Как выяснилось, провалялся я так больше суток, охотники за это время успели сходить в короткую вылазку, побили крикунов, столкнулись с небольшой стаей плетунов. К счастью, обошлось без травм, всё остальное время они наблюдали за мной. И вот, наконец, рунные круги стабилизировались, до обычного серого цвета, и я пришёл в себя.

Я не собирался устраивать себе отпуск, начал шевелиться практически после пробуждения. Да, было больно, но терпеть возможно, и чем больше я двигался, тем быстрее возвращался в норму. К вечеру я мог сносно перемещаться, но ни о какой охоте, разумеется, речи не шло, нужны ещё как минимум сутки.

Охотники тоже изнывали от вынужденного безделья, но теперь, когда я пришёл в себя, могли отдалиться от убежища, что, собственно, и сделали на следующее же утро. Я тоже на месте особо не сидел, пока парни пропадали на охоте, осторожно обошёл убежище вокруг и собрал весь хворост, что попался на глаза. В башне собрался приличный запас, на пару дней точно должно было хватить.

Спать не хотелось, от долгого лежания боль потихоньку возвращалась, решил заняться упражнениями с мечом. Так, меня и застали вернувшиеся охотники.

— Эх, Антуан, неспокойная ты душа, и хвороста натаскал и с мечом уже тренируешься, — пожурил меня Никлас.

— К завтрашней охоте готовится, молодец парень, — поддержал Дарко.

Парни рассказали про свою вылазку, решили пройтись вдоль границы болота, да чуть не нарвались на парочку теневиков. Те оказались матёрыми, повезло, что они тоже охотились на плетунов, удалось справиться без ранений. Так что в их сумках, уже было по одной голове твари. Оказалось, они в Вольное поле их носят, тот же Оридус покупает трофеи по тридцать золотых.

Помнится, я ведьме за три золотых продал и нисколько об этом не жалел, знания стоят дороже. Потому всё остальное отдавал ей бесплатно.

На следующее утро мы покинули уютное убежище и отправились вглубь болота. Охотники никогда не заходили слишком глубоко, максимум сутки пути, только появлялся пепел под ногами, они уже разворачивались. Потому что не по их кругу приближаться к центру болота. В пепле легко нарваться на паутину, а та магическая прилипнешь и пока будешь отдирать набегут плетуны.

Охотники много чего рассказывали. Как-то нарвались на теневика, это была всем тварям тварь, двигалась побыстрее недавнего убийцы, и ничего её не берёт. Болты отскакивают, мечи будто по мешку с камнями бьют. Кое-как удалось попасть в глаз, только после этого тварь чуть замедлилась и удалось справиться.

Самой большой неприятностью, Никлас считал прыгающих червей. Вот уж бестии, невидимы до поры, а как окажешься рядом, прямо из-под ног выпрыгивают. Лишь бы зацепиться, а потом начинают вгрызаться, через ткань и в плоть. С кожей возятся дольше, потому местные охотники предпочитают носить штаны из самой толстой, желательно двойного слоя кожи.

От таких рассказов по телу бегали слоновьи мурашки, я обновил руну бдительности себе и охотникам.

Первый раз мы вступили в бой примерно через час, крикуны всегда предупреждают о своём приближении, потому мы успели занять позиции. Бой прошёл быстро, это и боем-то не назовёшь, рубилово с известным концом, утки-мутанты лишились голов. Плетуны набежать не успели, так удалось беспрепятственно проделать ещё несколько километров по лесу.

Вот здесь уже произошёл бой посерьёзнее, семья плетунов из четырнадцати особей. Дарко порвали щёку, аж до зубов, Никлас повредил левую руку, мне повезло. Вырезав трофеи, по-быстрому перевязались.

— Ты как? Идём глубже или здесь поохотимся? — спросил Дарко у Никласа.

В общем-то, можно было никуда не идти, твари сами набегут на падаль, я уже сам не раз такой фокус проделывал. Вот только теневиков мы так нескоро дождёмся, так и будут плетуны с крикунами переть, а с них только зелёные эфирки попадаются, да и то паук должен быть матёрым.

— Нормально всё, жилы целые, — ответил Никлас. — Идём дальше.

С этого боя получилось всего два зелёных камня, для обмена на оранжевый нужно двенадцать, а то и тринадцать штук, зависит от спроса. Потому никто не хотел задерживаться, всем троим нужны оранжевые камни, самый дешёвый вариант, рискуя жизнью добыть их в бою.

Дальше мы двигались осторожно, осматривая каждый куст и ветку, втроём проще, можно охватить взглядом больше пространства. Как ни странно, удалось пройти без приключений несколько километров. Миновали небольшую поляну со следами бойни, и через сотню метров нарвались по-взрослому.

Плетуны налетели сразу со всех сторон, я только и успевал метать руны — тепло, холод, плётка. У Дарко имелась убойная руна, названия которой я не знал, она создавала серую сетку, примерно метр на метр, попадая на жертву, она стягивала её, ломая все конечности. Охотник нечасто её использовал, всё дело в трофеях, не всегда после применения этой руны удавалось их найти. Так, в этот раз он не стеснялся, сетки так и отлетали.

— Фух, большая семейка попалась, — выдохнул Никлас стряхивая с меча вонючую чёрную дрянь, заменяющую тварям кровь. — Опять той же руке досталось, ну что за невезенье?

В отличие от нас с Дарко, он предпочитал ближний бой и у него хорошо получалось.

— Собираем трофеи и прячемся, нужно передохнуть, — отдал команду Дарко, и мы взялись резать черепа.

Я частенько так поступал, прятался в зарослях и окружал себя руной отвода глаз, охотники поступили так же. Только размер убежища был больше. Мы отошли на несколько сотен метров, нашлась небольшая полянка, там и обустроились. В лагере можно было гулять, даже ходить в туалет и не под носом. Но больше всего меня удивил разведённый Дарко костёр.

— Барило не самая сильная руна, Антуан, — просветил меня Дарко, подбрасывая дров. — От матёрых тварей не прикроет. А вот Бона муро, отгородит невидимой стеной и спрячет практически от любых глаз.

— Добрая стена, — перевёл я с местного. — А тот убийца смог бы нас найти?

— Скорее всего, да, Антуан, у него пятый круг, много полезных рун. Но если бы он шёл не по следам, а мимо, в сторонке, то мог бы и не заметить. Так что не ленись прятать свои следы.

Я слушал и мотал на ус. На охоте я особо следы не прячу, только по необходимости, чаще это делал на Альтерре, чтобы ни одна собака не нашла.

— А как насчёт тварей? Бона муро от всех прикрывает? — Дарко покивал.

— Крикунов с плетунами можно не бояться, и большая часть теневиков мимо пройдёт, только если совсем матёрый попадётся, но такого сразу видно он как хозяин ходит, — вспомнив свою последнюю стычку, я кивнул. — Да неужто сталкивался? — во взгляде сквозило недоверие.

— Я из него оранжевый камень вырезал, клянусь своей жизнью!

— Серьёзная клятва, верю… А голову, наверно, не успел срубить?

— Про яд я знаю, срубил, Сальме отнёс…

— Травница? Да она больше пяти золотых за голову не даёт, продешевил, — я тихо посмеялся.

— За первую голову она дала три золотых, а вторую я отдал бесплатно, — Дарко какое-то время смотрел на меня, а потом закивал.

— Гайко, муж Мирны говорил, что ты покупаешь много козьего молока, если решил её ремесло перенять дело хорошее. Добрый травник подороже пары охотников будет, а Сальма хоть и ведьма с виду, но травница добрая. Никласа раз с того света, считай вытащила…

— Ты про ту стычку? — подключился виновник рассказа, Дарко кивнул. — Ох и досталось мне тогда от лихих людей, думал не дойду, так сильно кровью исходил. Сальма мне малую склянку дала испить, я провалился во тьму, а когда в себя пришёл, она и говорит. Пять золотых с тебя Никлас, а будь ты пришлый, взяла бы пятьдесят.

— Вот такие они, добрые травники, — сказал Дарко, и мы посмеялись.

Костёр давал уют и немного тепла, мы отдохнули, подкрепились и пошли дальше, до примерной, конечной точки, мы пока не добрались. По моим прикидкам, ещё часов четырнадцать ходу.

Через несколько часов, короткие стычки с плетунами никто уже не считал. Их было столько, что стирались из памяти между крупными столкновениями, ранены были все. Дарко заметно прихрамывал, левая рука Никласа уже не работала, я пока что отделался небольшими рваными ранами. К тому же начало темнеть, а значит, прошли мы уже достаточно.

Дарко установил добрые стены, и мы залегли на длительный отдых, то есть примерно до утра, а там как обстановка покажет. Я невольно проникся уважением к этим простым, по сути, людям. На них живого места нет, портниха заработает пару десятков золотых, с каждого штопая прорехи, оставленные тварями, а те всё прут вперёд. Мы же ещё ни одного оранжевого камня честно не заработали.

Обработали раны, плотно перекусили, я как самый здоровый вызвался охранять сон старших товарищей, а те настолько устали, что не спорили. Меня удивляло, почему они не пользуются рунами бодрости, или чем-то типа Сано. Были, конечно, подозрения, эти руны, скорее всего, жрут ресурсы организма, или по привычке не хотели расслабляться. Я не стал спрашивать, надо будет, сами расскажут.

Охотники уснули, я отсел подальше от костра, чтобы не сбивать зрение. Долго смотрел на звёзды, размышляя о предстоящей зиме. Мимо проходили твари, которые нисколько не мешали, я успел привыкнуть к тому, что они не замечают костра за доброй стеной.

Что мне делать, когда выпадет настоящий снег? Ладно, здесь на Этернисе, я найду чем заняться. К болоту можно пробраться с другой стороны, это, если обойти Приболотное справа и сделать большой крюк. А стараться придётся только ради того, чтобы никто не обнаружил моих следов со стороны мембраны.

Имелся и другой вариант, построить домик в деревне, в общем-то, ничего плохого, у меня уже есть опыт жизни на селе. Проблема в моём семейном положении. Антуан, добрый, небедный путник с юга, совсем не женат! Есть рабыня, ну и что? Нужны серьёзные отношения, допустим, с Риллой, дочерью портнихи, или с любой другой молодой девкой.

Я не всех в селении знаю, но с пяток невест точно наберётся, строй на Этернисе ближе к феодальному, многое решают родители. Начнут заявляться ко мне с предложениями: «чего это ты всё один да один, Антуан! Непорядок это, в доме хозяйка должна быть, домашний очаг поддержать, детей нарожать». Одним откажу, других выгоню, а третьи начнут поговаривать, что никакой я не добрый южанин. Сволочь и гад последний, хорошим людям отказывает!

И придётся мне из деревни валить, ну, это я немного утрирую, наихудший вариант развития событий. Даже если не так трагично, оно мне надо? Эх, жаль, я не крутой маг тринадцатого круга, поставил себе невидимый дом где угодно и живи как хочешь.

За размышлениями я не заметил, как пролетело несколько часов, стояла глубокая ночь, проснулся Дарко и велел мне укладываться спать.

На следующий день мы никуда не пошли. Рука Никласа всё ещё плохо слушалась, второй охотник тоже прихрамывал, даже в обратный путь отправлять опасно, не то что вглубь чёрного болота. Решили выждать ещё денёк, Никлас отлёживался и следил за костром, мы с Дарко устраивали спарринги на мечах, по моей просьбе, а охотник и рад размяться.

Наконец, пришло время для продолжения охоты, полностью затушив костёр, мы отправились в путь. Я начал задумался о поставках люмия. Все сроки уже прошли, а мы даже не достигли конечной точки, потом ещё обратно идти. Хорошо, что я не ставлю конкретных сроков, всегда беру пару дней в запас. С бароном только накладка выйдет, я должен был встретиться с ним ещё позавчера.

Охота на чёрном болоте, особенно в глубине, не способствует частым размышлениям, тут бы лишнюю рану не получить, пока отбиваешься от нескольких матёрых плетунов. А потом уже доходишь до такого состояния, хрен с ними, с ранами, главное, живым остаться, как-то доползти до убежища.

Я давно сбился со счёта, сколько собрал зелёных, и тем более белых эфирных камней. Прилетали какие-то руны, с ними я решил разобраться позднее, в спокойной обстановке. Повезло Никласу, вырезал с плетуна оранжевый камень, это большая редкость, не со всех теневиков такие выпадают.

Как-то на небольшом отдыхе, я решил испытать трофейный перстень. В нормальном состоянии я бы прислушался к советам бывалых охотников и сходил прежде к оценщику. Но наступил момент, когда стало пофиг.

Я отошёл подальше от предупреждённых Никлоса и Дарко, засунул в слот белый камень и напялил перстень. Ничего не происходило до тех пор, пока я не сдвинулся с места. Движение получилось настолько быстрым, что я малость струхнул, затем стало доходить, что произошло, и я пробежался по убежищу, получилось с диким ветром в ушах, и никакой боли в суставах.

— Ускоряющий артефакт, — констатировал Дарко. — Ты тратишь не свою силу, а благословенную, Терниса. Хороший артефакт.

— Только, наверное, прожорливый, — вмешался Никлас.

Я снял перстень и присмотрелся к камню, тот уже не выглядел таким белоснежным, появились серые вкрапления.

— Бесплатной силы не бывает, — сказал я, убирая артефакт в карман.

Взялся за браслет, уже успел воткнуть белый камень, как последовали предупреждения охотников.

— Осторожно, Антуан! Я понимаю, молодость, беспечность, но ты можешь убиться или поранить остальных, — предупреждал Никлас, Дарко тоже напрягся.

Я, конечно, прислушался и отошёл к самой границе убежища, только после этого напялил браслет. Никакого грома с молниями, ни извержения вулкана под ногами не было. Я всё ждал, секунда, другая, третья. Попробовал пройтись, тоже без изменений, а затем обратил внимание на рану, плетун разодрал мне кисть, та уже не кровила, а сейчас начала затягиваться, прямо на глазах.

— Ух ты! — не удержался от возгласа.

— Что там, Антуан⁈ — нетерпеливо спросил Никлас, а Дарко уже спешил ко мне.

— Заживляющий артефакт, — подсказал Дарко. — Очень хорошая и дорогая вещь, заживляет быстро, тратит много, — он показал на слот, камня уже не было.

В моём животе забурлило от голода, вдруг возникло чувство, что я пару дней ничего не ел, даже желудок начал болеть, я непроизвольно погладил живот.

— Бесплатно ничего не делается, — Никлас хохотнул. — Иди чего-нибудь съешь, желательно мяса, да побольше!

— Браслет сожрал белый камень за несколько ударов сердца! — я поспешил к костру, там как раз оставался кусок крольчатины.

— Зато все твои раны наполовину затянулись… Ты позволишь воспользоваться артефактом? — спросил Никлас.

Я даже отвечать ничего не стал, просто протянул браслет охотнику, а сам впился зубами в кусок мяса. Это было сочно и вкусно, никогда такого чувства не испытывал. Никлас поступил умнее, съел куриную ножку с куском лаваша, запил это травяным отваром. Затем надел браслет на руку и принялся скармливать ему самые дешёвые эфирные камни, те, что серого цвета. Это именно так и выглядело, потому что камни исчезали практически мгновенно.

Охотник успокоился, когда потратил не меньше двух десятков, снял браслет, передав его Дарко, а сам взялся за вторую куриную ножку. В итоге, артефакт вернулся ко мне через несколько минут, мы все были почти здоровы, а запасы провианта уменьшились вдвое.

Всё верно, бесплатно не бывает, зато это круто, главное, иметь запас камней и еды.

— Браслет не сумел восстановить тело убийцы, камень быстро потратился, — сказал Дарко, доедая лепёшку. — Я снял браслет с его руки.

— Да, не повезло ему, а нечего было на крестьян нападать, мы не только коровам хвосты крутить умеем, — вставил своё слово Никлас, мы поддержали его дружным смехом.

Отдыхать, конечно, хорошо, но нужно было двигаться дальше. Посвежевшие, подлеченные, мы тронулись в путь. Перемещение заметно замедлилось, под ногами появился пепел, ландшафт тоже начал меняться, причём кардинально. Деревья стали меньше и росли реже, появились скалы, в конце концов, мы добрались до невысокого, но длинного ущелья, поросшего чахлым, чёрным кустарником.

— Всё парни, дальше ходить не стоит, можем на такое напороться, и никто уже домой не вернётся, — заключил Дарко.

Мы поставили урезанную версию убежища, раскидали вокруг руны тепла и принялись ждать.