Адмирал шагал тяжело, впечатывая ботинки в рифленый настил палубы. Лилит шла рядом, не отставая, хотя ноги у бизона были вдвое длиннее. Они спустились на три уровня ниже командного пункта, миновав две зоны безопасности, и вышли в главную техническую галерею станции.

Ангар впечатлял. Километры открытого пространства, запах топлива, пережженной смазки и ионизированного воздуха. Техники муравьями копошились возле угловатых туш штурмовиков и малых корветов. Искрили сварочные аппараты, гудели погрузчики.

К их небольшой делегации тут же пристроился главный техник станции. Сухой, желчный мужик с нейроинтерфейсом, вживленным прямо в висок. Узнав, кто перед ним и какую задачу поставил адмирал, он на ходу начал выпытывать у Лилит техническое задание.

— Что конкретно ищет госпожа Часовая? — техник достал планшет, приготовившись записывать. — Класс, тоннаж, предпочитаемые оружейные системы?

Лилит начала перечислять. Ей нужен был малый радиус обнаружения, но тяжелая композитная броня. Реактор, способный выдать мощность легкого крейсера, но в габаритах перехватчика. Система маневровых двигателей с вектором тяги, игнорирующим инерционные компенсаторы стандартного типа. И автономность систем жизнеобеспечения на случай пробития контура.

Пальцы техника замерли над экраном. Он посмотрел на девушку долгим, тяжелым взглядом.

— Ясно, — нервно усмехнулся он. — Значит, треть ваших параметров в корне противоречит другой трети. А вместе эти две трети физически исключают оставшуюся. Искать такую посудину мы будем лет сто. У меня на станции законы физики еще не отменили.

Он смахнул данные с экрана и ткнул пальцем в сторону сверкающего свежей краской корабля в ближайшем доке.

— Вот. Новейший сторожевик класса «Элизий». Два спаренных импульсных орудия, усиленный генератор щита. Он хоть как-то, хоть где-то вписывается в ваши хотелки. Время пока позволяет, мы можем кое-что из оборудования докинуть поверх базы. Навесим ракетные пилоны, раскачаем реактор на десять процентов…

Лилит смерила «Элизий» презрительным взглядом. Отполированные обводы, огромная кабина пилота с панорамным обзором, куча торчащих наружу антенн связи.

Девушка скривилась так, будто ей предложили съесть лимон вместе с кожурой.

— Я свою задницу в эту блестящую хрень не посажу, — капризно, чисто по-женски заявила Красная ведьма, скрестив руки на груди. — Это не боевой корабль, это гроб с музыкой. Кабина огромная — ПКО «легионеров» мне башку прострелит еще на подлете. Антенны снесет первым же близким разрывом. А ваш реактор сдохнет, если я попытаюсь выжать из него маневр с перегрузкой больше двадцати единиц.

Техник откровенно закатил глаза. Адмирал позади лишь глухо хмыкнул, наблюдая за перепалкой.

Они пошли дальше по рядам. Техник предлагал ударные тактические корабли, тяжелые штурмовики, даже старый полицейский корвет. Лилит браковала всё. Она хаяла новейшие образцы техники с профессионализмом базарной торговки. То броня картонная, то узлы уязвимы, то система охлаждения ни к черту.

Техник уже начал тяжело дышать, готовясь послать Часовую в пешее эротическое путешествие вместе с ее запросами, несмотря на присутствие начальства.

Они дошли до самого конца галереи. Дальше начиналась зона глубокой консервации. Тяжелые створки складов длительного хранения были приоткрыты — техники искали нужные запчасти для ремонта флота. Внутри царил полумрак и пахло многовековой пылью.

Лилит внезапно замерла на полушаге.

Она резко повернула голову, вглядываясь в пыльную темноту одного из боксов. Ее глаза сузились. Взгляд зацепился за тусклые, угловатые обводы корабля, сиротливо стоявшего в самом дальнем углу под энергочехлом консервации, который к тому же работал только наполовину.

Лицо Красной ведьмы изменилось. Вся ее капризная спесь испарилась.

Девушка буквально подпрыгнула на месте.

— Моя булочка сладкая! — завопила Лилит на весь ангар.

Оставив опешивших адмирала и техника позади, она сорвалась с места. Лилит понеслась к открытым створкам склада так, словно увидела потерянного в детстве родственника, на ходу отпинывая с пути пустые контейнеры.

Адмирал и главный техник переглянулись и медленно пошли следом за рванувшей в темноту девушкой.

Картина, открывшаяся им в консервационном боксе, вызывала сбой в мыслительной матрице. Суровая барышня, Часовая, способная голыми руками остановить удар бизона, сейчас бегала вокруг старого, обшарпанного корабля. Посудина выглядела как кусок матового, поглощающего свет металла, вырубленного топором. Никаких изящных обводов, никаких панорамных стекол. Сплошная агрессивная агрессия в металле.

Лилит гладила броню ладонями. Она издавала мимимишные вопли, сдувала вековую пыль и чуть ли не целовала массивные посадочные стойки.

— Я что-то пропустил? — тихо, с искренним недоумением спросил главный техник, глядя на это непотребство. — У нас ретро-вечеринка? Так вы скажите, я сбегаю переоденусь в тостер. Для атмосферы.

Лилит проигнорировала шепотки начальства. Она подошла к глухой броневой плите на боку корабля. Обычный человек даже не понял бы, что там есть дверь. Красная ведьма коротко, с силой ударила кулаком по определенной точке.

Замки щелкнули. Массивная аппарель со скрипом несмазанных шарниров и глухим ударом бухнулась на пол ангара, подняв облако пыли.

— Никто тебя не любит, девочка моя, никто не ухаживает… — ворковала Лилит, взбегая по ребристой поверхности аппарели внутрь темного нутра корабля. — Сейчас мы тебя разбудим.

Она скрылась в тамбуре.

Адмирал сложил руки на груди, ожидая результата. Техник скептически ковырялся в зубах.

Звуки шагов внутри затихли. На пару секунд повисла абсолютная тишина.

А затем из недр корабля раздался вопль. Это был не испуг. Это был натуральный вопль боли, отчаяния и чистой, концентрированной ярости.

Лилит вылетела наружу как ошпаренная. Ее глаза горели зеленым пламенем, кулаки сжаты так, что побелели костяшки. Она подлетела к технику, схватила его за грудки комбеза и буквально приподняла над палубой.

— Вы что с кораблем сделали, изверги⁈ — прорычала она ему прямо в лицо.

— Мы… это… — замычал техник, пытаясь оторвать ее стальные пальцы от своей одежды. — Если честно, я уже не помню! Он тут лет двадцать пылится!

Лилит швырнула его обратно на палубу.

— Где ложемент оператора⁈ — она забилась чуть ли не в истерике, тыча пальцем в открытую аппарель. — Где управляющий контур, я тебя спрашиваю⁈

— Чего⁈ — конкретно завис техник, потирая шею. — Какой ложемент?

— Где кресло пилота, дебил⁈ — разбушевалась девушка, надвигаясь на него. — То, которое должно быть! С прямым подключением к нервной системе! А не эта деревянная табуретка с джойстиками, которую вы туда вкорячили!

Техник захлопал глазами. Шестеренки в его голове со скрипом провернулись.

— Так это… — вспомнил он, отступая на шаг. — У нас были проблемы с питанием реактора. И с управлением. Да вообще со всем были проблемы. Мы раскопали эту посудину в старых резервах. Знаем, что этот ударный штурмовик, если честно, у корабля даже четкой классификации нет, писец какой опасный по спецификациям. Но летать на нем никто не смог! Приборы просто не заводились. Выдавали ошибку доступа. Поэтому наши умники часть систем переделали. Вырезали старую требуху, поставили стандартные кресла, кинули прямые провода на маневровые…

— И выяснилось, что вы потеряли всё! — закончила за него Лилит, в бешенстве меряя шагами пространство перед аппарелью. — Огневую мощь, маневренность, управляемость, тягу, сенсорику! Так⁈

— Верно… — подозрительно посмотрел на нее техник. — Корабль летал как утюг. И жрал топливо как не в себя. Мы его и списали. А откуда вы…

— Потому что корабль рассчитан на энергоячейки Т-чипа! — добила его девушка. У техника снова отвисла челюсть. — А заместить оператора может только пилот с набором имплантов пятого уровня. И это в минималке! А вы туда табуретку поставили!

Адмирал, до этого молча слушавший перепалку, тяжело шагнул вперед. Его рога угрожающе наклонились.

— На хрена в эту мелкую колымагу сажать того, кто должен управлять линкором? — гулким басом спросил бизон. — Пилоты с имплантами пятого уровня — штучный товар. Они целыми москитными флотилиями командуют. И брать питание от того же линкора? Это самоубийство. И главный вопрос: откуда ты всё это знаешь?

Лилит остановилась. Она устало потерла переносицу, сбрасывая гнев. Вздохнула, глядя на старую, израненную криворукими механиками обшивку своей «булочки».

— Я соавтор проекта этого корабля, адмирал, — тихо, без всякого пафоса произнесла она. — Эти малышки не для простых смертных. Они строились под нас. Под Часовых. И под особый корпус пилотов, которых готовили годами. Вы пытались запрячь гоночного жеребца в телегу с навозом. Естественно, корабль у вас не полетел…

Техник перевел взгляд с Лилит на корабль. В его глазах мелькнуло понимание профессионала, которому наконец-то дали ключ к сложной головоломке.

— Так вот зачем там та огромная энергошина под обшивкой… — задумчиво, почти с благоговением произнес он, потирая подбородок. — А мы все гадали, на хрена такой мелочи проводить через себя такие дикие циферки энергопотребления. Шина с руку толщиной! Мы думали, это ошибка проектирования. А там таких двенадцать!

— Вы много чего думали, — огрызнулась Лилит. Она подошла вплотную к технику. В ее голосе зазвучала отчаянная надежда. — Оригинальные запчасти остались? Вы их не переплавили на чайники?

Техник наморщил лоб, обращаясь к встроенному интерфейсу. Его глаза на секунду расфокусировались.

— Остались, — кивнул он. — Лежат на складе неликвида. Все, кроме блока псевдоИИ. Эту штуку мы приспособили к делу. Он сейчас рулит ПКО обороной на спутнике планеты.

— У нас шесть часов до того, как «легионеры» закончат стягивать петлю, — Лилит впилась в него взглядом. — Успеете вернуть как было? Выдрать ИИ со спутника, поставить ложемент на место и запитать контур?

Техник открыл рот, чтобы сказать, что это нереально. Что демонтаж ИИ займет сутки. Но за него ответил адмирал.

— Успеет, — рыкнул бизон. — Я сниму с ремонта все бригады, если понадобится.

— Успеем все, кроме демонтажа блока ИИ, — тут же открестился техник. — К тому же батареи ПКО на спутнике не обойдутся без умной цифровой тушки. Что-то еще мы можем сделать, фарвати?

Лилит тяжко выдохнула.

— Раз на борту больше нет полноценного блока управления вооружением, который заменял стрелков, мне нужны люди, — девушка начала загибать пальцы. — Двенадцать операторов. Полный набор имплантов не ниже третьего уровня.

У техника снова случился сбой процессора. Он посмотрел на корабль.

— Двенадцать? Да здесь никогда не было столько точек вооружения! Тут пара курсовых пушек и всё! Куда вы их сажать собрались? На обшивку?

— Просто все системы выше первой ступени заблокированы, — фыркнула Лилит, как на идиота. — Оружейные башни скрыты под бронеплитами. Они не открываются, если на борту нет Часового или лицензированного пилота. Я вскрою арсенал. Но мне нужны люди за пульты. Ну, так что, адмирал? Найдете мне отмороженных борт-стрелков, готовых лететь в один конец на старом корыте?

— Уже нашлись, — раздался за спиной радостный, хриплый голос.

Все трое дружно повернулись.

В дверях ангара стоял грузный мужик лет сорока пяти. На нем была помятая флотская форма без знаков различия. Лицо украшали глубокие шрамы, живот уверенно нависал над ремнем. Мужик радостно скалился, глядя на Лилит.

Красная ведьма прищурилась, изучая потасканную физиономию.

— Мы знакомы? — с сомнением спросила она. — У тебя рожа кирпича просит. Кажется, я где-то ее уже видела.

— Еще как знакомы, — ухмыльнулся мужик, неспешно подходя ближе. — Прошло двадцать лет, фарвати. Ты вот вообще не изменилась со времени битвы за Джианезис. А я вот постарел… Потрепало меня.

Лилит хмыкнула. Память услужливо подкинула картинку двадцатилетней давности. Пылающая орбита Джианезиса. Она, очень злая, проходит мимо строя флотских перед посадкой в челноки. И один борзый сержант откровенно пялится на нее.

Девушка подошла к офицеру вплотную.

— Похабный взгляд, разве что слюну не пускаешь, пялясь на мой зад, — усмехнулась Лилит, ткнув пальцем ему в грудь. — И этот говорок. Да, такого хрен забудешь. Пока все тряслись в строю перед высадкой, ты меня взглядом раздевал. Много за зубы отдал тогда? Я вроде с левой била.

— Две получки, — еще шире улыбнулся мужик, обнажив ряд идеальных металлокерамических имплантов. — Но оно того стоило. Тот удар я на всю жизнь запомнил. С огоньком было.

Лилит снова закатила глаза. Везде одно и то же. Мужики не меняются.

— Команда есть? — коротко, переходя к делу, спросила она.

— Все как надо, фарвати, — офицер мигом подобрался. Из голоса пропала сальная ухмылка, осталась только сталь ветерана. — Мои парни. Импланты — полный комплект третьего уровня, у двоих даже выше. Все с опытом. Все понимают, куда идем и что предстоит.

Лилит протянула руку. Офицер крепко, по-мужски пожал ее.

— Через шесть часов жду в ангаре. Ложементы подготовят.

* * *

Главный мостик станции замер в тревожном ожидании. Операторы сидели за пультами, не смея даже дышать слишком громко. Никто в здравом уме не верил, что Часовая действительно возьмет один корабль. Одну старую, списанную двадцать лет назад рухлядь, и пойдет против флота «легионеров».

Адмирал стоял у тактического стола, скрестив руки за спиной.

— Фиксирую работу РЭБ противника! — крикнул один из офицеров, прижимая наушник. — Передовые группы «легионеров» выходят на позиции прикрытия! Артиллерия начинает развертывание…

Он не договорил.

Зеленая отметка корабля Красной ведьмы, только что покинувшего доки станции, мигнула и просто исчезла. Как с экранов радаров, так и визуально с внешних камер.

Адмирал подался вперед, вглядываясь в голограмму.

Прошло пять долгих, тягучих секунд.

Внезапно в самом центре идеального геометрического построения кораблей Легиона Порядка, прямо между их ударными крейсерами, вспыхнула яркая зеленая точка. Лилит совершила микропрыжок, идеально рассчитав усилия гравитационного колодца.

А дальше начался хаос.

Штурмовик Лилит, убрав бронированные панели, обнажил скрытые турели. Мужик со шрамом и его парни не зря ели свой паек. Корабль закружился в смертельном танце, заливая пространство плазмой. Отсутствие ИИ Лилит компенсировала собственными рефлексами, кидая машину в немыслимые виражи, уходя от ответного огня «легионеров» в миллиметрах от их корпусов. Активировались курсовые орудия, только вместо не шибко мощных импульсов, в ближайший корабль противника ударил луч энергии, пробив его насквозь, заодно проехавшись по соседу с другой стороны.

— Фиксирую пробитие реактора вражеского крейсера! — выкрикнул оператор. — Еще одно попадание! Эсминец Легиона потерял ход, множественные внутренние взрывы!

Адмирал смотрел на тактическую карту, где идеальный строй противника превращался в огненную кашу. Большие, неуклюжие корабли Порядка не могли попасть по мелкой, бешеной цели, которая к тому же периодически совершала микропрыжки, лупя друг по другу в попытках достать Часовую.

На губах бизона медленно расплылась жесткая, клыкастая улыбка. Одинокий вымпел продолжал свой танец смерти, расчищая дорогу к транзитным Вратам.