Из контейнера медленно поднялась массивная фигура, покрытая тонкой коркой инея. В тусклом красном свете аварийных ламп это выглядело почти сюрреалистическо — словно кадр из фантастического фильма. Генерал-губернатор Горовой выглядел как ледяная статуя — его парадная форма заиндевела, золотые эполеты потускнели под коркой льда, а в седых усах блестели кристаллики замерзшего конденсата. Но глаза… в его глазах пылал такой огонь, что, казалось, мог растопить весь этот холод. Пистолет в его руке не дрожал, несмотря на то, что пальцы наверняка онемели от холода.

— Ну привет, сучка, — повторил он, не опуская оружие. Его голос звучал хрипло после долгого пребывания в криокамере, — Что, не ожидал увидеть старика в холодильнике? Думал, все будет просто — пришел, взял, ушел? — он усмехнулся, и с его усов посыпались крошки льда, — Извини, родной, но у нас в России все немного сложнее.

Мелори медленно поднял руки. Его безупречная выправка и чопорность никуда не делись — он оставался истинным британским джентльменом даже в такой ситуации. Но в глазах мелькнула паника пополам со страхом. Весь его опыт разведчика кричал, что операция пошла не по плану…

Тяжелая бронированная дверь хранилища с лязгом открылась, впустив волну теплого воздуха из коридора. В помещение четким строевым шагом вошел отряд спецназа в полной боевой выкладке — черная форма, глухие шлемы с забралами, новейшие модели автоматов. А впереди них, словно на подиуме, шла высокая девушка в черном облегающем костюме спецагента.

Её короткие светлые волосы были стильно уложены, создавая эффект легкой небрежности, а в зеленых глазах плясали озорные искорки. На точеном лице играла легкая улыбка — она явно наслаждалась моментом. Кобура с табельным оружием на поясе поблескивала никелированными застежками, а на груди матово отсвечивал значок спецслужб.

— Информатор «Чайка», — процедил Мелори, и в его голосе прозвучало что-то похожее на уважение, — Или мне стоит называть вас…

— Капитан Ольга Вершинина, Имперская Контрразведка, — представилась она. В её движениях чувствовалась особая грация, выдающая серьезную боевую подготовку, — Рада, что вы меня узнали, сэр Мелори. Хотя я старалась быть… незаметной.

— Вы неплохо притворялись наивной госслужащей, — процедил Мелори, чувствуя досаду. Его все же переиграли… — Признаюсь, я начал подозревать неладное только на прошлой неделе.

— Докладывайте, капитан, — прервал их перепалку Горовой, стряхивая иней с парадного мундира. От его фигуры поднимался легкий пар — в хранилище было значительно теплее, чем в криокамере.

— Джеймс и вся диверсионная группа задержаны, — четко отрапортовала она, — Пытались устроить беспорядки на верхних ярусах для отвлечения внимания. Кстати, сэр Мелори, ваш секретарь оказался на удивление разговорчивым. Особенно когда мы показали ему документы о его… двойной жизни и… гм… весьма специфических и нестандартных предпочтениях. Заниматься такими вещами с Аномалиями — это ж надо додуматься…

— Предатель, — процедил британец сквозь зубы.

— Ну-ну… — усмехнулась Ольга, — Не стоит быть таким строгим.

— Отлично сработано, капитан, — кивнул генерал, и в его голосе прозвучала искренняя похвала, — Представлю вас к награде. Давно пора было повысить вас до майора.

— Благодарю, Павел Николаевич, — она слегка покраснела от удовольствия, — Но я просто выполняла свой долг.

— Это провокация! — вдруг заверещал Никодимов, бросаясь к выходу. Его лицо покрылось красными пятнами, а в глазах плескалось безумие загнанного в угол человека, — Меня обманули! Я не знал! Они угрожали моей семье! Я…

Он не договорил — Ольга сделала молниеносное движение, и её нога в высоком армейском ботинке встретилась с подбородком капитана. Удар был рассчитан идеально — Никодимов рухнул как подкошенный, даже не успев вскрикнуть.

— Простите, — она ловко защелкнула на его шее антимагический ошейник, — Терпеть не могу предателей. Особенно тех, кто пытается выкрутиться в последний момент. И кстати… у вас нет семьи, капитан. Мы проверяли.

Мелори молча позволил надеть ошейник и на себя. Его лицо оставалось бесстрастным, но желваки на скулах ходили ходуном. Великолепные британские технологии, годы подготовки, тщательно разработанный план — все пошло прахом. Его чудо-пиджак теперь был не более чем дорогой тряпкой — антимагический ошейник блокировал не только магию, но и любые технологические улучшения, основанные на духовной силе.

Рация на поясе Горового вдруг ожила, наполнив холодное помещение хранилища треском помех:

— Генерал! Срочно! У нас нарушение периметра в хранилище Черного Солнца! — голос говорившего звенел от напряжения.

— Успокойтесь, капитан, — ответил Горовой, бросив насмешливый взгляд на Мелори, — Ситуация под контролем. Агент-провокатор обезврежен. Можете дать отбой группам зачистки.

— Нет, генерал! — в голосе офицера появились панические нотки, — Проблема в настоящем хранилище! Там, где находится оригинал! У нас полный блэкаут систем безопасности!

Мелори вздрогнул, и его идеальная маска невозмутимости на мгновение треснула. Его острый ум мгновенно проанализировал ситуацию — помещение, где они находились, было искусно подготовленной ловушкой. Пустой контейнер, фальшивые чертежи, «случайно» оставленные документы — все это было частью грандиозной дезинформации. Настоящий артефакт все это время хранился в другом месте.

«Они переиграли нас», — подумал он с невольным восхищением, — «Использовали нашу собственную самоуверенность против нас… Но кто, черт возьми, смог добраться до настоящего Черного Солнца?»

— Что конкретно происходит? — резко спросил Горовой. В его голосе больше не было насмешки — только сталь, — Докладывайте подробно!

— Мы… мы не понимаем! Камеры отключены, датчики движения не работают. Все системы безопасности словно сошли с ума — показывают какие-то невероятные данные. Словно кто-то… — связь вдруг прервалась громким треском, а потом из динамика донеслось что-то похожее на пьяное бормотание и звон стекла.

— Что это было? — нахмурилась Ольга.

— Похоже на… — Горовой прислушался, — На тост? Кто-то там распивает что-то и произносит тост?

— Пьют на рабочем месте? Тут дисциплинарным взысканием не отделаются…

В напряженной тишине хранилища отчетливо послышался звук падающих капель. Это таял иней на мундире Горового, создавая вокруг генерала маленькие лужицы.

— Ведите их наверх, — приказал он, кивнув на Мелори и бессознательного Никодимова, — И усильте охрану по всему периметру. Поднимите дополнительные отряды. А я в настоящее Хранилище…

— Есть! — Ольга отдала четкий воинский салют и жестом приказала спецназовцам конвоировать пленных.

Мелори бросил на пустой контейнер последний взгляд. В тусклом красном свете аварийных ламп металлическая конструкция казалась насмешкой над всеми его планами. Столько сил потрачено впустую… Что ж… видимо, сегодня удача улыбнулась кому-то другому.

— Знаете, что самое обидное? — вдруг сказал он, обращаясь к Ольге, — Даже если бы мы добрались до настоящего хранилища… мы бы все равно не смогли бы забрать Черное Солнце, верно?

— А вы догадливы, сэр Мелори, — она одарила его очаровательной улыбкой, — Настоящее Черное Солнце вам не по зубам.

— А теперь кто-то все-таки добрался до него… — задумчиво произнес британец, — Забавно, не находите?

— Уверяю вас, — процедил Горовой, — Если до Черное Солнца доберутся не те люди — никому мало не покажется.

Где-то наверху продолжал грохотать финальный поединок турнира, сотрясая стены подземелья. Но теперь этот грохот казался лишь прикрытием для куда более серьезной игры, разворачивающейся в недрах арены.

И пока британский шпион в сопровождении конвоя поднимался наверх, его мучил один вопрос — кто же все-таки проник в настоящее хранилище? Кто оказался хитрее не только британской разведки, но и русских спецслужб?

Ответ на этот вопрос ему предстояло узнать очень скоро… как и всем остальным участникам этой запутанной игры.

* * *

Над Дикими Землями сгущались сумерки, когда в небе появилась летящая армада. Император парил во главе строя, его плащ развевался в потоках силы. По обе стороны от него летели элитные гвардейцы в мундирах, а чуть позади — отряд Истребителей Синегорья в характерных темно-синих плащах.

Они двигались быстро и бесшумно, словно стая хищных птиц. Внизу проплывали бескрайние просторы Диких Земель — изломанные скалы, мертвые леса, высохшие русла рек. Этот край давно был искажен Аномалиями, превратившись в царство хаоса и безумия.

— Ваше Величество, — один из гвардейцев указал вперед, — Датчики показывают усиление искажений. Мы приближаемся к цели.

Император кивнул. Он и сам чувствовал это — тяжелую, давящую ауру, от которой волосы вставали дыбом. Такую силу он ощущал лишь однажды — в ту ночь, когда на Луне появился загадочный шрам.

— Всем приготовиться, — скомандовал он, — Судя по показаниям, тварь где-то здесь.

Истребители рассредоточились широким полукругом, активируя боевые покровы. В воздухе потрескивали разряды духовной силы — каждый из них был элитным бойцом, способным в одиночку справиться с серьезной Аномалией. Но то, что они преследовали сейчас… выходило за все рамки нормальности.

— Смотрите! — выкрикнул кто-то.

Внизу, петляя между скал, двигалось нечто. Даже с такой высоты было видно, как искажается реальность вокруг существа — словно сама ткань мироздания не выдерживала его присутствия.

— На перехват! — скомандовал Император, — Окружить и…

Он осекся. Что-то было не так. Существо внизу было… слишком маленьким? Да, от него исходили волны чудовищной силы, но само оно…

— Это же… — один из Истребителей всмотрелся вниз, — Обычный Фиолетовый Прыгун?

Действительно, когда они спустились ниже, стало видно — по земле металось существо, похожее на помесь кенгуру с богомолом. Обычная тварь-Аномалия, каких в Диких Землях водились сотни. Но к его спине был примотан небольшой металлический контейнер…

— Брать живьем, — приказал Император, — Но осторожно.

Истребители действовали слаженно — несколько силовых барьеров окружили существо со всех сторон. Прыгун заметался, пытаясь найти выход, но быстро выдохся. Похоже, контейнер на спине сильно мешал его движениям.

Император лично опустился на землю. Гвардейцы пытались его остановить:

— Ваше Величество, позвольте нам…

— Нет, — он решительно шагнул к обездвиженной твари, — Я должен сам понять, что здесь происходит.

Его руки окутало защитное сияние, когда он потянулся к контейнеру. Тот легко отделился от спины Прыгуна — похоже, был просто примотан какими-то лентами. Существо тут же успокоилось, словно избавившись от тяжкого бремени.

— Странно, — пробормотал Император, изучая находку, — Источник силы действительно здесь, внутри. Но это невозможно — монстр не мог сжаться до таких размеров… Или мог?

Его пальцы окутало диагностическое заклинание. Глаза Императора сузились, когда он начал считывать энергетические потоки.

— Это определенно его сила… — бормотал он под нос, — Но приведенная в крайне возбужденное состояние. Словно специально взбудораженная, чтобы быть максимально заметной! А это что…

Среди потоков чудовищной энергии он различил тонкие прожилки чего-то… человеческого? Знакомого? Эта духовная сила… она определенно напоминала…

— Безумов, — выдохнул Император, — Это его духовная сила.

Он вспомнил события прошлых месяцев, странные способности молодого мага, его неожиданные решения…

— Возвращаемся! — рявкнул он так, что гвардейцы вздрогнули, — Это был обманный маневр — нас намеренно выманили сюда!

— Но зачем? — спросил кто-то из Истребителей.

— Потому что настоящая игра идет там, — процедил Император сквозь зубы, — А мы, как последние идиоты, купились на эту приманку…

Они взмыли в воздух, развернувшись обратно к городу. Внизу остался растерянный Прыгун, пучивший глаза вслед странным летающим людишкам. А контейнер в руке Императора продолжал излучать свою обманчивую силу, словно насмехаясь над теми, кто принял фальшивку за оригинал.

Император летел впереди всех, его плащ развевался как крылья разгневанного ангела. Он чувствовал, что опаздывает. Что где-то там, на арене, разыгрывается куда более серьезная партия…

«Неплохо придумано, мальчик», — подумал он, вспоминая хитрую усмешку Константина, — «Использовать наши страхи против нас самих… Если, конечно, за всем этим действительно стоишь ты, а не кто-то другой…»

Они мчались сквозь сгущающиеся сумерки, а где-то впереди продолжал грохотать финальный поединок турнира. Вот только теперь этот грохот казался не более чем декорацией для куда более серьезного представления.