В каждой китайской школе регулярно, один или два раза в неделю, проводились общие собрания. Темы собраний диктовались проходящей кампанией или актуальными событиями. На собраниях обязан выступить каждый присутствующий. Школьники сопоставляют свои мысли и поведение с теми требованиями, которые предъявляет им жесткий морально-политический кодекс. Естественно, что любое отклонение школьников от официальных норм делает их объектом критики со стороны товарищей. Но, кроме «самокритики», школьники обязаны «критиковать» взгляды и поступки своих сверстников. Таким образом, власти получают достаточно широкие данные о настроениях и поведении школьников. Тем более что иной разозленный «критикой» со стороны товарищей школьник может сказать о своих однокашниках такое, что не сказал бы в ином случае. Организаторы собраний, маскируя свои цели необходимостью «воспитания» детей, намеренно накаляют страсти на собраниях, сталкивают детей друг с другом: таким путем «воспитателям» удается получить больше нужных им сведений.

Это и есть пресловутая система «информации», которая, по сути дела, приучает школьников доносить на всех окружающих под благовидным предлогом «критики и самокритики». Эта система действует и в начальной школе, и в высшей.

Мы уже говорили, что временами идеологическое давление на людей несколько ослабляется. Скорее других на короткое «потепление» реагирует молодежь. В школах, техникумах и вузах возникает более непринужденная атмосфера, чаще звучат шутки и смех. А на улицах и скверах можно чаще увидеть влюбленные парочки.

В это время людей меньше терзают собраниями, политзанятиями. Можно гораздо меньше времени посвящать «критике и самокритике» и, конечно же, давать властям меньше «информации» о себе и о других. Какое-то, пусть даже короткое, время можно не сообщать «информацию», можно перестать быть доносчиком! Как тут не вздохнуть облегченно!

«Интересно, что когда нам дают хоть какую-нибудь свободу выбора, то первое, что мы выбираем, — свобода молчания».

Это искреннее признание вырвалось у бывшего шанхайского студента, беженца из Китая, Тун Цзи-бина.

Можно себе представить, до какой степени надоело бедным китайцам вечное «промывание мозгов», как тяготит многих вынужденная роль доносчиков!

Но, увы, очень недолго длится в нынешнем Китае желанная «свобода молчания». Начинается очередная массовая кампания. Она приносит с собой новые вспышки казенного «патриотизма», зубрежку новых «указаний», новые «митинги борьбы». И снова людей вынуждают писать подробнейшие «самоанализы».