Экс уже неделю шастал по болотам, выискивая след мелкого фи. У того была крысиная морда и крылья летучей мыши, но высоко он летать не мог. Больше всего Экса раздражало то, что ему приходилось стрелять из лука. Стрелок из него был хуже среднего, и свидетельства его промахов торчали из деревьев, давая ему понять, что фи водил его кругами. Более того, каждый раз, когда он мазал, тварь ехидно хихикала, что наполняло его бессильным гневом.

В дождливый сезон болото превращалось в сущий ад из кривых корней и торчащих камней, слишком мокрых, чтобы ступать по ним в башмаках, а босиком ходить по усыпанной шипами земле было и вовсе отвратительно. Экс даже задумался, а стоило ли оно того, но в деревне неподалеку из-за еженощных пирушек этого фи разгорелась чума. Мэли нужны были его крылья, а Нариссе – желчный пузырь для какого-то тоника. Это была бы неплохая первая охота для каких-нибудь новичков, желавших славы, но тварь была смертоносной, а новички еще не прошли испытания.

Дома он окажется лишь через месяц. Сидя у небольшого костра в жалком лагере, он думал лишь о теплой постели – хотя, скорее, об Аринье в этой самой постели. Стоило ему выдернуть последний шип из пятки, как он услышал шум в кустах, что заставил его подскочить. Схватив лук и наложив стрелу на тетиву, он ждал, что же оттуда вылезет.

И снова шум, после чего заросли камыша расступились и оттуда выполз огромный черный крокодил. Рядом высунулась еще одна морда и еще. Они окружили его лагерь.

Звери и человек молча смотрели друг на друга, и лишь дождь нарушал эту тишину. Затем он вздохнул и убрал лук.

– Ладно, – сказал он, хватая плащ. – Скажите ей, что я иду.

После убийства Шар-Алы Экс еще пару раз навещал Стражницу. Впечатленная его свершением, она сдержала свое слово и позволяла охотникам проходить по ее владениям. Теперь, когда гильдия переехала ближе к этому месту, им нужно было поддерживать хорошие отношения. К своему неудовольствию, Эксу пришлось стать официальным посредником.

Когда он прибыл в святилище Стражницы, она уже вынырнула из своего пруда, хотя по большей части все равно оставалась под водой, и в расслабленном состоянии ее глаза были полуприкрыты. Крокодилы дремали, туман лениво струился вокруг их морд. Эта встреча разительно отличалась от первой.

«Рад новой встрече, Стражница». – Экс сел перед ней, скрестив ноги, и уколол палец, чтобы капнуть кровью на ее алтарь. Он знал, что не стоит льстить и унижаться, как того требовали некоторые из Стражей. Она хотела искренности и краткости, как он узнал во время их первой встречи, когда Аринья впервые услышала голоса из Вечносущего.

«Охотник. Ты должен немедленно уйти».

Довольно странно. Это ведь был совсем малый дух, вредитель, на которого она и внимания не обратила бы.

«Почему? Эта охота тебя тревожит?»

«Дело не в охоте. – Она моргнула огромными змеиными глазами. – А в твоей спутнице».

«Аринья?» — Экс осмотрелся. Она с ним и раньше ходила на охоту, но никогда не выходила в сезон дождей. Тогда начинались квалификационные раунды сайорамского чемпионата по муай боран, и хотя она в этом году в состязаниях не участвовала из-за своего положения, но помогала тренироваться другим в своей команде. – О чем ты?»

«Немедленно возвращайся домой. – Великая нага издала квакающий рокот и нырнула обратно в пруд. – Если не хочешь пропустить рождение дочери».

Экс подумал было, что она оговорилась.

«Что? Она же не… то есть она не может! Слишком рано же!»

Стражница ничего ему не ответила, но деревья расступились, образуя проход, ведущий к нему домой.

Хотя наги открыла ему путь куда более короткий, чем ему пришлось бы преодолеть пешком, Экс находился на дальнем краю болота, так что все равно придется скакать всю ночь. Выбравшись на опушку, он пустил Коричку галопом, торопясь к их дому у бурлящей реки. Нутро сводило от ужаса, а дышать с каждым мгновением становилось все труднее.

Нарисса открыла дверь прежде, чем он успел взяться за ручку, и Экс, затаив дыхание, протянул руки в ожидании объяснений.

– Она… – Он сглотнул стоявший в горле ком, боясь спросить.

– Тише. – Нарисса взяла его за руку и провела внутрь. – Все в порядке. Она отдыхает.

Аринья лежала в постели, потная и утомленная, и посмотрела на него со счастливой усталой улыбкой.

– Она такая крохотная, – сказала его жена, когда он присел рядом с ней. – Но идеальная.

И когда Экс впервые взял их дитя на руки, сердце его наполнилось такой любовью, которой он никогда не мог себе вообразить. Знакомая, всеобъемлющая, как если бы он узнал саму ее душу.

Его дочь моргнула, глядя на него, и он готов был поклясться, что она его тоже узнала. У нее был подбородок, как у Ариньи, его нос, но самым странным, самым заметным было то, что…

Изари родилась с красными глазами.