— … Я в туалет.

Топ-топ-топ.

Я в туалете.

Что же делать, что же делать… Я опустился на крышку туалета и вздохнул, разглядывая старую лампочку под потолком.

Система права. Учитывая характер и образ, который я себе выстроил, было бы крайне странно, если бы я вдруг решил рискнуть собственной жизнью и провалить наше задание только потому, что мой одноклассник и учитель оказались в опасности. Злодеи так не поступают. С точки зрения Антона Савина, самое логичное сейчас — это бросить их и отправиться в Церковь.

Этот поступок даже нельзя было назвать особенно злым. Просто негероическим. Логичным. Поэтому система и обещала за него всего 3 балла, тогда как наказание за настоящее геройство было куда серьёзнее.

Разумеется, о том, чтобы брать такой серьёзный минус, не могло быть и речи. Каждое последующее Полевое задание будет сложнее предыдущего. Силы Алекса и остальных будут расти в геометрической прогрессии. Стоит мне хотя бы на секунду запнуться и отстать — и уже следующее Полевое задание превратится для меня из лёгкой прогулки в смертельную карусель.

Нет, дурная метафора. Даже сейчас это никакая не лёгкая прогулка, и в катакомбах меня поджидает смертельная опасность.

Если бы только я мог найти злодейскую причину, почему мне нужно это сде…

Тук! Бах! Бах!

Мои мысли прервал резкий стук. Я вздрогнул, едва не подпрыгнул и выронил шкатулку с кристаллом, которую держал на коленях.

— Занято! И будет занято ещё ближайший час! Пошёл прочь! — рявкнул я на закрытую дверь.

'+0,1 балла

Текущие баллы: 10,8'

Стук прекратился. За дверью послышались удаляющиеся шаги.

…Проклятая челядь и проклятые старые отели с одним туалетом на десять комнат.

Я вздохнул и поднял шкатулку.

Так вот. Если бы у меня была злодейская причина, по которой… Стоп. Мои мысли остановились, как будто прямо на бегу зацепившись за некий предмет, который после внимательного осмотра оказался золотым слитком.

Я посмотрел на шкатулку.

А ведь у меня была причина… Причём с самого начала. Я планировал разыграть похищение кристалла, верно? Если мы сейчас отправимся в Церковь и расскажем обо всём Грандмастеру и прочим инквизиторам, сделать это уже не получится. А вот если мы спустимся в катакомбы — на встречу с «загадочными похитителями», которые на деле окажутся культистами, — у Антона Савина появится прекрасная возможность устроить кражу.

На самом деле воровать кристалл я не собирался, это безумие, но если я сделаю вид, что намереваюсь это сделать, у Алекса и остальных сразу отпадут вопросы, почему я внезапно решил поиграть в героя.

С другой стороны, не могу же я прямо сейчас им заявить, что собираюсь украсть кристалл.

Или могу?..

Я приоткрыл шкатулку и посмотрел на сверкающий внутри белый кристаллик. Если хорошенько присмотреться, можно было заметить под его прозрачной корочкой белые завихрения, образующие многомерные спирали.

Кристалл Времени 4-го ранга — Бесконечность. Сколько вообще человек знали, как он выглядит на самом деле?

Я взял его, покрутил между пальцами и спрятал во внутреннем кармане жилета. Затем достал из другого кармана голубой кристалл и положил в шкатулку.

Это был Аквиний — особый кристалл 2-го ранга. Все особые кристаллы отличались друг от друга, а потому, если не знать, как они выглядят, различить их было практически невозможно. Конкретно этот кристалл я получил от вождя ящеров во время Полевого экзамена. Его не было ни в одной энциклопедии, а значит, никто не мог знать, что он представляет собой на самом деле.

В этом заключался второй этап моего плана. Теперь я мог не беспокоиться о том, кому в итоге достанется шкатулка. Главное — под самый конец достать настоящий кристалл на глазах у Алекса и произнести тираду о том, что именно в этом и заключался мой злодейский план. Алекс побьёт меня, заберёт настоящий кристалл и ничего никому не расскажет, потому что иначе я пригрожу уничтожить приют, в котором он вырос.

Что же касается первого этапа, то он потребует от меня определённого актёрского мастерства… А вернее сказать — его полного отсутствия.

Я поднялся, несколько раз прорепетировал свою речь перед зеркалом, а затем вернулся на второй этаж.

Стоило мне переступить порог нашей общей комнаты, как на меня обратились нетерпеливые взгляды.

Я прокашлялся… а затем расплылся в дьявольской улыбке и сказал:

— Я голосую за первый вариант. Мы обязаны отправиться на помощь и спасти нашего одноклассника… и драгоценного учителя. Если за нами действительно следят и мы обратимся в Церковь, они окажутся в большой опасности. Мы не можем этого допустить, верно? Мы должны спасти их во что бы то ни стало! — воскликнул я и ударил себя кулаком в грудь.

На мгновение в комнате воцарилась растерянная тишина. Потом собравшиеся пришли в себя и посмотрели на меня с глубочайшим недоверием.

Сперва ты работаешь на свою репутацию.

Потом репутация начинает работать на тебя.

Никто не мог поверить, что я — Я! — действительно хочу спуститься в катакомбы и рискнуть собственной жизнью исключительно из героических побуждений.

Я подождал несколько секунд, а затем мысленно выдохнул, когда понял, что система не собирается начислять мне штрафные баллы. Злодейских я тоже пока не получил, но это уже дело второстепенное. Теперь главное — оправдать недоверие героев и действительно воспользоваться ситуацией, чтобы украсть кристалл. Потому что если я этого не сделаю, они могут решить, что я говорил искренне, и тогда…

Тогда всего восемью штрафными баллами я не отделаюсь.

— Ну что, пошли? — спросил я взволнованным голосом, продолжая корчить подозрительную улыбку.

Я сделал рискованную ставку. Взял кредит недоверия. Теперь мне нужно было его оправдать, а не то долговая яма превратится для меня в непроглядную бездну.

…

…

…

«Вперёд, мои драгоценные одноклассники!»

«Не отставайте, мы должны держаться вместе!»

«Осторожней на лестнице, здесь скользко!»

«Побольше света и смотрите по сторонам! Опасность поджидает на каждом шагу!..»

…Перебарщиваю? Перебарщиваю. Пора немного сбавить обороты. На меня и так уже смотрят предельно подозрительно.

Я выдохнул и огляделся по сторонам.

Пожалуй, главная разница между игровой и настоящей канализацией — это запах. В игре его не было, но стоило мне спуститься по лестнице в реальные катакомбы, как в нос сразу ударил характерный смрад.

Я поморщился; остальные — тоже. Адель прокашлялась и спросила:

— Кхм… Куда дальше?

— Эм… — Альфирия развернула письмо, которое прислали похитители. — Тридцать шагов вперёд. И налево, — сказала она, приподнимая голову и растерянно разглядывая прямой коридор, который простирался перед нами намного дальше тридцати шагов.

Мы переглянулись, затем двинулись вперёд, отсчитали нужное расстояние, повернули налево и действительно оказались перед сплошной стеной из серого кирпича.

— Это точно то место? — нахмурилась Адель.

— Улица Закатная, 17… Может, здесь есть другой вход в канализацию? На карте был только один, — прошептала Альфирия. — Мм? Стойте, — вдруг сказала она и наклонилась, разглядывая выступающий кирпич.

Альфирия осторожно надавила на него кончиком своего посоха. В ту же секунду раздался грохот, посыпались маленькие камни, и стена отъехала в сторону, открывая тёмный проём и первые несколько ступенек серой лестницы, круто уходящей в подземный мрак.

— Неплохо. Оказывается, ты можешь быть полезной, а не только вредить, — сказал я, потирая помятый затылок.

Альфирия неловко отвернулась.

Надо будет потом надавить на её чувство вины и стребовать что-нибудь злодейское. Хотя именно на Альфирию мне кричать не особо хочется — в любой момент может появиться Мавелика, а это уже игра с огнём.

— Хм. Могли бы и сообщить об этом в своей записке, — недовольно сказала Адель.

Могли.

Но тогда бы не было головоломки.

Лестница была узкой, и спускаться нам приходилось цепочкой. Впереди шла Адель — наша главная боевая единица, за ней Альфирия, затем я, хранитель посылки, потом второстепенный заклинатель Саша, а замыкала строй второстепенная боевая единица — Алекс.

Сперва все молчали. Узкие стены и непроглядная темнота впереди — свет посоха Альфирии разгонял её всего на несколько метров — давили на нас. Однако человек может заскучать даже при таких обстоятельствах. На десятую минуту спуска Алекс с удивлением заметил, насколько глубокими были катакомбы.

— Это только первый уровень, — вздохнула Саша. — Разве ты не знаешь? Всего их три. Четыре, если считать канализацию. Самые древние находятся на глубине нескольких километров.

— А чем они отличаются? В смысле, зачем нужны разные уровни? — спросил Алекс.

— Их создали в разное время, — ответила Адель, продолжая пристально смотреть вперёд. — Самые верхние руины переоборудовали под канализацию меньше сотни лет назад. Второй уровень — это старый город. Он ушел под воду во время Великого потопа, когда Кристалл воды 4-го ранга вышел из-под контроля в конце Войны Золотых Цепей семь веков тому назад. Треть Единого континента тогда оказалась под водой. Так появилось Срединное море, разделившее его на Северный и Южный.

— А третий?

— Это…

— Стойте! — неожиданно воскликнул Алекс.

Мы остановились.

— Пахнет кровью.

— Я ничего не чувствую, — нахмурилась Адель.

— Дальше, — коротко бросил Алекс.

И действительно, примерно через сотню ступенек лестница выпрямилась и превратилась в просторный коридор. Посреди него, заливая старые камни чёрной кровью, лежала огромная чешуйчатая рыба с тонкими человеческими ножками, разрубленная пополам.

— Что это? — сморгнул Алекс.

— Монстр, — мрачно ответила Адель. — Они проникли на второй уровень после того, как его забросили. Сначала инквизиторы пытались от них избавиться, однако это требовало огромного количества времени и ресурсов. Монстры постоянно устраивали новые гнёзда. Поэтому после строительства канализации большую часть руин решили запечатать.

— Они опасны? — с тревогой спросила Саша.

— Для Воина Высшего ранга — нет, — ответила Адель, делая несколько шагов вперёд, покидая наш строй и разглядывая ещё два трупа, которые, судя по характерным ранам, были убиты одним ударом. — Профессор Гавриловна могла бы просто их проигнорировать — всё равно они бы ничего не смогли ей сделать. И тем не менее она перебила их, чтобы расчистить нам дорогу.

— Наоборот, — сказал я.

Все посмотрели на меня, в том числе Адель, которая сразу нахмурилась.

Изначально я собирался держаться тише воды ниже травы — по крайней мере до определённого момента, чтобы история развивалась своим чередом. Однако сейчас лучше было сделать исключение. Всё же это была не игра, а реальная жизнь. Любая оплошность может привести к непоправимым последствиям.

— Нет, она усложнила нам путь, так что следует быть осторожнее, — сказал я всё той же наигранно-слащавой интонацией.

— Эм… В каком смысле? — спросила Саша, когда Адель проигнорировала моё замечание.

— Она была здесь несколько часов назад, верно? А руины, особенно второй уровень, кишат чудовищами. Она не могла убить их всех, и за это время они наверняка успели сюда вернуться. Нет, они должны были сюда вернуться.

— Почему это «должны»? — закатила глаза Адель.

— Потому что здесь пахнет кро… Сверху! — воскликнул я и вскинул руку.

Лицо Адель мгновенно изменилось. Девушка подняла голову, в её глазах отразились золотистая молния, освещая тёмную фигуру, всё это время наблюдавшую за нами с потолка.

Раздался детский крик, и в следующую секунду прямо в кровавую лужу перед Адель рухнул зубастый карп на тонких человеческих ножках, содрогаясь в электрической судороге.

Я немедленно подскочил к нему и, прежде чем остальные успели среагировать, разрубил тварь пополам.