День начался со странных событий. Не успел я открыть глаза, как увидел перед забором Талиса. Обычно никто из детишек не приходил к моему дому, видимо, побаивались попасться на глаза барону или баронессе. Но сегодня этот пугливый мальчишка пришёл сюда в одиночестве.

Я быстро оделся и выбежал на улицу.

Парень был очень сильно напуган, и из глаз с некой периодичностью стекали слезы. Спустя пару секунд, собравшись с мыслями, он, утерев слезы рубахой, заговорил.

— Мой брат, Гарнорис, пропал.

— Чего… Как? Когда? — растерянно спросил я.

— Да ещё вчера вечером. Мы гуляли недалеко от ручья. Я поранил ногу, было очень больно. Поэтому пошёл домой, чтобы приложить листья батвельника. А брат сказал, что подождёт меня. Но когда я вернулся, его уже не было.

— Ты рассказал взрослым?

— Я искал его сам. Кричал. Но он не откликался. А потом совсем стемнело. Я очень боялся, что на меня будут ругаться, поэтому не смог никому рассказать. Но родители быстро заметили, что брата нет… Я не знаю, что делать.

— Для начала нужно рассказать всем, где ты последний раз видел его. Это поможет быстрее найти Гарнориса. Сейчас, попробуй успокоиться. Пока мои бабушка с дедушкой ещё дома, давай расскажем им.

— А они не будут ругаться?

— Почему они должны ругаться? Ты ведь ни в чем не виноват.

— Ну… Если бы я не ушёл, брат не остался бы один вечером, — сказал Талис, опустив глаза.

— Не говори ерунды. Сейчас главное найти его. Твой брат смелый, он же рыцарь. Вот и ты наберись храбрости и честно всё расскажи. Я тебя поддержу. Пойдём.

— Х-хорошо.

Мы прошли в дом и направились в гостиную, в которой как раз сидели Касильда и Вайрил. Видимо, они как раз заканчивали с завтраком, перед тем как отправиться контролировать работы.

Талис, очевидно, очень нервничал. Постоянно кусал губы и весь дрожал. Неужели в восемь лет дети настолько всего боятся? Или тут дело совсем в другом, и я чего-то не знаю…

— О, Эдиус, доброе утро. Как ты сегодня рано. Привёл друга? — спросила бабушка, заметив нас.

— Да. У него брат вчера куда-то пропал. Поэтому я хотел попросить о помощи. Сейчас он сам расскажет.

— Ага. Д-да. Я Талис.

— Не стоит так переживать. Просто расскажи нам всё. Мы попытаемся помочь, — с улыбкой сказал Вайрил.

Талис рассказал всю ту же историю, что поведал мне ранее. Но некоторые детали не совпадали. Теперь вместо ноги он поранил локоть, а брат вместо ожидания хотел прогуляться к лесу.

— Талис, — сказал я, серьёзно посмотрев на него. — Чего ты не договариваешь? Ты ведь понимаешь, что любая информация полезна.

— Но я не хочу… Не хочу, чтобы ругали меня, — сжав ладони, проговорил он.

— Значит, и помочь найти брата не хочешь?

— Х-хочу! Конечно, я хочу…

— Тогда расскажи всё, что было, — продолжал давить я.

Глубоко вдохнув, Талис заново начал свой рассказ.

Оказывается, никакой раны не было. Они просто с братом поссорились. Тогда Талис обиделся на него и решил сбежать. Он направился в сторону «темнейшего» леса, но очень быстро солнце ушло за горизонт, и, испугавшись, мальчик вернулся назад. Гарнорис тогда шёл за ним, но в какой-то момент отстал. Талис думал, что его брат тоже испугается и отправится домой. Но ночью он так и не появился. А рассказывать, что из-за него брат где-то потерялся, он не решился.

— Ты ведь понимаешь, что, умалчивая такую важную информацию, просто тратишь время. Взрослые сейчас бы искали его у ручья, хотя возможно он где-то рядом с лесом. Я понимаю, ты испугался, но нельзя же так…

— Эдиус, прекрати. Сейчас не время для этого. Все разборки оставь на потом, — сказала Касильда, посмотрев на меня.

— Я понял.

— Так, ладно. Пошли с нами, Талис, — сказал Вайрил, поднимаясь из-за стола.

— С вами?

— Ты ведь последний видел брата. Примерно помнишь, где это было. Значит — сможешь показать.

— Хорошо, я отведу вас, — кивнул мальчик, сжав кулаки.

— Отлично. Тоже сейчас соберусь и спущусь, — сказал я.

— Как это ты так ловко включил себя в поиски? — с улыбкой проговорила Касильда.

— У меня неплохо получается находить людей.

— Ладно, собираемся и идём. Аверус, собери людей к нашему поместью. Сообщи, что ребёнок пропал, пусть сформируют бригаду для поисков. Чем больше, тем лучше. Мы должны вернуть мальчика к обеду, — сказал Вайрил и зашагал наверх, вместе со своей женой.

— Не переживай, они знают, что делают, — подбодрил я Талиса.

— Спасибо, Эдиус.

— Скажешь это, когда найдём Гарнориса, — ответил я, слегка улыбнувшись.

* * *

На поиски собралась куча людей. Почти каждый человек из этого небольшого города сейчас разгуливал в полях возле леса и кричал «Гарнорис!»

Найти мальчика до обеда не получилось, хоть Талис и показал место, где в последний раз видел брата. Почти все были убеждены — в полях мальчика нет. Всё указывало на лес.

— Я пойду туда, — сказал Пирус, отец Гарнориса и Талиса.

— Но как же так? А если и ты пропадешь⁈ — закричала Виска, его жена.

— А ты предлагаешь бросить нашего ребёнка в лесу и надеяться на чудо?

— Если семья останется ещё и без кормильца, мы точно погибнем!

— Что ты несёшь, дура⁈ Как ты можешь так говорить, будто его уже нет.

— По-твоему, почему этот лес называют «темнейшим»? Оттуда никто не возвращается, — задыхаясь от слёз, сказала Виска.

— Я схожу, поищу, — сказал низенький тучный мужчина лет пятидесяти, с палкой в руке и луком за спиной.

Его звали Рапен. Бабушка говорила, что он один из немногих охотников, которые иногда захаживают в этот лес. Животное рядом с ним, дядя назвал «барнагером». Оно было похоже на смесь худой собаки и ястреба. На четырёх лапах, но с крыльями, и какой-то необычайно широкой пастью с редкими зубами. Видимо, что-то такое использовалось вместо гончих для охоты.

— Буду безмерно благодарен тебе. Спасибо, Рапен, — сказал Пирус, пожимая ему руку.

— Будем надеяться, он не ушёл далеко. Вернусь в течение пары дней, независимо от результата. Ну что же, я пошёл, — махнув рукой на прощанье, мужчина развернулся и зашагал в лес. Барнагер поплёлся за ним.

Люди какое-то время смотрели охотнику вслед, но, когда он скрылся из виду, потихоньку начали расходиться.

— Выходит, мы больше ничего не можем сделать? — спросил я бабушку.

— Можем надеяться, молиться, переживать. Но не уверена, что хоть что-то из этого поможет. Я верю в Рапена. Знаю его уже лет двадцать. Если он не сможет найти, то никто не сможет.

— Пойдём домой, — сказал Вайрил, тяжело вздохнув.

Дорога домой прошла в тишине. Никто не сказал ни слова. Даже Юриан, который обычно никогда не замолкал, был мрачнее тучи.

Зайдя в поместье, все разбрелись по своим комнатам. Заметив это, ко мне, стоящему одиноко в коридоре, подошел Авенс, который весь день занимался сбором людей на поиски.

— Я слышал, молодой господин. Лес забрал мальчика.

— Никто никого не забирал. Просто Гарнорис убежал в лес искать брата.

— Значит его уже не вернуть.

— Разве можно так утверждать? — раздражённо спросил я.

— Лес не просто так носит своё название. Это не первый ребёнок, который исчезает.

— Ты также и про гору говорил. Но она оказалась никакой не проклятой.

— Насчёт горы я ошибся. Но тут я уверен. Вокруг нас огромное количество ужасов и проклятий. Просто люди не замечают, а потом удивляются.

— Но ведь есть охотники, которые возвращаются из этого леса, — пытался спорить я.

— Проклятое место рано или поздно своё возьмёт. Есть даже один ребенок, который вернулся оттуда, но исчезнувших в разы больше. Просто некоторым везёт.

— И что же за проклятье на этом лесу?

— Не знаю. Но говорят, там живут проклятые чудовища.

— Пойду я тоже в комнату. Мы сегодня без обеда.

— Хорошего отдыха, молодой господин. Но будьте всегда аккуратны.Тёмные силы не дремлют.

Ха-а. Что он привязался к своим проклятиям? Хорошо, что Талиса рядом нет. Он бы с ума от испуга сошёл. Меня тоже считали проклятым из-за какой-то ерунды. Люди вообще пытаются скинуть все неудачи или совпадения на какие-то проклятия.

Зайдя в комнату, я прилёг на кровать.

Может быть дождаться ночи и отправиться на поиски самому? Но одно дело подняться на гору, а совсем другое идти в огромный лес, в котором неизвестно кто обитает. Как же трудно просто сидеть и ждать.

Значит вот как себя чувствуешь, когда хороший знакомый попадает в беду? Никогда бы не подумал, что сдружусь с детишками… Хотя не знаю, действительно ли их можно назвать моим друзьями. В прошлой жизни как таковых друзей у меня не было…

В любом случае, как бы я не отвергал эту мысль, но в глубине души, уже считал их частью своего окружения. Конечно, они всё ещё несмышлёные оболтусы, но слишком уж привязался к этим ребятишкам. Буду надеяться, что с Гарнорисом всё будет хорошо.

* * *

Прошло три дня, а Рапен так и не появился. Больше всего, казалось, переживала бабушка. Она ходила по гостиной из угла в угол, постоянно мельтеша перед глазами.

— Успокойся, дорогая. Волнение ничего не изменит, — проговорил Вайрил, подливая чай в чашку.

— Да не могу я быть спокойна. Это просто невозможно. Сначала ребёнок, а теперь ещё и охотник пропал.

— Он бывал в этом лесу не один раз. Просто задерживается.

— А я только обрадовалась, что работа шахты возобновилась и снова напасть. Неужели, всё моё везение украли?

— Милая, хватит. Подойди сюда, выпей чаю.

— Да не могу я — ни есть, ни пить. Какой же из меня управленец, если ни на что не могу повлиять? Твою мать!

— Это ситуация, которую нельзя было предусмотреть. Как и с шахтой.

— В том и дело, что можно было. Если бы мы поставили нормальную охрану у шахт, то никто бы туда не проник. Если бы предупредили всех, ни за что не приближаться к лесу, то этого бы не произошло.

— Бабуль, знаешь, в какие места дети в первую очередь отправляются? В запрещённые, — вмешался я в разговор.

— Что же мне тогда делать, Эдиус?

— Просто будь сильной. Ты ведь для всех тут пример для подражания.

— Как представлю, что это ты потерялся в этом лесу, так дрожь пробирает.

— Но я же не потерялся и теряться не собираюсь. Меня тоже очень расстраивает произошедшее, но ещё пугает твоё состояние, бабуль.

— Ладно, ладно.

Касильда выдохнула и села на диван. Но не просидела так и пары минут, как дверь в гостиную распахнулась, и забежал Юриан.

— Рапен вернулся! — слегка отдышавшись, выпалил он.

— Слава Семерым, — сказала Касильда и выбежала из поместья. Я, дядя и дедушка отправились за ней.

Спустя десяток минут мы увидели скопление людей, которые, видимо, встречали Рапена.

Подойдя чуть ближе, Касильда махнула ему рукой. Охотник, кивнув, подошёл к нам.

— Давайте отойдёт чуть подальше, — тихо сказал Рапен. По его лицу было ясно, что разговор будет не из приятных.

Бабушка немного отогнала в сторону толпившийся народ, включая родителей пропавшего Гарнориса, пообещав, что сразу же после небольшого разговора, поделится со всеми информацией.

— Так что с мальчиком? Ты его не нашёл? — спросила Касильда.

— Нашёл, к сожалению. Он на выходе из леса.

— А чего он там стоит?

— Не стоит, Касильда. Лежит.

— Твою мать, Рапен. Что с ребёнком? — переменившись в лице, спросила Касильда.

— Хотел бы я сказать, что он умер, но то, что с ним произошло, нельзя так назвать. Поэтому я и оставил тело возле леса. Не хотел, чтобы люди видели.

— Покажи мне, — сквозь зубы прошипела она.

— Я не думаю, что подобное зрелище…

— Рапен, отведи меня к ребёнку!

— Хорошо, пойдем.

Касильда, Вайрил и Юриан последовали за Рапеном.

Я несколько секунд постоял на месте, после чего направился за ними. В голове было пусто. Конечно, я понимал, что ребёнку выживать три дня в лесу было бы сложно, но надежда, что всё хорошо, всё-таки была.

Подойдя к телу Гарнориса, все остановились.

Спустя пару секунд Юриан отбежал на несколько метров, казалось его рвёт. Касильда отвернулась. Лишь Вайрил и Рапен продолжали спокойно стоять. Я же не мог понять, что вижу перед собой.

Я видел множество фильмов ужасов. Также частенько ввязывался в драки, поэтому кровь тоже не пугала меня. Даже когда передо мной казнили лекаря, отрубив ему голову, я не слишком испугался. Меня лишь немного передёрнуло. Но сейчас меня начало лихорадочно трясти.

В паре метров передо мной лежало тело Гарнориса, вернее что-то на него похожее. У мальчика отсутствовали ноги ниже колен, все руки были в крови, ногтей не было, живот разорван, из него торчали обломки веток, по всему телу были следы каких-то зубов, а половина лица превратилась в оголенный кусок плоти, словно по нему прошлись наждачкой.

— Что с ним случилось? — спросил Вайрил у Рапена, прижав к груди свою жену.

— Я могу лишь предполагать, по тем следам, что видел, и характеру повреждений. Скорее всего на него напал какой-то зверь. По укусам видно, что мальчик пытался отбиваться, но, потеряв какое-то количество крови, сил на это не осталось. Это существо схватило ребёнка за ногу и куда-то потащило.Гарнорис пытался вырваться, в это момент хватался за всё подряд, лишаясь ногтей. Спустя какое-то время, зверь перекусил одну из ног и принялся тащить его за другую. Думаю, к этому моменту, мальчик уже потерял сознание от боли или кровопотери. Не знаю сколько занял путь, но и вторую ногу зверь перекусил. Также пострадало лицо, пока его волочили по земле, и в живот попало большое количество веток.

После этого рассказа у меня подкосились ноги, и я опустился на землю.

Оглянувшись, Вайрил заметил меня и Юриана, который всё ещё сдерживал позывы рвоты.

— Достаточно подробностей. А куда несли мальчика?

— Не знаю. След просто обрывается в месте, где я нашёл ребёнка.

— Существо тащило его столько времени, чтобы просто бросить?

— Понимаю, это странно. Возможно его кто-то спугнул. Судя по характеру укусов, кажется, что это какая-то крупная собака. Больше, чем Лорри, — сказал Рапен, потрепав барнагера за ухом. — Это, кстати, она первая заметила ребенка.

— Да, Лорри молодец. Но ты не заметил там никаких других следов?

— Каких, например?

— Следов животного, которое спугнуло это существо. Или же…

— Или следы человека, имеешь в виду?

— Да. Сам подумай, это уже десятый ребёнок за пять лет. Дети могут пропадать, но не так же часто. Происходит что-то странное. До этого мы тоже искали, но даже следов не находили, а это хоть какая-то зацепка. Конечно, можно сказать, что у нас в лесу живёт чудовище, которое ест детей, но вдруг тот ребёнок не выдумал свою историю.

— Вайрил, ты и сам знаешь. Девочка сошла с ума. Да и я не видел там других следов. Или хочешь кидаться подобными обвинениями перед растерзанным телом? Никто даже слушать не будет. Все и без того находятся в панике. Лучше подождать, когда всё успокоится, а уже после искать причины.

— Как же показать парня родным?

— Давайте завернём его в простыню, — сказала Касильда, выбравшись из объятий мужа. Её лицо было ужасно бледным.

— Согласен. Юриан, принесёшь простынь? — обратился Вайрил к сыну, который, наконец-то, смог подойти поближе.

— Хорошо, пап.

— И забери с собой Эдиуса. Зря я позволил вам тут вообще находиться.

Юриан схватил меня за руку, помог подняться с колен, и потащил в сторону поместья.

Ноги были ватными. Казалось, я не бегу, а лечу над землёй. Постоянно спотыкаясь, мы добрались до дома.

Юриан взял у служанки простыню и побежал обратно. Я же сел на кресло в гостиной.

Странно, я не испытываю сильной грусти, как после смерти мамы, ведь не был настолько привязан к Гарнорису. И нет ярости, как после смерти Сиваны, ведь разве можно ненавидеть животное, которое напало на лёгкую добычу. Всё что есть — это опустошение.

Плохо ли то, что я ничего не чувствую? Что же теперь будет с моими отношениями с друзьями? Да и в праве ли я звать себя их другом, если не могу даже оплакать смерть одного из них? Как сложно понять, что же такое настоящая дружба…

Я взял чашку остывшего чая со стола и поднёс к губам. Горьковатый вкус проник в моё горло, и в этот момент в памяти всплыло тело Гарнориса.

Чашка выпала из моих рук и упала на пол, разлетевшись на осколки. В гостиную сразу же вбежал Авенс.

— Молодой господин, вы не поранились?

— Нет, всё хорошо, — ответил я, опустив голову.

«Всё хорошо». Ага. Как же.

Увидев Авенса, мне сразу в голову пришли его слова «Тёмные силы не дремлют». Возможно, в этот раз я ошибся, а лес действительно оказался проклят…