— Если много лишней, вон там на стене распишись, — посоветовал Гриша. — Красиво и размашисто, как ты любишь. А остальные формальности мы как-нибудь попозже утрясем.

— Я предпочел бы заранее узнать все условия, — сказал я. — Особенно те, которые обычно прописываются мелким шрифтом.

— Откуда такая подозрительность? — театрально обиделся Гриша. — Слушай, я понимаю, что сейчас у нас не слишком хорошая репутация…

— Да с чего бы?

— … но, поверь мне, быть нашим другом куда безопаснее, чем нашим врагом.

На этой стадии все вербовщики так говорят. Неприятные подробности выясняются чуть позже. Например, когда тебя отправляют на задание, с которого ты гарантированно не вернешься, даже если тебе расскажут все подробности.

— Что теперь? — спросил я. — Пойдем покупать билеты на Дальний Новгород, или твой непосредственный начальник генерал Макаров сидит тут же на Муравейнике, только уровнем выше?

— К генералу Макарову мы всегда успеем, — сказал Гриша. — Для начала я хотел бы прояснить кое-что тут, на месте. На чем закончился твой сегодняшний разговор с Торресом?

— Договорились встретиться завтра в то же время, — сказал я. — Он переведет мне деньги и предложит новое задание.

— Так до конца и не понимаю, зачем в наше время для таких вещей нужно встречаться лично.

— Чтобы удостовериться, что исполнитель — все еще тот самый парень, — сказал я.

— А что, бывали прецеденты? — заинтересовался Гриша.

— Полагаю, если бы их не было, это правило вводить никто бы не стал.

— С другой стороны, а какая разница, тот это парень или не тот, если дело все равно сделано? — спросил Гриша.

— Риски, репутационные издержки…

— Да брось, — сказал он. — Весь этот ваш Консорциум — это шарашкина контора мелких жуликов, и мы до сих пор его не разнесли только потому, что иногда услугами этих самых жуликов сами пользуемся. Ну, ты знаешь. Я думаю, личные встречи — это вообще не про репутацию и не про риски, это просто еще один способ контроля. Заставляя вас мотаться через пол галактики, они лишний раз напоминают исполнителям, кто тут главный.

Я пожал плечами. Таковы были правила игры, и когда-то я их принял, так чего уж теперь.

— Ты же понимаешь, что никаких денег он тебе не переведет?

— Скорее всего.

— Да ты неисправимый оптимист, если допускаешь хоть малейшую возможность, что он тебе заплатит, — сказал Гриша. — Может быть, ты и на новое задание от него рассчитывал?

— Какое это теперь имеет значение? — спросил я. — Даже если и рассчитывал, что с того? Не все из нас рождаются имперскими аристократами. Кстати, у тебя действительно фамилия Бояринов, и при этом ты граф?

— Да, — сказал Гриша. — Согласен, звучит странно, типа граф Графский, но на самом деле за этой странностью стоит весьма интересная и поучительная история, в которой принимали участие мои далекие предки и далекие предки нашего императора. Когда-нибудь я тебе ее расскажу.

— Жду с нетерпением, — сказал я.

— Если не забуду. А вот в твоей истории с Торресом меня кое-что смущает, — сказал Гриша. — Допустим, он нашел предлог, чтобы задержать тебя на Четвертом кольце еще на сутки. Но с тех пор прошло уже несколько часов, а со мной он так и не связался.

— Вот и верь после этого мелким жуликам, — Армандо с ним не связался, но меня они все равно нашли.

Поскольку у меня новое лицо, обычное наблюдение за клубом им бы ничего не дало. Значит, у них есть кто-то внутри.

И Армандо они не доверяли с самого начала.

За это я не мог их винить. Я и сам ему не особенно верил.

— Ты особо не обольщайся, — сказал Гриша. — То, что он до сих пор со мной не связался, еще не значит, что он не собирается тебя сдавать. Вполне возможно, что он попытается сдать тебя кому-то другому.

— Когда давал ему деньги, ты упоминал об организации, на которую работаешь?

— Я не работаю, я служу, — поправил меня Гриша. — Знаешь, как-то к слову не пришлось. Да и он не спрашивал.

— И ты не рассматриваешь возможность, что он просто запланировал тебя кинуть?

Играть в такие игры с имперской разведкой Армандо бы не стал, но развести на деньги не пойми кого… Хотя в любом случае к Консорциуму возникали неприятные вопросы.

Неужели они совсем не пытаются пробить, с кем имеют дело? Легенда Гриши могла быть сколь угодно хороша, но, похоже, что ее даже никто не проверял.

— Я безмерно заинтригован, браток, — сказал Гриша. — Настолько заинтригован, что, пожалуй, мы задержимся здесь до завтра, и ты таки сходишь на эту встречу.

— Вот и самоубийственные задания подъехали, — констатировал я.

— Да ты не волнуйся, кто бы там ни пришел по твою душу, мы тебя прикроем.

— Ты даже не представляешь, кто может прийти, — сказал я.

— Пусть приходят, — сказал Гриша. — У меня тут два агента, шестеро коммандос и крейсер на подскоке.

— Это как?

— Это я отдам команду, и он подскочит в течение двух часов, — сказал Гриша. — Вместе с отрядом тяжелого десанта на борту.

— Целый крейсер? Настоящий?

— Все, что меньше крейсера, вообще не корабль, — заявил Гриша. — Что я, лейтенант какой-нибудь зеленый, чтобы на эсминце ходить?

— У всех имперских полковников такие широкие полномочия?

— Не у всех.

— Ну, а если и этого окажется недостаточно? — спросил я.

— Это кто же такой за тобой придет? — удивился Гриша.

— Допустим, «Кэмпбелл».

— Вряд ли за сутки они успеют перебросить сюда серьезную команду.

— Допустим, Кэмпбеллы не дурнее тебя и разместили тут своих людей заранее, а тяжелая артиллерия у них на подскоке.

— Маловероятно, — сказал Гриша. — Если бы тебя здесь пас кто-то еще, за такой-то срок мои ребята заметили бы их присутствие.

— И ты действительно готов рисковать, оперируя терминами типа «маловероятно»?

— Нормальный термин, рабочая ситуация, — сказал Гриша. — Если у меня есть возможность щелкнуть по носу Кэмпбелла и я ей не воспользуюсь, я в жизни себе этого не прощу.

Странно.

Когда я работал на благо родной корпорации, империя была вне сферы наших интересов. По крайней мере, я против нее никогда не выступал. Но Гриша ведет себя так, словно между ними длинная и не слишком приятная история.

— Что-то личное? — спросил я.

— Скорее, задетая профессиональная гордость, — сказал Гриша. — В Свободных мирах наши оперативные интересы частенько пересекались, и ваши… ну, то есть, бывшие ваши, немало нашей кровушки попили.

— Может быть, за мной придет и не «Кэмпбелл», — заметил я. — По правде говоря, там должен быть тот еще список желающих.

— Вот заодно и узнаем, — сказал Гриша. — Дождемся завтрашнего дня и окропим снег красненьким.

— Снег?

— Еще одна локальная шутка. Мы в имперской разведке любим радость и веселье и по возможности стараемся дарить эти ощущения всем остальным.

Я мысленно закатил глаза. Похоже, на моем жизненном пути встретился еще один ковбой.

* * *

Трехглазый Джо призывал нас не быть ковбоями.

Помимо того, что всем, по крайней мере, в моем поколении, ставили специализированный профиль для стрельбы, нас учили стрелять и в базовом профиле, а инструкторов стрелковой подготовки Кэмпбеллы, судя по всему, набирали из уволенных из армии за жестокость к новобранцам сержантов. Мы умели стрелять, и умели очень хорошо, но Трёхглазый Джо всегда говорил, что хвататься за оружие надо в самую последнюю очередь, когда других вариантов уже не осталось.

Стрельба привлекает внимание.

В перестрелке всегда присутствует элемент удачи, и, сколь бы подготовленным ты ни был, твоему противнику может просто повезти.

Если есть какой-то другой способ решить проблему, следует сначала попробовать его.

Теоретически, моя сегодняшняя проблема запросто решалась без стрельбы. Для этого надо было покинуть Четвертое кольцо и не приходить на встречу с Армандо, которая с девяностодевятипроцентной вероятностью была засадой. Если бы решение принимал я, то именно так бы и поступил.

Но решение принимал Гриша, а Грише очень хотелось узнать, кто именно явится по мою голову на этот раз.

Я уже предчувствовал, как мне не понравится с ним работать, и, двигаясь по улицам Муравейника, в голове уже строил планы о том, как опрокинуть имперскую разведку и вернуться к вольному образу жизни.

Получалось фигово.

Для того, чтобы пуститься в бега, мне требовались деньги. Гораздо больше, чем имелось в наличии.

Однажды я уже пустился в бега без денег, и тот опыт мне не понравился. Так не понравился, что я совершенно не хотел его повторять.

Да и ситуация тогда была гораздо лучше, чем сейчас, ведь тогда меня никто не искал, даже Кэмпбеллы, так что какое-то время я думал, что они таки поверили в мою смерть, даже несмотря на несошедшееся число трупов.

Сейчас меня целенаправленно искали Содружество и корпорация «Кэмпбелл», а если я сбегу, то к ним присоединится и империя.

Консорциум здесь не поможет, даже если вывести за скобки предательство Армандо. Я влип в разборки совершенно другого уровня, где те, кто называют себя большими боссами Консорциума, являются ничего не значащими статистами, которых запросто снесут с доски.

Они ничего не смогут сделать, даже если захотят. А они точно не захотят. Вешать на себя дополнительный груз нерешаемых проблем или избавиться от одного проблемного персонажа? Мне кажется, выбор тут очевиден.

А потеря контрактов Консорциума сильно усложнит зарабатывание денег.

В легальном поле много и быстро не заработаешь, а криминальный мир структурирован и зарегулирован местами почище, чем родная корпорация, и если ты влезешь играть на чужом поле, сделаешь это на свой страх и риск.

Большие боссы в этом бизнесе давно, они знают игровое поле, они знают ходы, они знают людей, с которыми надо говорить, если что-то пойдет не так. Одиночка без связей на чужой территории долго не протянет. Как искать контракты? Как проверять заказчика? Как гарантировать получение оплаты? Как осуществить перевод средств из системы в систему, избегая внимания банковских нейроаудиторов класса Три-А? Профиль бухгалтера-то мне Кэмпбэллы по каким-то только им известным причинам так и не установили.

Раньше всеми этими вопросами занимался Консорциум, отщипывая свой процент на каждом этапе. Но, честно говоря, оно того стоило, потому что сам я всю эту бодягу просто не потянул бы. По крайней мере, не одновременно с моей основной деятельностью.

Я реалистично оценивал предел своих возможностей.

Смерть от голода, холода и кислородного голодания мне бы не грозила. При помощи Волшебника я всегда мог бы раздобыть себе денег на еду и ночлег в месте с достаточным количеством кислорода. Сложность в том, что для выживания мне этого уже было мало. Для того, чтобы запутывать следы и не подпускать к себе преследователей, мне требовались куда большие суммы.

А тут уж никакой Волшебник не поможет.

Украсть миллион — не проблема. Проблема — вытащить его за пределы системы, в которой ты его украл.

Деньги можно отследить. Зачастую это сложно и почти всегда дорого, но невозможного здесь нет. С мелкими суммами никто связываться не будет, но мелкие суммы мне мало чем помогут. А если я попытаюсь сыграть по-крупному, тут и начнутся неприятности.

Скажем, ты можешь прийти в ресторан и украсть там ложечку. Ресторан от этого не понесет серьезного ущерба, у них такое наверняка даже в бюджет заложено, ты тоже не особо разбогатеешь, а полиция сочтет преступление слишком незначительным, чтобы открывать расследование. Но если ты будешь ходить в ресторан и воровать там ложечки каждый день, рано или поздно размер кражи превысит некоторую пороговую сумму, на которую уже не будут закрывать глаза.

И тогда по твоим следам пустят нейроаудитора, который сможет отыскать все подозрительные транзакции. Физически он тебя никогда не достанет, зато он способен пройти по твоему финансовому следу и заблокировать все твои счета.

Ты можешь минимизировать риски, если не будешь все время красть ложечки в одном и том же ресторане, но штука в том, что ресторан в этой метафоре — это планета с ее банковской системой, и для того, чтобы порхать между ними, как бабочка, тоже нужны деньги.

Или собственный космический корабль, который сделает это порхание чуть дешевле.

«Чистые» деньги, которые платят наемникам вроде меня, не берутся из ниоткуда. Для того, чтобы стать чистыми, они должны пройти длинную цепочку посредников, и Консорциум решал эту проблему, поскольку у него был собственный банк и множество предприятий в легальном поле, благодаря которым отмывались полученные не совсем легальными путями суммы.

Без Консорциума моя жизнь станет куда печальнее.

И раз уж сохранить с ним деловые отношения у меня все равно не получится, надо искать какой-то другой источник денег. Пусть пока этим новым временным источником станет имперская разведка.

А там уж посмотрим.

* * *

Ночь я провел в том же отеле, в холле которого поджидал меня полковник граф Бояринов. Вопреки моим опасениям, сам он на ночь в номере не остался и освободил-таки мою кровать, зато подселил на этаж двоих своих коммандос.

Все ради моей безопасности, разумеется.

Из соображений той же безопасности я не выходил из отеля и утром заказал еду в номер. Поскольку все уже было за счет имперской разведки, я выбрал самый дорогой ресторан и ни в чем себе не отказывал.

За час до встречи в отель заявился Гриша. На этот раз он избавился от своей цветастой туристической одежды, сменив ее на стандартный комбинезон космолетчика, под которым угадывались очертания легкой тактической брони. Получив от него последние инструкции, я отправился на встречу в «Распутного кролика».

Я двигался в привычном для этого времени астероидных суток человеческом потоке и старался вычислить заинтересованных лиц. Чтобы не крутить головой, я опять вошел в местную систему видеонаблюдения и вывел изображения с камер прямо перед собой.

Мне удалось засечь двоих людей Гриши (одним из этих двоих был Олег, так что задача оказалась совсем несложной), но ведь их наверняка должно было быть больше. Или он сразу разместил их уже на подходе?

Никого, кто мог бы напоминать мне сотрудников корпорации, я не заметил, но это тоже ничего не значило. Они тоже могли вести меня по камерам, а основная ударная сила уже могла находиться внутри заведения.

Я бы так сделал.

Ну, в том случае, если бы не ждал подвоха. А если бы ждал, то устроил бы засаду по пути, в каком-нибудь месте, где этого не ожидают. Например, вот здесь, посреди улицы. Народу вокруг многовато, и, если начнется заварушка, кто-нибудь наверняка пострадает, но родная корпорация такими мелочами не заморачивалась.

Лучше всего решать свои проблемы тихо, говорил Трехглазый Джо. Но если так не получается, то, уверяю вас, проблема, решенная громко все равно лучше, чем проблема, нерешенная вообще никак.

Гриша, кстати, подогнал сюда свой крейсер. Здоровенную имперскую махину «Адмирал Лазарев», которая могла в одиночку разнести Четвёртое Кольцо на атомы. Администрация станции наверняка не перестанет нервничать, пока эта чертова посудина отсюда не отчалит.

А вот «Звездный Доминатор» Кэмпбелла здесь так и не появился. Хотя я и не думал, что Трехглазый Джо может заявиться на эту встречу лично.

Впрочем, думаю, в этом случае он бы все равно воспользовался не таким приметным кораблем.

Если не считать «Адмирала Лазарева», за последние сутки к Четвертому кольцу ничего подозрительного не швартовалось. Конечно, здесь присутствовали корабли корпораций (не считая «Си-Макса», все суда которого были отозваны сразу после имперского вторжения), и любой из них мог послужить вместилищем для штурмовой команды, заблаговременно заброшенной на станцию.

Что ж, посмотрим, как оно все обернется.

Засады на улице не было, я беспрепятственно добрался до увеселительного заведения и киборг снова, как и вчера, преградил мне путь.

— Все еще Чед Тадески, — сказал я ему. — Меня снова ждут.

Он осклабился в дружелюбной улыбке профессионального вышибалы и отошел в сторону, освобождая мне дорогу.

Дверь открылась, и я шагнул внутрь.