Транспортный вертолет трясло мелкой, зубодробительной дрожью. Машина шла на высоте километра, закладывая широкий вираж, чтобы обойти уже вторую грозовую тучу, висевшую над сплошным зеленым ковром Великого Леса. В иллюминаторы то и дело били вспышки молний, выхватывая из полумрака десантного отсека хмурые лица пассажиров. Пилоты упорно тянули тушу вертолета к цели, ориентируясь на указанные ориентиры.

Корнев сидел на откидном сиденье, привалившись затылком к вибрирующей переборке. В активных наушниках стоял ровный шум от подавления, отсекающий рев двух турбовальных двигателей. Капитан прикрыл глаза, прокручивая в голове события последних суток.

Визит к горцам-аштари пришлось немного сдвинуть по графику, но Орди и его свита покинули кошачий мегаполис в приподнятом настроении. Срач, который они устроили со старейшиной Ил’дой за закрытыми дверями, вошел бы в анналы местной дипломатии, если бы кто-то вел протокол. Они орали друг на друга так, что стены из векового дерева дрожали. Ил’да уперлась рогами: хрен она отдаст Красные рощи, даже за вагоны земной тушенки и горы стального оружия. Орди, багровея лицом, рычал, что плоды этих деревьев — единственное, что спасает его народ от генетического вырождения, и если старая ведьма не пойдет на уступки, гиганты спустятся с гор и открутят хвосты всему ее Совету.

Когда трехметровый горец окончательно закипел и в два глотка осушил деревянное ведро с ледяной водой, чтобы просто не убить Ил’ду на месте, Корнев аккуратно вклинился в разговор. Он как бы невзначай бросил, что земная медицина в теории способна разобраться с проблемой деградации аштари и без всяких волшебных красных желудей. Старуха сверлила капитана долгим, тяжелым взглядом. Пыталась поймать на блефе. Но в итоге сдалась, с барского плеча отписав горцам самую крайнюю рощу.

Услышав про возможность вылечить свой народ, Орди изменился в лице. Здоровяк разве что вприпрыжку не рванул домой собирать добровольцев для отправки в расположение бригады. С Корневым остался только один гигант в качестве будущего проводника.

Сам же капитан сейчас направлялся в свой «новый дом». В поселение клана Ночных Теней, который буквально вчера свалился ему на голову со всеми своими проблемами, долгами и стотысячным населением.

Корнев приоткрыл один глаз и оглядел компанию, делившую с ним десантный отсек.

Напротив, намертво вцепившись в ремни безопасности, сидела та самая семерка хвостатых функционеров, которых Тисса гоняла прошлой ночью. Их укачало, лица приобрели зеленоватый оттенок, но страх перед Ключником был сильнее тошноты. Рядом расположилось отделение разведки — парни сидели расслабленно, придерживая оружие, привычные к любым болтанкам. Командовал ими Леший. Лейтенант натянул тактические очки и делал вид, что спит.

«Сон» тоже был тактическим. Потому что прямо по курсу от лейтенанта сидела Лисея. Мелкая оторва втерлась в эту экспедицию без мыла, стоило ей только прочухать, что «зеленые» возможно меняют место дислокации. Раз Ключник теперь босс Ночных Теней, значит, его гвардия переезжает. Лисея тут же заявила, что готова к переезду, собирая воображаемый чемодан, за что моментально выхватила по ушам от собственной матери. Мать виновато смотрела на Лешего, папаша Лисеи лишь развел руками — мол, вся в мать, дурная в край, и даже больше. После этого оба мужика стратегически отступили в ближайшую таверну, выхватив два злобных взгляда, и оставив два поколения женщин разбираться между собой. Но в итоге мелкая всё-таки пролезла на борт.

И сейчас Лисея, чьи уши-локаторы подрагивали при каждой вспышке молнии, жадно впитывала атмосферу. А атмосфера в отсеке была такой, что хоть топор вешай. Натуральный воздушный стендап, основанный на пассивной агрессии.

По левому борту сидели Эйрин и Ависса. Ил’да навязала их Корневу в качестве своих личных представителей. Официальная версия — демонстрация централизованной власти Совета. Неофициальная — разумеется, старая интриганка хотела держать руку на пульсе.

Обе девицы сверлили друг друга взглядами, в которых читалось желание немедленно применить холодное оружие. Или, на худой конец, задушить друг друга.

У Корнева дернулся глаз. Обычно эта почетная физиологическая реакция доставалась Лешему, но сегодня капитан перенял эстафету. Он посмотрел на Ависсу, сдвинул наушник и перекрывая гул турбин, спросил:

— Это что, тоналка?

Ависса вздрогнула и инстинктивно прикрыла ладонью огромный, густо замазанный чем-то светлым фингал под левым глазом.

— Упала случайно, — буркнула кошка, тут же метнув свирепый взгляд на сидевшую напротив Эйрин. Та не скрывала ехидной ухмылки.

— Как челюсть, милочка, не ноет больше? — прошипела Ависса, и ее голос буквально сочился ядом. — Зубы все на месте?

Эйрин мгновенно стерла ухмылку, поджала губы и прижала пальцы к заметно опухшей скуле.

Очередной разряд молнии полыхнул за бортом, вертушка провалиласт в воздушную яму. Желудки подкатили к горлу. Лисея прижала ладони к щекам, ее огромные глаза светились от откровенного восторга. Мелкая была готова прямо сейчас выпускать боевой листок «Тайны мадридского двора», наслаждаясь уже другими молниями, которые летали между двумя соперницами.

Обе барышни до сих пор ловили вьетнамские флешбеки. После их драки в подворотне, которую прервала появившаяся из темноты Ил’да, им сильно не поздоровилось. Старейшина молча и методично отмудохала обеих своим тяжелым посохом, проявив чудеса скорости для своего возраста. И только когда обе девицы скрутились на брусчатке от болезненных спазмов, Ил’да заявила, что смертей от поножовщины в ее городе не будет. После чего взяла обеих за хвосты — исключительно чтобы было больнее и унизительнее — и поволокла к ближайшей целительнице.

— Еще одно слово, — ровным, не предвещающим ничего хорошего голосом сказал Корнев, глядя на Эйрин и Ависсу, — и я попрошу пилотов открыть рампу. Будете падать до земли и выяснять, кто из вас лучше машет руками в свободном падении.

Обе синхронно замолчали и отвернулись к иллюминаторам. Тисса, сидевшая рядом с Корневым, одобрительно хмыкнула. Бывшая глава Ночных Теней, а ныне личный секретарь капитана, уже прикидывала, как будет наводить свои порядки на старом месте с новой властью. Может, еще и спальне будет новый порядок…

Вертолет пробил нижнюю кромку облаков. Внизу показались очертания крупного поселения. Сотни добротных домов, подвесные мосты, дозорные башни. Город Ночных Теней.

Корнев щелкнул тангентой рации:

— Борт, я Барон. Что по посадке?

— Вижу площадь, Барон, — хрипнул в наушнике голос командира экипажа. — Ветер в норме. Садимся. Держитесь, сейчас потрясет.

Многотонный вертолет с ревом завис над центральной площадью поселения Ночных Теней. Поток воздуха от несущего винта сорвал хлипкую кровлю с ближайших крыш, поднял столбы пыли и разметал торговые палатки. Местные жители в ужасе разбегались, прижимая уши и закрывая головы руками. Железная птица «зеленых» принеслась сюда всего через шесть часов после того, как на эту же площадь конным маршем вернулись пять сотен тех самых первых смертников.

Слухи уже разлетелись. Все знали, что власть сменилась, причем кардинально.

Шасси мягко коснулись каменных плит. Рампа поползла вниз. Первыми выскочили разведчики Лешего, привычно беря периметр на прицел. За ними спустился Корнев.

Когда из чрева вертолета вышла Тисса и, не обращая внимания на пыль, демонстративно и низко поклонилась капитану, по площади прокатился тихий гул. Всем стало окончательно ясно: новое начальство прибыло, и оно не настроено шутить.

Начались судорожные метания. Хвостатые чиновники и стражники выскакивали из зданий, на ходу поправляя амуницию. Корнев не стал ждать, пока они выстроятся. Он просто пошел вперед, задавая темп. Леший шагал справа, сканируя толпу. Тисса шла слева, чуть позади, сжимая свою кожаную папку. Эйрин и Ависса с остальными шли в хвосте колонны.

Пока процессия медленно двигалась по широкой улице, вымощенной, ужас какой, крупным булыжником, к ним начали пристраиваться местные шишки. Подбежали трое сотников в начищенных кирасах и высокий, жилистый кошак с сединой на висках — командующий местного военного крыла.

Тисса даже не посмотрела на него. Она чеканила шаг, глядя строго вперед.

— Где семьи тех семерых ублюдков из Совета? — бросила она на ходу, не утруждая себя приветствиями.

Командующий сбился с шага, торопливо пристраиваясь рядом с Тиссой.

— Все закрыты под охраной, госпожа. Как только дошли вести с турнира, они дружно попытались свалить. Нагнали телеги, начали грузить имущество, сундуки, золото. Но такое поспешное бегство вызвало… подозрения. Мы блокировали их в особняке старейшины Рикарта.

Корнев, не сбавляя хода, кивнул:

— Благодарю за осмотрительность. И за то, что обошлось без лишней крови. Нам сейчас внутренние бунты ни к чему.

Командующий резко замялся. Его хвост нервно дернулся. Корнев уловил это движение боковым зрением и протяжно, с тоской вздохнул.

— Что пошло не так? — ровным голосом спросил капитан.

Кошак тут же вытянулся, почувствовав спиной испепеляющий взгляд Тиссы.

— Ночью была попытка прорыва, господин. Натуральная резня. Охрана Рикарта попыталась пробить оцепление. Семнадцать убитых с нашей стороны. В три раза больше — со стороны беглецов. Мы загнали их обратно в дом.

Эйрин, шедшая справа, презрительно хмыкнула. Она плавным движением достала из ножен один из вороненых клинков, подаренных Корневым, и крутанула его в руке.

— Тогда с них и начнем, — кивнул Корнев. — Веди.

Процессия свернула с основной дороги. Путь занял минут пятнадцать. Окраина города разительно отличалась от центра. Здесь почти не было подвесных мостов и деревянных ярусов.

Увиденное вызывало много эмоций.

— Дорого-богато, — пробормотал Леший.

— Да уж, — протянул капитан.

Перед ними возвышалась знатная вилла. Три этажа качественной кладки бруса, кованые решетки на окнах, черепичная крыша. Особняк был построен прямо на земле — непозволительная роскошь для этого мира, требующая огромных усилий по расчистке территории и закладке фундамента.

Вокруг виллы плотным кольцом стояла местная охрана. С копьями, луками и щитами. Что было характерно — большинство стражников смотрели не наружу, охраняя периметр, а пялились на сам особняк, переговариваясь и опираясь на копья.

Как только старший смены — усатый кошак с перевязанной рукой — обнаружил приближающееся начальство, он заорал дурным голосом. Хвостатые торопливо вытянулись, пытаясь изобразить строй. Копья торчали в разные стороны, кто-то уронил щит. Леший, шедший позади Корнева тихо поржал:

— Строевая — полный швах. Товарищ прапорщик бы тут инфаркт словил.

Сотник, заикаясь, отчитался перед командующим, что больше попыток сбежать не было. Чему сильно способствовало полное изъятие у арестантов всех колюще-режущих предметов, вплоть до серебряных столовых ножей.

— Внутрь, — скомандовал Корнев.

Кошаки у дверей замерли, растерянно переводя взгляд с незнакомого человека на Тиссу, ища привычных команд. Милфа, моментально спалив фишку и поняв, что авторитет Ключника нужно внедрять на уровне рефлексов, шагнула вперед.

— Господин, дайте мне пять минут, — тихо попросила она.

Корнев пожал плечами и остановился на дорожке.

Тисса сайгаком пронеслась по ступеням, жестом прихватив с собой нескольких офицеров и сотника, и скрылась за массивными дубовыми дверями.

Следующие несколько минут разведчики наслаждались акустическим шоу. Из коридора виллы раздавалось яростное кошачье шипение, отборная ругань на местном диалекте, звон падающих предметов и глухие, тяжелые удары. Леший многозначительно переглянулся с капитаном.

— Серьезная барышня, — выдал комплимент лейтенант.

Эйрин одобрительно кивала каждому хорошему удару, словно судила матч.

Наконец, двери распахнулись. На пороге показалась Тисса. Она тяжело дышала, немного растрепалась, но вид имела абсолютно довольный.

— Прошу вас, глава! — громко, так, чтобы слышали все на улице, произнесла она и глубоко поклонилась.

Корнев поднялся по ступеням. В просторном холле, устланном дорогими коврами, стояли те самые офицеры, что зашли с Тиссой. Сейчас они склонились гораздо ниже ее самой. У одного из стражников по лицу текла кровь — отсутствовал изрядный кусок правого уха. Но мужик стойко переносил это лишение, замерев и глядя в пол.

Капитан закатил глаза. Вся эта театральная жестокость была в духе местного менталитета, но ему нужны были живые и функциональные подчиненные. Он повернул голову к Ависсе. Девушка поняла его без слов. Она взяла побледневшего стражника за здоровое ухо и потащила в сторону, один из разведчиков достал на ходу армейский перевязочный пакет, чтобы оказать первую помощь.

Пока капитан медленно двигался по хоромам, разглядывая картины и гобелены на стенах, местная стража пинками и тычками сгоняла всех беглецов на первый этаж, в огромный каминный зал.

Тисса не стала париться с рассадкой. Она просто подошла к самому здоровому и богато украшенному креслу, стоящему на небольшом возвышении. Явно бывшее место патриарха рода. Милфа встала сбоку от него, всем своим видом демонстрируя, что никакая другая точка в этом зале не подходит под пятую точку нового главы Теней.

Корнев молча поднялся на подиум и уселся. Кресло оказалось на удивление удобным, с мягкой кожаной обивкой.

Леший, вставший справа от капитана, наклонился и шепнул:

— Сидеть на месте убитого босса — плохая примета, командир. В кино после такого обычно стреляют из дробовика через окно.

— Привыкнешь еще, — вдогонку заржал Леший, не меняя каменного выражения лица.

Капитан заметил, как Лисея начала пробираться сквозь толпу стражников поближе к лейтенанту.

— Лисея, взять, — негромко, но четко скомандовал капитан.

Мелкая оторва тут же счастливо взвизгнула и повисла на руке лейтенанта, который явно не ожидал такой подставы от командира. Леший скрипнул зубами, но сбрасывать девчонку при местных не стал.

Двери в зал с грохотом закрылись. Арестантов собрали.

Сказать, что местные арестанты из семей бывших олигархов были недовольны — значит не сказать ничего. Они были готовы порвать чужака живьем. Избалованные властью, уверенные в своей неприкосновенности, они стояли плотной толпой в центре зала. Около шестидесяти человек. Дорогие одежды помяты, украшения сбиты набок, но гонора меньше не стало.

Те, кто заменил ушедших стариков — сыновья, племянники, младшие братья — тут же вышли вперед. Самый здоровый из них, в золотом шитье, ткнул пальцем в сторону Корнева и во всю глотку заявил:

— Мы срать хотели на тебя, чужак! Ты здесь никто! Временное недоразумение. Ил’да не вечна. Очень скоро всё вернется на круги своя, и мы с тебя кожу спустим!

Корнев даже не поменял позы. Он просто медленно перевел взгляд на Эйрин.

Девушка ждала только этого. Она сделала два смазанных, кошачьих шага вперед. Никто даже не успел заметить, как она двигалась. Глухой звук удара рукоятью клинка прямо в солнечное сплетение. Главный горлапан рухнул на колени, а затем завалился на бок, беспомощно хватая воздух ртом, как выброшенная на берег рыба.

— Следующему сверну шею, — спокойно пообещала боевая кошка, глядя на замершую толпу.

Все резко заткнулись. Эйрин здесь знали. Знали, кто она такая и на что способна. Раз одна из лучших убийц старой ведьмы стоит на стороне пришлого, значит, дело действительно дрянь. Ил’да не шутила…

— Давайте так, — Корнев заговорил негромко, но акустика зала разнесла его голос по всем углам. — Всё можно решить полюбовно.

Арестанты в очередной раз переглянулись, удивляясь идеальному, без малейшего акцента, произношению капитана. Возможности Навигатора работали безупречно.

— Вы возвращаете всё, что ваши старики украли из казны клана, — продолжил Алексей, откидываясь на спинку кресла. — Всё до последней медной монеты. Документы на отжатые земли, камни, серебро. И вас никто пальцем не тронет. Соберете вещи и пойдете на все четыре стороны.

— Мы ничего не крали! — истерично взвизгнула из толпы расфуфыренная краля средних лет.

— Ага, — злобно кивнула Тисса, выступая из-за кресла. — Вот я и смотрю, Мара, что ты сейчас увешана синими камушками, которые точно не добывали в наших шахтах. Это камни из Южного предела! На какие шиши куплено, если шахта убыточная уже пять лет?

Краля задохнулась воздухом от услышанного. Ее лицо пошло пятнами. Она открыла рот, готовая разродиться новой гневной тирадой, как вдруг кто-то положил руку ей на плечо.

Это был довольно молодой паренек. На вид лет двадцать, не больше. Одет просто, но из хорошей ткани. Лицо спокойное, бледное, без капли страха. Он мягко, но властно отодвинул истеричку в сторону.

Что характерно — никто из арестантов не посмел ему возразить. Толпа расступилась, пропуская его в первый ряд.

— Оставите нам десятую часть того, что есть в хранилищах, и мы уйдем мирно, — твердо сказал парень, глядя прямо в глаза Корневу. — Я покажу, где спрятаны основные ценности. Без меня вы будете искать их годами.

— Согласен, — коротко кивнул капитан. Десять процентов за экономию времени и нервов были приемлемой ценой.

— Договор крови, — сказал паренек, чуть прищурившись.

Вот тут уже завозмущались лояльные хвостатые за спиной Корнева. Тисса с шипением выхватила длинный кинжал, готовая спрыгнуть с подиума и проткнуть наглого сопляка на месте.

Корнев поднял руку, останавливая ее. Он не сводил глаз с парня.

— В чем подвох? — тихо, не поворачивая головы, спросил капитан у Эйрин.

— Ты не знаешь тонкостей магической клятвы, — ответила девушка, настороженно наблюдая за парнем. — Это древняя магия. Не заметишь, как он во время ритуала вложит в формулировку дополнительные условия. Обяжет тебя защищать их, или сделает так, что ты не сможешь отнять вообще что-то, даже если они убьют кого-то из твоих людей.

Корнев хмыкнул. Он жестом подозвал Эйрин к себе, наклонился и зашептал ей на ухо. Разведчики Лешего напряглись, ожидая подлянки. Эйрин слушала капитана, и ее брови медленно ползли вверх. Она озадаченно кивнула, прошептав короткий ответ. Ответ капитана явно устроил.

Он встал с кресла и спустился к арестантам. Леший и его бойцы синхронно сняли автоматы с предохранителей.

— Клятва, — бодро заявил Корнев, протягивая правую руку.

От этого простого действия конкретно зависли все, кто присутствовал в зале. Кошаки-стражники попятились. Тисса открыла рот. И только паренек — один из прямых наследников изгнанной семерки — хищно улыбнулся. Он тоже протянул руку.

Их ладони сомкнулись.

Вокруг рукопожатия тут же начали появляться светящиеся, пульсирующие багровым светом линии. Они, словно живые лозы, стали быстро оплетать обе руки, поднимаясь до локтей.

Паренек начал быстро, нараспев читать формулу клятвы на местном наречии. Светящиеся нити впивались в кожу. Когда он закончил, линии зафиксировались.

— Ну что, мой ручной Ключник, готов хорошо поработать на мою семью? — широко улыбнувшись, спросил паренек. Его голос звенел от торжества.

Автоматы разведчиков резко поднялись. Эйрин перехватила клинки.

— Так! Никто не дергается! — заорал парень, выставляя свободную руку в сторону бойцов. — Или ваш любимый глава сдохнет в муках прямо сейчас! Клятва закреплена!

Корнев посмотрел на свою руку, оплетенную багровыми нитями. Потом перевел взгляд на торжествующего малолетнего интригана. Капитан не изменился в лице ни на грамм.

— Как говорят у нас в Бразилии, — спокойно, с легкой хрипотцой ответил Корнев, глядя парню в глаза. — Дураки необучаемы, зато платежеспособны.

Что характерно произнес это на чистом русском языке. Паренек нахмурился, не понимая ни слова. А затем глаза кошака расширились от дикого ужаса.

Светящиеся багровые нити на его руке внезапно почернели. Они вспыхнули, как бикфордов шнур, и впились под кожу. Всё тело парня начало покрываться сетью вздувшихся, черных вен. Магия клятвы ударила по нему с силой товарного поезда, идущего под откос.

Его тело свело жесточайшей судорогой. Парень рухнул на колени, он хватал ртом воздух, с ужасом смотря снизу вверх на абсолютно невозмутимого чужака.

— Последний шанс купить себе жизнь, — так же спокойно, но уже на местном языке произнес Корнев. — Где тайник?

Паренек с трудом поднял трясущуюся, свободную левую руку. Корнев не сдвинулся с места. Арестант, хрипя и пуская кровавые пузыри, пополз к нему на коленях, пока не дотянулся пальцами до руки капитана и не прохрипел направление к подвалам северного крыла. Он уже начал задыхаться, из носа густо потекла черная кровь.

— Договор, — четко произнес Корнев, разжимая ладонь.

Нити на руках лопнули и осыпались серым пеплом. Парня явно отпустило. Магический удар прекратился, хотя состояние у него было хреновое — он лежал на каменном полу, свернувшись в позу эмбриона, хрипел и сплевывал сгустки крови.

Остальные арестанты вжались в стены, боясь даже дышать.

— Как? — с ужасом в глазах спросила спустившаяся с подиума Тисса, выражая общий вопрос всего зала. — Магию крови нельзя сломать!

— Всё просто, — пожал плечами капитан, отряхивая пепел с рукава. — Эйрин мне подсказала главное правило. Договор фиксируется, если обе стороны произнесли условия и согласились. Мой «мелкий текст» был произнесен на русском языке, которого этот умник не знал. Тупость она такая, посчитал эту часть несущественной. Я раз десять в разных вариантах уточнил, что любая попытка навесить на меня дополнительные обязательства, кроме получения десятой доли наследства, означает прямое нарушение клятвы с его стороны. Магия приняла условия. Он сам себя высек.

Корнев повернулся к Тиссе.

— А теперь пусть кто-то из твоих архаровцев сгоняет кабанчиком по адресу, что указал этот философ. Молодой человек очень хорошо старался, воруя у воров. Там должен быть целый сундук с камнями. И проконтролируйте, чтобы ровно десятую часть отсыпали этим господам. Я свое слово держу. А потом — пинком под зад за периметр города…