Но тут вдруг откуда-то издалека послышались вздохи, всхлипывания и плач.

– Что это? – вскинула голову Аля.

– Да тут неподалёку от нас в доме за высоким забором живут буквыL – «эл», мистер Lion и маленький котёнок, буква K – «кей», по имени Kitten-boy, – как-то задумчиво отозвалась буква I.

– То есть Лайон и Киттен-бой, Лев и Мальчик-котёнок, – пояснила букваZ.

– Ну они такие… Ну не любят ни с кем общаться, – продолжала букваI. – Никого к себе не пускают, не приглашают… Это какой-то очень печальный лев.

– А почему? – полюбопытствовала Аля.

– Этого никто не знает. Он никому не рассказывает.

– Надо же всё выяснить и как-то его поддержать? – нерешительно произнесла Аля.

– Как же ты его подержишь, если он тебя и на порог не пустит? – вздохнула букваJ.

– Так нельзя, чтобы не пустил, – заметила букваZ. – Аля должна познакомиться со всеми буквами английского алфавита! Попробуем проникнуть в эту заплаканную крепость, как ты думаешь? – обратилась она к Але.

Прислушиваясь время от времени к всхлипами рыданиям, Аля и букваZдвинулись в путь. Дорога пересекла овсяное поле, прошла скошенным лугом, потом небольшим буковым лесочком. А потом как-то вдруг исчезла, затерялась в траве и решительно никуда не привела. Правда, всхлипы сделались громче. Ориентируясь на эти звуки, путники вскоре оказались перед высоким забором. Ворота были заперты. У калитки не обнаружилось звонка. Поэтому в калитку Аля просто постучала кулаком.

Никто не ответил. Аля постучала посильнее. Тишина. Но и громкие рыдания тоже прекратились. Когда изо всех сил Аля забарабанила двумя кулаками, из-за калитки раздался тоненький голосок:

– Нас нет дома…

– Брось дурака валять, Kitten-boy! – громко крикнула букваZ. – Але надо познакомиться с буквами K и L, а как она это сделает, если вас не увидит? Надо же понимать!

– Подождите, спрошу, – отозвался всё тот же тоненький голосок, всё так же из-за запертой калитки.

Через мгновение котёнок вернулся и потребовал объяснить, кто такая Аля. Ему объяснили.

– Подождите, спрошу, – опять произнёс голосок.

Ещё через минуту калитка бесшумно отворилась и пропустила путников в сад. В саду росло много разных кустов, были разбиты очень симпатичные клумбы, круглые и в виде сердечек. На клумбах пестрели самые разнообразные цветы, всяких форм и оттенков. Но, по-видимому, это нисколько не радовало хозяина – грустного-грустного Льва, сидевшего в плетёном кресле возле плетёного же садового столика. Рядом со столиком располагались ещё два таких же кресла. Грустный Лев предложил гостям сесть.

– Я никогда не видел живой девочки, – сказал он, вздохнув. – Вот почему я разрешил вам войти.

– О, мистер Лев! – воскликнула сердобольная Аля. – Чем вам можно помочь?

– Ах, ничем, – вздохнул мистер Lion.

– Но хоть расскажите, что вас печалит, – предложила букваZ. – Иногда дорогого стоит с кем-нибудь поделиться своим горем, облегчить душу!

Лев на секунду задумался, потом начал:

Мы были смолоду дружны:

Я с ним, а он – со мной.

И не было на нём вины,

Лишь я всему виной.

Кичиться тем, что я, мол, Лев,

Я вовсе не хотел.

Но, распахнув свой львиный зев,

Его случайно съел!

С тех пор горючая слеза

Мутит мой львиный взор.

Я прячу ото всех глаза

Как раз с тех самых пор.

И день грущу, и ночь грущу,

Не помня про покой.

Себе поступок не прощу

Бессмысленный такой.

Пришёл ко мне Котёнок жить.

Я очень рад ему.

Ах, если б мог я позабыть,

Что я виной всему…

Лев глубоко задумался. Из глаз его снова покатились слёзы.

– Я очень вам сочувствую, – сказала Аля. – Я надеюсь, что теперь, когда вы нам всё рассказали, вам станет немного легче. Только скажите, пожалуйста, кто это «он»?

– Он? – не сразу включился в разговор Лев. – Какой «он»?

– Ну тот, о ком вы говорите… Ну…

Але было неудобно сказать, что, мол, тот, съеденный…

– А, – дошло наконец до Льва. – Это был… это был маленький… – всхлип, – розовенький… – всхлип, – поросёночек…

Тут стало ясно, что больше ни о чём поговорить не удастся.

– Good bye, мистер Lion, good bye, Kitten-boy, – сказала букваZ. – Пошли, Аля, перед нами ещё ох какая длинная дорога!

Они тронулись в путь, и Kitten-boy запер за ними калитку.

– А нельзя ли всё-таки его как-нибудь утешить? – спросила Аля, которую так разжалобил грустный Лев.

Но тут вдруг…