Тигр лязгнул зубами. Мартену на мгновение показалось, что этот противный скрежещущий звук издают его собственные кости, крошась под неимоверной мощью челюстей зверя. Мальчик не сразу понял в чем дело, потому что закрыл от страха глаза. А когда открыл их, то с удивлением понял, что до сих пор жив. И даже не получил ни одной царапины.

Магическое заклятие сработало, перед мальчиком, отражая отблески солнца, висел полупрозрачный щит. Заметен он был с трудом, лишь по искажающим на своих гранях линиям света и больше все походил на купол, который неведомым образом сделали из воды.

Народ сходил с ума, кто-то восторженно кричал, кто-то возмущался. Ставки почти у всех сгорели, ведь никто не рассчитывал на такой поворот событий — подумать только, парень продержался уже до второго гонга! Когда такое было в последний раз? Не припомнить. Старики конечно могли упомянуть Кинэ-полукровку, который бился до середины второго раунда, однако и противник был иным, младшим братом нынешнего тигра.

Но были и те из толпы, кто напротив безудержно радовался происходящему, поставив спьяну на парня, и чувствуя теперь, что огромный выигрыш уже почти у него в кармане.

Карлик, сидящий в отдельном ложе, хмуро молчал.

— Как это? Ты что, маг? — спросил Сюэ, подбегая к Мартену.

Здоровяк был напуган и смотрел на своего спутника так, будто видел того в первый раз.

— Я… я не знал до этого момента, что могу так, — словно бы извиняясь произнес мальчик. И вдруг вскрикнул: — Берегись!

Разозленный зверь бросился в еще одну атаку. Просто так сдаваться он был не намерен.

Сюэ попытался укрыться под магической защитой мальчика, но щит оттолкнул и его.

— Ты чего⁈ — выпучил глаза здоровяк. — Меня же сейчас сожрут!

— Я не знаю как убрать ее! — закричал Мартен.

И чтобы хоть немного отвлечь на себя монстра, бросился бежать в другую от Сюэ сторону. Подействовало. Тигр шаркнул задними ногами по гравию, выгнулся, прыгнул. И вновь врезался в невидимый щит.

Народ загоготал.

Чувствуя, что трапеза начинает превращаться в посмешище, и смеются над ним, великим и ужасным, тигр пришел в такую ярость, что уже позабыл об остальных пленных. В голове было только одно — разорвать задиру на куски!

Издав боевой рык, чудовище прыгнуло на мальчика еще раз. И еще. И еще.

И неизменно морда и клыки тигра натыкались при этом на твердый как камень щит.

Поверив в свою защиту, Мартен даже принялся дразнить зверя, корча различные рожи. Эхуанг его тут же осадил, сообщив словно окатив ушатом ледяной воды:

«Щит скоро исчезнет».

«Что⁈ Почему? Ведь я…».

«Все имеет начало и конец. Твои узлы, которые ты сделал на нитях Силы, не так крепки. Поэтому защита уже начинает ослабевать».

Мартен и сам это вдруг ощутил, преграда начала содрогаться и мелко дрожать. Над головой что-то тихо зазвенело.

Почувствовал это и тигр. Изменив тактику и принявшись грызть щит, он начал откалывать от него как от большого куска льда, маленькие осколки. Грыз разделяющую его и мальчика скорлупу с такой яростью, что не жалел собственных зубов. Не беда, отрастут новые.

«Нужно успеть сделать еще один щит, — произнес маг. — Но только лучше. Гораздо лучше. И крепче. Плети нити Силы как можно крепче!».

«Я…»

'Зачем ты вообще слушаешь этого старика? — спросил вдруг чужой голос, поднявшийся откуда-то из глубин подсознания. Веяло от него могильным холодом.

Мартен вскрикнул в ужасе, потому что узнал говорившего. Ошибки быть не может. Пусть и разговоры эти проходили во сне или в моменты острого напряжения, он все равно безошибочно узнал этот холод, исходивший от говорившего, словно он разговаривал со дна глубокой ямы.

А еще мальчик вспомнил условия договора, который заключил с незнакомцем из бездны. Вспомнил и едва не расплакался.

«Да, это я, — буднично произнес тот. — Ты меня узнал, мне это льстит. Меня называют Древним Спящим, но сон мой, долгий и подневольный, ныне кончился. Поэтому можешь просто называть меня Древним, отмечая тем самым те сотни и тысячи лет моего возраста и моей мудрости. Я вернулся. И мне интересно: зачем ты слушаешь этого старика?»

«Что тебе надо?» — прошипел Мартен, захлебываясь в чувствах — ярости, ненависти, страхе.

«Просто хочу спасти тебя».

«Мартен, не слушай его! — крикнул Эхуанг. — Он заперт в глобуле и не может ничего тебе сделать! Ловушка его удерживает! Он беспомощен пока ты не слушаешь его! Просто не слушай!»

«Заткнись!» — рявкнул Древний и мальчик почувствовал острую боль, словно кто-то вонзил ему в голову стальную спицу.

Эхуанг вскрикнул, затих. Присутствие старика, до этого ощущавшееся явно, вдруг стало растворятся и слабеть.

«На некоторое время он нам не будет мешать, — с усмешкой произнес Древний. — Глупый старик!»

Тигр рявкнул, отломил от щита похожий на звезду кусок и, вдохновленный своей маленькой победой, ринулся еще более остервенело грызть защиту. По щиту поползли трещины.

«Глупо строить стены перед врагом, — невозмутимым голосом произнес Древний. — Враг все равно рано или поздно разрушит любые преграды. Что это, как не слабость и не трусость — соорудить нелепую ограду и ждать, поджав хвост, когда зубастый прогрызет ее? Только смелые и храбрые сердцем способны дать отпор».

— Мартен, беги! — закричал вдалеке Сюэ. — Он сейчас тебя достанет!

Мальчик и сам прекрасно видел как тигр просунул в образовавшуюся дыру лапу и пытается выковыривать свою добычу. Пару раз острые когти смогли дотянуться до коленки Мартена и больно оцарапать.

«Чего ты ждешь⁈ — воскликнул Древний. — Когда он тебе ногу оторвет⁈»

«Я не знаю… не знаю что делать! Щит не получается!».

«К демонам щит! Ударь по твари! Размажь ее до кровавых ошметков! Чтобы и другим было примером как пытаться тебя укусить».

«Я не могу! Не знаю заклятий!»

«Просто позволь мне помочь. Раскрой свой разум. Дай моим знаниям влиться в твою голову. И ты все сразу поймешь».

«Мартен, нельзя! — прохрипел где-то совсем далеко Эхуанг. — Не давай ему проникнуть…»

Вновь вспышка боли, старик замолчал.

«Я… я не позволю тебе… сделать что-то плохое!», — выдохнул мальчик, понимая, что Эхуанг не просто так говорил свои слова.

Да и прошлый опыт общения с Древним был не самым приятным. Ведь Древний хотел чтобы Мартен убил Веики! А потом и вовсе обменял его, мальчика, жизнь на спасение друзей. В этот раз очередная ловушка?

«Не будь глупцом!»

Тигр вновь дернул лапой и содрал с ноги мальчика кусок кожи. Мартен взвыл от боли.

«Это протрезвило тебя? Будешь ждать пока он не сожрет тебя или дашь уже наконец отпор? Решайся! Быстрее!»

Тигр просунул пасть в дыру, острые зубы защелкали быстрее.

— А ну иди сюда! — рявкнул Сюэ, пытаясь отвлечь зверя на себя и огрев его по хребтине ржавым мечом.

Тигр дернулся и лягнул здоровяка задними лапами с такой силой, что Сюэ кубарем покатился прочь. Врезавшись в противоположную стену, затих.

— Сюэ!

Видя, что здоровяк не поднимается и не реагирует на свое имя, Мартен закричал.

«Ты еще можешь помочь своему другу. И себе. Но скоро уже будет поздно».

Тигр вдруг остановился, вытащил морду из дыры. Стряхивая с носа кровь, повернул голову в сторону Сюэ. И медленно пошел к лежащему. Зверь был не так глуп, как могло показаться. И сейчас вновь это демонстрировал. Если пацану дорог этот лохмач, то почему бы не воспользоваться этим и не вытащить таким образом эту мелкую противную устрицу из ее раковины?

— Нет! — крикнул Мартен.

«Он его сожрет. А потом вернется к тебе. К тому времени твой щит окончательно потеряет прочность. А новый ты сделать просто не успеешь».

— Я буду драться! Но собственными силами! — сквозь зубы процедил мальчик.

Мартен поднялся на ноги, попытался сконцентрироваться, чтобы хоть как-то трезво мыслить. Руки тряслись, а по спине стекали крупные капли пота.

«Глупец. Твоих сил не хватит. А надеяться на старика — верх неразумности. Что он может тебе предложить? Спрятаться? Убежать? Это не спасет тебя и твое друга».

Мальчик стал лихорадочно вспоминать слова Эхуанга, как необходимо создавать заклятия, но ничего, кроме того обжигающего ощущения в пальцах не смог припомнить.

«Ты не успеешь», — холодно произнес Древний.

— Я… постараюсь.

Щит задрожал сильнее, потом захрустел, и со звоном распался на куски, обдавая мальчика с ног до головы мелкими осколками. Зверь, услышав этот звук, обернулся.

«Ты не успеешь», — повторил Древний.

Тигр оскалился и яростно бросился к мальчику.

* * *

— Почувствовать Силу… тепло… тепло… — сам себе под нос принялся шептать Мартен.

Но ничего не выходило. Мальчик видел тигра, как тот несется на него, как струи разгоряченного воздуха рвутся из его ноздрей, а с острых клыков слетает тягучая слюна, и ничего не мог с собой поделать. Не получалось сконцентрироваться.

«Не будь дураком! Прими мою силу. Я не прошу ничего взамен. Просто хочу спасти тебя. И себя».

Мартен не ответил, он продолжал вызывать в себе те чувства, которые у него появились в первый раз. Нащупать Силу, дать ей пройти сквозь себя, ухватить нити…

Слабое тепло прошлось по пальцем.

Получается? Получается! Полу…

Тяжелый удар в живот сбил Мартена с ног. Тигр, настигший мальчика, под всеобщее одобрение толпы, схватился за руку и начал мотать головой из стороны в сторону, пытаясь разорвать добычу на куски.

Мартен даже не успел почувствовать боль, лишь ощутил крепкую хватку в районе локтя и резкие броски. А еще услышал как что-то рвется, то ли одежда, то ли кожа.

Ухватившись свободной рукой за рога зверя, мальчик попытался подняться на ноги. Не получилось. Зверь стряхнул Мартена с себя словно букашку.

Мальчик упал в песок. Запоздало накатила боль, такая сильная, обжигающая, что Мартен не смог сдержать протяжного крика.

Люди с передних рядов в тон закричали ему, только не с болью, а с радостью.

— Так ему!

— Видал сколько кровищи!

— Красота!

— Наконец тигрец ожил, а то как вареный!

Короткого взгляда хватило, чтобы ужаснуться и понять, что все очень плохо. Разодранная плоть свисает лохмотьями, кровь залила одежду, из раны виднеется желтоватая кость.

— Кишки ему вспори! — это уже толпа кричали зверю. — Покажи этому мелкому кто тут хозяин!

— Голову ему откуси!

Зверь утробно зарычал, словно эта идея ему пришлась по душе.

«Я согласен…», — пересохшими губами проговорил мальчик, находясь уже на тонкой грани чтобы не потерять сознание.

Подкатила тошнота, перед глазами все поплыло. Тело начало лихорадочно трясти, а волны боли захлестнули с головой так, что не хватило воздуха для очередного крика.

«Согласен…»

«Это правильный выбор, — одобрительно произнес Древний. Голос его был спокоен, и гипнотизировал. — Открой свой разум. Я помогу. Все будет хорошо. Боль скоро пройдет».

Мартен тяжело дышал и ждал, того, что придет первым: смерть или помощь Древнего?

Зверь стоял рядом, почему-то медля, то ли желая насладиться агонией мальчика, то ли упиваясь одобрительными возгласами толпы. Потряхивая головой и глядя на лежащего, как бы вопрошая — кто ты теперь, без своего щита?

Сознание меркло и даже боль, до этого нестерпимая, красная, начала тускнеть.

«Встань», — наконец приказал Древний.

«Я не могу».

«Можешь. Встань».

Мартен шевельнул ногами, осторожно подтянул их к себе, перевернулся на бок. Ожидая новой волны боли, сморщился.

Но боли не было.

«Встань».

Мартен поднялся.

Тигр почти по человечески засмеялся лающим смехом. Толпа поддержала его.

«А теперь бейся».

«Но я…»

«Бейся!»

Мартен сделал глубокий вдох. И в тот же самый момент перед глазами промелькнули сотни образов. Каждый из них был основой заклинания и все они вдруг разом стали Мартену знакомыми, словно он знал их всю свою жизнь. Почти каждое заклинание было ужасающим, вызывающим неминуемую гибель того, против кого оно направлено и все они были окрашены в разные цвета, в основном темные.

«Боевые заклятия, — пояснил Древний. — Я отдал их тебе. А теперь бейся!».

Мартен выбрал первое, что попалось. Тугое свивание, выдавливание, черный песок Арканы, ребристый отвод Лао-Вей — все эти элементы, из которых состояло заклятие, показались мальчику набором бессмыслицы, но едва он собрал все это в единую конструкцию, на удивление прочную, упругую, как уже знал какой будет результат.

Вытянув не поврежденную руку вперед, Мартен отрывисто выдохнул. И в ту же секунду из кулака вырвался черный ревущий луч. Он попал тигру в лапу, в мгновение ока раздробил ее на кровавые ошметки. Зверя подбросило в воздух.

Мартен ударил еще раз и попал противнику в корпус. Зверь взвыл, попытался убежать, но даже не смог встать. Огромная зияющая дыра из которой вывалились внутренности зверя, поразила мальчика. Он не ожидал такой мощи. В какой-то момент ему даже стало жалко зверя.

Но вторая часть мальчика ликовала. Так и надо этой твари, что посмела рвать ему руку!

«Вкус победы всегда сладок», — прошептал Древний.

Верно. Мальчик вдруг почувствовал в себе силу с помощью которой можно сделать многое. Например, спасти Сюэ и других пленных. И это ощущение пьянило.

«Верно, ты можешь сделать многое, — согласился Древний. — А теперь добей тигра».

«Добить?» — засомневался Мартен.

«Прояви милосердие истинного война, если тебе так будет легче это принять. Заодно попробуешь что-то другое из своего арсенала».

Мальчик глянул на корчащегося в муках зверя и согласился с доводами Древнего.

Выбрав первое заклятие, что пришло в голову, с непонятным названием и по ощущениям окрашенное в ярко-желтый цвет, Мартен ударил им по зверю.

В первые мгновения ничего не происходило и мальчик уже решил, что заклятие не получилось. Но потом тигр вдруг задрожал, выгнулся в причудливую дугу и начал истошно кричать. Все его тело покрылось кровоточащими язвами.

«Прекрасный выбор!» — не сдерживая восхищения, произнес Древний.

«Я хотел, чтобы он не мучился!» — возмутился Мартен, глядя на кричащего тигра.

Язвы быстро разрастались и проникали вглубь звериного тела, проедая его, заставляя испытывать жуткую боль. Из каждой раны текла черная кровь вперемешку с гноем.

«Смотри, смотри на него, — прошептал Древний. — Разве тебе не нравится? Думаешь, это не правильно? А как насчет тех бедолаг, которых оно сожрало? Теперь это выглядит справедливо? Я чувствую в тебе сомнения, они раздирают твою душу. Все относительно, мой мальчик. Нет ни добра, ни зла, это все глупые выдумки стариков, наподобие этого Эхуанга. Нет ничего, кроме Силы. И ты это скоро поймешь!».

«Я хочу, чтобы он не мучился», — ледяным тоном произнес Мартен, сжимая кулаки.

«Это твое право. Хочешь — сделай, ведь у тебя теперь есть Сила. Убей его, признаться, мне его корчащийся вид тоже начал надоедать. Да и орет он истошно, словно поросенок. Убей, чтобы не терять времени. Нам нужно еще многое сделать».

«Многое сделать?» — переспросил Мартен.

«Верно. Нужно выбраться отсюда».

«Нет», — вдруг возразил Мартен, еще сильнее сжав кулаки.

«Что? — удивился Древний. — У тебя есть другие планы?»

«Да. Сначала я убью этого карлика и разрушу эту арену, чтобы и следа от нее не осталось!», — Мартен с ненавистью оглядел кричащую толпу и вдруг не увидел ни одного человеческого лица. Конечно, это были люди, но вместо лиц — жуткие перекошенные морды и гримасы. Мальчик на мгновение — всего лишь на одно короткое мгновение, — возжелал убить их всех. Испепелить огнем, — а он мог теперь и это. Прокатит по ним валом камней. Насладиться их криками.

«Превосходно! — воскликнул Древний. — Из тебя вырастет достойный воин! А может даже и…» — Древний не договорил разразившись громогласным смехом.