– Ну, кажется, всё налаживается, – вздохнул Антон с облегчением. – Аль, нам домой пора!

– Что ж, пора так пора, – с грустью отозвался Грамотей. – Правда, Перепут до сих пор где-то здесь в учебнике, и совсем неизвестно, что он ещё натворит.

– А может, не натворит? – с надеждой сказала Аля.

Но это была пустая мечта. Орден «Большого Баламута» на земле не валяется, и тщеславный Перепут, видимо, всерьёз решил его добиваться. Потому что не успела Аля договорить, как раздался топот ног и донеслись крики:

– Не позволим! Он не смеет испортить нашу песенку! Она нужна всем ребятам! Мы не разрешим ему запутать всех учеников второго класса!

На опушку вбежали, держась за руки, четыре пары каких-то слов.

– Что с вами? – обратился к ним Грамотей.

– Перепут! – ответили они все хором. – Перепут решил всех запутать. Он заставляет петь нашу песенку так:

– Чушь какая-то, – заметил Грамотей.

– Конечно чушь! – ответили все прибежавшие. – Мы звучим одинаково, но пишемся-то мы по-разному. У нас на конце – глухие и звонкие согласные! Вот послушайте нашу песенку.

И они дружно запели – каждая пара свои строчки в песенке:

И поклонились все разом, как артисты.

– Антош, а что такое трут? – спросила Аля.

– Разве ты не знаешь? – удивился Антон. – Не читала в старых книжках?

– Это старинное слово, – учительским тоном начал объяснять Грамотей. – Это сухой фитилёк, или сушёный гриб трутовик, или пакля. Когда ещё не было спичек, кремнем били по огниву, высекали искру, а от неё загорался трут. Но сейчас не в этом дело, – добавил он. – Раз Перепут решил путать глухие и звонкие согласные, надо хорошо помнить, что такие слова, где глухие и звонкие на конце, обязательно надо проверять.

– Ой, помню! – подхватила Аля. – Надо так изменить слово, чтобы на конце стояла гласная. Гриб – грибы, например.

– Тогда уже грипп под ёлкой никогда не вырастет, – засмеялся Антон.

– Это правило поможет вам защититься от Перепута, – сказал Грамотей, обращаясь к прибежавшим словам. – Отправляйтесь назад на свою страницу.

– Да-а-а, – протянул слово Гриб. – Так-то оно так, но глухие и звонкие согласные случаются ведь не только на конце слова.

– Знаю, что ты меня учишь. Зря я, что ли, называюсь Грамотей. Они встречаются ещё и перед согласными в корне. Только я не пойму, что из этого?

– А то, – с горячностью возражал Гриб, – что они живут на шестьдесят третьей странице, и Перепут как раз наверняка туда и направился после того, как мы от него удрали. И там тоже устроит какую-нибудь путаницу.

– Надо же его, в конце концов, поймать и выгнать из учебника! – с яростью воскликнул Антон. – Бежим на эту самую шестьдесят третью страницу и выдворим его вон! Что это он в самом деле, какой неуловимый!

– Пошли! – решительно сказал Грамотей. – Необходимо когда-нибудь прекратить всё это безобразие.

– А мы собирались домой… – разочарованно проговорила Аля.

– Нет уж, пожалуйста, останьтесь, – настаивал Грамотей. – Без вас нам не справиться. Я вас очень прошу, не уходите. А то кто же мне поможет? Листик-Ластик, что ли?

Листик-Ластик тяжело вздохнул:

– Я бы с радостью. Но я такой маленький…

– Чего уж, Аль, – примирительно заметил Антон. – Помогать, так уж до конца. Давайте-ка поторопимся.

…На шестьдесят третьей странице только что кончился дождь. Солнце вышло из-за туч и слепило глаза, отражаясь в лужах. Там, прямо посреди страницы, шла какая-то потасовка. Слышались звуки ударов, звон колокольчиков, доносились крики:

– А вот я тебя сейчас половником оглушу!

– Оглоушу!

– Забудешь, как звенеть своими колокольчиками!

– Перестаньте! Мы же всю жизнь жили дружно!

– Динь-динь-динь!

– Вспомни, мы же никогда не ссорились!

– Буду я что-то помнить, когда господин Перепут обещал устроить меня на работу в Толковый словарь!

– Будешь глухим, да и делу конец!

– Отдай колокольчик! Отдай колокольчик!

– Остановитесь! Замолчите! – громовым голосом закричал Грамотей. – Что за драка? Что тут происходит?

Ответа не последовало. И все увидели, что в драке принимали участие буквы. Целых шестьК, две буквы Б, две буквы Д, а ещё З, тоже две. В руках у К были у кого половник, у кого – шумовка, а у кого – веник.

– Что вы тут творите? – прогромыхал Грамотей.

– Мы? – хором переспросили все буквыК, явно для того, чтобы протянуть время.

– Вы, кто же ещё?

– Да вот, – промямлила одна изК. – Перепут обещал устроить нас на престижную работу в Толковый словарь, если мы оглушим звонкие Б, З, Д, Г, В… Г и В сбежали. А у этих мы стараемся отнять колокольчики, чтобы они не звенели.

– И сделались глухими… – добавила другая букваК.

– И тогда, – захихикала третья, – все ребята будут писать знаете как?

– Как? – не понял Грамотей.

– А так: рыпка, зупки, сосетка, грятка, берёска, слёски… Ну, словом, будут звуки оглушать. Как слышится, так и напишут. Кляксичу это понравится, и он наградит Перепута орденом «Большого Баламута» второй степени. Вот.

– Не будут они ничего оглушать! – сердито закричал Антон.

– Не будут! – подхватила Аля. – Ничего вы не добьётесь!

– Это почему? – удивилась одна изК. – Мы же отнимем у них колокольчики… И нечем им будет звенеть. Какие же они тогда будут звонкие?

– А вот почему, – заявил Антон. – Ребята тоже не дураки. Они подберут проверочные слова, так чтобы после согласного шёл гласный.

– И получится, – снова вступила в разговор Аля, – зубки – зубы, слёзки – слёзы, и так далее. Поняли? Ясно будет, кто – звонкий, а кто – глухой.

– Поняли, – разочарованно пробормотали буквыК. – Значит, нам никогда не попасть в Толковый словарь…

– Никогда! – строго сказал Грамотей. – И убирайтесь отсюда, а не то переселю вас в объявления на столбы. Будете знать!