Сам конгрессмен Лео Циммерман для своего возраста выглядел неплохо. На него глянешь, сразу поймёшь, что мистер Циммерман не истязает свой организм алкоголем и обильным питанием. Невысокий, худощавый, с легкой пружинистой походкой, он скорее напоминает подростка, чем пятидесятилетнего мужчину. Вот только длинные седые, слегка вьющиеся редкие волосы выдают его настоящий возраст. Одет в американский камуфляж морского пехотинца, не имеющий знаков различия. В нём он сам себе нравился. А уж находившиеся рядом с ним четыре «белых» охранника из ЧВКа «Академия», все ростом не ниже 180-ти, с комплекцией боевых роботов, вооружённых до зубов и помощник по работе, Ларри, тоже не миниатюрных кондиций молодой человек, вносили в эмоциональное состояние босса необычайный кураж и ощущение собственной значимости. Таких эмоций никогда не испытаешь в благополучном Нью-Йорке. Здесь идёт война с русскими. Аборигенам, по скудости ума считающими себя равными европейцам, нужна помощь и поддержка. Господин Циммерман предоставит её украинцам. Конечно не безвозмездно. Инвесторы «раскопали» информацию о нахождении в Луганской области месторождения редкоземельных металлов, а это подогревает интерес в кругах бизнеса. Кроме такого лакомого куска у славян имеется земля – чистый чернозём, который можно будет вагонами экспортировать, хоть в ту же Европу. О-о! Ресурсов много, главное знать, чего ты хочешь получить. Помимо всех этих политических экзерсисов, поездка на Украину должна была принести большую прибыль ему лично и представителям оружейного бизнеса, интересы которых он вместе с группой коллег лоббировал в США.

Было и ещё кое-что… В большой игре под названием «Украина», принимала участие структура, из стройных рядов представителей которой торчали уши великолепно отлаженной надгосударственной, транснациональной, но только не по признаку национальности, а территориально, организация «Сионисты». Цель их деятельности сугубо практическая – загнать людские потоки в контролируемое русло и отжать территории в пользу богоизбранного народа. Господин Циммерман является её эмиссаром.

Длинная дорога нисколько его не утомила. Сначала перелёт в Берлин. Город, который смог рассмотреть лишь из окна люксовой машины. Потом поездом его провезли через Польшу. Их небольшую делегацию в Киеве встречали с помпой, хотя все три дипломата и двое сопровождающих – специалисты по этой стране, с которыми приехал в старинный русский город, старались держаться в его тени. Ну, да он сильно и не возражал. По местному телевидению мистера Циммермана показали пожимающим руку президента Зеленски. Здесь этот народный лидер, что-то наподобие Рейгана в штатах. Тот был актёром с неуравновешенным характером. Про этого говорили, что он актёр-комик – клоун смешащий аудиторию славян. Знакомство с ним вызвало противоречивые чувства, вплоть до гадливости. Циммерман подумал:

«Кажется он наркоман»…

На два дня планировалось задержаться в Киеве. Встреча с послом в Украине, интервью на двух центральных каналах ТиВи, с представителями местного бизнеса, то сё. В общем, задержался на дольше! Министры финансов и обороны, каждый по отдельности, предоставили списки того, в чём нуждается армия и население страны. Последний заверил, что и остальное время посещения «Незалежной», оставит после себя массу неизгладимых впечатлений.

Принимающая сторона расстаралась по-своему. Лучшие апартаменты в гостинице «Днипро». Меню национальной кухни – лучшее. Был бы он любитель женской красоты – предоставили б с десяток красоток, но Лео ведь… с помощником приехал. Гёрл заменили… развлечением в банном комплексе столицы. Для обладавшего чувствительной, тонкой натурой Циммермана – жуткие ощущения. В этой стране оказывается обнаружилось пристанище мазохистов. Они за деньги разрешают себя сечь вымоченными в кипятке розгами! Дышат горячим паром и при этом балдеют, словно кокаина нанюхались. Извращенцы!

Сбежал! Не выдержал.

Отмокал в небольшом прохладном бассейне. Напротив, с чумовым выражением на перекошенном лице, отмокал Ларри Гуднайт. Обычно нагловатый, уверенный в своих силах молодой человек, справлявшийся с проблемами боса, выглядел затравленным сурком Филом, которого из клетки вытащили и под общие аплодисменты горожан Панксатоник, от души, обутой в горный башмак ногой, врезали по жирной заднице. А ведь по первых всё так благостно начиналось.

Русские на Украине предстали перед конгрессменом несколько не такими, которых он ожидал увидеть. Все же Киев это южнее чем Москва, а потому сурового лета он не ожидал увидеть. Он ведь не дурак. Но где медведи на Хрещатике? Где толпы пьяных дикарей с балалайками в руках и шапками ушанками на голове?

Ларри тогда посмеялся над выдумками босса и по совместительству любовника:

– Это не русские, Лео! Это ук-кра-аин-сы. Те же поляки, только испорченные русскими. Да, они тоже дикари и скоты недалёкого ума. Вот только балалаек у них нет. У них эти… гм, забыл как называется. Что-то вроде гитары с большим количеством струн. Глупцы! На широкой доске с дыркой посредине, хватило бы и шести. И медведей у них нет. У них здесь кенгуру. Только в городе этих животных ты не увидишь. Я где-то читал, они в степях обитают.

– Может ты и прав. – Сменил тему. – Заметил нашего переводчика?

– Наивный, туповатый парень.

– Они все здесь такие.

– Ну, не скажи-и. Баксы они все любят. Вон даже господин Зэленски любит.

– Даже? Он кажется в первую очередь любит их, а потом уже всё остальное. Ха-ха, да и кто их не любит.

– Так вот, если замечу, что ты ему глазки строишь и с грязными предложениями лезешь, накажу.

– Я всего лишь поинтересовался наличием ночного клуба для геев.

– Я тебя предупредил. Какой тебе в этой отсталой стране ночной клуб? Оглянись! Мы не в Америке. Здесь нация насильников и убийц.

– Ты с русскими их перепутал.

– Между этими народами никакой разницы. Нужно дать им оружие, чтоб они друг друга уничтожили.

– Так дайте им это оружие!

– А для чего скажи, мы здесь?

– Проверка аппаратной системы искусственного интеллекта.

– И это тоже. Пусть под контролем воюют…

Один из людей, прибывших с Циммерманом, ввёз для тестирования в боевых условиях специальное оборудование, рассчитанное на управление живой силой в экстремальных условиях. Искуственный интеллект брал на себя руководство людьми на поле боя. Оборудование было жутко дорогое и жутко секретное. Конгрессмен о нём знал лишь всё в общих чертах. Все эти процессоры DSP, специально разработанные для обработки высокоскоростных числовых данных, используемых в приложениях обработки сигналов в реальном времени, программируемые вентильные матрицы – ПЛИС, графические процессоры GPU, для него тёмный лес чудес.

Как выразился Гудвин, оператор всего этого нововыдуманного фантазма, возводимого Пентагоном в разряд современного оружия, настроенная сеть не создаёт уникальные результаты, поскольку она действует только на основе уже имеющегося опыта. Чем больше опыта у нейросети – тем точнее будут результаты, которые она выдаёт. Вот за опытом компактную установку на Украину и привезли. Подопытных кроликов здесь не на один тренировочный сет хватит.

Рано. Практически в семь часов утра подали завтрак. Это Ларри поторопил персонал. Будто не в его постели проснулся, исполняя свои прямые обязанности, сбежал, потом заявился в строгом костюме, с почтой и утренними газетами. Нужно было отдать Ларри должное, как секретарь он достаточно умён. Его одного Циммерману за глаза хватало, слишком умных и компетентных в своём окружении конгрессмен не любил.

– Лео, там за пределом номера ожидает мистер Марущак. Он хотел бы встретиться с тобой, – объявил Ларри.

– Марусчак? Гм!.. Что за глупые фамилии у дикарей! Его что, по-настоящему так зовут?

Ларри промолчал. Что тут скажешь?

– Ладно, какого чёрта этому Марусчаку нужно?

– Я так понял, он связан с одним из хозяйственных министерств, сэр. Не то тяжёлой, не то химической промышленности. По-английски говорит отвратно, слова коверкает. Я с трудом разобрал кто он вообще есть.

– Ладно, посмотрим после завтрака.

– Лео, он ждёт уже полтора часа.

– Идиот! Он бы ещё с вечера пришёл, и ожидать начал.

– Вот-вот! Сказал, что тебя трудно на месте застать.

Циммерман отправил в рот полную ложку белой, подслаженной массы, довольно вкусной. Запил глотком кофе.

– Я кушаю, – сообщил он. – Кстати, а что я кушаю? Это йогурт такой?

– У них это называется творог со сметаной.

– Нда? Хм! Интересный вкус. Всё равно, пусть подождёт.

Он не торопясь просмотрел корреспонденцию, невозмутимому Гарри дал указания насчёт сегодняшней повестки дня.

Ларри передал свежие данные об отгрузке военной техники из Штатов, которые привели Лео в хорошее настроение:

– «Джевелины»! Это выходит пять тысяч дополнительных термобарических зарядов. Отлично. Чем больше мы загоним им их по такой цене, – тем лучше. Правительства приходят и уходят, а государства остаются должниками на годы вперёд. Если не ошибаются наши аналитики, Украина за полученную помощь, при самых лучших раскладах для себя, сможет погасить долг перед Штатами не раньше 2098-го года. Ха-ха! Это если население ничего, кроме похлёбки с куском чёрного хлеба жрать не будет, и ходить в обносках из Секонд-Хенда.

Он налил себе ещё кофе. Приказал:

– Зови этого хитреца. Небось денег на развитие какой-нибудь утопии просить будет. Они все выпрашивают, потом добросовестно своруют их, и что-то прикупят для себя из недвижимости в европейских странах. Традиция такая. Нет! Не дам! Но, всё равно зови…

В связи с таким графиком, поездка на фронт, где мистер конгрессмен должен был собственными глазами и для глаз американского обывателя, удостоверить верховенство украинского оружия, сдвинулась на три дня. В Харьков он, вместе с прибывшими «дипломатами», выехал не 25-го, как планировали ещё в Штатах, а 28-го.

Восток Украины ему не очень понравился. Какая-то помесь Техаса и Оклахомы, но сам Харьков, город красивый. И хоть он у самой границы с Россией находился, особых разрушений от военных действий Циммерман не заметил. Вот как раз эта близость к границе Лео и не нравилась. Захотелось домой. Он бы так и сделал. Зачем ему на фронт выезжать? Гудвина можно было и одного направить, а отчёт о поездке он уже и без выезда на передовую мог предоставить. Но тут против такого поспешного решения выступил Симонс – старший дипломатического сопровождения:

– Мистер Циммерман, позвольте нам делать свою работу. Тем более, ваше нахождение неподалёку от передовой, насколько я знаю, оплачивается по повышенному тарифу. Охрана ваша надёжна, как сейф в швейцарском банке. Особой активности лично вам проявлять не нужно, достаточно пару раз при стечении войск на камеру засветиться. Ну и к слову сказать, мы тоже особо геройствовать не хотим, а потому местных полководцев попросили, до поры до времени, свести активность к минимуму. Это не сложно было.

– А русские как же?

– О-о! Это ещё проще! У русских снарядный голод. А по докладам местной агентуры, и наших, скажем так, сочувствующих в Москве, у русских на фронте голод во всём. Включая людские ресурсы.

– Тогда ладно. Вы меня успокоили. Скажите, Генри, среди наших сопровождающих в европейской части командировки, эти двое… Эм!.. Ричард Фальк и…

– Сайрус Винк. – Кивнув, дополнил дипломат.

– Да. Им доверять можно?

– К ним у вас есть какие-то нарекания или подозрения?

– Нет, но люди посторонние.

– Можно, конгрессмен. Это всё?

– Да.

– Тогда готовьтесь к поездке в район боевых действий.

* * *

Москва, 26-е августа

В одном из служебных кабинетов зазвонил мобильный телефон, постоянно находившийся в доступности дежурившего офицера.

– Слушаю.

Ответивший на вызов услышал фразу, после которой абонент отключился:

– Передайте сообщение Крауса. Через два дня дядюшка будет в Харькове.

Майор тут же по внутренней связи донёс сообщение вышестоящему начальнику…