Я мысленно выругался. Перчинка… ну, конечно. Должен был догадаться, что она не останется в стороне.

— Я не знал, — сказал я, — Это не входило в мои планы.

— Да неужели? — она отступила на шаг, и я физически ощутил, как рушится то особое напряжение, что возникло между нами минуту назад, — А может, это была страховка? На случай, если я не поддамся добровольно?

— Света…

— Знаешь что? — она вдруг усмехнулась, но в этой усмешке не было ничего приятного, — Я передумала. Никаких поддавков. Сейчас ты увидишь, на что я действительно способна.

Воздух вокруг неё начал искриться от переполняющей энергии. Я почувствовал, как она начинает собирать силу для чего-то по-настоящему мощного.

Что бы я сейчас не сказал, это будет звучать максимально неубедительно.

— Давай просто поговорим… — всё же я сделал попытку.

— Нет, — её глаза полыхнули электрическим огнем, — Хватит разговоров. Ты хотел честного боя? Получай!

Я едва успел создать барьер Бездны, когда первая волна её атаки обрушилась на арену. Это была уже не та Светлана, что флиртовала со мной минуту назад — передо мной стояла разъяренная воительница, чувствующая себя обманутой.

А как известно, нет на этом свете ничего страшнее влюбленной женщины, уверенной, что ее обманули.

«Перчинка», — подумал я, уклоняясь от очередной молнии, — «мы с тобой серьезно поговорим после боя».

Но сейчас было не до воспитательных бесед — Светлана действительно начала сражаться в полную силу, и это было… впечатляюще. Похоже, теперь придется выкладываться по максимуму, чтобы победить.

А где-то на трибунах Перчинка наверняка недоумевала, почему её вмешательство привело к прямо противоположному результату. Что ж… иногда благие намерения могут все только усложнить…

* * *

Фома брел по служебным коридорам, периодически прикладываясь к бутылке. В голове приятно шумело, а мир вокруг казался очень… логичным. Ну, насколько вообще может быть логичным мир, где ты спускаешься под землю, следуя за непонятным зовом.

— А знаете что? — философски заметил он, обращаясь к пустому коридору, — Это все очень странно… Но с другой стороны, что в нашей жизни не странно?

Он остановился перед камерой наблюдения, задумчиво разглядывая её. Камера как раз поворачивалась в другую сторону, словно нарочно игнорируя пьяного экс-Истребителя. Сейчас он находился в ее слепой зоне.

— Вот взять, например, эту камеру, — продолжил Фома свой монолог, — Она сейчас смотрит не туда. И следующая будет смотреть не туда. И та, что за углом — тоже. Совпадение? — он сделал глоток, — Не думаю! Даже не спрашивайте, откуда я это знаю… сам не в курсе…

Действительно, каким-то необъяснимым образом все камеры оказывались повернуты в другую сторону именно в тот момент, когда он проходил мимо. Словно сама судьба расчищала ему путь. Давала зеленый коридор.

— А может, это все самогон? — предположил Фома, с подозрением разглядывая бутылку на свет, — Хотя нет, эта партия вроде без галлюциногенов… Кажется.

Впереди послышались голоса — приближался патруль. Фома собрался было спрятаться, но вдруг заметил неприметную дверь в стене. Дверь, которой, он мог поклясться, секунду назад там не было. А может быть и была, просто он не заметил.

— Благодарю, — вежливо кивнул он то ли двери, то ли своему везению, и скользнул внутрь.

Патруль прошел мимо, не заметив ничего подозрительного. А Фома оказался в каком-то техническом помещении, заставленном трубами и вентилями.

— Так-так-так… — он огляделся, — И куда теперь?

Зов становился сильнее, настойчиво указывая куда-то вниз. Фома пожал плечами и отхлебнул еще:

— Ну, раз зовет — надо идти. Невежливо игнорировать приглашение.

Он подошел к стене, прикинул что-то в уме, потом достал из пакета еще одну бутылку:

— Извините, девочки, но вы понадобитесь для благого дела.

Содержимое бутылок он вылил на стену, создав на ней странный узор. Потом щелкнул пальцами — и жидкость вспыхнула странным синеватым пламенем. Через несколько секунд в стене образовалась идеально круглая дыра.

— Вот что значит правильная рецептура! — довольно хмыкнул Фома, — А говорили «зачем тебе столько спирта»…

Он пролез в дыру и оказался в каком-то вентиляционном коллекторе. Зов здесь ощущался еще сильнее.

— Знаете, — сообщил он очередной бутылке, — а ведь это все неспроста. Вот вы как думаете — почему мне так везет? Почему все эти патрули ходят где угодно, только не там, где я?

Бутылка предсказуемо промолчала.

— Вот и я о том же, — кивнул Фома, — Тут что-то большее. Что-то… судьбоносное, я бы сказал. Стоило бы наверное позвать Костяна… но он щас занят.

Он остановился перед массивной технической дверью, преграждавшей путь. На двери красовалась табличка «Посторонним вход воспрещен» и какие-то предупреждающие знаки.

— Ну-ну, — усмехнулся Фома, — Кто здесь посторонний? Я? Да я, можно сказать, по приглашению!

Он снова достал бутылку, но потом передумал:

— А знаете что? Тут можно и попроще.

Фома положил руку на дверь, и руны на его предплечье вспыхнули тускло-багровым светом. Металл под его пальцами начал плавиться, образуя новый проход.

— Вот что значит — иметь правильную метку, — пробормотал он, пролезая в образовавшееся отверстие, — Хоть какая-то польза от этой дряни…

Коридоры сменяли друг друга, но Фома словно точно знал, куда идти. Когда приближалась охрана, он каким-то чудом всегда оказывался в слепой зоне. Когда требовалось пройти через запертую дверь — либо находил обходной путь, либо просто прожигал новый проход.

— А ведь Костя говорил держаться подальше, — рассуждал он вслух, спускаясь по какой-то технической лестнице, — Но с другой стороны — он же не уточнил, от чего именно держаться подальше! Так что технически я ничего не нарушаю.

Откуда-то сверху донесся приглушенный грохот — похоже, бой на арене становился все более ожесточенным.

— Молодежь, — одобрительно кивнул Фома, — Вот это я понимаю — размах! Не то что мы в свое время… хотя нет, мы тоже могли. Особенно после той истории, когда мы на банкете подпоили Государя… тогда еще царевича… ик…

Он остановился, прислушиваясь к ощущениям. Зов стал почти невыносимым — словно кто-то дергал за невидимую нить, намертво привязанную к сердцу.

— Где-то рядом, — пробормотал он, — Чую… что-то знакомое.

Руны на руке начали пульсировать, но уже не так болезненно, как раньше. Скорее… предвкушающе? Если такое вообще возможно для магической метки.

Впереди была еще одна стена — толстая, явно бронированная. Фома остановился перед ней, задумчиво поглаживая светящиеся руны.

— Ты там, да? — тихо спросил он, прикладывая ладонь к холодному металлу, — По ту сторону?

Что-то отозвалось — не словами, не мыслями, а просто… ощущением. Словно старый знакомый махнул рукой через улицу.

— Ну, здравствуй, — Фома невесело усмехнулся, — Давно не виделись… старый друг.

Руны на его руке вспыхнули ярче, словно отвечая на приветствие. А где-то за стеной, в защищенном хранилище, древний артефакт ждал своего часа.

Фома сделал еще один глоток и начал закатывать рукав:

— Ну что, начнем?

И в этот момент весь коридор мощно так тряхнуло… Не устояв, Фома припал на колено. Свет погас…

* * *

Подземный коридор внезапно содрогнулся от чудовищной силы удара. Казалось, само основание арены вот-вот расколется. Мелори, Никодимов и охранники потеряли равновесие, с потолка посыпалась бетонная крошка. Свет замигал и погас, погрузив помещение в кромешную тьму.

— Какого… — начал было старший охранник, но договорить не успел.

Мелори действовал молниеносно. Его пиджак на мгновение засветился, активируя очередную функцию — усиление мышц и рефлексов. В абсолютной темноте он двигался словно призрак, точно зная, где находится каждый противник. Первый охранник упал, получив удар в солнечное сплетение. Второй даже не успел понять, что происходит — британский шпион ударил его по затылку с хирургической точностью. Третий попытался достать оружие, но Мелори уже был рядом. Короткий удар в челюсть — и еще один противник без сознания. Последний успел активировать защитный покров, но против высоких технологий магия оказалась бессильна. Пиджак Мелори испустил короткий импульс, и защита охранника рассыпалась.

Когда включилось аварийное освещение, заливая коридор тусклым красным светом, все четверо охранников уже лежали без движения.

— Боже… — пробормотал Никодимов, глядя на поверженных коллег. Его трясло, — Вы… вы их убили?

— Не драматизируйте, капитан, — Мелори поправил безупречный галстук как ни в чем не бывало, — Всего лишь временно нейтрализовал. Очнутся через пару часов с легкой головной болью. Нам пора двигаться дальше.

Новый толчок заставил стены задрожать. Где-то наверху явно происходило что-то грандиозное.

— Но… но как вы это сделали? В полной темноте…

— Технологии, мой дорогой капитан, — Мелори позволил себе легкую улыбку, — Против них даже магия иногда бессильна. А теперь — к делу. Открывайте дверь.

Дрожащими руками Никодимов приложил пропуск к считывателю. Массивная дверь медленно отъехала в сторону, открывая проход в хранилище.

Помещение было огромным, с высокими потолками, уходящими куда-то во тьму. Холод здесь стоял просто убийственный — Никодимов сразу начал стучать зубами. Мелори, защищенный своим чудо-пиджаком, холода почти не чувствовал.

В центре хранилища возвышался массивный контейнер, больше похожий на творение научной фантастики, чем на обычное хранилище. Его поверхность была испещрена светящимися рунами и какими-то техническими индикаторами. От контейнера исходило едва уловимое гудение.

— Вот оно, — прошептал Мелори, подходя ближе. Его глаза жадно блестели в тусклом аварийном освещении, — Главное сокровище русских магов…

Он достал из внутреннего кармана пиджака небольшое устройство, похожее на карманный компьютер. Тонкие серебристые щупальца с гудением выдвинулись из корпуса прибора и начали ощупывать поверхность контейнера, анализируя защитные системы.

— Впечатляет, — пробормотал британец, — Сочетание древней магии и современных технологий. Русские превзошли сами себя…

Никодимов нервно переминался с ноги на ногу:

— Может, поторопитесь? Если нас поймают…

— Успокойтесь, капитан, — отмахнулся Мелори, не отрываясь от работы, — Наверху сейчас такое творится, что никому нет дела до нас. К тому же… — он хищно улыбнулся, — когда мы закончим, ловить будет уже некого.

Щупальца прибора продолжали свою работу, методично взламывая один уровень защиты за другим. Время от времени раздавалось тихое потрескивание — это выгорали очередные защитные руны.

Мелори работал быстро и уверенно — годы подготовки не прошли даром. Его пальцы летали над панелью управления, вводя сложные последовательности команд. Каждый раз, когда система защиты пыталась активировать очередной барьер, технологии Британской Короны находили способ его обойти.

Внезапно что-то в контейнере щелкнуло, и по его поверхности пробежала рябь, словно по воде. Защитные руны начали гаснуть одна за другой.

— Почти готово, — пробормотал Мелори, — Еще немного…

Последняя руна погасла с тихим шипением. Сверху донесся очередной грохот — похоже, бой становился все более ожесточенным. Стены хранилища снова задрожали, но британец, казалось, даже не заметил этого.

Его пальцы нащупали едва заметные углубления на крышке контейнера. Раздался тихий свист выходящего воздуха — система герметизации отключилась. Мелори медленно поднял тяжелую крышку…

Изнутри контейнера пахнуло такой волной холода, что даже его технологически продвинутый пиджак не смог полностью защитить от нее. Никодимов отшатнулся, а Мелори, наоборот, всем телом подался вперед, заглядывая внутрь. Его лицо оказалось совсем близко ко тьме, таящейся в глубине контейнера…

В тусклом красном свете аварийных ламп что-то шевельнулось в глубине контейнера. Что-то древнее и невероятно опасное…

— Ну привет, сучка, — из тьмы выдвинулся огромный пистолет и уперся дулом опешившему Мелори прямо в лоб, — Не ждал?