Мао Цзэ-дун в своей внутренней политике всегда стремился варьировать периоды напряженности и разрядки, внешнего показного спокойствия и откровенных свирепых чисток, идеологического послабления и яростного давления. Этот прием очень и очень не нов. Им пользовались китайские императоры седой древности. В старинных китайских книгах он получил название «и-чжан-и-чи» (напряженность и разрядка). Журнал «Хунци» в передовой статье, опубликованной в мае 1973 года, возводил этот прием императорской политики в ранг «закона революционной борьбы»: «Председатель Мао… говорит о теории чередования напряженности и разрядки („и-чжан-и-чи“) и наглядно объясняет один из законов революционной борьбы». А в следующем году, касаясь той же темы, «Хунци» пошел еще дальше и высказался в том духе, что этот прием не что иное, как подлинный диалектический материализм — классический пример того, как древняя китайская мудрость претворяется в марксизм.

На практике использование приема «и-чжан-и-чи» означало, что страна попадала то под ледяной, то под горячий идеологический душ. Это выбивало людей из колеи, притупляло их бдительность и превращало в более легкую добычу политических манипуляторов. Мао Цзэ-дун многократно пользовался этим коварным приемом. Ограничимся одним примером.

C начала 1965 года китайские власти допустили некоторые идеологические и бытовые послабления. Было сокращено количество политических собраний, меньше времени уделялось политзанятиям. Власти полуофициально давали понять, что можно немного больше, чем обычно, тратить денег на одежду и сладости, что за это никто не подвергнется критике. А «Жэньминь жибао» 21 июня 1965 года даже выступила с передовой статьей, озаглавленной «Чередовать работу и досуг». Газета напоминала населению страны о том, что оно должно еще и отдыхать. Случай воистину редкий.

Короче говоря, во внутренней политике наступало явное потепление. Простые китайцы немного распрямили натруженные плечи, облегченно вздохнули… Люди хоть какое-то время могли принадлежать сами себе. Постылое «промывание мозгов» поуменьшилось… Откуда было знать людям, особенно молодым, что Мао Цзэ-дун в очередной раз прибегает к приему «и-чжан-и-чи»? Откуда было знать им, что короткая оттепель обернется для них совсем скоро долгой суровой зимой «культурной революции»?

Так вот выглядит, наверное, такой же старый, как сама власть, прием «и-чжан-и-чи». Он рассчитан на то, чтобы дать людям время от времени облегченно вздохнуть, но не позволяет им ровно, спокойно и глубоко дышать сколько-нибудь продолжительное время. Поэтому, как правило, пульс у Китая учащенный, дыхание неровное. Мао Цзэ-дун намеренно держал страну в состоянии почти не прекращающейся политической и психологической лихорадки: так ею легче управлять, так ему легче было ловить рыбку в мутной воде политических кампаний.

Как утверждали пекинские идеологи, кампании проводятся, в частности, для того, чтобы «воспитать нового человека». Что же, присмотримся поближе к некоторым приемам этого «воспитания», к психотехнике «промывания мозгов».