Денис

Денис верил в судьбу и удачу. Ведь эти две дамы — такие же бродячие, как и ватажники.

Нет у ватажника ничего, кроме судьбы. Так хоть удача должна помогать, верно?

Сейчас ему могла помочь только она — изменчивая, ветренная. Сам он ничего сделать уже не мог.

Ватажник бессильно смотрел, как вражеский капитан, называющий себя пилотом, забирается в катер, и понимал: добежать не успеет. Сейчас дверь катера закроется наглухо, и пиши пропало.

Но… дверь не закрылась. Удача, что же ещё?

Денис проверил оружие, добытое у врача — направил в стену и нажал на кнопку.

Оружие согрелось и заурчало, как сытый кот. Голодный желудок Дениса ответил похожим урчанием.

Со стеной, разумеется, ничего не случилось. Денис так и предполагал, что оружие врача было чем-то вроде парализатора. Зачем ему другое?

Но Денису сейчас сгодилось бы всё, лишь бы работало. Парализатор — даже получше прочего. А то ведь сорвётся со злости рука…

Короткими перебежками ватажник подобрался к катеру. Прижался к знакомому белому боку с синей полосой. Заглянул внутрь — вражеский капитан возился с пультом, копаясь в его настройках.

Какая удача!

«Может, этот Вальтер-Макаров вообще не собирается сейчас стартовать, но ведь придётся!» — усмехнулся про себя Денис.

Он тенью проник в катер. Подобрался к Вальтеру со спины, сжимая в руке оружие.

Враг ничего не замечал, беспечно перенастраивая разгонный двигатель. Даже что-то мурлыкал себе под нос, тварь беспечная.

Денис бы тоже не ожидал нападения, окажись они сейчас в ангаре корвета «Победа», принадлежащего главарю ватажников Потапу. Где ещё чувствовать себя в безопасности, если не на борту собственного судна?

Денис задержал дыхание: ещё пару шагов, и врага можно брать тёпленьким.

— Ну что? — выдохнул он, прижимая «дуло» оружия к виску Вальтера. — Доигрался, тварь?

Нужно сказать, что нервы у чужака оказались кевларовые. Он даже не вздрогнул. Легонько пожал плечами:

— Да что ты вообще знаешь о тварях? В зеркало давно не гляделся?

— А ты видел мозги на командной панели катера? — поинтересовался Денис, с трудом сдерживая злость. — Красивое.

— Кто ж тебя отсюда вывезет, если ты меня убьёшь? — весело удивился Вальтер.

— Сам улечу, — буркнул Денис, понимая уже, что чужак прав.

Катер из ангара просто так не выпустят. Особенно если увидят за пультом беглеца. В такой громадине обязательно есть навигационная служба, или как это у них называется?

И пароли на выход, наверное, есть. Ангар даже не откроют, просто вызовут группу захвата.

— Тебя за пульт пустить? — усмехнулся Вальтер.

Захотелось врезать ему по башке, чтобы не веселился, но Денис сумел сдержать руку.

— Ну уж нет! — буркнул он. — Сам меня повезёшь, а я — тут постою. Только дёрнись — и останешься без башки.

Он надеялся, что враг не догадывается, что оружие в руках у ватажника слабенькое. Парализатор, если это он, лучше было прижать к сердечной мышце — больше толку.

Оставалось рассчитывать на страх. На то, что враг чувствует механический холодок у виска и сам додумывает себе грозное оружие.

— Полетели! — грозно рявкнул Денис. — И учти: я — капитан, я умею водить катер. Одно неверное движение или слово — и ты труп. Выводи двигатели на разогрев! Ну!

Вальтер, кривя в усмешке губы, активировал нужную панель.

— А как же Настя? — ехидно спросил он.

И надо сказать, что с одного удара попал в самое больное. Денис прямо-таки оторопел, чуть не согнулся, как от удара под дых. Он понял, что вообще не думал всё это время о своей девушке!

После медицинского сна, ошалевший и дезориентированный, он позабыл про всё, даже про нахальные глаза и мягкую грудь.

А сейчас вот вспомнил, и даже рука с оружием дрогнула, и дыхание перехватило.

Вот это он попал! Теперь нужно срочно решать — спасаться самому или бежать выручать Настю?

Ничего так себе, проблемка. Свобода казалась Денису такой близкой, но как жить, если он сейчас бросит Настю? Зачем жить? Для кого?

Денис выругался, зло и нецензурно, на своём родном языке.

— А ну, вставай! — заорал он на Дерена. — Поведёшь меня к Насте! С собой её возьмём, понял?

— Ты идиот? — весело поинтересовался Вальтер, даже не думая подниматься с пилотского ложемента. — Настя сидит в карцере, понимаешь?

— Нет! — рявкнул Денис. — Какая разница, где она сиди…

И тут до него дошло. Карцер. Специализированное помещение. Это его заперли в обычной с виду каюте, он даже стену немного поковырял, проверяя её на прочность.

А карцер должен быть оборудован как положено — системами слежения и контроля. Верно, местные захватили слишком много бандитов, и карцеров на всех не хватило.

— Врёшь! — прорычал он, вжимая в висок врага металлопластик оружия. — Не может такого быть! Да я же тебя размажу, тварь!

— Я её допрашивал в карцере, — улыбнулся Дерен, не обращая внимания на угрозы. — Она там, как королева — в боксе на четверых. И две параллельных линии головидеонаблюдения. Круглосуточные. Если ты сейчас полезешь её выручать — считай, что не убежал.

— А зачем ты мне всё это говоришь? — насторожился Денис. Он не был бы ватажником, если бы не умел быстро сбрасывать эмоции. От такого умения его жизнь зависела слишком часто. — Зачем предупредил, что меня поймают?

— А ты забыл? — удивился Вальтер. — Мою девушку — твои подельники увезли.

— И что? — не понял Денис.

— А то, что катер я твой осваиваю — не просто так. Я собирался за ней лететь. Один, по гражданке. Я в отпуске сейчас, и разрешение на отлучку мне не требуется. Я не по военной нужде за ней, а по человеческой, понимаешь? Ты же хочешь Настю свою спасти?

— А это тут при чём? — Денис не был тормозом, но после медотсека голова казалась набитой ватой, и соображал он медленнее, чем обычно.

— А при том, — пояснил Дерен. — Найдём мою Сайко, и ты обменяешь её на Настю. Другого пути её получить у тебя нет. Ну, ты башкой-то подумай? Выйдем из лифта на первой палубе. Там — толпа народа, хорошо обученного — это военный корабль. Ты меня как по коридору собрался тащить? Со станнером у виска?

Денис промычал что-то нечленораздельное. Оружие и в самом деле его смущало. Вот бомбу бы какую-нибудь… А так…

— Ну вот, — кивнул Дерен. — А уберёшь от моей головы станнер — так я и сам тебя скручу, даже до карцера не дойдём. Дохлое это дело.

— А если я пригрожу, что убью тебя? Пусть отдают Настю!

— Чем пригрозишь? — удивился Дерен. — Станнером? В висок — только вырубишь.

— А в сердце?

— Шесть минут — среднее время реанимации. Мы на боевом крейсере, ты забыл? За шесть минут в ангар спустят десант. Магнитная броня плюс домагнитная. Они тебя руками порвут. Я вообще не понимаю, из медотсека-то тебе как удалось смыться? Медики там перепились, что ли?

Денис не ответил, только засопел мрачно. Нечего ему было отвечать. Кончились козыри.

— Давай договоримся? — предложил Дерен уже без улыбки. — Я выведу катер из ангара. Долетим вместе до Карусели. Не захочешь искать мою девушку — там и расстанемся.

— А Настю я на кого буду менять? — буркнул ватажник.

— Ну тогда — не расстанемся, — легко согласился Дерен. — Найдём Сайко. Выкупим, украдём — не знаю. Поможешь мне — а я потом помогу тебе Настю освободить. Придумаем что-нибудь.

— А ты не брешешь? — этот вопрос Денис задал по-русски и ответа не ждал.

— Не брешу, — ответил на его языке Дерен. — Я же и готовился на Карусель лететь. Соглашайся? Ну или стреляй уже, я замаялся ждать.

Денис помолчал, раздумывая.

— А пожрать тут что-нибудь есть? — спросил он вдруг. — До Карусели лететь придётся с тремя проколами. Я же сдохну.

Бо и Настя

Дерен был прав — девушка пахла.

Бо даже завис немного сначала. Застыл на пороге карцера.

Нет, он знал, конечно, что у людей есть свой уникальный запах, но никогда не анализировал их с этой точки зрения.

Только сейчас сопоставил все полученные данные и понял — запах тоже может являться маркером поведения. Очень важным маркером. И тут же запросил в корабельной библиотеке необходимую литературу.

Читать и анализировать не стал, пусть пока полежит. Может, в пути найдётся время, чтобы изучить эту тему подробнее?

Эх, скоро не будет такой возможности — по каждому вопросу обращаться к библиотеке. Придётся принимать решения на основе минимального количества фактов, а это — очень дискомфортно.

Пока Бо размышлял, рыжая девушка разглядывала его с откровенным недоумением.

— А Дерен где? — растерянно спросила она, когда чужак вторгся в карцер и тяжеленая дверь задвинулась за ним.

— Занят, — пояснил пришелец. — Меня зовут Бо. Себастиан Бо. Я тоже первый пилот, как и Дерен. Сегодня я буду тебя допрашивать.

Он так улыбался, что Настя начала подозревать неладное.

— Что, вот прямо допрашивать? — спросила она, нажав на последнее слово.

— Конечно, — с готовностью кивнул Бо, принимая игру. Пару порнофильмов он тоже успел посмотреть.

И улыбнулся так, что Настю мороз продрал по коже.

Бо был в таком же комбинезоне, как у Дерена, да и вообще немного похож. Только вот эта улыбка… Она просто пугала.

Сообразив, что девушка ему почему-то не рада, Бо улыбнулся ещё шире.

— Ну ты чего? Разве я тебе не нравлюсь?

Рэмка говорил, что с такими девушками, как Настя, нужен напор: хватай и тащи. Лучше — сразу в койку.

Но Бо анализировал сейчас не только выражение лица, но и запах. А в нём появилась кислинка. Страх. Неужели он делает что-то не то? Уже напугал. Но — чем?

Тем, что действует недостаточно решительно? Показывает «слабину», как говорили парни? Нет, так не годится!

Бо решительно двинулся к Насте. Кроме напора, он решил использовать новое знание — запахи. Для лучшего установления контакта.

Запахи могли быть и возбуждающими, прочёл он и про такие. Они называются феромоны. И сгенерировать их ничего не стоит. Каких-нибудь пять-шесть секунд и…

Но девушка и на феромоны отреагировала совсем не радостно.

— Ты мне нравишься. Очень, — выдавила она, отступая к санузлу, хоть Бо теперь и пах для неё правильно. Ровно так, как принимала биология её тела.

Пилот решил, что выбранный напор всё-таки слишком слаб, и шагнул прямо на девушку. Настя взвизгнула… И тут же попалась.

Бо действовал молниеносно: крепко взял её за оба предплечья и притиснул к своей груди.

Дальше, согласно рекомендациям друзей, Настю нужно было целовать, но она завертела головой. И уворачивалась так быстро, что Бо побоялся причинить ей боль.

— Что-то не так? — удивился он и перестал ловить её губы. — Не любишь целоваться? Ну давай без поцелуев?

Он перехватил обе её руки одной, а второй стал расшивать комбинезон.

— Нет! Я так не могу! — забилась Настя в его объятьях.

— Почему? — удивился Бо, продолжая аккуратно расстёгивать комбинезон, параллельно подсчитывая, на сколько процентов усилился запах.

Как интересно! Она же пахнет на семнадцать процентов больше! Уже на восемнадцать! Потрясающе!

— Без свадьбы нельзя, папа не разрешает! — Настя уже почти кричала.

«Ну, где этот Дерен? — было написано на её лице. — Где хоть кто-нибудь? Неужели никто не следит за карцером!»

— Да ты не бойся, камеры я отключил, — улыбнулся Бо. — Так почему тебе папа не разрешает?

Он расстегнул комбинезон девушки до самого пояса и остановился в замешательстве.

Теперь опять полагалось наносить поцелуи. Рэмка советовал начинать с шеи. Но нужно ли это делать? Если Насте не нравятся поцелуи в губы, понравятся ли ей таковые в другие места?

Хатт посмотрел на девушку оценивающе. Внешне она была совсем не рада открывшимся перспективам. А вот запах её начал меняться от воздействия феромонов в более контактную сторону. Какое интересное всё-таки это исследование!

Бо постоял неподвижно, давая Насте самой ощутить, что сопротивляется она ему уже далеко не всеми своими чувствами.

Отпускать её он не стал. Продолжал крепко держать, но больше пока ничего не делал. Наблюдение — тоже важный научный метод. Не стоило им пренебрегать.

— У нас такие обычаи! — вырывалась тем временем девушка, правда, совершенно безуспешно. — Нельзя без разрешения родителей, понимаешь? Папа не разрешает мне заниматься сексом! Только если это будущий муж! То есть потом! После свадьбы!

Настя ощущала, что напор чужака на неё всё-таки действует. По телу стала разливаться предательская истома, колени ослабли.

Она, конечно, врала, что до свадьбы заниматься сексом ей было запрещено. Плевала она на запреты. Просто Потап прибил бы и её, и распустившего лапы ватажника. И потому Насте приходилось хранить девственность.

— Отпусти! — запищала она так жалобно, что сама испугалась. — Не могу я без свадьбы! Никак не могу!

— Ну, хорошо, — легко согласился Бо. — Давай поженимся. И попросим благословления отца?

Благословления? Это как в сказках, что ли?

Настю обожгла мысль, что её разыгрывают. Что парня этого подослал Дерен, чтобы сломать её и верёвки потом вить. Сам захотел остаться чистеньким, скотина!

Ой, как же она попала! Ну за что это всё?

— Ну? — Бо встряхнул Настю, как будто веса в ней не было вовсе. — Пойдёшь за меня замуж?

И снова прижал её к себе — крепко-крепко. Силищи в нём было просто немеряно.

Выросшая среди бандитов Настя, пожалуй, впервые нарвалась на такого напористого кавалера.

До пленницы дошло, наконец, что это не она была такая крутая, что королевой носилась по всему космосу и задирала мужскую часть ватаги. Просто там её защищал авторитет отца и братьев. А сейчас что делать?

Камеры он отключил, козел! Даже тюремщиков на помощь теперь не позвать!

— Ну отпусти! — выкручивалась она из последних сил. — Отец далеко. А иначе — нельзя. У нас так нельзя! Не принято!

— А может — нарушим запрет? — улыбнулся Бо.

Зубы у него были белые-белые, а хватка — так просто железная.

Насте он казался отвратительно-самовлюблённым. Ну да, конечно! Он и подумать не может, что девушка его не хочет! Красавчик мерзкий!

Внутри неё поднялся ураган из страха, ненависти и желания. Что-то внутри откликалось поперёк воли.

Бо не мог понять, как анализировать этот дикий коктейль. Рассчитать зону Метью — и то было проще. Он записывал реакции девушки, надеясь расспросить после Дерена или Рэмку.

Что там дальше-то делать? К сексу переходить?

— Нет! — Настя судорожно задёргалась, ощутив его руку на своём бедре. — Должен быть брак! И клятва на алтаре, понимаешь?

— Не понимаю, — удивился Бо. — Зачем — брак? Ты совсем не бракованная. Так пойдёшь за меня замуж?

Он провёл свободной рукой по её бедру и опять улыбнулся.

— Но ты же имперец, а я — бандитка, — застонала Настя.

— Ну и что? — пожал плечами Бо. — Я же нравлюсь тебе? А остальное — стерпится-слюбится.

Он опять расплылся в улыбке, радуясь, как удачно вставил земную пословицу.

— Ну пожалуйста, отпусти, — взмолилась Настя, ощущая, как на глаза набегают слёзы. — Ты — очень милый. Но мне нельзя без разрешения отца! Понимаешь? Никак нельзя!

— Так давай его спросим? — легко предложил Бо.

— Но как? — не поняла Настя. — Он сейчас не ближе, чем на Карусели, а мы с тобой — где?

— Да тут же — рукой подать! — рассмеялся Бо.