Во время учебы Александр подружился с тремя казачатами, которые как ростки бамбука тянулись к свету ученья, поддерживая друг друга плечами. Черноволосый Иван Гуртовой был самым рослым, его рост достигал почти сто восемьдесят сантиметров, его широкие плечи и узкая талия при курносом смазливом лице сводили с ума всех молодых женщин, работающих прачками и кухарками в обслуге Шляхетского корпуса. Ивану больше всех давались легко силовые упражнения: он был силен, получив силу от отца по наследству. Его отец еще в молодости поднимал быка и, положив того на плечи, проходил с ним вокруг своего хутора. Иван помимо неистовой силы был лучшим бойцом на старшем курсе, получив знания пластунов от своего деда, который практически всю свою жизнь провел на Сечи и только узнав о рождении внука, покинул свой курень и поселился у сына, взяв на себя обучение внука всему, что знал он сам.

Блондин с голубыми глазами Григорий Вечерний был среднего роста, но жилистый с крепкими запястьями, он удивлял многих в борьбе на руках, побеждая тех, кто был намного сильнее его благодаря воле к победе. У Гриши была лучшая в корпусе память, научившись здесь играть в шахматы и шашки, паренек с разгромным счетом выигрывал даже у директора корпуса, который играл в шахматы с юности. А вот Александр был вторым, немного уступая Григорию, Суворов с детства любил вести «баталии» на шахматной доске. Их инструктор, получивший имя после крещения в православие барон Андрей фон Бреверн (Екатерина после коронации всем своим немцам дала звание барона, так как они как младшие сыновья не могли его наследовать) с кличкой Хмель, видя как прячет обиду Суворов, стал учить его и еще десяток человек с его курса, в число которых входила и троица казачат, упражнениям по развитию памяти. Оказывается память можно развивать так же, как и мышцы — через регулярные тренировки. Специальные упражнения помогают развивать слуховую и зрительную память. И воспрявший Александр все свое свободное время до позднего вечера до разрыва мозга следовал указаниям наставника, который решил научить лучших шахматистов еще и судоку (числовая головоломка, решение которой строится исключительно на логическом мышлении и внимании. Задача игрока — заполнить пустые ячейки (клетки) большого квадрата (размером 9×9) цифрами от 1 до 9 так, чтобы каждая цифра встречалась только один раз в каждом ряду, столбце и отдельном маленьком квадрате 3×3.) и го (Представляет собой размеченную линиями доску, на которой два игрока стараются оградить своими камнями (фишками) как можно большую территорию.)

Третьим казачонком был Василий Побегайлов. Самый худощавый и мелкий из всего старшего курса Васька был любимцем большинства обучающихся в корпусе. Он знал множество забавных историй и прибауток, большое количество песен Малороссии. Вечерами уставшие после занятий и тренировок учащиеся с удовольствием собирались вокруг Васьки с замиранием сердца слушая страшные истории про борьбу казаков-характерников с чертями и ведьмами.

Вот и сегодня Побегайлов зловещим шепотом рассказывал о характерниках — Характерниками называли запорожских казаков обладающих сверхъестественными способностями, живших отдельно от Сечи, в неизведанных краях Дикого Поля. Они обладали магическими способностями и приходили на помощь казацким ватагам в час нужды. Доказательством того, что много кто из характерников не был христианином, было то, что их никогда не хоронили попы, а хоронили запорожцы по-своему. Некоторым даже забивали в грудь кол, чтобы они по смерти не вставали, и тогда засыпали землёй. Однако самым распространённым захоронением характерников было погребение лицом вниз. Характерников ни огонь, ни вода, ни сабля, ни обычная пуля, кроме серебряной, не берут. Своё начало казаки-характерники ведут ещё от языческих волхвов, вещунов и чародеев. Они оставались невредимыми, как бы заговорёнными в бою. Те пули и стрелы, которыми в них стреляли, они ловили голыми руками и кидали назад во врагов, и враги были поражаемы. Характерники могли оборачиваться дикими зверями — волками или медведями, с чем и был связан обычай хоронить их лицом вниз либо со вбитым в грудь колом, дабы они не могли воскреснуть и превратиться в дикого зверя. Характерники были носителями тайного знания, ведали заклинания, умели останавливать кровь, лечить смертельные болезни и ранения. Они могли также открывать любые замки без ключа, ходить по воде и подолгу оставаться под водой, видеть сквозь стену. Вы возможно слышали истории Запорожского войска, когда прославился соратник Богдана Хмельницкого, Иван Сирко. За свою жизнь он выдержал более двухсот с лишним сражений, в которых ни разу не был ранен. Среди товарищей Сирко почитался как характерник. После его смерти казаки возили с собой части его тела, чтобы наводить на врагов порчу и страх во время сражений. — после этих слов все слушатели дружно перекрестились, а один забормотал — Чур меня, чур меня!

Один из учащихся после того, как Васька закончил свои ужасные рассказы, махнул рукой — Вы слышали новый указ императрицы?

Все тут же насторожились — Это какой же?

— Теперь дворянам запрещено с детского возраста, а порой и с самого рождения зачислять своих детей в полки. Теперь не получится получить офицерский чин к моменту совершеннолетия. Только обучение в Шляхетских и Морских корпусах позволят получить офицерский чин. Так что тебе, Александр Суворов, повезло, что ты уже капрал!

Другой с завистью добавил — Я краем уха слышал, что Суворова за успехи в учебе представили к следующему званию подпрапорщика! Глядишь через год уже сержантом будет. Да и выпустится не прапорщиком или подпоручиком, как большинство, а поручиком однозначно!

— Слышь, Суворов, а ты в каких войсках служить хотел бы? Вон как ты себя изводишь тренировками и закалкой организма.

Александр, который, обладая некрепким здоровьем, по совету инструктора Хмеля после парной обязательно обливался холодной водой, а затем перешел к ежедневной закалке своего организма, за полгода почувствовал себя намного лучше, жил не в полковой слободе и даже не в офицерском доме, с родным дядей, хотя тот и настоятельно приглашал его, а здесь же, в Шляхетском корпусе, оглядел остановившихся расходившихся было парней и пожал плечами — Я готов служить там, где я буду максимально полезен!

— А еще говорят, что императрица отменила право гвардейцев и простых армейских офицеров держать при себе своих крепостных.

Александр хмыкнул и закусил губу: Семеновский полк наполовину состоял из дворян. Каждый из них имел такое право. Некоторые солдаты содержали целую дворню. Во время походов (например, в Москву) солдаты брали с собой до 15–17 человек дворовых. У Суворова-солдата также была своя дворня, которая прислуживала ему. Один дворовый бежал от Суворова, когда тот только прибыл на службу в полк. Придется отправлять дворовых обратно в Москву к отцу!

Унтер-офицерам (к которым относились и капрал Суворов) часто давались командировочные поручения: они ездили за границу, а также колесили по всей России. Унтер-офицеров из дворян приглашали на придворные балы. Поведение солдат и унтер-офицеров из господ отличалось буйством, дисциплина была не на высоте. Однако наряду с кутежами и весельем в гвардии уживалась и серьезная работа. Семеновский полк был своего рода военным училищем и одновременно образцовой воинской частью. Те, кто выпускался из полковой школы награждался следующим чином.

— А еще в армии вводятся обязательные физические упражнения для всех, в том числе для офицеров. Вводится норматив по количеству подтягиваний, отжиманий, приседаний и бег на время на расстояние от трех до пяти новой версты, которая равняется пятистам саженям (Примечание автора — примерно равно 1,0668 километра).

Я, расставив на все ключевые посты своих принявших православие, немцев, наконец-то смогла приступить к реформам. Я знала, что в РИ до 1762 года, когда Екатерина II издала Указ «О вольности дворянства», дворяне были обязаны служить пожизненно, т.е. действовал принцип — мы вам поместья и крепостных, а вы нам исправную службу, так сказать «конно и оружно». Поэтому дворянин от рождения и до смерти оставался военнообязанным. При своём вступлении на престол Екатерина II практически сразу подтвердила подписанный Петром Третьим «Манифест о даровании вольности и свободы всему российскому дворянству», поскольку, будучи искренней противницей этого документа, она так и не рискнула пойти на открытый конфликт со всем благородным сословием.

Вместе с тем, вопреки своим личным убеждениям, она столь же решительно отвергла сенатский Указ «О секуляризации монастырских и церковных земель» и «Проект учреждения Императорского Совета», разработанного канцлером графом Паниным, который был пор сути «аристократической конституцией».

Я же устранила Петра до того как он решил даровать дворянам полную свободу, превратив их в обычных прожигателей жизни, ничем не обязанных своему государству, а значит и такой глупости в этом мире не будет. Стоит ли наделять Сенат законотворчеством, вот над чем я сейчас размышляла.

Я отменила содержание при солдатах и офицерах дворни, запретила зачисление в солдаты младенцами, лишив также проживания в комфортном жилье за пределами полка. Вместо самоличных полковых работ, которых было множество, солдаты посылали на работы своих дворовых людей, теперь без своих дворовых этими работами занимались они сами. Строевые занятия во время частых непогод в Петербурге не производились. Я же составила планы учебных маневров. Армия должна уметь воевать в любую погоду. За отсутствие в полку офицеров без веской причины они наказывались понижением в чине и должности вплоть до разжалования в рядовые. При Елизавете Петровне длительное пребывание солдат-дворян в нижних чинах (11 лет) было общей нормой. Некоторые дворяне служили в солдатах иногда по семнадцати лет. Я честно говоря не понимала этого и ввела закон, согласно которому срок между унтер-офицерскими званиями был минимум два года и следующий чин присваивался командиром полка за отличия в службе и при наличии умения руководить малыми подразделениями. А минимальные срока службы для получения следующего чина были взяты армии времен Николая Второго:

Для получения чина генерал-майора и генерал-лейтенанта срок выслуги в предыдущем чине составит теперь 8 лет. Для производства в чин полного генерала — 12 лет. В особых случаях, за особо выдающиеся заслуги, по Высочайшему соизволению эти сроки могут быть сокращены на 2 года или даже допущено производство в следующий чин без назначения на должность, соответствующую этому чину. Для строевых офицеров армейской пехоты и кавалерии время службы до получения чина полковника в среднем составит 24–29 лет. При этом гвардейские офицеры получат чин полковника в среднем через 21 год, а представители титулованной аристократии и некоторые выпускники академий — через 19 лет.

Подпоручики командовали отделениями, поручик командовал взводом, капитан командовал ротой, майор — батальоном, полковник — полком.

Мною были введены отделения в количестве десяти солдат, взвод из четырех взводов (сорок солдат), рота из четырех взводов (сто шестьдесят солдат), батальон из четырех рот (шестьсот сорок солдат), полк из четырех батальонов (две тысячи пятьсот шестьдесят солдат), дивизия из трех стрелковых полков и артиллерийского полка (восемь тысяч солдат), были введены погоны по образцу будущего времени.

Для получения следующего офицерского чина в армии стали следующими: Подпоручик — поручик — 4 года службы. Поручик — капитан — 4 года службы. Капитан — майор — 4 года службы. Майор — подполковник — 4 года службы. При этом в гвардии срок определен в 6 лет.

Причем наличие определённого срока службы не гарантировало получение очередного чина. Важную роль играли также наличие вакансии, старшинство офицеров и их профессиональные качества. Для успешного продвижения по службе строевому офицеру было необходимо как можно быстрее пройти ступень командира роты и получить должность командира батальона. Мною были установлены предельные сроки службы, которые зависели от чина и занимаемой должности. Например, для обер-офицеров предельный срок составлял в пехоте 53 года, в кавалерии — 56 лет, для строевых штаб-офицеров — 58 лет (на нестроевых должностях — 60 лет). На высших должностях предельные сроки были ещё больше. В отдельных случаях при отличной аттестации и отменном здоровье сроки службы могли продлеваться по высочайшему усмотрению, но, как правило, не более чем на 2 года.

Свод законов, составленный еще в годы правления Алексея Михайловича Романова, давно устарел. Нужно было объединить российское законодательство в новую грамотно составленную систему.

Я решила создать Государственный совет для разработки законов и контроля за их выполнением.

Я подписала Указ о бережном отношении к лесам — богатству России, в котором за браконьерскую вырубку наказанием была каторга; Указ о внешней торговле, о свободе торговли для представителей всех сословий. Подписала указ о учреждении Государственного банка. Следующий Указ запрещал преследования раскольников, которым разрешалось строить свои храмы.

Манифест о секуляризации церковных имений завершил многовековой спор между Церковью и государством и определил имущественно-правовое положение Русской православной церкви. Все имения Святейшего синода, монастырей, приходов и епархиальных кафедр передавались новому министерству Сельского хозяйства, которое по моей задумке должно было получать доход с казенных земель, куда я отнесла и царские земли. Церковные учреждения отстранялись от управления имениями, монастырями, приходами и епархиальными кафедрами. Крестьяне, проживающие в этих имениях, перепоручались в ведение Министерства сельского хозяйства и именовались «государственными крестьянами». Они платили ежегодный оброк (1 рубль с каждого совершеннолетнего крестьянина независимо от пола) в пользу государства, но не несли барщину. Епархии и монастыри частично переводились на казённое содержание, причем монахи должны были создать в монастырях различные мануфактуры и работать на них. Большая часть монастырей упразднялась, в их стенах должны были создаваться различные производства или в них будут размещаться войсковые склады и части. Большую часть финансирования монахи смогут получить только за свой труд и конечно же от пожертвователей. Епархии разделились на три категории в зависимости от богатства и значимости, в соответствии с чем и будут получать частичное финансовое содержание.

Я надеялась на то, что последствием реформы Церковь окончательно потеряет самостоятельность и лишится экономического могущества, вырастут поступления в казну за счёт сборов с государственных крестьян.

Следующий Указ лишил промышленников права покупать крестьян к мануфактурам и о лишении дворянства помещиков с последующей каторгой за убийство крестьян. Крестьяне получили право выбирать в зимнее время года нового помещика, на чьей земле они будут работать за барщину, или уйти в государственные крестьяне. Помещикам было запрещено самовольно переселять крестьян по своему усмотрению, а переход крестьян в купеческое сословие был упрощен. Дабы церковь смирилась с потерями, мною было обещано восстановление патриаршества.