридора, а его лордство ворвался в комнату, в радостной готовности бить и крушить. Сегодняшний запас негативных эмоций имел шанс найти выход.

– Ты чего тут делаешь? – вполне мирно поинтересовалась Танька, выныривая из-за дверного косяка. Она потирала поясницу, видно, Чарльз в порыве защиты слабых женщин все-таки основательно приложил ее о стенку, – Я, конечно, приглашала, но не на ночь же! Что обо мне подумают? Англичане помешаны на репутации!

– Ни в коем случае не стал бы беспокоить уважаемую пани в столь поздний час, – невозмутимо восседающий у окна Кшись церемонно поклонился, – если бы не эти типы. Прокрались в дом, вскрыли дверь в комнату пани отмычкой… У меня создалось впечатление, что пани Татьяна их вообще не приглашала, не только на ночь, но и на день тоже. Но если ошибаюсь, и то гости пани, готов принести извинения. Сразу как они очухаются.

Танька, Чарльз и присоединившаяся к ним Джейн ошеломленно воззрились на темную кучу у ног Кшися. При ближайшем рассмотрении оказалось, что из кучи торчат две пары ног в тяжелых ботинках с квадратными носами. Все остальное было плотно уштуковано в содранную с окна портьеру и сверху надежно перевязано портьерным шнуром. Танька нервно хихикнула.

– Н-нет, спасибо, не стоит. Я с этими ногами не знакома.

– Может пани знакома с тем, что выше ног?

– Кшись, вы хамите или просто неудачно построили фразу? Учтите, я женщина порядочная и с тем, что выше ног, знакомлюсь очень разборчиво!

Кшись отчаянно смутился, а Джейн бешено захохотала, выливая в смехе владевшее ею безумное напряжение:

– Ой, не могу! Можно подумать, ты строишь фразу удачно! Разборчиво – в смысле разбираешься хорошо? Вдумчиво, в деталях?

– Дорогие леди, у вас великолепное чувство юмора, но будьте так любезны, позвольте мне от него отдохнуть! Хоть пару минут! – взмолился Чарльз, – Что здесь произошло, мистер Залесский? В деталях, пожалуйста!

– Вдумчиво? – скупо усмехнулся Кшись, – Я вышел прогуляться и обнаружил весьма настораживающий факт – все дороги к поместью перекрыты джипами. Очень профессионально, ни единого зазора. Экипаж у джипов любопытный – смешанный русско-итальянский с добавлением двух горячих кавказцев, – Чарльз испытующе поглядел на жену. Она сидела у стола, низко склонив голову, и тяжелая волна волос падала ей на плечо, закрывая лицо. В ее позе было столько отчаяния и беспомощности, что Чарльз почувствовал, как его злость улетучивается, и на ее место приходит жалость взрослого к маленькому обиженному ребенку. И как он ни напоминал себе, что перед ним вовсе не милое дитя, а женщина-катастрофа, наверняка влезшая в какую-нибудь криминальную заваруху, все равно желание было лишь одно – ласково потрепать упрямо склоненный вихрастый затылок и сказать, что все будет хорошо. Джейн ощутила его взгляд, потому что тряхнула головой, словно отгоняя муху, но глаз так и не подняла… Вредное создание! Чарльз так увлекся собственными переживаниями, что пропустил кусок рассказа Кшися. Пришлось срочно ловить нить повествования

– …К одному из джипов подошел маленький суетливый человечек, долго говорил, потом собралась милая компания, шестеро: три русских, три итальянца, и направились к дому, изображая прогуливающихся гостей. Я позволил себе проявить любопытство и последовать за ними. Ребята проникли в дом и распределились по парам – двое в комнату пани Тани, двое – к леди Джейн, а двое – в спальню милорда. Обдумать свои действия мне, к сожалению, не позволили, один из визитеров вышел с компьютером пани в руках…

Танька испуганно простонала «Ослик!» и кинулась к сумке с драгоценным компьютером.

– Пусть пани не волнуется, то я понял, как пани ценит свою машину. Поэтому стукнул я похитителя очень аккуратно, компьютер как раз на него упал, на мягкое, не пострадал совершенно. Потом занялся оставшимся в комнате, как закончил, решил не бегать по поместью в поисках пани, а подождать здесь. Да, остальные четверо посетителей так и сидят по комнатам, ждут хозяев.

– Исчерпывающе, – восхищенно промурлыкала Танька, – Наклонись, пожалуйста.

Слегка удивленный Кшись склонился к ней, и она запечатлела на его лбу звучный поцелуй, сопровождаемый прочувственным комментарием:

– Спасибо тебе, мы с Осликом тебя никогда не забудем!

Смущенный Кшись обернулся к Чарльзу. На лбу у него рдел отпечаток Танькиных губ.

– Позвоним в полицию, милорд?

– Для начала выясним кое-что, – Чарльз сверлил взглядом склоненный затылок жены. – Дорогая, мы остановились на том, что вы мне все расскажете. Из-за чего мы просто задыхаемся от нежданных визитов?

– Чего пристали к женщине, видите, она и так вымоталась. Жестокие вы, мужики, – вьюном выскочила Танька, – из-за меня визиты. Только я все равно не виновата, я ведь не знала, что они мафия, вот и влезла в их компьютер. Случайно. Теперь на меня вся «коза ностра» охотится, ни за что, ни про что изничтожить хотят.

– Мисс Таня, ваше заступничество за подругу очень трогательно, но не считайте меня уж полным кретином, сойдемся на половине, – Танька попыталась отречься от приписанной ей дружбы «с такой поганкой как ваша Джейн», но Чарльз не дал увести себя от темы, – Ваши «охотники» оказывают моей жене не меньше внимания, чем вам. Я желаю знать, почему. Имею право, черт меня дери! – он возвысил голос.

В Джейн словно сломалась некая пружина.

– Да, да, да, да! – мокрые дорожки слез пробежали по щекам, – За мной! Преступница я! Ордер! На арест! В Москве! Аферистка! В тюрьме место! Радуйтесь! И маму порадуйте! И мистера Битлза! Можно разводиться!

Она опустила голову и разрыдалась, вздрагивая плечами и цепляясь побелевшими пальцами за края стола.

– Кшись, ты куришь? – отчетливо прошелестел шепот Таньки.

– Только во время работы.

– Я так вообще не балуюсь. Все равно пошли перекурим, – и ухватив Кшися за рукав, Танька выволокла его за дверь.

Чарльз медленно подошел к жене и обнял ее за плечи. Джейн повернулась и отчаянно обхватив его руками, уткнулась лбом в его пиджак. Она прижималась к нему с неистовой силой беды, слишком тяжкой для одних плеч. Чарльз не сразу понял, что доносящийся снизу невнятный бубнеж – это голос Джейн. Он прислушался.

– Столько лет, столько сил, и все, и ничего, – всхлипывала она, – лгала, крутилась, изворачивалась, на уши становилась, только добилась, и все прахом! Сотруднички, чтоб их! Подставили, как дуру последнюю, как салагу! И под мафию, и под ментов! За моей спиной! Мало платила, мало? Еще хотели? Сволочи! Гады жадные! А мне теперь в тюрьму! Не хочу! Боюсь! За что? Мама, мамочка, и никто не поможет! Одна, одна! Не хочу в тюрьму, не хочу, не хочу!

Крики Джейн не отличались связностью, но как говорится, умному достаточно. Чарльз тяжко вздохнул и, наконец, позволил себе то, о чем мечтал столько времени – утешающе погладил мягкие шелковистые волосы жены. Он вдруг почувствовал, что у него перехватывает дыхание, такое острое блаженство доставило ему простое прикосновение.

Но на Джейн его жест подействовал как удар тока. Рыдания мгновенно смолкли, лишь редкие всхлипы продолжали сотрясать ее тело. Руки расцепились и бессильно повисли. Она отвернулась к окну, по-детски, кулачком, вытерла глаза и чужим, надтреснутом голосом сказала:

– Что ж, условия контракта не соблюдены. Я нарушила пункт 10. Жена под следствием безусловно повредит вашей репутации. Можете подавать на развод. Я не стану протестовать.

Долгая тишина за спиной заставила ее обернуться. На лице Чарльза застыло странное, двусмысленное выражение – похоже, он никак не мог решить смеяться ему или злиться. Он окинул взглядом зареванную физиономию жены, дрожащие губы, покрасневший нос…

– Ребенок, право слово, ребенок, – он покачал головой, вытащил из кармана широкий клетчатый платок и ловко ухватив им нос супруги, скомандовал: – Сморкайтесь!

– Да вы что! – Джейн оскорблено вырвалась, – И впрямь думаете, что я маленькая!?

– Судя по умственному развитию… Обиженный на весь мир подросток 12–13 лет.

Джейн ловким движением выдернула из руки Чарльза платок и спрятала в нем лицо.

– Некрасивая, да? – похоже, замечание насчет умственных способностях ее не взволновало.

– Красивая. Только ужасно заплаканная и по-глупому недоверчивая, – Чарльз, помолчал. – Джейн, почему вы решили, что я подонок?

Платок слегка отодвинулся, открывая один глаз, сквозь призму слез, сияющий нестерпимо-изумрудным блеском. Выражение у глаза было слегка озадаченное.

– Почему вы решили, что я предам вас? Я ведь сто раз предлагал вам помощь! Вы что, думали, это ловушка, чтобы добиться развода? Если бы хотел, я бы давно мог измыслить какую-нибудь пакость! Или нанять профессионалов! Вы – моя женщина, и я обязан защищать вас и буду защищать!

– Одна из ваших женщин? Не умаетесь, столько народу грудью прикрывать!? Анатомии не хватит! – не могла не съязвить Джейн, – Да и какая я ваша женщина, я ваш бизнес-партнер. Я давно уже вообще не женщина! – в последних словах звучало такое давнее, нутряное страдание, что Чарльз не мог спутать его с обычным кокетством.

– Кто вам внушил подобную глупость!? – искренне изумился он.

– Жизнь, – пожала плечами Джейн. – Я слишком долго в одиночку играю в мужские игры, чтобы сохранить в себе женщину. Так, бой-баба, парень другого пола.

– Что за чушь! – возмутился Чарльз. Он подошел к Джейн, и ухватив ее за плечи, поставил на ноги. Потом подтолкнул к высокому, в рост, зеркалу, – А это все что?

– Что именно? – в замешательстве спросила Джейн.

– Вот это вот, все! – пояснил Чарльз, одним взмахом руки как бы очерчивая в воздухе изгибы ее тела.

– Ах, это! Ну, это… – протянула Джейн, все же не без удовольствия оглядывая в зеркале тонкую талию, стройные ноги и высокую грудь. Она быстренько вытерла из-под глаз пятнышки поплывшей туши, пригладила волосы и закончила, – Это – оружие. У кого пистолет, у кого нахальство, а у меня вот… – она повертелась, оценивая упомянутое «вот» со всех сторон, – Чисто механический процесс, и никаких чувств, особенно ко мне. И у меня тоже больше эмоций нет… Я их придушила! Слишком дорого обходятся!

– Значит, свое оружие вы используете лишь для достижения деловых целей? – Чарльз придвинулся вплотную к ней и захватил губами ее мягкий, нежный, пахнущий клубникой рот.

– Да! – храбро заявила Джейн, но взгляд ее заметался.

– И сейчас? Тоже не женщина? – пальцы Чарльза дразняще коснулись ее шеи.

– И сейчас! Терплю, чтобы добиться своего, чтобы вы со мной не развелись! – Джейн вывернулась, и спрятала лицо у мужа на плече.

– Между прочим, быть женой – типично женское желание! Мужчины, во всяком случае нормальные, обычно предпочитают другую роль, – пальцы Чарльза расстегнули верхнюю пуговку костюма Джейн, и приспустив чашечку лифчика, высвободил ее грудь.

– Я давно уже не женщина, я мужик в юбке, – полузакрыв глаза Джейн бормотала эти слова словно заклинание, словно напоминание самой себе.

– Тогда считайте меня гомосексуалистом, – прошептал Чарльз.

Он охватил ладонью ее грудь…

За дверью деликатно кашлянули, стукнули, грюкнули, дверь начала медленно, по миллиметру открываться, и наконец, в проеме появилась нахальная Танькина физиономия. Внимательные серые глаза оглядели стоящих в разных концах комнаты супругов Чедуик.

– Долго вы еще? – требовательно вопросила рыжая, – У нас уже курево кончилось!

– У вас его и не было! – заметила Джейн, с ненавистью глядя на одноклассницу.

– Вот я и говорю – кончилось!

– Тебе что, с Кшисем скучно?

– Мне с Кшисем не скучно, однако надо же и о деле подумать, – рассудительно заявила Танька, вдвигаясь в комнату и втаскивая за собой упомянутого Кшися. Тот покорно позволял собой манипулировать. Танька взяла стул и решительно уселась, указав Кшисю на кресло у стены. – Так что же мы будем делать с мафией?

Два пары глаз с одинаково мрачным выражением уставились на нее из разных углов.

– Нашла время про мафию вспомнить! – невольно вырвалось у Джейн.

В ответ Танька лишь покрутила пальцем у виска. Первым опомнился Чарльз. Тяжко вздохнул, встряхнул головой и попытался сосредоточиться.