Девочка не растерялась. Едва монстр начал поворачивать в ее сторону уродливую голову, как Веики юркнула в сторону и припустила со всех ног.

— Да что же ты! В четырех себе подобных можешь превратиться, а ума у всех едва ли на одну голову наберется! — Булька бежал за девочкой и ворчал. — Стой, говорю!

Веики его не слышала. Подхватив с земли валяющийся меч, оставшийся там от одного из жителей, решившего защищать свою семью и умершего в одно мгновение, девочка принялась осматривать улочки. Мартен, он должен быть где-то здесь. Далеко убежать он не мог.

Деревня походила на потревоженный улей. Кричали люди, в панике бегали из стороны в сторону, наткались друг на друга, тем самым еще больше облегчая монстру охоту. Никто из толпы даже не удосужился запалить сигнальные костры, чтобы предупредить об опасности других. В кромешной темноте, освещаемой лишь звездами и всполохами факелов, монстр чувствовал себя как в родной стихии. Обладая видимо способностью ночного зрения, он без проблем обходил каменные дома, не желая калечить об них конечности. А вот деревянные, саманные и обшитые бамбуком с детской радостью крушил, восторженно от этого похрюкивая. Воспринимал он это как забаву. Еще бы, стоило снести крышу одного строения, как из хижины в панике выбегали люди, которых монстр тут же и съедал.

Что же произошло? Кто отрыл эти врата в ад и выпустил монстров сюда? И самое главное: как обратно их выкурить отсюда? Был ли тот раздвоившийся луч света намеренно создан или это какое-то дикое стечение обстоятельств, аномалия магических потоков, которая привела к столь печальным последствиям? Целый ворох вопросов, ответов на которые не было.

Веики юркнула в один из переулков и едва не упала, поскользнувшись на огромной луже крови. В последний момент ухватившись за ограду, она восстановила равновесие. Под ногами противно хлюпнуло, едва девочка сделала шаг. Тошнотворный влажный запах с привкусом меди ударил в нос. Веики сделала шаг назад, другой. Под ногами зачавкало. Ступня утопла в чем-то теплом, мягком.

— Куда ты запропастилась⁈ — пискнул Булька, следом забегая в проулок. — Ох!..

Увидел жуткую картину, грызун не смог сдержать отвращения.

— Я… — девочка глянула под ноги и тут же выпучила глаза.

Крик ужаса начал подниматься с низа живота черной волной. Веики заверещала, не в силах остановить уже себя.

Под ногами лежала груда человеческих внутренностей.

— Тише! Тише ты! — запрыгал на месте Булька, размахивая лапками и куцым хвостиком. — Замолчи, а то он нас услышит!

Но девочка уже не могла себя сдерживать. Она кричала и пыталась выбраться из этой жуткой кровавой каши. Но едва отпрыгивала в сторону, как вновь со смачным шлепком наступала в другую. Монстр не жаловал внутренности, предпочитая им мясо, поэтому отрыгивал их вместе с желудочным соком, щедро залив практически все улочки.

— Хватит орать! Иди сюда, ко мне! И не смотри под ноги! Старайся смотреть только на меня.

Девочке стоило огромный усилий чтобы подавить крик. Всхлипывая, она рванула к Бульке.

— Отлично! Еще немного!

Вновь едва не поскользнувшись, Веики наконец выбралась из жуткого места.

— Нас сожрут! Всех сожрут! — истошно закричал выбежавший из проулка толстяк с очумелыми глазами.

Булька, не ожидавший увидеть еще живых, бросился в страхе в сторону.

— Убьют! Убьют!

— Запалите костры! — яростно ответила ему Веики. От страха не осталось и следа, теперь там была только злость. — Костры!

Толстяк непонимающе посмотрел на девочку, растерялся.

— Ты что, не понимаешь⁈ — вышел из себя крыс. — С помощью костров мы позовем подмогу с соседних деревень! Одним нам не справиться с этим монстром! Он нас всех сожрет! И дальше пойдет, по другим селениям!

Толстяк глянул на говорящего грызуна и лишь промычал:

— Он нас всех сожрет!

Веики рванул к нему, схватила за грудки.

— Где стоят дозорные посты? Там должны быть заготовлены дрова для сигнального костра. А ну говори!

Толстяк что-то прошамкал в ответ.

Веики тряхнула его, отвесила пару звонких пощечин. Вновь тряхнула и вновь ударила ладонью по мягкой щеке.

Это помогло, толстяк, заикаясь, принялся говорить.

— Дальше, по улице… возле дома старосты… там стоит один.

— Проведи нас туда!

— Но…

— Живо!

Спорить толстяк не посмел. Потрясывая вторым подбородком, похожим на коровье вымя, он засеменил в сторону каменных домов. Веики, подхватив своего хвостатого напарника, последовала за ним.

Компания пробежала вдоль небольшой ограды, буйно заросшей крапивой, укрылась на некоторое время в небольшом овраге, пережидая пока монстр пройдет мимо, оказалась возле ухоженного садика.

— Дом старосты, — подсказал толстяк. — За ним стоит дозорный пост.

— А возле входа в деревню, что разве нет дозора? — удивленно спросил грызун. — Логичнее было бы сделать его там, нежели у старосты под боком.

Толстяк лишь пожал плечами. Потом, всхлипывая, произнес:

— Я хотел защиты.

— Что? — обернулась Веики.

— Я просто хотел защиты.

— Подожди, так ты и есть староста деревни⁈ — выпучил бисер глаз Булька.

— Да, — совсем тихо произнес толстяк и вжал голову в плечи.

— Да я тебя!..

— Подожди, Булька! — остановила его Веики. И повернулась к старосте. — Где дозорные? Почему никто не вышел защищать деревню?

— Дозорных нет, — пропищал толстяк. — Они все ушли.

— Куда ушли?

— В Поход.

— В какой еще поход? Что ты несешь?

— Это все из-за «Красных рукавов»! — срывающимся фальцетом заверещал толстяк. — Половина деревни с ним ушло, на Провинцию. Восстание организовали, походом пошли на столицу.

— Что за ересь ты несешь? — удивилась Веики.

— Как есть правду говорю! Многие деревни так к Уэну этому, лидеру этих «Рукавов», примкнули. Он им новую светлую жизнь обещал, а они и поверили. Почти все мужики у нас и ушли. Старики остались да бабы с детьми. Не доволен народ властью. А я им что, указ что ли? Просил остаться, так они меня не послушали, чуть по шее не надавали. А в соседнем селе, говорят, и вовсе старосту к столбу прибили и высекли.

— Что же это твориться? — прошептал Булька, поглядывая на девочку.

Веики лишь пожала плечами.

— Поэтому и костер не запалили, что некому было? — спросил грызун.

Толстяк кивнул.

— Поспешим, — крикнула девочка. — Запалим сами, чтобы людей остальных предупредить.

Веики перепрыгнула через забор, схватила у входа маслёнку со слабо тлеющим фитильком и направилась к поляне, на которой располагался сигнальный костер. Булька и староста последовали за ней.

Но не прошли и пяти метров, как тень вышла им наперерез.

— Не мешай! — рявкнула Веики, приняв незнакомца за одного из жителей деревни. — Мы хотим запалить костер, чтобы предупредить людей!

— Не спеши! — прохрипел незнакомец и подался вперед.

В слабом огоньке масленки Веики увидела обожжённое до черной корочки лицо. Сгоревшие губы уже не закрывали челюсти и желтые лошадиные зубы жутко скалились.

— Не так быстро! — произнесла тень и Веики вдруг узнала в этом голосе того бандита, который вломился в дом лекаря и пытался убить Мартена.

Не веря своим ушам, он пригляделась. Да, несомненно, это был он, даже через опаленный слой плоти она узнал его черты. Этого просто не может быть! Как он остался в живых?

— Не так быстро! — повторил Ворон и достал кривой нож. — Сначала я хочу насладиться болью в твоих глазах!

* * *

Резкий аммиачный запах привел Уэна в сознание. Парень дернул головой, сморщился.

— Тебе нужна помощь, — произнес Канг, нависая над Уэном и пронзая того колким взглядом.

В руках владыки находилась небольшая колба, Канг протянул ее парню.

— Еще нужно для протрезвления?

Удушливый аммиачный запах вновь неприятно резанул.

— Я в порядке, — прошептал парень, пытаясь отстраниться от зловония.

Но едва пошевелился, как острая боль пронзила ребро.

— У тебя, возможно, сломаны кости, — произнес Канг, пряча склянку в наплечный мешок. — Лучше не шевелись. Этот уродец тебя знатно помял.

— Что это за нечисть была такая? — прошептал Уэн, поглядывая на тело монстра, на жаре начавшее уже смердеть.

Говорить было тяжело и едва хватало сил чтобы дышать; неглубокие вдохи отдавались болью в правом боку и походили на то, будто парень вместо воздуха захлебывает расплавленный свинец.

— Мы бы и сами хотели это у тебя узнать.

— Я не знаю. Просто возвращался назад, немного заплутал, вышел к обрыву. Глянул — а там этот появился, с глазами. Словно из какого-то провала темного. А потом второй.

Канг задумался. Смуглый лоб прочертила глубокая морщина, а слепой глаз вдруг налился кровью.

— Чужая магия, — прошептал владыка, поднимаясь с колена. Кивнул Уэну: — Ты пойдешь с нами.

— Что⁈ Нет, я возвращаюсь к себе!

— Твои раны слишком серьезны, чтобы идти. Мы, конечно, можем тебя доставить в твой лагерь… но делать этого не будем.

Уэн вопросительно посмотрел на Канга.

— Почему?

— Потому что все произошедшее с тобой сейчас твои бойцы спишут на нас, даже если ты сам будешь все отрицать. А я не хочу лживых обвинений и возможных стычек. Я вылечу тебя, это не займет много времени. А потом уже и возвращайся к себе.

— Нет, я должен возвращаться прямо сейчас! Времени нет.

Канг пристально посмотрел на парня. Произнес:

— Хорошо, если тебе так будет угодно, делай по-своему. Но для начал просто попробуй встать. Если получится, то мы оставим тебя здесь — дойдёшь как-нибудь.

Уэн стиснул зубы, попытался перевернуться на бок. Но едва пошевелился как закричал. В бок будто всадили огромное ржавое копье. Боль затмила разум и пришлось некоторое время судорожно ловить ртом воздух, чтобы не провалиться в темноту.

Дождавшись, когда первый приступ немного отпустит, Уэн попытался еще раз. И вновь вскрикнул. Теперь еще сильнее.

— Ну так что ты решил? — с усмешкой спросил Канг, поглядывая на корчащегося в приступах боли парня. — Остаешься тут и справляешься как-нибудь сам? Или же примешь мою помощь?

— Мне не нужна ничья помощь! — сквозь зубы прошептал Уэн.

Лицо его стало белым, а на лбу выступили крупные капли пота. Сердце, казалось, сейчас выпрыгнет из груди.

— А ты упертый малый, — усмехнулся Канг. — Знаешь, я бы тебя и оставил тут в других обстоятельствах, коль ты сам этого хочешь. Но не сейчас. Во-первых, твоих солдаты вскоре примутся шерстить весь лес в поисках тебя. Мы, конечно, без проблем сможем их всех перебить, но к чему эти лишние жертвы? А во-вторых, никто не даст гарантии, что эти монстры вновь не появятся тут. Ты хочешь быть сожранным этими уродами? — Канг кивнул на тело, издали похожее на небольшую гору.

Уэн задумался, покачал головой.

— Вот и отлично, — одобрительно кивнул Канг. И приказал своим подчиненным: — Соорудите из подручного материала носилки.

Бойцы тут же принялись рубить ветки и бамбук.

— Где мой артефакт? — прошептал Уэн, осторожно осматривая округу.

— Он в надежных руках, — ответил Канг.

— Отдай мне его! Немедленно!

— А вот кричать на меня не стоит, — предупредил владыка. — Не люблю грубиянов.

— Отдай артефакт! — сквозь зубы процедил парень.

— Отдам, — кивнул Канг. — Обязательно отдам, но не сейчас.

— Ты хочешь остановить нас таким способом? — морщась от боли, произнес Уэн.

— Да, — на удивление легко согласился Канг. — Я хочу на время задержать тебя и твоих ребят. И как видишь, пока мне это удается.

— Я вырву тебе…

— С угрозами прошу повременить, — ледяным тоном произнес Канг, погрозив Уэну словно маленькому пальцем. Брови владыки сдвинулись к самой переносице. — Если бы я хотел убить тебя, то давно бы уже сделал это. Даже того времени, пока ты лежал без сознания, мне бы хватило вонзить свой нож тебе в шею несколько раз. Но, как видишь, я этого не сделал. Я говорил тебе в нашей беседе, что ты мне нужен. Наши цели на данном этапе совпадают, а значит я тебе друг. Пока, — последнее слов Канг произнес с нажимом. — И как любой друг оказываю тебе помощь.

— Ты отобрал у меня артефакт пока я был без сознания!

— Не отобрал, а взял на сохранение. Твои руки слишком слабы чтобы удержать его. Но не переживай, я обязательно тебе его отдам, будь в этом уверен. Позже.

Уэн хотел еще что-то сказать, но несколько зверолюдей подхватили его и переложили на носилки, сделанные из бамбуковых палок и веток. Парень сморщился, закусил нижнюю губу, но не смог сдержать вскрика боли.

— И прежде, чем мы направимся обратно в мою обитель, я попрошу тебя об одной услуге.

Канг достал из кармана нож. Одним точным движением он срезал небольшой бамбуковый ствол, расщепил его на две части. Протянул одну парню.

— Зачем это? — спросил Уэн.

— Я хочу, чтобы ты написал послание своим людям, чтобы они не искали до времени тебя. Напиши, что того требуют обстоятельства. Письмом обратись к своему ближайшему подчиненному. И иероглиф свой личный поставь.

— Зачем мне это делать?

— Какой же ты не понятливый! — вздохнул Канг. — Я же говорил тебе — чтобы твои парни не полезли в мой лес. И, соответственно, не было новых жертв, чьи эманации смерти только ускорят то рост зла, что зреет в Зачарованном лесу.

Уэн скривился. Ситуация складывалась хуже некуда. Ранен, без артефакта, да еще и в придачу ко всему в заложниках у зверочеловека, возомнившего себя богом!

— Ну так что, будешь писать? — спросил Канг, протягивая Уэну нож.

— Хорошо, — кивнул парень и потянулся за оружием.

— Только без глупостей, — улыбнулся тот, отдавая нож.

Когда послание было готово, Уэн едва мог шевелиться. Боль, до этого гнездившаяся только в правом боку, начала расползаться по всему телу. Сильно хотелось пить, губы пересохли, а лоб, до этого холодный, вдруг стал горячим как доменная печь.

— Тебе надо срочно оказать помощь, — после беглого осмотра заключил Канг. — Помимо обычной раны, и, возможно, внутреннего кровотечения, монстр ударил по тебе еще и магическим воздействием. Пока не могу разобраться что именно, слишком все необычно и иначе, чем мы привыкли. Это существо явно не из наших мест.

— Откуда тогда? — одними губами прошептал Уэн.

— Хотел бы, и я это знать. Вопрос требует тщательнейшего изучения. Прорыв ткани бытия — это очень плохой предвестник бед. И думаю, без Зачарованного леса тут не обошлось.

— К демонам этот Зачарованный лес! — прохрипел Уэн.

— Думаю, скорее мы пойдем к демонам первыми, чем он.

— Ох! — не смог сдержать вздоха парень, когда группа начала спускаться с небольшого пригорка и трясти носилки.

— Пока идем могу сделать тебе не сильное болеутоляющее из трав, — предложил Канг и хихикнул: — Если не боишься конечно, что я тебя отравлю.

— Давай, сил терпеть нет уже! — прошептал Уэн.

Владыка, не останавливаясь сорвал несколько листьев с деревьев, словно бы наугад, не разбираясь даже, свернул их в тугой цилиндрик и протянул парню.

— Вот, зажми зубами и пей выделяющийся сок. Он горек, но снимет боль.

Уэн с подозрением принял помощь.

Боль и вправду утихла, стала тупой и ноющей. Парень попытался поднять голову, но Канг остановил его.

— Нет, боль прошла, но раны не излечилась. Так можешь сделать только хуже себе. Лежи. Скоро уже дойдем.

Отряд миновал заросли, вышел к звериной тропинке. Тигроголовый, идущий в авангарде, внезапно остановился и подал остальным знак остальным. Канг напрягся, принялся водить руками, активизируя Потоки магии.

— Что там? — спросил Уэн.

— Чужаки, — ответил владыка. — И все с оружием.

Уэн хотел предупредить владыку, чтобы тот не пускал в ход оружия, так как это могли быть его люди, потерявшие своего предводителя и отправившиеся на его поиски, но не успел. Огромный огненный шар прочертил в воздухе дугу и с тугим хлопком разорвался у ног Канга, обдавая все в округе негасимым пламенем.