Эрато

— Чёрт бы тебя побрал, Эрато, клянусь, если ты не откроешь эту дверь в ближайшие десять секунд, я её взорву!

Запертая в ванной уже добрых полчаса, я пыталась не обращать внимания на угрозы своего телохранителя, приглушённые закрытой дверью. Сосредоточенная на том, чтобы не испортить стрелку подводки, которую я хотела сделать тонкой и точной, я, определённо, подвергала его терпение суровому испытанию... Я поспешила нанести последние штрихи макияжа, когда этот псих с той стороны стены начал зловещий обратный отсчёт.

— Десять, девять, восемь...

Я закончила наносить немного румян на скулы и в последний раз проверила своё отражение в зеркале, прежде чем броситься к двери, не желая ничего, кроме как избежать третьей мировой войны.

— Четыре, три, два...

Я поспешно открыла, сталкиваясь лицом к лицу с Кровавым Жнецом, который небрежно опирался на дверной косяк, с дьявольской ухмылкой на губах.

— Знаешь, женщине нужно время, — пожаловалась я.

Он издал раздражающий смешок, прежде чем отступить на шаг.

— Ты — женщина? Разреши посмеяться...

Пока я одаривала его испепеляющим взглядом, я увидела, как он посерьёзнел, когда его глаза скользнули по моему силуэту, анализируя мой наряд, состоявший из длинного чёрного платья, струящегося и слегка прозрачного внизу, тогда как верх, гораздо более облегающий, подчёркивал мою грудь элегантным декольте.

— Ну как? Ослепительно, не правда ли? — воскликнула я с гордостью, принимая позу.

— Ты в курсе, что мы не на «Оскар» идём? Кого ты собралась соблазнять в таком виде? — парировал он.

Я закатила глаза на его вечно отталкивающие комментарии, прежде чем в свою очередь окинула взглядом его внешний вид, и небольшая усмешка почти сразу изогнула мои губы, покрытые карминовым красным.

— А ты? Тебя никогда не учили застёгивать рубашку? Ты должен знать, что больше двух расстёгнутых пуговиц — это просто настоящий призыв к сексу...

Опасный огонёк вспыхнул в его чёрных зрачках, когда он приблизился ко мне, заставляя меня сглотнуть. Я заставила себя не отступать. Брюнет быстро поравнялся со мной, и на его губах заиграла ухмылка, не предвещавшая ничего хорошего.

— Это твой способ сказать мне, что ты хочешь меня трахнуть, мой ангел? — прошептал он тогда.

Поддавшись порыву смелости, или, быть может, безумия, я прижалась почти вплотную к его телу и указательным пальцем зацепила серебряную цепочку, висящую у него на шее. Не отрывая от него глаз, я потянула за неё, заставляя его наклониться ко мне. Немного сбитый с толку, он, казалось, на секунду потерял свою обычную самоуверенность, а я наслаждалась тем, что впервые взяла над ним верх. Атмосфера стала электрической, когда я ещё глубже заглянула в его потемневший взгляд, прежде чем прошептать в его губы, слишком близкие к моим:

— В твоих мечтах...

Не дав ему даже времени отреагировать, я оторвалась от его прикосновения, уверенным шагом удаляясь к лестнице, чувствуя, как тяжёлый, грозовой взгляд Кровавого Жнеца давит мне в спину.

Эра-1, Каз-0...

В машине тяжёлое молчание усиливало мою нервозность. Этот небольшой вечер меня ничуть не радовал. Мне снова предстояло столкнуться с отцом и его властным отношением, которое делало меня такой уязвимой, но, что хуже всего, у меня было неприятное ощущение, будто меня бросили в стаю голодных акул, которые не преминут сожрать меня за один укус.

Нервно теребя складки платья, я пыталась унять стресс, переводя взгляд на Кровавого Жнеца рядом со мной. В этой белой рубашке с закатанными рукавами, открывающими его татуировки, и в чёрных брюках от костюма он выглядел очень элегантно. Может быть, даже слишком... Я начала задаваться вопросами о нём, о его прошлом, о том, кем он был до того, как стал преступником... Наверное, у него была семья, друзья, а может быть, работа или даже какое-то увлечение? У каждого была своя история, и, как ни странно, у меня была внутренняя уверенность, что его история была далеко не простой...

— Почему ты вступил в банду? — спросила я тогда.

Я тут же прикусила губу, как только вопрос, который жёг их всего несколько секунд назад, сорвался с моих губ. Зная вспыльчивый характер парня, я даже не надеялась получить ответ, я скорее молилась, чтобы он не убил меня на месте.

Он бросил на меня злобный взгляд, от которого я чуть не вздрогнула, прежде чем снова сосредоточить внимание на дороге. Думая, что он просто проигнорирует моё любопытство, я откинулась на спинку сиденья, когда его низкий голос внезапно раздался:

— Ты правда думаешь, что я буду играть с тобой в игру откровений?

Задетая в гордости, я ничего не ответила, довольствуясь тем, что повернулась лицом к окну своей двери, чтобы смотреть на проносящийся сумеречный пейзаж. Чего я вообще ожидала?

— Если ты так хочешь знать ответ, то тебе придётся ответить и на один мой вопрос, — внезапно продолжил он.

Я повернулась к нему, озадаченная. Он что, серьёзно? Будучи слишком любопытной, я даже не стала взвешивать все «за» и «против», чтобы дать ему своё согласие. Ему потребовалось несколько секунд, прежде чем начать более тихим голосом, чем раньше:

— Мне нужно было больше денег, чтобы оплатить долги отца. Твой старик нашёл меня три года назад, когда я был по уши в дерьме. Он сказал, что видит во мне потенциал, и предложил работать на него в обмен на щедрое вознаграждение... Я недолго сомневался. В любом случае, я думал, что такому ничтожеству, как я, нечего делать в универе, да и средств у меня на это не было, так что выбор был сделан быстро.

Я изучала его серьёзные черты, устремлённые на дорогу, в то время как меня охватило непередаваемое чувство. То, что он так открыто доверился мне о своём прошлом, странно согрело моё сердце. Я была приятно удивлена, обнаружив в нём ту часть, которую он, тем не менее, изо всех сил старался скрыть, даже если для этого приходилось казаться жестоким и бессердечным монстром в глазах других: его уязвимость. Вот что он только что мне показал. В конце концов, он тоже был человеком. У него были свои сильные и слабые стороны, и это укрепило меня в мысли, что в нём, как и в каждом из нас, есть что-то хорошее. Никто не был абсолютно белым или абсолютно чёрным, история никогда не бывает такой простой. У каждого должно быть право на искупление...

— Мой черёд, — внезапно произнёс он. — Что не так между тобой и твоим отцом?

Я посмотрела на него в замешательстве. Когда он говорил, что задаст мне вопрос, я никогда бы не подумала, что это будет такое, и мысль о том, что он может читать меня с такой ясностью, слегка потрясла. Уставившись на свои сцепленные на бёдрах руки, я тихо вздохнула, прежде чем наконец решиться ответить:

— Скажем так, быть дочерью наркобарона имеет свои недостатки... На самом деле, мы не так близки, как он мог бы притворяться. Мир банд — это очень опасное место, где чувствам нет места, поэтому, я полагаю, он очень быстро установил дистанцию между нами...

Почувствовав на себе мрачный взгляд Кровавого Жнеца, я подняла глаза на него, встречая его пугающие зрачки, которые изучали меня со слишком большим вниманием.

— В его глазах я была не более чем слабостью, — прошептала я. — И самое ироничное во всем этом то, что, несмотря на все его усилия, я всё равно стала для него обузой, и теперь опасная банда угрожает мне убийством! — не смогла я сдержаться и добавила со смешком, отводя от него взгляд.

Новое молчание окутало салон внедорожника, пока я тщетно пыталась игнорировать слёзы, которые грозили бесстыдно скатиться по моим щекам в любой момент. Не плачь, Эра. Сейчас не время ломаться.

— Они никогда этого не сделают, — внезапно заявил Каз. — «Королевские Призраки» никогда не причинят тебе вреда. Потому что для этого им сначала придётся убить меня, а поверь мне, это невозможно, — сказал он тогда без тени сомнения.

Большой освещённый зал выглядел полностью переоборудованным: диваны из его центра были сдвинуты в стороны, чтобы освободить обширное пространство, а специально для этого случая были установлены внушительный бар, буфет и музыкальная станция.

Зал казался ещё более огромным, чем я помнила, а большие панорамные окна, выходящие на ночную долину, усиливали это ощущение глубины.

Следом за высоким брюнетом, я шла за ним сквозь толпу, стараясь держать голову высоко, хотя мне хотелось только одного: сбежать без оглядки из этой огромной, набитой преступниками, лачуги.

Он внезапно остановился перед двумя другими мужчинами, одетыми не менее элегантно. Один из них, с почти белыми волосами, был мне знаком, а другой, с великолепным загорелым цветом лица и внушительным телосложением, делавшим его похожим на шкаф, мне ни о чём не говорил. Менее атлетичный из двух парней обнял меня, что немного удивило, вызвав у меня небольшой смущённый смешок.

— Рад видеть, что ты ещё жива, Эрато! — воскликнул он, отстраняясь от меня.

Я слегка рассмеялась этому проявлению симпатии, к которой в последнее время уже не очень привыкла...

— Зови меня Эра, — ответила я ему с тёплой улыбкой.

— Или заноза, — парировал низкий голос рядом со мной.

Я не могла не метнуть злобный взгляд на этого идиота, который служил мне телохранителем, прежде чем снова обратить внимание на улыбающегося парня.

— Я Нокс, помнишь? Мы встречались, когда ты пыталась незаметно подслушать разговор между твоим отцом и этим красивым придурком рядом с тобой, который вечно хмурится!

Я слегка покраснела, слишком хорошо, к сожалению, помня этот крайне неловкий момент.

— Красивый придурок шлёт тебя на́ хуй, — грубо ответил Каз.

Нокс проигнорировал его и затем представил мне мужчину, который его сопровождал, некоего Джексона, который не казался очень разговорчивым. Последний поприветствовал меня почти механическим кивком головы. Казалось, он не испытывал никаких эмоций...

— Джексон не очень разговорчив, но я уверен, что он считает тебя классной, — шепнул мне Нокс, подмигнув с весельем.

— Ты говоришь достаточно за нас двоих, по-моему, — вздохнул знаменитый Джексон. — Но да, ты действительно очень хороша сегодня, Эрато.

— Вот опять ты начинаешь говорить, как засранец, который путешествовал во времени в наш век и вышел прямо из 1950-х... Мы же уже обсуждали это, чувак! — возмутился Нокс.

— Что? Ты бы предпочёл, чтобы я сказал «ты классная» дочери моего босса, что ли?

Покашливание прервало их препирательства, и я внезапно почувствовала, как рука твёрдо легла мне на поясницу. Я встретилась с мрачным взглядом Каза, который ледяным голосом обратился к парням:

— Ладно, теперь, когда знакомство состоялось, извините, но мне нужно отвести её к Маркусу...

Каз потащил меня за собой, даже не дав мне времени попрощаться с двумя другими молодыми людьми. Он провёл меня в менее людный угол большого зала, где я увидела своего родителя, который болтал с мужчиной примерно того же возраста, с приятно расслабленным выражением лица. Когда он наконец заметил нас, он одарил меня тёплой улыбкой, сделав несколько шагов вперёд, чтобы пойти нам навстречу, и только в этот момент мой телохранитель решил убрать руку, которую до сих пор держал у меня на спине.

— Моя дорогая дочь, ты сегодня восхитительна! — воскликнул Маркус.

В ответ я выдавила неловкую улыбку. Он делал мне комплименты довольно редко, так что это было довольно... странное ощущение. Тем более, когда он называл меня «моя дочь»...

— Спасибо, — прошептала я.

— Ну что ж... Кажется, я только что нашёл способ заставить тебя замолчать, — тихо прошептал мне на ухо мой телохранитель.

Я проигнорировала его раздражающее замечание, сосредоточив внимание на отце и подошедшем к нам мужчине рядом с ним.

— Должен сказать, я удивлён, как ты выросла, прекрасная Эрато! Ты стала очень красивой молодой девушкой, — сказал мне тогда незнакомец, улыбаясь с удивительной нежностью.

Рассматривая лысого мужчину, стоящего передо мной, я пришла к выводу: его взгляд, окрашенный в великолепный серо-голубой цвет, что-то смутно напоминал, как и этот добрый, почти отеческий голос.

— Простите, но мы знакомы, не так ли? — осмелилась я спросить.

Он издал тихий смешок, который тут же подхватил мой отец. Нахмурившись, я смотрела на них, не понимая, что их так веселит...

— Конечно, знакомы, Эра! Я твой крёстный, и я могу сказать тебе, что твой отец заставлял меня менять твои подгузники не раз, когда ты была пухлым ребёнком, — объяснил он тогда.

— Погоди, Коннор, ты только что сказал, что ты крёстный этой идиотки? — почти возмутился Каз рядом со мной.

— Следи за языком, когда говоришь о моей племяннице, сопляк! — парировал мужчина.

Поражённая, я наблюдала за сценой со стороны, не в силах вмешаться. Мой крёстный? Значит, у меня были другие связи, помимо отца, которые привязывали меня к этой банде? Это было невероятно... Как будто я внезапно открыла новую... семью. Семью, которая была ещё более загадочной и опасной, чем я ожидала.

— Ну что, дети, как вам дом? — внезапно поинтересовался мой отец.

— Мог бы сделать его и побольше, это избавило бы меня от необходимости видеть жуткую рожу твоей дочери по утрам, — не удержался и ехидно бросил высокий брюнет.

— Если бы он был больше, сомневаюсь, что ты смог бы хорошо справиться со своей маленькой ролью телохранителя. Ты и так позорно провалил задание удержать меня взаперти, хотя моя комната прямо напротив твоей, — немедленно парировала я.

— На твоём месте я бы не искушал судьбу, потому что теперь я всерьёз подумываю вырвать дверь твоей конуры...

Грозовая атмосфера, казалось, очень позабавила двух мужчин перед нами, когда мой крёстный воскликнул:

— Ну, ну... Какая страстная парочка! Я вижу, твоя дочь унаследовала твой темперамент, Маркус!

Каз испепелил его самым чёрным взглядом, а я извинилась, сославшись на то, что пойду за бокалом шампанского, чтобы попытаться сбежать от этого утомительного разговора. Мне очень нужен был напиток...

Подойдя к бару, я схватила бокал с алкоголем и слишком быстро осушила его. В голове сразу же всплыл кадр моего, несколько катастрофического, «выхода в свет» с выпивкой, и вместо того, чтобы взять ещё один бокал, я выбрала канапе.

— Укрыться в еде и шампанском, чтобы избежать некомфортной ситуации? Одобряю! — воскликнул голос за моей спиной.

Я резко обернулась и столкнулась лицом к лицу с молодой женщиной, немного выше меня ростом, со смуглым цветом лица и пепельно-чёрными волосами, заплетёнными в тысячу и одну косичку с красными прядями. Она подарила мне сияющую улыбку, которая согрела моё сердце за долю секунды.

— Ты, должно быть, та самая знаменитая Эрато! Я Сьерра, — сказала она, протягивая мне руку, которую я охотно пожала.

— Очень приятно, Сьерра, и да, признаюсь, я сбежала, прежде чем атмосфера стала ещё более гнетущей...

— Я понимаю, должно быть, непросто оказаться посреди этой жестокой и совершенно мрачной вселенной, — засмеялась девушка.

Я кивнула, разглядывая её. Её успокаивающая аура, казалось, обладала даром располагать к себе людей. Она выглядела такой естественной, даже с незнакомцами. Эта девушка казалась очаровательной, и меня немного успокоило то, что эта банда состояла не только из кровожадных психопатов с жуткими взглядами.

— Забавно, ты не очень похожа на образ...

— Преступницы? — закончила она за меня. — Чёрт, ты права, я всегда знала, что мне следовало пойти в модели!

Её ответ вызвал у меня искренний смех. Решено, эта девушка мне определённо нравилась!

— А ты, если это может тебя успокоить, не похожа на дочь самого опасного главы картеля в штате...

— Я приму это как комплимент! — парировала я, довольная.

Она рассмеялась, прежде чем проглотить почти половину подноса с закусками, который всё ещё стоял на большом фуршетном столе.

— Скажем так, я представляла тебя более высокой, крепкой и покрытой татуировками с головы до ног.

— О, ничего слишком уж клишированного, значит? — сыронизировала я.

Мы расхохотались, когда сухое покашливание за моей спиной заставило её внезапно побледнеть. Встревоженная, я обернулась и лишь слегка удивилась, когда увидела перед собой своего телохранителя, который вонзил свой чёрный взгляд в мой, прежде чем перевести его на мою новую подругу.

— Ну, Сьерра, значит, ты подружилась с дочерью босса? — спросил он её.

Она бросила на него злой взгляд, прежде чем ответить с резким сарказмом:

— Всегда невероятное удовольствие снова тебя видеть, Каз...

— Извини, но удовольствие не совсем взаимно... Кстати, тебе стоит прогуляться вот туда! Мне кажется, твой брат с нетерпением тебя ждёт...

Я направила свой взгляд в сторону, указанную Кровавым Жнецом, но не смогла разобрать, о ком он говорит. Сьерра вздохнула, прежде чем скорчить мне виноватую гримасу и неохотно оставить меня в когтях Дьявола. Повернувшись к нему, я скрестила руки на груди и бросила на него убийственный взгляд, в то время как он улыбался мне с невыносимым высокомерием.

— Это сестра-близнец Джексона, — объяснил он мне.

— Зачем тебе понадобилось прогонять единственного приятного человека, который заговорил со мной сегодня вечером?!

Его улыбка стала ещё шире, когда он смотрел на меня с нескрываемым весельем, подтверждая, что не испытывает угрызений совести по поводу своего ужасного поведения. Он заслуживал хорошего, меткого удара коленом, чтобы это идиотское ухмылка исчезла с его лица...

— Ты стала слишком высокомерной в последнее время... И, кажется, ты забываешь, с кем имеешь дело, мой ангел, — сказал он мне более низким и тревожным голосом.

В тот момент, когда я собиралась ответить, громкий хлопок заставил нас вздрогнуть. В следующую секунду одно из больших панорамных окон взорвалось, и пули начали летать над нашими головами, вызвав оглушительную волну паники.