Начало осени оказалось не менее тёплым чем лето. На моё семилетие Тисия прислала письмо с поздравлениями, а близнецы нарисовали парочку новых рисунков. Крайне радует, что даже спустя столько времени детишки помнят меня. Возможно, это все влияние Тисии.

За всё лето Нил появился один раз, но опять исчез через неделю. Выглядел он каким-то ужасно измученным и истощённым. Даже Касильда не знала, чем он занимается и куда исчезает. А его прикрытие «работой» с каждым разом звучало всё бредовее.

За неделю пребывания в поместье, он несколько раз поинтересовался как у меня дела и постоянно уверял, что скучает, но так сложились обстоятельства. Очень хочет, но не может остаться. Стоит лишь немного потерпеть и всё изменится.

Странно, что Нил не понимает, что для того, чтобы что-то изменилось, и мы стали проводить больше времени, достаточно просто постоянно не исчезать.

Как бы то ни было, я никогда не рассчитывал на Нила. Пусть он и казался мне довольно простодушным и эмпатичным человеком, но ответственным назвать его было сложно. Или тут просто норма отправлять своих детей в одиночное плавание? Судя по семье Нила — явно нет. Возможно, его просто покусала Альвия.

Уроки с репетитором продолжались. Постепенно я перешёл к обучению езды на лошади. Это было одновременно захватывающее и очень нервно. Даже когда я впервые зашёл в конюшню, то крайне сильно напрягся. Будучи ребенком видеть этих огромных лошадей — слишком волнительно.

Не знаю сколько времени я метался из стороны в сторону, но в итоге выбрал себе красивую белую лошадь с голубыми глазами. Пусть она и была очень спокойной, но мысли, что в один момент меня скинут — не пропадали. Даже забраться на такое большое животное было вызовом. Упади я с такой высоты, мог бы легко сломать пару костей.

Но вот спустя два месяца обучения, я, наконец-то, самостоятельно скакал. Учитель Дирус ехал следом, чтобы в случае чего остановить лошадь. Но Риса, которой не так давно стукнуло три года, была удивительно смирным животным. Легко следовала любой моей команде и абсолютно не капризничала. Хотя я всё равно не пытался переходить на галоп. Пока что и так достаточно.

— Неплохо, господин Эдиус. Вы делаете успехи, — сказал Дирус, слезая с лошади.

— Не так сложно делать успехи, когда кто-то рядом.

— Уверен, скоро вы и в одиночку сможете.

— Сегодня есть ещё занятия?

— Нет. Честно говоря, господин Эдиус, мне нужно будет отлучиться на пару недель.

— Хотите взять отпуск? Я-то не против, только стоит предупредить бабушку.

— Благодарю вас за понимание. Конечно, я сообщу госпоже Касильде, — сказал Дирус, слегка поклонившись.

— А куда поедете? — спросил я, поглаживая Рису по голове.

— К родным. Сестра выходит замуж.

— Ого. Поздравляю! Хорошо отметить.

— Благодарю. Что же, тогда я пойду собираться. Хорошего вечера, — сказал он и направился в сторону поместья.

Я отвёл Рису в стойло и, пополнив запасы сена и воды, направился следом.

Само поместье располагалось в километре пути от конюшни. Недалеко от полей, на которых всё лето проводили Касильда и Вайрил. Пусть лошадей тут было немного, но все они были выращены с заботой. Возможно поэтому Риса такая послушная. Имя ей я выбрать не успел, его тут давали не позднее второго года жизни, но и это было довольно миленькое.

Удивительно. В детстве я боялся даже дать лошади сахарок. Думал, что может укусить. А сейчас настолько привык с ними контактировать. Автомобилей тут, конечно, нет, но и в лошадях есть своя прелесть. И больше всего радует, что не нужно ждать совершеннолетия и сдавать на права.

Дорога к поместью, как обычно, пролетела быстро. Да и с детишками я не столкнулся, поэтому отвлечься по пути было не на что. Зато на заборе по обычаю меня поджидал Гарф.

— Эй! Спишь опять? Всем бы такой беззаботной жизни. Ел сегодня?

Гарф открыл глаза, потянулся и посмотрел на меня. После чего неожиданно мяукнул.

— Ого. Это что-то новое. Так двухвостые котяры тоже мяукают?

Я подошёл к дому и взял из коробок, которые подготовил специально для него, корм и воду. Как я понял, домашние животные в этом мире редкость. В основном занимаются разведением скота. А кошек в качестве любимцев вообще почти никто не заводит. Но как можно пройти мимо такого толстопуза?

— Ну, иди сюда. Может хоть раз при мне вниз спустишься?

Но Гарф, будто поняв мои намерения, лишь фыркнул.

— Понял, понял. Как всегда, положу всё в тарелочки рядом с забором.

Наполнив импровизированные миски едой и водой, я махнул Гарфу рукой на прощанье и зашёл в дом.

Какое же счастье, что Риса не такая вредная как этот кот. А то я бы никогда в жизни не смог кататься на лошади.

* * *

После отъезда Дируса освободилось довольно много времени. Конечно, всё ещё оставались мои тренировки с Юрианом, но на это не уходило и половины дня. Поэтому единственным способом убить время были прогулки с моими, видимо, «друзьями».

— А вот я ничего не боюсь, — сказал Баниор, ударив кулаком по стволу дерева, чуть не содрав себе кожу на руке.

— Да не ври. Я видел, как ты убегал от своей мамы, когда она заметила, что ты пролил молоко, — парировал Гарнорис.

— Да это… Это не считается. Мама не в счёт!

— А я вот всего боюсь, — прошептал Талис.

— И ты никогда не забываешь нам об этом напоминать, — тяжело вздохнув, сказала Риниса. — Бери пример с Эдиуса.

— Э? С меня? — слегка замешкавшись, переспросил я.

— Да, почему это с него⁈ — закричал Баниор. — Да я в сто раз смелее. Ты что не веришь?

— Ну, Эдиус не кричит о своей смелости. А ты постоянно.

— Да я просто хочу своим примером показать, что и вам нужно быть такими же смелыми!

— А мы, по-твоему, трусы? Да рыцари все смельчаки! Я смеюсь, видя опасность! — прокричал Гарнорис.

— А я вот бо… — начал говорить Талис, но Риниса его перебила.

— Да знаем мы, что ты боишься. Лучше бы, вместо повторения одного и того же, попытался стать смелее.

— Отличная идея! — решительно сказал Баниор. — Мы проведём испытание на смелость. И каждый станет смелее. И ты убедишься, что я тут самый храбрый, Риниса.

— О чем ты говоришь? — спросил Гарнорис.

Баниор обвел взглядом всех присутствующих и с улыбкой встал на небольшой камень, лежащий рядом с ним.

— Мы пойдём туда, — сказал он, указав на гору.

— На гору Тартен? Ты с ума сошёл? — округлив глаза от удивления, спросила Риниса.

— А что? Только так мы сможем показать свою смелость. Все за мной!

— Это плохая идея. Я слышал где-то там дети пропадают. Да и слухи о горе не самые лучше, — предостерёг я.

Не то чтобы я верил Авенсу, но тащиться куда-то на гору в компании детей, хочется меньше всего. Лучше лишний раз не рисковать.

— Ха! Испугался, Эдиус? Наш благородный господин струсил, и у него задрожали ножки? Может быть, и одеваться начнёшь, как трусливая девчонка? Тебе пойдёт, вон даже женские побрякушки носишь, — сказал мальчик, показав на зеленоватое кольцо у меня на пальце.

— Это подарок тёти. И как бы ты не старался, но этим никак меня не спровоцируешь. Идти туда — лишь подвергать себя опасности. Я не собираюсь и никому не советую.

— Я тоже так думаю, — тихо сказал Талис.

— Д-да, зачем лишний раз рыцарю рисковать жизнью просто так, — отвернувшись, пробормотал Гарнорис.

— Именно. Эдиус прав. Прекрати говорить чушь, — подойдя к Баниору, сказала Риниса.

— Нет! Ни за что! Почему вы все на стороне Эдиуса? Если трусите, так и скажите. А я вам покажу, что не боюсь ничего.

После этих слов Баниор развернулся и побежал в сторону горы.

— Ну что за дурак⁈ — вздохнув, сказала Риниса. — Ты не обижайся на него. И кольцо очень красивое, — обратилась девочка ко мне.

— Может стоит догнать его? — обеспокоенно спросил я.

— Да не переживай. Замёрзнет и домой пойдёт. Вечера сейчас холодные, — заключил Гарнорис. — Пойдёмте пока до заброшенной мельницы и домой?

— Да, давайте, — улыбнувшись, согласился Талис.

Надеюсь, Гарнорис прав, и Баниор правда сдастся и пойдёт домой.

Ха-а-а. Я становлюсь типичным взрослым, который постоянно обо всём переживает. Ну и дела.

* * *

Ночью в моё окно неожиданно что-то ударило. Не знаю можно ли назвать мой сон чутким, или же я просто плохо сплю, но сразу получилось это заметить.

Встав с кровати, я выглянул на улицу. В темноте стоял небольшой силуэт и кидал что-то в моё окошко.

Одевшись, я вышел на воздух. Перед забором стояла Риниса.

— Ты время не перепутала?

— Баниора нет. Он так и не вернулся.

— Да чтоб его… Он точно не возвращался?

— Я уверена. У него вся семья в панике. А старший брат его уже ищет.

— А ты говорила им, куда он пошёл?

— Нет. Я не знаю, что сказать. Они будут ругаться, что мы его не остановили. Мне стыдно, что не отговорила его. И не хочу, чтобы он поранился.

— Так. Ладно. Иди домой. Не нужно по улице в это время ходить. Я быстро сбегаю за ним и вернусь.

— А как же ты? В одиночку?

— Мне так проще будет. Не переживай. Если что, ближе к утру расскажи всем, где мы.

Я послал ману в ноги, руки и глаза, после чего рванул в сторону горы.

Объяснять сейчас всё взрослым было бы слишком долго. А зная отношение местных к этой горе, они бы точно ждали как минимум утра, чтобы подняться туда.

Бежать до горы Тартен пришлось минут сорок. Но даже ночью, благодаря усилению тела маной, путь дался довольно легко, а хорошая видимость в темноте помогла избежать проблем с дорогой.

Оставалось только залезть наверх и найти Баниора.

Трудно сказать какой высоты была эта гора, но высокой её не назовёшь. Казалось, не больше километра. Хотя подъём всё равно давался довольно тяжело. Добравшись до середины, я увидел большую дыру в земле, недалеко от которой шла протоптанная дорога, и услышал голос.

— Помогите!

Чем ближе я подходил, к чему-то вроде спуска в пещеру, тем отчетливее был звук.

— Я здесь!

Уже у дыры мне стало ясно, что кричит Баниор. Он явно находился внутри.

— Как ты там очутился, исследователь?

— Э-Эдиус⁈ Слава Семерым, ты нашёл меня. Я, видимо, сошёл с тропинки и провалился в дыру. Нога не двигается. Не могу выбраться.

— Не трать силы. Сейчас что-нибудь придумаю.

Осмотревшись, я не нашёл никаких других входов, поэтому аккуратно спустился к мальчику. Баниор сидел, опершись о камень. Его правая нога была вывернута под неестественным углом. Это был явно не вывих, нога сломана.

Я, конечно, становлюсь прилично сильнее усиливая себя маной, но поднять его на себе, примерно на три метра с таким ужасающим уклоном, точно не смогу. Можно попробовать отколоть достаточно большой камень, положить парня на него и поднять левитацией. Но сколько времени я потрачу, чтобы это проделать? Даже не уверен, что такое получится подручными средствами. Не кулаками же мне камни долбить. Что толку от магии, если она никак не помогает!

— Ну что, Эдиус? Ты только не молчи.

— Всё хорошо, я думаю. Скоро вытащу тебя. Не бойся.

— Да я и не боюсь. Просто за тебя переживаю. Вдруг тебе страшно.

Я осмотрелся по сторонам и понял, что пещера уходит куда-то глубже. Если вспомнить, то тут должна быть старая шахта. Может быть, мы сейчас в ней и находимся? Вдруг где-то ниже есть выход.

— Так, я сейчас ненадолго отойду. Не двигайся.

— А это обязательно? Может лучше не будешь отходить, а останешься со мной. Вдруг тебе станет страшно в одиночестве?

— Ха-а. Баниор, прекрати. Никто не осудит тебя, если ты будешь чего-то бояться. Ты один, в какой-то тёмной пещере, нога сломана, ничего не ясно, любой шорох таит опасность. Не пытайся казаться храбрее, чем ты есть на самом деле. Страх — это нормальный защитный механизм. Ринисы тут нет, поэтому просто выдохни и подожди немного. Я пойду поищу выход там впереди.

— А… Я… Откуда ты знаешь, что я из-за Ринисы отправился сюда?

— Ну я же не слепой.

— А она тебе тоже… Ну…

— Нет. Она мне не нравится. А теперь я пошёл, пока ты снова не начал говорить какую-то чушь.

Тщательно всматриваясь, глазами наполненными маной, в полнейшую темноту, я двигался вперёд по туннелю. Казалось, он прорыт куда-то вниз под большим углом. Не будь мы в мире без Земных технологий, я бы решил, что его прорыли каким-то буром, настолько ровным он был.

Преодолев пару сотен метров, я упёрся в тупик.

Хотя это был не совсем тупик. Было видно, что камни под моими ногами обрушились куда-то ниже и образовали завал. Он состоял из множества камней и балок.

Использовав магию левитации, я потихоньку начал разбирать проход.

За полчаса я передвинул несколько десятков больших камней и распорок. В одном месте завала образовалась дыра на уровень ниже.

Расчистив её чуть больше, я аккуратно спрыгнул вниз.

Пролетев пару метров, я приземлился в месте, которое максимально напоминало шахту. А откуда-то из темноты тянуло свежим воздухом.

Быстро побежав вперёд, через несколько минут, я оказался практически у подножия горы. Это явно был вход в шахту.

Удивляться было не время. Вместо того чтобы идти назад к завалу, я просто поднялся на гору и вернулся к Баниору.

— Ты… Ты куда пропал? — спросил он, закусив губу и явно сдерживая слёзы.

— Ты бы лучше спросил, откуда я пришёл. Как видишь я нашёл обходной путь. Так что пошли домой.

Я взвалил, взявшего себя в руки, паренька на спину и понёс в сторону выхода. Даже с усилением было крайне трудно нести ребёнка, который почти на три года меня старше и гораздо крупнее.

Кое-как дотащив его до обвала в шахту, я медленно спустил парня вниз. Не знаю сколько времени и сил на это ушло, но я был выжать как лимон. А предстоял ещё путь до выхода из шахты, а после до города. Знал бы заранее — отправился сюда на Рисе.

Медленным шагом я тащил Баниора. Он, казалось, устал не меньше. Каждый шаг, видимо, отдавался сильной болью в ноге. Но на удивление он не кричал, а продолжал себя держать в руках.

Наконец-то, выбравшись из пещеры, я опустил его на камень и сам присел отдохнуть. На улице уже начинало светать. Риниса наверняка пошла рассказывать, где мы находимся.

Баниор был весь грязный. В саже и пыли — он смахивал на работника шахты. Да и я вряд ли был лучше.

— Эй, Эдиус, — позвал он, нахмурившись.

— Да?

— Спасибо тебе.

— Не за что. Но больше никогда так не делай.

— Я просто не знаю, как иначе понравиться Ринисе. Она ведь постоянно хвалит тебя. И говорит, что ты смелый.

— Знаешь, это ведь она посреди ночи пришла ко мне, из-за того, что ты не вернулся.

— Правда? — с удивлением спросил Баниор, слегка улыбнувшись.

— А зачем мне врать?

— А ты не расскажешь никому… Ну, что я испугался?

— Делать мне нечего. Пошли дальше, генерал, — сказал я, подставляя снова свою спину Баниору.

— Дальше хорошая дорога, я могу просто опереться тебе на плечо, — как-то смущенно сказал он.

— Давай попробуем.

Когда окончательно рассвело мы добрались до города. Риниса ещё не успела рассказать, где мы находились, и поисками Баниора занимался лишь его старший брат.

В любом случае дедушка с бабушкой уже заметили мою пропажу и начали бить тревогу. Благо мы пришли как раз в этот момент.

Когда Касильда увидела наше состояние, выражение её лица сменилось несколько раз. От раздражения и недовольства, до растерянности и испуга.

Вкратце рассказав произошедшую ситуацию, я передал Баниора его ужасно обеспокоенному брату и пошёл следом за родными.

— Подумать только. Пойти на гору среди ночи! Ну как там можно, — негодовала бабушка, но не отчитывала меня.

— Нельзя же мне было бросить друга, — сказал я.

— Знаешь, Эдиус, — сказала Касильда, обернувшись. — Я бы очень хотела тебя отругать, но не буду. Вижу по твоему состоянию, что ужасно устал. Поэтому сейчас в ванну и отдыхать. А когда придёшь в себя, мы всё обсудим.

— Хорошо, бабуль. Спасибо за понимание.

— И, да. Молодец, что помог другу, — тепло улыбнувшись, сказала бабушка, потрепав меня по голове.

Всё-таки повезло мне с бабушкой. Но что будет с её тёплой улыбкой, когда она узнает, что за обрушением шахты кто-то стоит? Ведь не зря же там появился этот странный туннель, ведущий к обвалу. Разговор действительно предстоял тяжелый.