Кьеран поправил воротник белоснежной рубашки, галстук и нарочито взъерошил отросшие чёрные волосы, придавая облику небрежность.

Сегодня их отряд — он сам, Джоанна, Меланта и Конрад — отправлялся с тайным визитом к лорду Винсенту, известному любителю напыщенности и самолюбования, с которым Кьерану ещё предстояло потягаться. Винсент — не настоящее имя, настоящего, кажется, никто не знает. Он повелитель теней и Хаоса, и до Ордена дошли слухи, что этот надменный павлин затевает грандиозное представление, цель которого пока не ясна. Но где шоу — там и громкие речи о захвате мира. Как лорд теней он, конечно, уступал предшественнику-деду, творившему настоящие зверства; Винсент — лишь жалкая пародия. Однако в последнее время его «творения» стали масштабнее и причиняли всё больше неудобств. Кто знает, может, он и сам дозрел до гениальных идей, чтобы склонить чашу весов в сторону хаоса.

До поместья этого высокомерного шута было всего пару часов пути. Или тридцать минут, если бы Кьерану позволили ехать, как он привык, не соблюдая правил. Но увы: Джоанна, словно улитка, обожала «правильную» верховую езду, Меланта вообще не любила лошадей и садилась в седло лишь в исключительных случаях. И только Конрад, лучший друг Кьерана, с радостью устроил бы скачки. Потому им пришлось тащиться в одном темпе, подгоняя отстающих девушек, — и это спровоцировало словесную перепалку, не утихавшую почти до самого конца пути. Наконец они остановились перед огромными коваными воротами. Кьеран хмыкнул и поморщился, услышав очередной возмущённый крик Меланты.

— Да чтоб я ещё раз села на эту лошадь!

— Да перестань ныть, — устало отозвалась Джоанна.

— Это ты попробуй пару часов галопом скакать. Мы с Конрадом вообще удивляемся, как твои ноги до сих пор не отвалились.

— Эй, за меня не говори, — притворно обиделся Конрад. — Я — самый быстрый скакун Альентара, детка.

— Ой, фу, — скривилась Меланта. — Скакун…

— Мы что, ещё пару часов это слушать будем? — К ним подошёл Кьеран, поправляя чёрный плащ. Он окинул друзей взглядом и направился к воротам. Беглый взгляд на окна показал: встречать их никто не торопится.

— Вы помните, что мы здесь с дружеским визитом, — напомнила Джоанна, устремив взгляд на спутников. — Последний раз повторяю: никаких насмешек над хозяином. А тебе, Кьеран, вообще лучше рот закрыть.

— Да уж, тебе точно стоит помолчать, ты вечно ляпаешь не то, что думаешь. — Кьеран поправил рукав. — Госпожа Совершенство.

— Да как у тебя язык повернулся! — Джоанна сверкнула янтарными глазами, пока он искал способ незаметно проникнуть внутрь. — Я говорю то, что думают все, в отличие от тебя, наглый самодур.

Кьеран расхохотался, Конрад не удержался и присоединился.

— Охотно верю. — Кьеран усмехнулся и распахнул ворота. — Дамы, проходите первыми.

— Как ты это сделал, братишка? — удивился Конрад.

— Тебя ещё учить надо? — проворчал брюнет. — Тебя, одного из лучших магов?

— А, так ты просто применил «открыватус»?

Кьеран закатил глаза. Чётким шагом они направились к главному входу.

На пороге их уже поджидала высокая суровая женщина средних лет, сразу окинувшая гостей цепким взглядом.

— Кто вы и с какой целью прибыли в поместье господина? — холодно спросила она.

— Как это кто? Вы не узнаёте? — начал было Конрад, но Кьеран легонько ткнул друга локтем, положил руку ему на плечо и изобразил саму любезность.

— Нас нет в списках, мадам, — он одарил женщину самой обворожительной улыбкой, — но уверяю вас, господин пригласил нас в качестве «секретных гостей». Вы же знаете, какой он затейник.

Кьеран протянул женщине свиток с приглашением, выведенным почерком Винсента.

Она, поколебавшись, игриво заправила прядь седых волос за ухо.

— В таком случае проходите.

— Чёрт, братишка, я думал, ты такие приёмчики только с дамочками лет на сорок помоложе используешь, — недоумевал Конрад.

— Ты идиот, Конрад?

Меланта и Джоанна прыснули от смеха.

— Может, хоть ненадолго от него избавимся? — промурлыкала Меланта.

— Мечтай-мечтай, — ответил Кьеран. — Ему бы почаще общаться с женщинами постарше.

— Ой, да ну вас. — Конрад махнул рукой.

Они подошли к огромным закрытым дверям, украшенным длинными серебряными драконьими когтями. Кьеран оглянулся на друзей и осторожно распахнул створки, стараясь проскользнуть внутрь незамеченными.

Зал был полон людей — вернее, тех, кто пытался ими казаться. В отличие от мрачного поместья и коридоров, здесь было довольно светло. Золотые колонны и зеркальные полы кричали о полном отсутствии вкуса. Винсент восседал на троне, как и полагается. Рядом высилась огромная конструкция, накрытая красной тканью почти до потолка.

— Он что, под тканью цирк прячет? — тихо спросил Конрад.

Кьеран не сдержал смеха, прикрыв рот ладонью.

— Заткнись и веди себя прилично, — ответил он, поправляя рукава и пряча веселье. Бросив взгляд на друзей, он увидел, что Меланта уже оживлённо болтает с каким-то молодым человеком.

— Я тебе что, собачка, Кьеран? — возмутился Конрад.

— Твои слова, не мои, — хмыкнул тот.

Несмотря на недовольство, Конрад покорно последовал за другом, поджимая губы, словно обиженный ребёнок.

Они пробирались сквозь толпу, и кое-кто, заметив их, принимался шептаться с соседями. Внезапно в зале потемнело, свет погас, и взгляды устремились к Винсенту, который медленно вышел в центр. Слуги тут же зажгли свечи вокруг накрытой конструкции. Винсент обвёл всех взглядом и остановился на Джоанне. Лёгкая улыбка тронула его губы.

— Добро пожаловать, дорогие гости! Сегодня мы станем свидетелями небывалого зрелища, которое перевернёт ваш мир! Да, вы всё правильно поняли: сегодня Альентар увидит рассвет новой эпохи! — разнёсся по залу его голос. — Вы, мои верные подданные, знаете: равновесие в Сент-Эмероде должно быть нарушено. И сегодня я сделаю то, что окончательно его сломает. Я уничтожу богов!

По залу прокатился изумлённый шёпот.

— Не буду скрывать: это связано с метками душ. — «Незваные гости» обменялись встревоженными взглядами. — Ведь всем известно, что испокон веков метка давалась девушке-целительнице и мужчине из рода Азаэль. Так ведь?

Шёпот усилился.

— Какое он вообще имеет отношение к роду Азаэль? — тихо спросила Меланта.

— Вообще-то никакого, — шёпотом ответил Конрад. — А вот наш братишка — прямое.

Винсент выждал несколько мгновений, наслаждаясь эффектом, и продолжил:

— На мне — метка «ключа». Она моя! — Он самодовольно оскалился и поднял руку, демонстрируя запястье, где было начертано чьё-то имя; издалека его не разобрать.

Зал взорвался аплодисментами и восторженными криками. Друзья в шоке переглянулись.

— Дела дрянь, да, Кьеран? — без тени эмоций спросила Джоанна.

— Этот павлин времени даром не терял… — пробормотал Кьеран и вдруг почувствовал жгучую боль в запястье. Отвернувшись, он зашипел и схватился за руку. Имя Джоанны расплывалось, исчезая под новым — «Иветт».

— Боже, что с тобой?.. — обеспокоенно спросила Джоанна, пытаясь разглядеть. Остальные окружили его, перешёптываясь.

Превозмогая боль, Кьеран взглянул на руку.

— «Иветт»?.. — хрипло прошептал он в изумлении.

— Всё в порядке, — солгал он. — Наверное, этот индюк распылил какую-то заразу.

— Как думаете, ей больно? — тихо спросила Джоанна, указывая на накрытую клетку. — Девушке внутри.

— Это чудовище притащило бедняжку силой, — ответил Конрад. — Представляю, что он с ней делал.

— Отвратительно, — прошептала Джоанна, отворачиваясь.

— Отвратительно, — сжав кулаки, повторил Кьеран. — Конрад, ты со мной?

— Я за любой кипиш, братишка. Но что делать?

— Я устрою диверсию, а вы отвлеките внимание.

Ребята переглянулись и согласились.

Кьеран сжал запястье, унимая боль, опустил рукав, пряча метку. «Уж простите, кучка высокомерных тварей, но придётся устроить маленькую встряску», — подумал он и решительно двинулся к клетке, пытаясь обойти её с тыла и остаться незамеченным.

— Куда намылился? — раздалось за спиной, и кто-то грубо схватил его за рукав. Джоанна.

Кьеран резко развернулся и оттолкнул её.

— Ты спятил?! — ошарашенно выдохнула смуглая девушка.

— Я знаю, что делаю. Отвали, — отрезал он и снова повернулся к клетке.

* * *

Шум, настойчивый и угрожающий, заставил Иветт резко обернуться; она чуть не запнулась о каменный выступ пола. Ручка клетки снаружи бешено дёргалась — словно обезумевший от ярости человек не мог справиться с замком. «Ведьма», — ледяной мыслью пронзило сознание. Эта ужасная женщина с гранитным лицом и пустыми глазами вернулась, чтобы выполнить угрозу: избить до полусмерти или отвести к Хозяину, чьё имя вселяло животный ужас. Подчиняясь инстинкту, Иветт метнулась в угол, схватила с пола оставленный ей тяжёлый фарфоровый кувшин с дешёвыми цветочками и встала у двери, сжимая оружие до побелевших костяшек. Ручка со щелчком повернулась, дверь со скрипом распахнулась, впуская полутьму. В проёме возникла расплывчатая тень; Иветт, не раздумывая, замахнулась и с отчаянным криком обрушила кувшин. Вошедший был ловок, но недостаточно: кувшин ударил по вытянутой руке и разбился о стену, осыпав пол осколками. Незнакомец вскрикнул от боли, а Иветт попятилась и рванулась к выходу, но дверь захлопнулась сама собой и не поддавалась.

Свет из зала упал на незваного гостя, и Иветт наконец разглядела его. Чуть старше неё, лет двадцати пяти — двадцати семи. Грудь крест-накрест обхватывали толстые кожаные ремни с целым арсеналом кинжалов причудливых форм, рукояти которых украшала замысловатая резьба. По бледной коже на руке змеилась алая полоска — след её атаки. Иветт подняла глаза и замерла: перед ней стоял мужчина, словно сошедший с парадного портрета. Светло-карие, сияющие, как отполированный янтарь глаза, изящные скулы, чувственные губы, длинные пушистые ресницы. Иссиня-чёрные волосы были небрежно собраны в низкий хвост. Он казался воплощением волшебных грез, которыми Иветт иногда утешалась, — вот только принц из её фантазий вряд ли осыпал бы её проклятиями и потрясал окровавленной рукой.

— Ты меня порезала, — констатировал он, исчерпав запас ругательств. Голос звучал приятно, с хрипотцой и нотками удивления. — Должен заметить, такой удар мог оказаться смертельным. Ты хоть представляешь, кого пыталась убить?

Иветт взирала на него расширенными глазами.

— Ты Хозяин? — выдавила она.

Он пренебрежительно отмахнулся, не обращая внимания на капли крови.

— Обильная потеря крови, вот засада, — пробормотал он себе под нос. — Исход мог быть и хуже, не будь я так чертовски хорош…

— Ты Хозяин? — настойчиво повторила Иветт, срываясь на греческий: — Баас? Баас?

— Хозяин? — он выгнул бровь. — Это… типа босс, да?

— Полагаю, что да.

— Ну тогда в каком-то смысле я босс, — заявил он с самодовольной усмешкой. — За свою скромную жизнь я много чего освоил в совершенстве. Улицы Альентара знаю как свои пять пальцев, по-гречески говорю так, что сами эллины позавидуют, разгадываю любые шарады и отлично держу градус. А уж насчёт женского пола… ни одна красотка не устоит.

Иветт окинула его пытливым взглядом, силясь разгадать, что кроется за бахвальством.

— А ещё, похоже, ты отлично опустошаешь винные погреба. Сколько ты выпил перед тем, как вломиться сюда?

Но пьяным незнакомец не выглядел.

— Спрошу прямо, — сказал он, слегка склонив голову. — Мне слышится знакомый греческий акцент?

— Да, точно, акцент тебя выдаёт с головой. Как же тебя зовут, гречанка?

Иветт недоверчиво смотрела на него.

— Я вам не мешаю? — раздался грубый голос из зала, и ткань, накрывавшая клетку, рухнула. Иветт похолодела: этот тон принадлежал настоящему Хозяину.

— Пошёл вон! — рявкнул брюнет и вновь лукаво взглянул на девушку. — Бегать умеешь? Сейчас проверим, насколько хорошо.

— А у нас гости! — широко разведя руками, объявил Винсент, самодовольно ухмыляясь. Зал зашептался. Винсент спрыгнул с возвышения, приблизился к Кьерану и впился в него хитрым взглядом.

— Что, хлебнул эликсира храбрости? Знал бы ты, как долго я ждал этого момента. Ты ведь понимаешь, почему?

— Могу только догадываться, — холодно ответил Кьеран. — Поэтому сразу к сути. — Он поднял рукав, показывая метку, предназначенную только для Винсента, но остальные, вероятно, догадались. Шёпот стал тревожнее.

— Ты не посмеешь! — процедил Винсент.

— Я-то? — притворно удивился Кьеран. — Это воля богов.

В зале началось столпотворение, перераставшее в хаос.

— Тише, тише. — Кьеран шагнул к Винсенту; тот попятился, словно защищая клетку. — Что ты сделал с девушкой? Поставил свою мерзкую метку? Но ты не бог и не получил её согласия. Я прав?

— Ты не понимаешь, что творишь, колдун! — прошипел Винсент, попытавшись схватить Кьерана за воротник. Тот легко увернулся и, ухмыльнувшись, оттолкнул лорда так, что тот полетел к трону.

— Прекратите! — крикнула Джоанна, бросаясь к ним. — Ты сошёл с ума, Кьеран?!

— О, моя ненаглядная Джо! — засиял Винсент. — Тебе понравился мой скромный подарок?

— Заткнись, мерзость, — процедил Кьеран.

— Ну так что, Джо? Оценила презент? — пропустив мимо ушей его слова, продолжил Винсент.

— Ты недостаточно постарался… — уклончиво ответила она.

— Что это значит? — недоумённо спросил Кьеран.

— А то, мой дорогой гость, что это я подарил вам с милой Джоанной прелестные метки. Тебе — её имя, ей — твоё. Как она и просила. Правда, забыл упомянуть, что взаимная любовь в комплект не входит. — Винсент расхохотался.

Зал взорвался гулом, и только Кьеран на мгновение застыл.

— Что. Ты. Сделал? — Он бросился на Винсента, схватил за грудки и прижал к решётке клетки.

— Лишь исполнил желание Джоанны, — подняв руки в притворной капитуляции, ответил тот. По телу брюнета пробежала дрожь.

— С какой стати она вообще что-то у тебя просила?!

— Мы… партнёры, — уронил Винсент. Джоанна стыдливо отвела взгляд.

Кьеран резко повернулся к ней, прожигая взглядом, полным отвращения и разочарования.

— Это правда?

— Да, Кьеран, — тихо ответила она, не поднимая глаз.

— Ты мерзкая предательница! — выкрикнула Меланта. Конрад ошарашенно уставился на них.

— Почему? — уже спокойнее спросил Кьеран, приближаясь к Джоанне и заглядывая ей в глаза.

— Неужели непонятно? — проговорила она. — Я хотела, чтобы боги благословили нас. Хотела, чтобы ты был моим и любил меня.

«Он меня любит», — твердила она про себя, цепляясь за эту мысль, как утопающий за соломинку, пока в голове не осталось ничего другого.

— Ты звучишь как заезженная пластинка, — пренебрежительно заметил Винсент. — Ах, прости, снова залез к тебе в голову.

Голос доносился словно из-под толщи воды. Джоанна не подняла головы, продолжая терзать заусенец на пальце. Кожа вокруг покраснела, местами выступили капельки крови.

Кьеран слушал, и кровь закипала от злости. Отвращение, ненависть, разочарование — вот что он испытывал к той, кого ещё вчера считал подругой.

— Ты просто идиотка! И ради этого ты заключила сделку с этим ублюдком?! — прорычал он, указывая на Винсента.

— С этим «ублюдком» она была готова на куда более серьёзные компромиссы, — ухмыльнулся Винсент, приближаясь.

Кьеран бросил немой знак Конраду и Меланте, затем резко отступил к шокированной Иветт.

— К чёрту всё! Живо! — выпалил он, подхватил девушку на руки и метнулся к выходу. Зал наполнил грозный крик Винсента. Меланта и Конрад сорвались следом.

— Схватить! Доставить ко мне! Паршивые свиньи Ордена! — ревел лорд.

* * *

Кьеран вылетел из зала, неся Иветт на руках, друзья не отставали. Он бежал так быстро, что ноги едва касались земли, и Иветт вцепилась в его шею, чувствуя бешеный стук сердца. «Боже, во что я вляпалась?» — пронеслось у неё в голове. Позади раздавались яростные крики.

— Сейчас посажу тебя на лошадь, — тяжело дыша, произнёс он. — Она умница, сама доставит тебя в Штаб Ордена. Главное — держись крепче, прокатишься с ветерком.

— А ты? — испуганно спросила она, вглядываясь в его глаза.

Он заметил страх, ободряюще сжал её и улыбнулся.

— Я найду тебя, где бы ты ни была, обещаю. Не переживай.

Они выскочили на сумрачную улицу. Кьеран бережно усадил Иветт на резвую лошадь.

— Всё будет хорошо.

Он дал знак, и лошадь рванула, оставляя клубы пыли.

— А теперь начнётся настоящая бойня! — донеслось до Иветт вместе с удаляющимся голосом Кьерана, в руках которого уже сверкали клинки.

Вскоре поместье скрылось, но до Иветт ещё долетали крики, звон стали и грохот. Лошадь неслась по тускло освещённой дороге, чувствуя опасность. Иветт поняла, что они уже далеко и, кажется, в безопасности. В темноте трудно было что-то разглядеть: высокие деревья, лунный свет едва пробивался сквозь кроны. Где-то вдалеке слышались тревожные звуки, лошадь насторожённо прядала ушами. Иветт сильнее сжала поводья. Внезапно воздух рассёк свист стрелы.

— Вон она! — раздался крик. — Ловите дрянь!

Первая стрела вонзилась лошади в ногу, вторая — следом. Кобыла взревела от боли и сбросила Иветт. Девушка вскрикнула, ударилась головой о землю, в глазах потемнело. Медленно открыв глаза, она увидела, как лошадь, попытавшись убежать, рухнула. Собрав остатки сил, Иветт поднялась и бросилась в лес, надеясь затеряться. Крики солдат приближались.

Лунный свет едва сочился сквозь листву, не давая разглядеть тропу. Силы быстро покидали её, ноги наливались болью. Обессилев, она рухнула в сухую траву. Затаив дыхание, прислушалась: топот лошадей смешался с ударами сердца. Она попыталась ползти, опираясь о кору дерева, но боль была адской. Колючие ветви хлестали лицо и руки, оставляя царапины. Внезапно острая боль пронзила бок; споткнувшись о корягу, Иветт снова рухнула. Стиснув зубы, попыталась встать — тщетно.

— Где эта девка?! — раздалось сверху. — Что значит «исчезла»? Прочесать весь лес! Доставить хозяину! Приказ!

Иветт лежала в густой траве на дне оврага и мысленно благодарила судьбу за то, что её не видно и не слышно. Однако она видела силуэты всадников сквозь деревья. Она коснулась пальцем метки на запястье, где было начертано чужое имя. Солдаты проскакали мимо, но вскоре из-за деревьев донёсся треск веток.

— Эй, босс! Тут, кажется, кто-то прячется! Любишь прятки? Мы тоже… — голос становился ближе.

Иветт замерла, сердце бешено заколотилось. Попыталась отползти, но запуталась в траве, издав шум. Солдат схватил её за волосы, рывком поднял и приставил нож к горлу.

— Хозяин вроде говорил доставить живой… вот только он ничего не сказал о том, что ты должна остаться нетронутой. — Он мерзко оскалился, обнажая гнилые зубы. Иветт затрясло.

Вдруг хватка ослабла, раздались булькающие звуки, и алая кровь хлынула на её платье. Из шеи солдата торчал кинжал. Мгновение — и она увидела лицо.

«Кьеран?!»

Он стоял в нескольких метрах, пронзительный взгляд прикован к ней. Оттолкнув обмякшего солдата, Кьеран бережно подхватил Иветт на руки, словно хрустальную статуэтку. Тотчас из засады выскочили притаившиеся солдаты.

Кьеран развернулся, прикрывая девушку. Клинки зазвенели, воздух наполнился металлическим грохотом. Кровь орошала землю, но Кьеран уверенно противостоял нескольким врагам. Его движения были чёткими, взгляд — убийственно холодным. Он играючи парировал атаки, нанося точные удары. Каждый контакт клинков рождал невидимые искры — бой превращался в танец, где он был ведущим. Один из солдат бросился с мечом прямо на Иветт; Кьерана захлестнула ярость, он метнулся наперерез, сбивая нападавшего. Враг тут же поднялся и вновь пошёл в атаку, но Кьеран, словно смерч, не оставлял шансов. Каждое его движение было выверено, без капли жалости.

— Эй, братишка, думал, мы позволим тебе одному геройствовать? Чёрта с два! — раздался голос Конрада, и стрелы со свистом полетели в солдат.

— Орите громче, придурки! — Меланта размахивала своими хлыстами.

Друзья, словно сыгранная команда, обменялись усмешками. Свистели луки, хлестали хлысты, сталь звенела. Иветт, не отрываясь, наблюдала за Кьераном. Каждое его действие было воплощением точности, грации и неоспоримого превосходства. Казалось, эта схватка — лишь очередная рутина, но на его губах мелькнула мимолётная улыбка.

Вскоре солдаты понесли большие потери; уцелевшие в панике бежали. Воцарилась тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием.

— Фух, давно так не развлекались, а, брателло? — рассмеялся Конрад.

— Какое тупое прозвище… — скривилась Меланта, оглядывая павших.

— Э! — возмутился Конрад, и ветерок подхватил прядь его волос. — Никто и не говорил, что оно должно быть умным. — Он устало опёрся на дерево.

— Ты просто не силён в этом, — парировала Меланта, убирая хлысты.

— Ну да. — Конрад повернулся к другу. — Братишка, ну ты и постарался!

— Соглашусь с тупицей, — поддакнула Меланта. — Давно не было таких вылазок. Кьеран, ты превзошёл себя.

Мужчина лишь слегка усмехнулся и повернулся к Иветт. Она сидела, прислонившись к дереву. Вокруг — ни криков, ни звона стали, только звуки природы.

— Как ты? — Кьеран присел рядом, вглядываясь в её лицо. Растрёпанная, платье порвано и испачкано кровью.

— Если честно, кошмарно, — виновато проговорила она, потирая запястье с меткой. Кьеран взял её руку и бережно протёр запястье от крови. Иветт заворожённо смотрела: в этом жесте было что-то интимное.

— Я совсем не понимаю, что происходит, — призналась она.

— Знаю. — Он не выпускал её запястья, осторожно проводя большим пальцем по метке. — Я всё объясню.

— Правда? Всему найдётся логическое объяснение?

— Разумеется. Да, всё выглядит абсурдно, но ответы есть.

Иветт кивнула и обхватила себя руками. Казалось, стоит опустить руки — и она рассыплется.

— Уже поздно, пора в Штаб, — прервала тишину Меланта.

— Точно. — Кьеран отпустил её запястье и поднялся. — Пойдём.

Иветт встала, но сразу захромала — видимо, вывихнула лодыжку. Кьеран это заметил и без слов подхватил девушку на руки. Она тихо пискнула, обвив руками его шею.

— Не стоило, — прошептала она.

— Тихо, я вижу, что тебе больно. — Кьеран прижал её крепче и зашагал за остальными.

— Спасибо… за всё, что ты сделал, учитывая, что мы даже не знакомы.

— Теперь знакомы, — мягко ответил он, улыбнувшись. — Это же так просто.

Они шли сквозь ночной лес; единственным источником света была луна. Конрад и Меланта тихо переговаривались впереди.

— Пс-с, Меланта, тебе не кажется, что наш друг слишком заинтересовался этой девчонкой? — прошептал Конрад.

— Заткнись, идиот, — беззлобно ответила она. — До тебя ещё не дошло?

— Что не дошло? Что он хочет её заполучить? Кьеран никогда не интересовался женщинами в романтическом плане. Спал с ними — да, но чувств не испытывал.

— Ты хоть иногда думаешь? — она пихнула его в бок. — У них метки душ, и я больше чем уверена, что их связала сама судьба. Это особая связь.

— Хочешь сказать, она его родственная душа?

— Да, идиот.

— Эй, зачем обзываться… — вздохнул Конрад.

— Хватит грызть друг другу глотки, — прервал их Кьеран. Иветт невольно улыбнулась.

— Ладно-ладно, сдаюсь, — Конрад вскинул руки.

— Смотрите-ка, покладистый, — хмыкнула Меланта, легонько толкнув его плечом.

— Да заткнись уже! — огрызнулся он, делая вид, что хочет затолкать её в кусты, но та ловко увернулась.

— Угомонитесь, — устало бросил Кьеран. — Мы почти у Штаба.

Впереди выросло здание Штаба Ордена Альентара. Острые шпили башен, устремлённые ввысь, поблёскивали в лунном свете, словно сотни отточенных клинков. Со всех сторон цитадель опоясывал густой лес — живая стена, оберегающая тайны Ордена.

— Впечатляет, да? — тихо произнёс Кьеран.

— Потрясающе… — выдохнула Иветт, зачарованно осматриваясь.

— Монументальное и мрачное сооружение, — отозвался Конрад. — Чёрное дерево, алые вставки, башни пронзают небеса, словно сабли. Сразу видно — творение лучших мастеров.

— Воплощение силы и непокорности, — добавила Меланта.

Они приблизились к огромным резным дверям. Кьеран толкнул створку; с тяжёлым скрипом она отворилась. Просторный зал был залит ярким светом факелов, свисавших на золочёных цепях. Штаб встретил их анфиладами залов, напоминавших музей: мраморные статуи, картины, драгоценное убранство. Под сводами висели массивные люстры, в хрустальных подвесках которых дробился свет десятков магических светильников. Мягкие ковры делали шаги почти беззвучными. Даже ночью здесь кипела жизнь: кто-то тренировался, доносился стук кузнечного молота, люди оживлённо переговаривались.

— Штаб — убежище для тех, кто не вписывается в рамки обычного мира, — пояснила Меланта, стараясь перекричать шум. — Мы разделены на отряды по способностям. Конрад — маг и гениальный оружейник, а я Химера. — В подтверждение она выпустила два хлыста, возникшие прямо из-под кожи.

— О боже… — Иветт округлила глаза.

Кьеран усмехнулся и медленно опустил девушку на пол, придерживая за талию. Меланта убрала хлысты, и те словно растворились. Иветт огляделась, удивляясь отсутствию стражи возле столь дорогих вещей. Она так увлеклась, представляя размеры библиотеки, что не сразу поняла, почему замедлила шаг.

— Есть и новички вроде тебя, — продолжала Меланта. — Все мы одарены особыми силами, уникальными, но в чём-то схожими. Принадлежность к «классу» условна, границы размыты. Кьеран, например, чистокровный маг, но, как ты могла убедиться, отлично владеет оружием.

Иветт жадно впитывала информацию, переводя взгляд с Меланты на Кьерана, на Конрада. Хотелось задать миллион вопросов, но усталость брала своё.

— Не стоит нагружать её в первый же день, — мягко заметил Кьеран.

— Всё в порядке, — возразила Иветт. — Я должна хоть немного узнать о месте, где буду жить, и о людях, с которыми рядом.

— Тут много интересного, — кивнул Конрад. — Успеешь изучить.

— Сначала — леди Элеанор, — подчеркнула Меланта. — Она глава Ордена, без неё не было бы ничего из того, что ты видишь.

— И за пределами этих стен, — добавила Меланта с бесконечным уважением в голосе.

* * *

Они прошли по длинным коридорам и лестницам, встречая военных и гражданских. Иветт поняла: это не просто Штаб, а сердце всего Ордена. Вскоре они остановились перед массивной дубовой дверью с искусной чёрной резьбой, похожей на заклинание. Кьеран постучал.

— Войдите, — раздался усталый голос. Кьеран бросил короткий взгляд на спутников и открыл дверь.

В просторном кабинете восседала Элеанор Джейд, словно солнечный луч, согревающий Сент-Эмерод. Стены украшали старинные гобелены и артефакты. Лунный свет, льющийся сквозь высокие окна, серебрил хрусталь на столе, создавая атмосферу спокойствия и силы. Элеанор подняла брови, ожидая объяснений.

— Леди, у нас важные новости, — начал Кьеран; в голосе звучала уверенность, но проскальзывала нотка волнения.

Элеанор отвлеклась от бумаг, откинулась на спинку кожаного кресла и устало потёрла висок.

— Что привело вас в столь поздний час? Слышала, вы быстро вернулись, значит, справились.

— Винсент превзошёл самого себя, — ровно заговорила Меланта. — Он больше не мальчишка, одержимый Хаосом. Он давно переманил Джоанну. В наших рядах была змея.

Элеанор нахмурилась.

— Она понесёт наказание. Что ещё?

— У Винсента и Джоанны была сделка, условия нам известны лишь отчасти. Но он выполнил свою часть: нанёс на неё и Кьерана искусственные метки душ.

— Понимаю. — Элеанор задумалась, затем перевела взгляд на Иветт. — И это всё?

— Винсент похитил её. Зачем — неясно. Она из другого мира. Он назвал её «тем самым ключом», поставил на себе искусственную метку и хотел принудить её к такой же. Мы спасли её, и демоны Винсента устроили погоню.

Элеанор заметно оживилась, внимательно разглядывая Иветт. В её взгляде читались скептицизм, любопытство и лёгкое недоверие.

— Значит, девочка из параллельного мира, — тихо проговорила она. — Откуда ты родом?

— Из Афин, — с дрожью в голосе ответила Иветт. — Я не знаю, как меня нашёл Винсент. Просто гуляла в безлюдном месте, а потом… очнулась здесь.

— Афины. Как интересно. И очутилась в Румынии, да ещё без языкового барьера. — Элеанор усмехнулась, словно это её позабавило. *Ну и забросило же*, — подумала Иветт.

Элеанор поднялась и подошла к девушке, осторожно взяла её за запястье.

— Ты знаешь, что это?

— Н-нет.

— Метка душ. Подлинная. Как и у Кьерана, полагаю? — Она бросила быстрый взгляд на брюнета. Тот промолчал, но Верховная и так всё знала. — Я открою тебе одну из завес тайны. Метки — дар богов, один из столпов нашего мира. Легенда гласит, что пара, чьи души соединены, становится непобедимой силой против Хаоса. Спустя века боги вновь обратили на нас взор.

Иветт потрясённо смотрела в пол.

— От этого понятнее не становится…

— Останешься в Ордене — узнаешь больше.

— А если я… откажусь?

Элеанор усмехнулась и убрала прядь волос с лица.

— Ты действительно считаешь, что у тебя есть выбор? Винсент проявил к тебе такой интерес, что теперь ты никуда не денешься. Единственное, что ты можешь выбрать, — сторону: Орден или Хаос.

Земля уходила из-под ног.

— Но что мне делать? Я ничего не умею! Это как держать в руках живой огонь, который вот-вот вырвется и сожжёт всё вокруг!

— Ты пройдёшь обучение. — Элеанор плавно подошла и бережно положила руку ей на плечо. — Орден существует много веков. Мы обладаем огромными знаниями, ресурсами и опытными наставниками. Мы разовьём твои способности, научим контролировать и направлять их в борьбе с наступающей тьмой.

— А если я не справлюсь? Окажусь недостаточно сильной? Сделаю что-то неправильное? — слова вырвались сдавленным шёпотом.

— Не бойся, — мягко произнесла Элеанор. — Мы всегда будем рядом, поможем на каждом шагу. Ты не одна. Но придётся много работать, магия требует дисциплины и самоотдачи. — Она вернулась к столу, вновь став величественной. — Твои силы — и дар, и проклятие. Они привлекают внимание тёмных сил, словно маяк. Теперь ты мишень. Будь предельно осторожна и никому не доверяй, кроме проверенных членов Ордена. И, конечно, Кьерана. Он будет твоим главным наставником, твоим щитом.

Иветт кивнула, чувствуя, как ответственность давит на плечи.

— Что мне теперь делать? С чего начать?

— Обучение, разумеется. Но прежде осознай свою природу, узнай о мире, о магии, об истории Ордена. — Элеанор подошла к окну, за которым серебрилось хмурое небо. — Твоя история только начинается. Меланта, проводи Иветт в комнату, ту, что пустует возле ваших. Сначала — в купальню, ей нужно расслабиться.

Иветт бросила взгляд на Кьерана. Тот смотрел на неё, и в его взгляде, казалось бы, было безразличие, но когда их глаза встретились, на его губах появилась лёгкая улыбка — безмолвное «Не волнуйся».

Когда дверь закрылась, Иветт обратилась к Меланте:

— Думаю, я доставила вам массу хлопот.

— Ерунда, — отмахнулась та, ведя её по коридору. — Привычный уклад немного нарушила, но ничего страшного.

— Сначала мне показалось, что я тебе не понравилась.

Меланта улыбнулась.

— Я просто осторожна с новыми людьми. — Она открыла дверь в комнату. — Но у меня нет причин относиться к тебе плохо. Ты ни в чём не виновата.