Внимательно оглядев окрестности, Джейн подобрала волосы под короткий седой парик, накинула на плечи широкую коричневую шаль и выскользнула из такси. Машины с мафией видно не было, то ли бандиты пошли перекусить, то ли нашли более удобное место для наблюдения. Может, после неудачного налета они вообще отказались от дежурств? Хорошо бы, но вряд ли! На всякий случай низко опустив голову, чтобы скрыть лицо, Джейн быстрой походкой миновала сумеречный сад и вошла в дом.

На пороге стянув парик, она завернула его в шаль и зажав сверток под мышку, поднялась на галерею. Дверь комнаты миссис Симпс зияла темным провалом, экономка сладко спала. Джейн лукаво улыбнулась. Милое дело было бы сейчас влезть к ней в комнату и поменять рыжий парик на седой. Ох визгу будет утром! Но она обещала Чарльзу не третировать старую зануду, а посему, сложив губки благовоспитанным бантиком, Джейн проследовала к себе.

Кучу дел сегодня сделала, кучу народу потеребила, теперь остается самое невыносимое – ждать. Джейн устало потянулась, спать хотелось жутко. Честно говоря, можно было и не наваливать столько всего на один день, но уж больно не хотелось возвращаться в этот дом, вот и сидела допоздна в офисе Чарльза. Потом долго в одиночестве ужинала в каком-то ресторанчике. Джейн исподлобья окинула взглядом свою комнату. Тут еще ничего, а вот на лестнице просто ужасно. Старый особняк глядел на нее с явным осуждением, словно она должна сделать нечто важное, а не делает, отлынивает. Ничего она не должна, она здесь всего лишь гостья, поживет и уедет. Она показала стенам язык и уселась перед зеркалом.

Джейн смочила тампон косметическим молочком, тщательно протерла один глаз и замерла в задумчивости. Любопытный все-таки мужик ее фиктивный муж. Надо же, примчался ее спасать, быстрее полиции успел. И выглядел весьма и весьма… Как бабы в ресторане на них пялились! Завидуют, небось, думают: «вон какого мужика захомутала». Джейн снова принялась тереть глаза. Может стоит рассказать ему всю безумную историю, вроде бы искренне пытается помочь? Господи, как хорошо бы! Сбросить с плеч неподъемную тяжесть и пусть мужчина командует, принимает решения, распоряжается, а она спрячется за его широкой спиной и, наконец, почувствует себя в полной безопасности. Какое блаженство ощущать, что о тебе заботятся, что есть сильный любящий муж, который защитит, спасет и обогреет.

Джейн окинула долгим взглядом свое отражение и больно щелкнула саму себя по носу. Размечталась, дурища! И в который раз она собирается наступить на одни и те же грабли? Мало ее кидали эти самые сильные и заботливые… с широкой спиной? Лапы у них тоже всегда оказывались весьма широкие и страшно загребущие. Да вспомнить хотя бы милейших сотрудничков – Богданова и Радченко! Бывшие однокурсники, между прочим! Один экономистом на подыхающем заводике сидел, другой вообще бухгалтером в спортивной школе. Она их нашла, дала работу, в большой бизнес вывела, зарплата такая, что им и не снилась, с министрами за руку здороваются, так нет – все им мало! Связались с мафией, у нее за спиной криминальные миллионы крутили, а потом продали начальницу-благодетельницу и даже не покраснели!

С чего она взяла, что Чарльз лучше? Во-первых, откуда глупости про любящего мужа, вроде как о любви разговора не было – у них контракт. Во-вторых, милый Чарльз капитал не добротой и заботой нажил, стоит ему прознать, что она вне закона, как он согласно десятому пункту брачного соглашения с ней разведется, и ее кровные денежки тоже тю-тю! И вообще, хватит растекаться киселем при виде собственного мужа! Совсем одурела, к завтраку одевается, словно к встрече с президентом, взгляды ловит! Перебирает в памяти, что он сказал, да как поступил, да что бы это значило! Требования его исполняет! Кто он вообще такой, чтобы его распоряжения принимались как приказ свыше! Экономку, видите ли, не дразнить! Захочет, так и будет, и никакой Чарльз ей не указ! Прихватив седой парик, Джейн решительно направилась к дверям.

Огромный особняк дышал покоем и сонной тишиной. Джейн все острее чувствовала, что дом осуждает ее. От старинных резных перил, портретов в золоченных рамах, стеклянных шкафов с коллекциями, собранными еще дедушкой Чедуик, веяло солидностью, надежностью и безупречностью. Фиктивной жене не место здесь, здесь ожидали подлинную хозяйку.

– Ну и не надо, не очень-то и хотелось, – гордо заявила Джейн. Дом презрительно молчал. – На себя посмотри, – уже менее уверенно добавила она, – не такой ты и безупречный.

Она огляделась по сторонам, вслушалась в ночные звуки, для самоуспокоения ей срочно требовалось найти хоть какой-нибудь недостаток. Действительно, некий посторонний звук явно нарушал благостный покой ночи.

– Шш… Шш… Шш… – нечто шуршало через равные промежутки времени. Тянуло сквозняком.

«Наверное, миссис Симпс не закрыла дверь или окно, ставня ерзает туда-сюда и шуршит, – возрадовалась Джейн, – утром поставлю ей на вид». Звук шел снизу. Джейн перегнулась через перила галереи и всмотрелась в темноту первого этажа. Мрак был полон затаенным движением, странный шорох перемещался по направлению к двери. Джейн до рези в глазах вглядывалась в шевелящееся на полу неясное пятно, еще более черное, чем чернота ночного дома. Глаза постепенно привыкали к темноте, контуры предметов проступали все яснее, и вдруг вся картинка словно прыгнула Джейн навстречу. Она, наконец, поняла на ЧТО упорно пялится уже несколько минут.

– Боже мой! – воскликнула Джейн и сразу же сделала два очень важных дела: включила свет и истошно завизжала.

Под разразившимися над ними потоками света, две фигуры в темном испуганно замерли. Страшный груз вывалился у них из рук и тело экономки с глухим стуком шлепнулось на пол. Джейн завизжала снова. Опомнившиеся негодяи (наверняка негодяи, не станут хорошие люди по ночам экономок таскать) попытались подхватить миссис Симпс под руки, но вдруг снова застыли, на сей раз пристально глядя в лицо своей жертве. Несколько долгих секунд они предавались тупому созерцанию под аккомпанемент неумолчных визгов Джейн, затем переглянулись и бросились к выходу, оставив старушку валяться на полу.

Но было уже поздно, дом оживал. Дверь кабинета распахнулась, и лорд Чедуик, не тратя времени на спуск по лестнице, перелетел через перила. На галерее возник Джонс с охотничьим дробовиком в руках.

– Ловите, милорд, – гаркнул шофер-садовник и, на мгновение зависнув в воздухе, дробовик надежно лег в подставленные ладони хозяина. Заряд мелкой охотничьей дроби шарахнул вслед удирающим ночным визитером. Джейн показалось, что в дверь выметнулся сноп огня, грохот выстрела ударил по ушам.

– Джонс, за мной, – скомандовал Чарльз, исчезая в ночи. Мужчины ринулись в погоню, оставив за собой распахнутую дверь.

Потрясенная Джейн, отчаянно цепляясь за перила, сползла на первый этаж и рухнула на колени рядом с миссис Симпс. Ни на что не надеясь, она положила руку экономке на шею.

– Что? Все? Жмурик? – из-за плеча появилась испуганная Танькина рожа.

– Живая… – радостно выдохнула Джейн, расплываясь в блаженной улыбке, – Пульс есть!

Танька плюхнулась рядом и принялась хватать бесчувственную старушку за запястья. Убедившись, что пульс действительно есть, она наклонилась к самому лицу миссис Симпс и некоторое время шумно тянула носом воздух.

– Ты чего, сбрендила? – опасливо поинтересовалась Джейн.

– Хлороформ, – авторитетно заявила Танька, – или еще какая дрянь, сама понюхай, как воняет.

– Не буду я ее нюхать, не роза, – возмутилась Джейн.

– Все как в лучших традициях детектива, усыпили и давай похищать, – констатировала Танька, поднимаясь с колен.

– Зачем? – логично поинтересовалась Джейн, – Зачем ее похищать?

– Ну, вместо меня, наверное, – задумалась Танька, – видела, как ее физию узрели, так сразу бросили и смылись, поняли, что опять не ту прихватили.

– Тогда за тобой гоняются умственно отсталые похитители, – осуждающе глядя на Таньку, словно она сама подбирала себе похитителей, заявила Джейн, – они ведь вчера убедились, что ты не в той комнате не живешь, чего ж сегодня опять полезли?

Танька в изнеможении присела на ступеньку.

– Может, им все-таки миссис Симпс нужна? – безнадежно спросила она.

Джейн окинула раскинувшееся на полу бесчувственное тело экономки внимательным взглядом и молча покрутила пальцем у виска.

Танька тяжко вздохнула, некоторое время просидела в глубокой задумчивости, потом вдруг снова оживилась:

– Слушай, а ведь ты вчера тоже у нее перед окном изрядно мельтешила, когда с париком разбирались, и ночью, когда она орала, тоже.

Настала очередь Джейн глубоко задуматься.

– Ты думаешь, они за мной? – испуганно переспросила она. Потом вздохнула, смиряясь с очевидным, – Да, боюсь, что так. Знаешь, ведь ко мне сегодня на улице два хача привязались. В машину тащили, – сообщила она.

– Не может быть! – изумленно ахнула Танька, – Здесь, в Лондоне!?

От дверей послышался топот, одноклассницы испуганно оглянулись, но это возвращались Чарльз с садовником.

– Удрали, – сообщил Чарльз, ставя дробовик в угол, – Один, кажется, ранен, но легко, бежать рана не мешала. Миссис Симпс?

– Жива, – отрапортовала Джейн, – ее чем-то усыпили.

Чарльз наклонился над распростертым телом экономки, пощупал пульс, поднял веко, заглянул в зрачок и облегченно вздохнул:

– Ничего страшного. Выспится и все будет в порядке.