Денис сидел перед следователем и чувствовал себя так, словно сидел не в кабинете районного отдела полиции, а в холодной камере, где воздух заканчивался с каждой минутой. Пальцы предательски дрожали, он постоянно пытался спрятать эту мелкую дрожь, сжимая кулаки так сильно, что ногти впивались в ладони.

Кабинет следователя выглядел именно так, как выглядят подобные кабинеты в дешевых сериалов про «ментов».

В углу стоял перекошенный деревянный шкаф, подоконник был завален стопками папок, рядом со шкафом примостился металлический сейф, на котором красовался дешевый электрический чайник. На стене висел выцветший календарь с видом горного озера, который находился там, видимо, исключительно для издевательства над посетителями, потому что никакого свежего воздуха и простора в этом душном помещении не было и в помине.

Следователь Кравцов, как он представился, закрыв за собой входную дверь, сидел напротив Дениса за захламленном столом и неторопливо что-то листал, делая вид, что внимательно изучает каждое напечатанное слово. На самом деле он почти не смотрел в документы, а бросал хмурые взгляды на Дениса, не скрывая своего раздражения. Создавалось впечатление, что перед ним находился не важный свидетель, а назойливая муха, которую нельзя просто прихлопнуть.

— Итак, Денис Сергеевич, давайте ещё раз пройдёмся по вашим словам, потому что пока я вижу только громкие заявления, которые ничем не подкреплены, — наконец произнёс Кравцов, откидываясь на спинку кресла и строго посмотрев на сидевшего напротив него свидетеля, — Вы утверждаете, что в подвальном помещении по адресу, который мы уже обсуждали, функционировало незаконное игорное заведение, но вы хоть понимаете, вообще что такое казино с юридической точки зрения и какие доказательства нужны для подобных обвинений?

Денис сглотнул, чувствуя, как во рту моментально пересохло, и попытался вспомнить инструкции Максима, но под этим давящим взглядом все мысли путались и исчезали.

— Да, там было казино, самое настоящее подпольное казино, где самые разные люди играли на деньги каждый вечер, — ответил Денис, изо всех сил стараясь, чтобы его голос звучал ровно и не выдавал панику.

— Казино, — повторил Кравцов с лёгкой снисходительной усмешкой, будто пробовал слово на вкус, и оно ему не понравилось. — Громкое заявление для молодого человека, который, судя по всему, просто оказался не в том месте и не в то время. Люди много где играют на деньги, Денис Сергеевич, в карты на кухне под пивко тоже, но это же не делает из кухни казино. Вы лично видели там яркую вывеску с надписью казино, или, может быть, вам кто-то показывал официальную лицензию, администратора с бейджиком и зарегистрированную кассу?

Денис растерялся, понимая, что следователь над ним издевается, используя его неопытность и страх перед полицией.

— Какая может быть яркая вывеска в подвале жилого дома, если они скрывались от полиции и никого чужого туда не пускали? — тихо сказал Денис, сжимая влажные ладони ещё сильнее. — Там на входе всегда стояла охрана, внутри находились настоящие игровые столы, была рулетка, люди играли в карты, выдавали пластиковые фишки, а наличные меняли у отдельного человека за стойкой.

Кравцов лениво почесал подбородок и посмотрел в серый потолок, всем своим видом показывая, насколько ему скучно и неинтересно слушать эти россказни.

— Рулетка, говорите, а вы уверены, что это была именно рулетка для азартных игр? — протянул следователь, глядя на побледневшего парня с нескрываемым сарказмом. — Может быть, это был стол для обычных настольных игр, в которые сейчас так любит играть молодёжь. Вы же не являетесь сертифицированным специалистом по игорному оборудованию, чтобы делать такие однозначные выводы. Или являетесь?

— Нет… — растерянно выдавил Денис почувствов, как уверенность покидает его. Слова Макса ещё держались где-то на задворках сознания, но его не было, а следователь сидел напротив, он не кричал и не угрожал, а просто задавал вопросы таким тоном, что после каждого нового вопроса Денису всё сильнее хотелось сказать, что он ни в чём не уверен.

Ему хотелось сказать, что он, может быть, действительно ошибся, что в подвале было слишком темно, а сам он нервничал из-за долгов, что все люди там были похожи друг на друга, и в итоге он вообще ничего не помнит.

— Я всё это видел собственными глазами, потому что я там был не один раз, — пробормотал Денис, опуская голову и разглядывая грязные носы своих кроссовок.

— Не один раз, значит, — тут же подхватил Кравцов, подавшись вперёд и уперев локти в заваленный бумагами стол. — То есть вы систематически посещали это сомнительное заведение, прекрасно осознавая, что именно там происходит?

— Я, да, посещал, — выдавил из себя парень, чувствуя себя загнанным в угол.

— Добровольно посещали, никто вас туда на аркане не тянул и силой не заставлял играть? — продолжал наседать следователь, хитро прищурив глаза.

Денис тяжело вздохнул, понимая, что попал в ловушку, и обречённо кивнул.

— Сначала я приходил туда добровольно, — пробормотал он. — Просто хотел поиграть и выиграть немного денег.

— Сначала добровольно, — с явным нажимом повторил следователь, делая быструю пометку в своём блокноте. — А потом, значит, не добровольно? Вас кто-то силой туда приводил и наручниками к батарее пристегивал, а может угрожал оружием, заставляя делать ставки?

— Мне угрожали физической расправой из-за долга, который я не смог вовремя отдать, — ответил Денис, чувствуя, как к горлу подступает удушающая паника.

— Кто именно вам угрожал, назовите мне конкретные имена прямо сейчас? — сухо спросил Кравцов, постукивая ручкой по столу.

— Человек по кличке Кабан, он работает на Сысоева и выбивает для него долги, — кое-как выдавил из себя Денис.

— Кабан, — Кравцов театрально вздохнул, закатив глаза. — Денис Сергеевич, мы сейчас находимся в государственном учреждении, а не сидим во дворе на лавочке, поэтому мне нужны конкретные фамилии, имена, отчества, а не эти ваши нелепые клички.

— Я не знаю его настоящую фамилию, все звали его Кабаном, — ответил Денис, чувствуя себя беспомощным.

— Очень удобная позиция, — сказал Кравцов, небрежно отбрасывая ручку на стол. — Значит, фамилию вы не знаете, никаких документов не видели, лицензии не проверяли, на телефон ничего не снимали, свои деньги проиграли добровольно, но при всём при этом сидите здесь и утверждаете, что вас насильно втянули в какую-то преступную схему.

Денис резко поднял на него возмущённый взгляд, понимая, что его слова выворачивают наизнанку.

— Я не так сказал, вы всё специально перекручиваете! — воскликнул парень, сжимая кулаки.

— А как вы сказали, позвольте поинтересоваться? — следователь резко посмотрел на него, его голос стал жёстче и громче. — Вы уж определитесь Денис Сергеевич, кто вы в этой истории, потерпевший и свидетель или участник незаконной игорной деятельности, который сейчас пытается себя выгородить и избежать уголовной ответственности, придумывая сказки про каких-то Кабанов.

Дениса все больше охватывала паника, он начал понимать, что все идет явно не по тому плану, который они обсуждали с Максимом. Получается что теперь показания Дениса, которые по словам мастера, должны были стать его защитой, наоборот, превращались в петлю, которая медленно затягивалась на шее. Следователь не собирался помогать ему, а наоборот делал все, чтобы все его признания выглядели несерьезным трепом. Фактически он сейчас толкал его обратно в ту самую яму, из которой Денис так отчаянно пытался выбраться.

— Я просто хочу рассказать правду, чтобы эти бандиты отстали от моей бабушки, — тихо сказал Денис, глядя на следователя умоляющим взглядом.

— Правда бывает разной, — холодно произнёс Кравцов, скрестив руки на груди. — Особенно в тех случаях, когда человек путается в показаниях, нервничает и сам признаёт, что регулярно посещал сомнительные места. Вы вообще в тот день когда все это происходило, выпивали?

Денис замер, непонимающе уставившись на следователя.

— В какой именно день? — переспросил он дрожащим голосом.

— В тот самый день, когда вы якобы видели гражданина Сысоева и этого вашего выдуманного Кабана в подвале, — пояснил тот.

— Конечно нет! — Денис даже вскинулся от негодования.

— То есть вы отправились на игру совершенно трезвым? — скептически осведомился Кравцов. — ни грамма пива не выпили ни до, ни во время нее? Позвольте мне усомнится в том, что вы говорите правду

— Но я говорю правду! Я был трезвым! — выпалил парень.

— Тогда может вы накануне употребляли наркотические или психотропные вещества? — не унимался следователь.

— Нет, никогда в жизни! — почти крикнул Денис, возмущенный таким предположением.

Кравцов поднял густые брови и постучал пальцем по столу.

— Не надо повышать на меня голос в моем же кабинете, — холодно заявил он. — Я задаю вам стандартные процессуальные вопросы, на которые вы обязаны отвечать спокойно и по существу.

Денис снова сжался на стуле, чувствуя себя маленьким и ничтожным. Он всем сердцем хотел, чтобы дверь кабинета прямо сейчас открылась и в помещение вошёл Максим. Он хотел, чтобы этот спокойный, уверенный в себе человек объяснил лентяю в погонах, что Денис не врёт и не придумывает, но дверь оставалась закрытой и помощи ждать было неоткуда.

— Ладно, продолжим беседу, — сказал Кравцов, возвращая ручку к чистому листу протокола. — Ответьте мне, кто конкретно вам сказал, что данное подвальное помещение принадлежит или как-то контролируется именно гражданином Сысоевым?

— Да все на нашем районе это знали, это ни для кого не было секретом, — ответил Денис, вытирая потные ладони о джинсы.

— Кто именно эти ваши загадочные все? — следователь вопросительно изогнул бровь.

— Обычные люди, которые живут рядом с этим домом, — тут же ответил Денис.

— Какие конкретно люди, назовите мне их прямо сейчас, — Кравцов сделал вид, что собирается записывать.

— Те люди, которые туда постоянно ходили играть по вечерам, — уже менее уверенно пробормотал парень.

— Мне нужны факты Денис Сергеевич! Назовите фамилии этих людей, — сухо попросил следователь.

Денис открыл рот, хватая ртом спертый воздух, и не сразу смог произнести хоть что-то, потому что паника окончательно сковала его тело.

И в этот самый момент дверь кабинета неожиданно открылась. Кравцов раздраженно поднял голову, уже готовый рявкнуть на наглого вошедшего, но гневные слова так и застряли у него в горле, сменившись откровенным испугом. На пороге стояла Светлана Андреевна из прокуратуры, с папкой в руке.

— Фёдор Валерьевич, добрый день, надеюсь, я вам не сильно помешала своим визитом? — холодно поинтересовалась она.

Кравцов мгновенно изменился в лице. Вся его вальяжность и напускная строгость исчезли за секунду. Он суетливо выпрямился в кресле, быстро прикрыл ладонью часть пустых бумаг на столе и попытался изобразить максимальную служебную готовность.

— Светлана Андреевна, здравствуйте, никак не ожидал вас увидеть, — пролепетал он, натягивая на лицо фальшивую улыбку.

— Я просто проходила мимо, — сказала прокурор и внимательно посмотрела на Дениса с таким выражением лица, что даже напуганный Денис сразу понял, что никто здесь просто так мимо не проходит. — Случайно увидела в коридоре Максима Смирнова и сразу вспомнила про одно весьма интересное и важное дело, поэтому решила зайти и узнать лично, как у вас движется процесс.

Кравцов нервно сглотнув.

— Всё идёт в рабочем порядке, — пробормотал он. — Собираем факты, уточняем детали, в общем, работаем.

— Это хорошо, — Светлана Андреевна вошла внутрь и закрыла за собой дверь. — Тогда я просто посижу здесь в сторонке, не буду вам мешать.

Она опустилась на свободный стул у стены, раскрыла свою папку и сделала вид, что внимательно читает какие-то документы. Но атмосфера в кабинете бесповоротно изменилась. Воздух стал напряженным, но уже не для Дениса.

Кравцов теперь не мог безнаказанно размазывать парня по столу. Сейчас каждое его слово могло стать не очередным вопросом, а поводом для очень неприятного и жесткого разговора в кабинете начальства. Светлана Андреевна медленно подняла выразительные глаза на Дениса.

— Денис Сергеевич, вы не волнуйтесь, — произнесла она мягко, — Я не представилась. Самойлова Светлана Андреевна, прокурор вашего района. Это дело на контроле прокуратуры, и прошу вас расскажите следователю всё максимально подробно, но только то, что вы лично видели своими глазами. Если в чём-то сомневаетесь, так прямо и говорите, но если вы в чём-то уверены, то не утаивайте это от следствия.

Денис тут же вспомнил слова Макса, сказанные в такси. Свидетель под протоколом — это прочная конструкция. Он глубоко вдохнул, чувствуя, как страх отступает, уступая место злости и решимости.

— Я был там много раз, почти каждый день в течение месяца, — начал он говорить уже громче и увереннее, глядя прямо в глаза побледневшему следователю. — Войти в казино можно было через неприметную черную дверь со стороны двора, за которой на входе всегда стоял охранник. Его все звали Лысый, настоящую фамилию я не знаю, но могу описать его внешность. Внутри был темный коридор пройдя по которому попадаешь в большую комнату без окон. Справа от входа стоял стол с рулеткой, а слева два карточных стола. Наличные игроки меняли на фишки у небольшой барной стойки, там постоянно сидел взрослый мужчина, кавказец, по имени Карен, который лично записывал долги игроков в толстую тетрадь и дублировал информацию в свой мобильный телефон.

Лицо следователя мрачнело с каждым словом, ему пришлось начать записывать показания в протокол, понимая, что теперь отвертеться не получится. Денис говорил сначала немного сбивчиво, запинаясь на словах, но потом его речь становилась всё более уверенной и гладкой. Он подробно рассказал про свой растущий долг, про бешеные проценты и про угрозы. Он описал тот день, когда Кабан подкараулил его в тёмной подворотне, выкрутил руку за спину и прямо сказал, что это был приказ Сысоева, чтобы мальчик быстрее вспомнил, где взять деньги.

Денис рассказал, как по вечерам туда приезжали солидные люди на дорогих машинах. Он назвал несколько фамилий местных бизнесменов, которых лично видел в казино и которых бурно обсуждали другие завсегдатаи, что попроще.

Один из них владел сетью автомобильных моек в районе, второй занимался оптовыми поставками строительных материалов, а третий громко хвастался своими полезными знакомствами в администрации района, распивая дорогой коньяк. При каждой новой названной фамилии Кравцов хмурился, а на его лбу выступила испарина.

Светлана Андреевна сидела тихо и не перебивала парня, лишь иногда вставляла свои замечания, направляя его рассказ и задавая наводящие вопросы.

— В какие именно даты это происходило, Денис Сергеевич? — спокойно спрашивала она. — Сколько раз вы лично видели там гражданина Сысоева? При каких конкретно обстоятельствах прозвучала эта фамилия?

Вообще создавалось впечатление что именно она допрашивала Дениса, а не следователь, который стал просто зрителем и секретарем записывающим показания. Причем несколько раз Светлана Андреевна вежливо напоминала ему, «чтобы он все записывал и ничего не пропускал».

И Денис отвечал, выкладывая всё, что знал и помнил. К концу допроса он выглядел так, словно его только что вытащили из ледяной проруби. Он был бледный, футболка стала мокрой от пота, а руки всё ещё немного тряслись от напряжения. Но он сидел прямо и не собирался отступать, понимая, что только что сделал то, чего боялся все эти дни.