Кассий проснулся один. Его это не удивило. Делия всегда умела вовремя уйти. Эта ночь была последней для них. Он даже подумывал выгодно отдать ее замуж за одного из своих воинов. И надо бы распустить гарем. Фиона не станет терпеть рядом с собой других женщин. Он это ясно понял по ее поведению и характеру. Но именно такой она ему и нравилась. Дерзкая, смелая, огненная. Его девочка. Он быстро привел себя в порядок в купальне и вызвал к себе Дариуса и Джину. Друг появился в покоях раньше.

— Как обстановка? — Кассий вытер влажные волосы полотенцем и провел рукой по ним, чтобы подсушить магией.

— Что-то назревает, Кассий. Сайф собирает совет лордов.

— Вот как? Интересно. Что братец задумал на этот раз? — задумался вампир. Но на самом деле все мысли его занимала Фиона. — Впрочем, это подождет. У меня появилась этта.

— Не удивлен, — усмехнулся Дариус. — Та самая укротительница Ифрита?

— Она еще не знает об этом. — Он закатал рукав черной рубашки, демонстрируя едва видневшуюся печать истинности.

— А у нее?

— Подозреваю, что под браслетом. Проблема в том, что она отказывается от меня.

— Вот как? Это странно. Еще не было этты, которая отказывается от дара Лилит.

— А эта отказывается, — с горькой усмешкой произнес Кассий и вернул рукав на место. Дариус протянул ему кристалл телепортации.

— Зачем? — удивленно вскинул бровь вампир. Но друг просто всучил ему кристалл.

— Так надо. Просто перестраховка. мало ли что может пойти не так. — сказал Дариус. Кассий подозрительно посмотрел на своего заместителя. Кажется, что его друг знал больше, чем говорил. Однако не стал противиться. Он спрятал в кармане брюк кристалл.

— Он настроен на координаты моего первого дома. Там есть все необходимое, но экранирован он будет недолго.

— Я понял. Это база на непредвиденный случай опасности?

— Да. Надеюсь, не пригодится.

— Дариус, — голос Кассия стал ледяным. — Я чего-то не знаю?

— О да! Иногда ты слеп словно земляной червь. Но для этого у тебя есть мы.

Кассию не понравился этот ответ. Но неведомая сила торопила его пойти к Фионе. Как раз в этот момент вошла Джина.

— Повелитель?

— Как Фиона?

— Она весьма разумна, мастер, — сказала распорядительница.

— Из твоих уст это почти что похвала.

— Она напугана. Растеряна. Упряма. Но не безнадежна. Просто к ней нужен иной подход, господин, — Джина всегда привыкла говорить то, что считает нужным и прямо. Повелителя она не боялась.

— Джина. У тебя будет много работы в ближайшее время. Распускай гарем. Тех, кому есть куда уйти выплати достойную компенсацию. Тем кому некуда — устрой их судьбу. Можешь подключить моих воинов из элитного отряда.

— Да, господин. Что насчет госпожи Делии? — она аж скривилась, когда произносила имя ненавистной ей наложницы.

— С Делией я разберусь сам.

— Слушаюсь, мастер Ламий. — Женщина поклонилась и ушла.

С волнением, которое он редко себе позволял, Кассий направился в покои Фионы. Он знал, что каждый миг, проведённый рядом с ней, становится для него бесценным. Войдя, он застал её уже на ногах, сменившую наряд на более сдержанный, но оттого не менее изящный. Девушка сидела у окна, и утренний свет мягко очерчивал её утонченный силуэт. Она больше не прятала шрам, и эта маленькая деталь придавала её образу удивительную силу, делая её ещё более притягательной в глазах Кассия.

На её коленях устроился Феликс. Фиона с нежной улыбкой кормила летучего мышонка с руки, и тот, довольно урча, что-то отвечал ей на своём, понятном лишь им двоим языке. Кассий замер на пороге, и его бессмертное сердце пропустило удар. В этот миг он понял с оглушительной ясностью: эта женщина — его. Его взгляд невольно задержался на изгибах её шеи, на мягком свете в её глазах, и в груди разлилось тепло, которое он давно не испытывал. Желание защитить её, быть рядом, разделить с ней каждое мгновение — всё это переполняло его.

— Доброе утро, — его голос прозвучал мягче, чем он намеревался, дрожа от волнения. — Как ты себя чувствуешь?

Фиона вздрогнула, но тут же взяла себя в руки. Она всё ещё отчаянно боролась с притяжением, которое истинная связь порождала между ними. Аромат его крови был для неё слаще любого нектара, и каждый раз, когда их взгляды встречались, сердце начинало биться чаще. Но она упрямо держала себя в руках, не позволяя этому чувству захватить её.

— Бывало и получше, — ответила она, её голос был ровным, но в глубине глаз мелькнула тень чего-то неуловимого, что Кассий, с его обострённым восприятием, не мог не заметить. Он видел её борьбу, и это лишь усиливало его желание быть рядом, стать тем, кто поможет ей обрести покой.

— Ты прекрасно справляешься, — произнёс Кассий, подходя ближе. — Твоя сила поражает.

Фиона сдержанно кивнула, принимая его слова. Благодарность смешалась с чем-то еще, более сложным, когда она встретилась с его взглядом. В этот момент, когда их души соприкоснулись на мгновение, она почувствовала, как тонкая нить, связывающая их, натягивается еще сильнее. Но тут же её мысли вернулись к насущной проблеме. Монстры. Разлом. Алый туман.

— Кассий, — начала она, и в её голосе появилась новая решимость, — мне нужно тебе кое-что рассказать. Я должна помочь монстрам пустыни. Обещай, что выслушаешь меня сейчас.

— Хорошо. Говори, — ответил он, его голос был полон искреннего интереса и готовности если не помочь, то послушать. Он чувствовал, что её слова могут открыть ему правду о Сейтаре.

Фиона глубоко вздохнула, собираясь с мыслями.

— Я понимаю монстров. Я могу слышать их и говорить с ними. Это дар Лилит. Хочешь верь, хочешь нет. Когда я сбежала, шепот монстров привел меня в Каньон Мертвецов. Там Ифрит показал мне разлом и алый туман, от которого монстры сходят с ума. Они впадают в безумие и потому нападают на города. Те, кто сопротивляется приходят к городам и ищут помощи и защиты. Но вы истребляете их. И потом они злятся. На самом деле им нужна помощь! Но Ифрит сказал мне, что у тебя есть сила, дарованная богами. Я не знаю что это. Но ты можешь помочь им и запечатать разлом.

Когда она закончила, в комнате повисла тишина, наполненная невысказанными чувствами. Кассий смотрел на неё, поражённый её самоотверженностью и силой духа. Он верил ей. Разумеется, верил. Видел сам как она общается со своим теперь уже фамильяром. Теперь многое стало для него понятным. И появление Фиона это действительно дар Лилит. Только вот, чтобы сработала та самая сила. нужна этта. А его этта капризная, новообращенная вампирша.

— Я понимаю о какой силе ты говоришь. Но для активации этого артефакта нужна истинная связь, которая усиливает вампира.

— Что ты имеешь в виду? — прищурилась девушка.

Их диалог резко прервала стража.

— Господин. Вашего присутствия немедленно требует совет клана в тронном зале. — Кассий удивленно вскинул бровь. Фиона испуганно посмотрела на него. Тревога заползла в сердце. Что-то назревает.

— Вот как? Что же понадобилось совету? Оставайся здесь, — приказал Кассий Фионе.

— Простите, но эту госпожу приказано доставить на совет. Воины подошли к Фионе. Та сжалась как пружина, и попыталась спрятаться за Кассием. Вампира разозлило это. Что ж. Они хотят вызвать его ярость? Они ее получат.

— И кто же отдал этот приказ? — сказал вампир таким тоном, что у воинов затряслись руки.

— Го-господин Сайф, — заикаясь ответил воин, — мы п-просто выполняем приказ.

— И с каких пор Сайф стал мастером клана? — обманчиво-спокойное состояние вампира пугало сильнее, чем откровенная ярость. — Я сам отведу ее. Идите, если вам дороги ваши головы. — Стражи переглянулись. — ВОН! — рявкнул Кассий так, что воины побледнели и буквально исчезли из покоев Фионы.

— Мне бы не хотелось заставлять тебя, но я вынужден попросить тебя пойти со мной. Надо напомнить некоторым членам клана, что я все еще мастер.

Фиона неуверенно кивнула, но решила последовать за Кассием. Внутренне чутье, хоть и говорило об опасности, заставляло девушку соглашаться с Кассием и идти с ним. К тому же с ним почему-то она чувствовала защиту и безопасность.

Тронный зал гудел, как растревоженный улей. Кассий и Фиона вошли под своды, где их встретили десятки тяжелых, осуждающих взглядов. Здесь собрался не просто совет лордов — казалось, вся знать слетелась на это незапланированное сборище. Вдоль стен, словно каменные изваяния, застыли элитные воины Дариуса, их присутствие недвусмысленно намекало, что это не дружеская беседа. Только вот Кассий знал, что они верны лишь ему. Впрочем стражи дворца здесь было даже больше.

Во главе этого самовольного судилища, в кресле, по праву принадлежавшем мастеру клана, восседал Сайф. За его спиной, словно тень, маячила закутанная в полупрозрачную шаль Делия.

— Что все это значит? — голос Кассия прорезал гул, заставив зал замолкнуть. — Кто дал вам право созывать совет за моей спиной? Я все еще мастер этого клана, а не провинившийся мальчишка, которого отчитывают старшие!

Сайф медленно поднялся, расплываясь в елейной, фальшивой улыбке.

— Ну что ты, Кассий, никто и не сомневается в твоем статусе. Напротив, мы собрались, чтобы поздравить тебя! Великое событие свершилось — наконец-то нашлась твоя этта!

Кассий резко метнул взгляд на Фиону, но та лишь растерянно хлопала ресницами, не понимая, что происходит.

— Откуда тебе это известно? — ледяным тоном спросил Кассий, поворачиваясь обратно к Сайфу.

Тот сделал широкий, театральный жест в сторону женщины за своей спиной.

— Так вот же она! Твоя истинная этта! — провозгласил он и, подойдя к Делии, одним резким движением сорвал с нее шаль.

На предплечье девушки, от локтя до запястья, вился сложный, замысловатый узор. Он светился мягким, внутренним светом, приковывая к себе все взгляды.

— А теперь, Кассий, — голос Сайфа сочился ядовитым триумфом, — будь добр, покажи всем свою руку. Сличим печати, чтобы ни у кого не осталось сомнений!

Кассий замер, ошеломленный. Этого не могло быть. Он точно знал — Делия не его этта. Это какая-то ошибка, злой фарс.

— Это подделка, — глухо произнес он. — Не может быть, чтобы это была истинная печать.

Делия искусно разыграла свою роль. Она прижала руки к груди, ее глаза наполнились слезами, а на лице отразились смущение и оскорбленная невинность.

— Как… как ты можешь? — прошептала она так, чтобы услышал весь зал. — Отрицать нашу связь? Отказываться от меня?

Она смело шагнула вперед и протянула руку, демонстрируя всем свою сияющую печать. Кассий, подчиняясь давящему молчанию зала, нехотя закатал рукав. Его собственный узор был едва виден — бледный, едва заметный серебристый контур на коже.

Сайф торжествующе обвел взглядом собравшихся.

— Видите? — прогремел он. — Печать этты горит ярко, потому что она принимает свою судьбу! А печать мастера едва теплится. Так бывает, когда один из пары отвергает другого. Он не принимает ее!

Вампир ощутил, как ледяные тиски сжимаются вокруг него. Это была ловушка, идеально спланированная и безжалостно исполненная. Он не ожидал такой подставы, такого наглого, продуманного удара. Ярость, древняя и тёмная, закипела в его венах, требуя выхода, но он заставил себя дышать ровно. Один неверный шаг, одно резкое движение — и Фиона, стоящая так близко и так беззащитно, станет лёгкой мишенью. Её безопасность была единственным, что удерживало его на краю пропасти.

Из замершей в ожидании толпы плавно выступила девушка в ало-белых одеждах. Жрица храма Лилит. Её лицо было бесстрастным, как у фарфоровой куклы, но взгляд проникал в самую суть вещей. Именно она могла отличить подлинник от фальшивки, истинную печать от искусной подделки.

Под сотнями затаивших дыхание взглядов она приблизилась и склонилась над печатью. Секунды растянулись в вечность. Наконец, жрица выпрямилась и её голос, чистый и звонкий, пронзил напряженную тишину:

— Печать настоящая.

Слова ударили Кассия, как хлыст. Заговор. Тщательно разыгранный спектакль, в котором ему отвели роль злодея. Он с трудом сдержал рычание.

— Жрица ошибается, — произнес он, его голос был низким и полным сдерживаемой угрозы. — Делия не может быть моей истинной.

Он сделал паузу, обводя взглядом и жрицу, и самодовольное лицо Делии.

— Видимо, щедрость некоторых способна ослепить даже тех, кто служит истине.

Обвинение повисло в воздухе — тяжёлое, как надгробный камень. Он только что обвинил служительницу храма во лжи и взяточничестве. Теперь пути назад не было.

Жрица метнула в Кассия острый, как кинжал, предупреждающий взгляд, но он его проигнорировал. Лицо Делии окаменело, превратившись в маску оскорбленной невинности.

— Это серьезное обвинение, Кассий, — не выдержал Сайф, вступаясь за девушку. Его голос звенел от сдерживаемого гнева. — Ты бросаешься словами, не имея доказательств. Что ты можешь противопоставить фактам, которые у всех на виду?

Кассий лишь холодно усмехнулся.

— Факты? Единственный факт здесь в том, что Делия — не моя этта. И я докажу это.

Он обвел взглядом собравшихся, и его голос прозвучал твердо и властно:

— Я требую принести браслет Белиала.

По залу пронесся тихий ропот. Браслет Белиала — древний клановый артефакт, усиливающий могущество мастера клана и безошибочно определяющий истину. Каждый член клана знал о его силе. Но браслет требовал свою плату за такую силу.

В наступившей тишине раздался спокойный, но уверенный голос Роберто, одного из древнейших вампиров, чье слово имело огромный вес среди знати.

— Я согласен с мастером клана, — произнес он, медленно поднимаясь. — Внесите браслет. Пора раз и навсегда положить конец этим спорам. Мы узнаем, правдивы ли слова Делии, или же это лишь нежелание Кассия выполнять свои обязательства перед кланом.

В зал внесли тяжелый, окованный железом сундук. Когда крышку откинули, обнажив бархатное ложе, на котором покоился древний артефакт, по рядам вампиров пронесся благоговейный вздох. Кассий, мастер клана, с достоинством шагнул вперед. Его движения были плавными и уверенными, как и подобало тому, кто носит этот титул.

Он опустил руку в сундук и коснулся браслета. Обычно в этот момент его сознание наполняла первородная силы, эхо воли самого Каина. Но сейчас… ничего. Браслет в его руках оставался лишь красивой, холодной безделушкой. Изысканное украшение, лишенное души и могущества. Вся его суть, вся заключенная в нем мощь будто испарилась. Но Кассий знал — такого просто не могло быть.

По залу поползли тревожные шепотки. Вампиры, сбиваясь в группы, бросали косые взгляды то на безмолвный браслет, то на своего мастера. Что-то было не так. Либо с артефактом, либо… с самим Кассием.

Сомневаться в даре Каина, в его священной реликвии, было немыслимо и страшно. Это было равносильно измене. И тогда, как яд, по залу начала распространяться другая, куда более опасная мысль: Каин отвергает нынешнего мастера. Кассий вызвал гнев Первородного и потому браслет потерял силу.

Сайф уловил эту волну сомнений. Он давно ждал этого. Ловко манипулировать сознанием толпы — искусство которое он оттачивал веками. Он выступил вперед, и его голос, полный притворного сожаления, прорезал гул толпы.

— Похоже, дар Каина более не проявляет себя, — громко произнес он, чтобы слышали все. — Наш первородный бог больше не считает Кассия достойным. Ведь браслет молчит в его руках.

Кассий мгновенно понял, куда клонит Сайф. Это было не просто обвинение в слабости. Сайф сплетал искусную паутину, связывая молчание артефакта с бедами, обрушившимися на их земли.

— Именно поэтому полчища монстров пришли в наши пустыни! — продолжал Сайф, распаляя себя и толпу. — Каин отвернулся от нас из-за него! Твари убивают наших братьев, разоряют деревни, а все потому, что наш мастер утратил божественное благословение! Он отказывается признавать связь истинных!

В этот напряженный момент раздался чистый женский голос. Это была Фиона. Она ведь тоже все поняла. К тому же слышала голос Сайфа, когда бежала из дворца. Она знала о заговоре. И ей бы подумать, как это обернуть в их пользу, но нет… Сил терпеть подобную несправедливость не осталось.

— Но монстры не нападают специально! Они… — Она осеклась, поняв, что привлекла к себе всеобщее внимание. Зря. Сайф лишь хищно улыбнулся, найдя новую мишень. Он легко развернул ее слова против нее самой.

— А откуда тебе это известно? Ты ведь чужачка! Ты новообращенная нестабильная вампирша. Откуда нам знать, что все это не часть твоего заговора против Сейтара? — его голос сочился ядом. — Может, ты и есть та ведьма, что нашептывает этим тварям, куда идти? Может, это ты направляешь их на наши города и деревни?

Обвинение было абсурдным, но в атмосфере страха и сомнений оно упало на благодатную почву. Взгляды, полные подозрения, теперь были обращены не только на Кассия, но и на безрассудно смелую Фиону. Ловушка вампира захлопнулась.

Роберто тяжело вздохнул. Он уже предчувствовал, чем всё это закончится. Вампир все-таки полагался на очевидное. А пока что самым очевидным было то, что браслет не подчиняется Кассию, и он почему-то защищает чужачку, ане этту, чью печать подтвердила жрица. Но как-то выглядело все это скверно, а пахло и подавно.

— Схватить её! — приказал он, указывая на Фиону. — До выяснения всех обстоятельств.

Но стража не успела сделать и шага. Кассий встал на их пути, заслонив девушку собой.

В этот самый момент Сайф, не теряя времени, рванулся к открытому сундуку. Его рука выхватила оттуда древний браслет. И тут же артефакт вспыхнул, объятый пламенем, которое, казалось, жило своей собственной жизнью. В центре бушующего огня ярко сверкал алый камень, пульсируя светом, словно живое сердце.

Все взгляды мгновенно обратились к Сайфу. По толпе пронесся гул, перерастая в возбужденные крики:

— Он избран! Браслет признал его силу!

Роберто лишь сомнительно покачал головой, но был вынужден озвучить то, что теперь казалось всем очевидным:

— Браслет выбрал… Сайф должен стать новым мастером клана.

— Это подделка! — отчаянно выкрикнул Кассий, пытаясь достучаться до разума собравшихся. — Дешевый трюк! У него не хватит сил, чтобы защитить нас от монстров пустыни! Вы не чувствуете? Артефакт не показывает вам свою силу!

Но его слова потонули в реве толпы. Сайф, опьяненный внезапной властью и всеобщей поддержкой, упивался своим триумфом.

— Схватить предателя! — прорычал он, указывая на Кассия. — Будет сопротивляться — убить на месте!

— И эту уродину со шрамом тоже! Казнить! — пронзительно взвизгнула Делия, с ненавистью глядя на Фиону.

Начался хаос. Сторонники Сайфа и стражники, мгновенно переметнувшиеся на сторону нового лидера, бросились к Кассию. Краем глаза он заметил, как Дариус, его верный заместитель, едва заметно кивнул ему, давая понять, что прикроет их. Похоже, он был готов к такому исходу событий. Встретившись с ним взглядом на одно короткое мгновение, Кассий принял решение.

Он крепко схватил Фиону за руку, другой выхватывая из кармана кристалл телепортации. Воздух вокруг них исказился, закручиваясь в мерцающую воронку портала. Прежде чем кто-либо успел их остановить, они шагнули в неё, и портал тут же схлопнулся, оставив после себя лишь звенящую тишину и растерянные лица преследователей.