Саке у него было хорошее. Не дешёвое пойло, которое разбавляют водой при любом удобном случае, а нормальное, с настоящим послевкусием. Бармен поставил на стол бутылку без лишних слов, явно зная заказчика в лицо, и убрался обратно за стойку.

Беловолосый налил мне первым. Это тоже было что-то на вроде уважение, люди которые наливают первым обычно либо воспитанные либо что-то хотят. Здесь скорее второе, воспитанные не садятся к незнакомцам без приглашения.

— За что пьём? — спросил я просто так.

— За то что живые, — ответил он.

Выпили. Саке пошло ровно, без огня, ха-а, да-а, тут правильная температура. Я поставил чашку, он налил снова уже себе.

А милое местечко потихоньку пустела. Сначала один столик, потом другой. Люди уходили без спешки, просто как-то вдруг нашлись дела, или стало скучно, или просто время такое. Это тоже было смешно потому что все понимали, когда за столик садится определённый человек, пространство вокруг него само собой освобождается. Это не то чтобы страх, просто инстинкт. Живые существа умеют чувствовать разницу между обычным шиноби и тем, кто немного другой.

Мой собеседник был другим. Бармен делал вид что моет кружки, слышал всё, конечно, но умело не слышал ничего.

— Долго в городе? — спросил беловолосый.

— Проездом.

— Куда?

— На север двигаюсь.

Он кивнул, как будто это было вполне разумным ответом. Налил себе третью. Пил ровно явно не чувствуя вкус, рука с бинтом лежала на столе почти неподвижно. Движение было экономным, не от боли, боль лишает экономности, заставляет двигаться осторожнее, а значит шире. Нет, это была просто привычка человека который никогда не тратит усилий больше чем нужно. Истинный шиноби.

— На севере война, — сказал он.

— Как и везде. Слышал.

— Тебе всё равно?

— Я прохожий, — ответил я. — Война меня не касается.

Пауза, он молча смотрел в свою чашку.

— Прохожие обычно идут мимо, а не через.

— Дорога так легла.

Я ел свой суп, он уже остыл уже конечно, грибы осели на дно, но есть было можно. Беловолосый молчал, что было нормально. Люди которые приходят в таверну не ради компании, умеют молчать так чтобы молчание не было неловким. Просто тишина между двумя людьми, которым пока, нечего сказать.

Или есть, но не время ещё.

Четвёртую он налил медленнее. Смотрел как жидкость поднимается в чашке, будто считал что-то.

— В Иве было шумно недавно, — сказал он.

Поднял взгляд. Ничего особенного в лице не было, просто смотрел на него.

— Слышал.

— Сильно шумно. — Беловолосый поставил бутылку. — Взрывы, пожары, кто-то сбежал из их тюрьмы. Потом ещё беглец какой-то, убил несколько шиноби. АНБУ, несколько человек в туннелях. И двух Каге уложил в ущелье, говорят.

— Говорят много чего.

— Ооноки подтвердил, — сказал он ровно. — Появился запрос к Конохе, розыск неизвестного шиноби. Описание: высокий, тёмные волосы, нестандартная чакра, Шаринган…

Я доел последнюю ложку и отставил миску вытерев рот салфеткой.

— Интересно.

— Ага. — Он наконец выпил четвёртую. — А ещё у них там пленник пропал. Тот самый которого держали в секретной тюрьме. Важный пленник, очень. Ооноки отдельно написал про пленника.

— Нашли?

— Не сказали.

Бармен поставил на стойку чистые кружки и начал их развешивать. Один стул у дальнего стола скрипнул, кто-то ещё ушёл. Лишь мы двое остались в практически пустом зале.

— Твоя рука, — сказал я, кивнув.

— Что?

— Бинт старый да, меняли дня три назад. Значит ранение свежее. Глубокий порез, не поверхностный, иначе бы уже сняли.

Беловолосый посмотрел на свою руку. Потом на меня.

— Ты медик?

— Нет. Просто наблюдательный.

— Хм-м. — Он налил пятую. — Ранение от камня да. Дотон, обломок скалы прошёл вскользь. Бывает и такое дело.

— В Иве?

Короткая пауза. После тот хмыкнул.

— Где ж ещё.

Я смотрел на него, а он смотрел в свою чашку. Мы оба понимали всё что нужно, просто ни у одного не было причины называть это вслух. Пока.

Пятую он пил медленно. Как человек у которого привычка пить есть, а состояние опьянения не наступает. Либо тренировка такая, либо что-то в физиологии держит голову ясной вне зависимости от количества саке. Скорее второе. Белый Клык, имя не случайное, такие не пьянеют потому что позволить себе пьяную голову в военное время это роскошь которой у них нет.

— Ты один? — спросил он.

— Всегда один.

— Тяжело наверняка.

— Привычка.

— И куда на север?

— К хребту.

Он поднял взгляд.

— К северному?

— Мха, к нему.

— Там ничего нет, — сказал беловолосый. — Скалы, холод, несколько тренировочных секторов которые давно стали неинтересны. Зачем туда торговцу?

— Виды смотреть.

Пауза была длиннее предыдущих. Он смотрел на меня с тем выражением, которое появляется когда человек принял решение, но ещё не произнёс его вслух. Что, уже пора?

— Ты куришь? — спросил он неожиданно.

— Нет.

— Жаль. Разговор вышел бы длиннее.

Встав он положил на стол монеты, больше чем нужно за выпитое оплатив похоже и за меня и повернулся ко мне.

— Пройдёмся? — спросил он.

Посмотрел на него секунду. Потом на бутылку с остатком саке, со вздохом допил что было в своей чашке и поставил её на стол.

— Почему бы нет.

***

Он шёл без оглядки и не проверял иду ли я следом. Это тоже говорило о чём-то. Люди которые проверяют, не уверены в своей оценке противника. Этот был уверен. Не потому что думал что я безопасен, как раз таки наоборот. Потому что знал, что если я захочу уйти в другую сторону, никакая оглядка не поможет.

Из города вышли через боковой квартал, мимо складов которые уже закрылись на ночь. Потом прошлись через рощу, которая начиналась у северо-западной окраины, узкой полосой вдоль забора. Потом забор кончился, и начался нормальный лес. Тёмный, плотный, с запахом чакры брата и прелой листвы.

Он шёл быстро, не поступью шиноби, просто хорошим темпом человека который знает эту дорогу наизусть. Я успевал без труда, и он это знал. Ни разу не сбавил, ни разу не подождал. Просто шёл и всё.

Минут через двадцать вышли на небольшую поляну. С одной стороны был скальный выход, с другой густой подлесок. Над головой небо было ясным, луна стояла почти полная. Хорошая видимость для этой ночи.

Беловолосый остановился посреди поляны и посмотрел на луну. Постоял так секунд десять. Потом вздохнул, коротко, как вздыхают когда заканчивается необходимость делать лицо.

— Я ведь узнал тебя, — сказал он.

— Знаю.

— С самого начала.

— Знаю, — повторил я.

Он повернулся. В свете луны лицо было спокойным, усталым и при этом полностью собранным. Без следа саке как и ожидал.

— Ооноки описание отправил хорошее, — сказал беловолосый. — Детальное. Тёмные волосы, рост, манера двигаться. Глаза. — Пауза. — Шаринган Учихи который живёт в теле не Учихи, это заметно знаешь ли.

— Ооноки наблюдательный человек.

— Один из лучших.

Помолчали. Ветер прошёл по верхушкам деревьев, без сильного порыва, просто напоминание что ночь живёт своим темпом. Где-то ухнула сова и была такова.

— Кто ты? — спросил он прямо.

— Человек который здесь проездом. — Пожал плечами.

— Это ты сказал уже.

— А больше и нечего добавить.

— Деревня?

— Нет.

— Клан?

— Нет.

Он смотрел на меня. Я смотрел на него. Ни один не менял позицию.

— Ты убил людей в Ивагакуре, — сказал беловолосый.

— Они сами начали.

— Ты дрался с Ооноки и Ханзо одновременно.

— Получилось так.

— И ушёл.

— Ушёл.

Пауза. Его рука с бинтом опустилась чуть ниже, не к поясу, просто в сторону от корпуса. Мелкое движение, которое говорит о готовности.

— Пленника ты не шёл освобождать, — сказал он.

— Нет.

— Тогда кто ты?

Промолчал. Смотрел на него и не отвечал. Он ждал секунд пять, потом кивнул, как будто получил нужный ответ именно из молчания.

— Понятно.

— Поздравляю с успешным возвращением, — сказал я.

Он слегка качнул головой.

— Рука заживёт.

— Камень был острый?

— Достаточно.

Еще пауза. На этот раз молчание было понятным, что я что он поняли, что разговор закончился.

— Ты опасен, — сказал беловолосый без интонации.

— Бывает.

— Для Конохи.

— Я не против Конохи.

— Но и не за.

— Я проездом, — повторил я в третий раз.

Он немного помолчал. Смотрел мне в глаза с улыбкой в глазах, потом убрал притворство, которое оставалось в голосе с последних остатков таверны, оно было тонким, почти незаметным, но теперь ушло полностью.

— Проверим твой проезд, — сказал он просто.

Просто предложение от человека который уже решил, я снова пожал плечами на такое.

— Хорошо.

***

Он двинулся первым. Расстояние в четыре метра закрылось за секунду, и его кулак пошёл в корпус с угловой траекторией которая обходит блок снизу. Я чуть повернул корпус, пропуская удар мимо, и его кулак прошёл по ребру, не попав в центр.

Он сразу добавил локтем в голову. Не потерял импульс, не остановился после первого, перешёл дальше по той же дуге. Мастер тай? Похоже это был человек который не бьёт отдельными ударами, он бьёт сериями где каждый следующий выходит из предыдущего.

Уклонился назад на полшага и локоть прошёл в сантиметре от виска. Ветер от него ощутил щекой.

Быстрый. Очень быстрый.

Контратаковал ребром ладони в шею, без замаха, короткое движение с вложенным весом. Он нырнул под руку, ушёл в сторону и оказался за плечом. Это тоже было не случайно, он перемещался так чтобы каждый уход создавал ему новую позицию для атаки.

Разворот. Его нога пошла в бедро низким боковым ударом, принял на бедро, не став уклоняться. Ощутил силу, хорошую силу, заслуживающую уважения. Он же почувствовал что нога ударила в то что не двинулось, и на долю секунды лицо дало информацию. Не растерянность, просто обновлённая оценка.

Шагнул к нему, сокращая дистанцию. В ближнем бою длинноруким обычно хуже, но у него не было этой проблемы, он работал в любом диапазоне без потери качества.

Удар в солнечное сплетение, он принял его скрещёнными руками и откатился назад, гася силу через движение. Хорошая техника боя, тело само знало что делать. Остановились в двух метрах.

— Ты сильнее чем Ивовцы описали, — сказал он.

— Они видели не всё.

— А сейчас?

— Тоже не всё.

Он чуть улыбнулся. Не широко, только уголком, и снова пошёл вперёд. На этот раз темп был выше. Первый удар в грудь как финт, я заблокировал, второй был настоящим, в то же место под другим углом. Блок разошёлся, удар дошёл до ребра. Не критично, но ощутимо. Хорошо.

Ответил двумя быстрыми в корпус, он принял оба через движение, распределяя силу, и провёл захват за предплечье. Рывок на себя с разворотом, классический бросок через бедро. Я не стал сопротивляться вектору, пошёл в том же направлении и добавил свой импульс. Вместо броска получился перекат, я прошёл над ним и приземлился на ноги позади него.

Он среагировал раньше чем приземлился. Уже разворачивался, его рука шла к голове, тыльной стороной кулака, горизонтально.

Присел. Кулак прошёл над макушкой и он получил удар снизу в подбородок, откинув голову назад принимая удар затылком а не подбородком, качнулся но устоял. Отступил на два шага, выравнивая позицию.

Остановились снова.

Его дыхание было ровным. У меня тоже. Это был хороший показатель уровня, когда оба после размена дышат как будто только начали.

— Чакра в руки не добавляешь, — заметил он.

— Незачем.

— Почему незачем?

— Хватает и так.

Он наклонил голову чуть набок, обрабатывая информацию. Потом добавил чакру в ноги и рванул. Скорость выросла резко, не постепенно. Расстояние три метра он прошёл быстрее чем большинство джонинов с активированной техникой. Удар в голову высоким горизонтальным ударом ноги пришёл сбоку.

Блокировал предплечьем. Нога попала в кость и он почувствовал что кость не подалась, ни секунды замешательства, просто переход в следующее движение. Вторая нога пошла снизу в корень бедра.

Уклонился. Пропустил у самого колена. Он был в воздухе и сразу после второго удара перевернулся, ладонью оттолкнулся от моего плеча и приземлился за спиной.

Это было красиво. Честно. Когда я развернулся он уже стоял, готовый продолжать.

— Твой тело… необычное, — сказал он двинув бровями.

— Не жалуюсь.

— Нет, я к тому что кость не должна так держать.

— Генетика.

— Угу.

Добавил чакру в ноги и руки, оба, минимальный уровень. Не для того чтобы стать быстрее, для того чтобы следующий удар нёс правильный вес. Пошёл вперёд сам, и он принял защитную позицию.

Первый удар кулаком в грудь, он поставил блок скрещёнными руками, я продавил его назад на полшага. Добавил ногой в бедро, он шагнул в сторону, уходя от вектора. Его локоть пошёл в висок, я присел, и рука прошла над головой, встав ударил его в корпус снизу-вверх.

Он резко выдохнул еле, удержав себя на земле и отступил на три шага, согнувшись на полсекунды.

Не стал его добивать. Ждал пока тот выпрямится. И когда он выпрямился, потёр бок, глянул на меня с тем выражением которое можно было описать как профессиональная злость. Не на меня, на себя.

— Это был хороший удар, — сказал сквозь зубы.

— Твой локоть тоже был хорош.

— Промахнулся.

— Ты промахнулся потому что я присел быстрее чем ожидал. Удар был правильный.

Он помолчал.

— Ты меня хвалишь?

— Констатирую.

Следующий его выход был другим. Он не начал с удара руками, пошёл через движение плеча, обманывая направление, и нога ударила в колено сбоку. Хороший обман, я поймал его чуть позже чем хотелось бы и блок был жёсткий.

Зацепил его за запястье в момент когда нога была ещё в воздухе. Потянул на себя, он потерял ось и я провёл его через бедро в бросок. Он погасил падение мастерски, перекатом по плечу, встав без задержки и сел в стойку. Глаза были внимательными, без злости. Быстро успокоился парень, похвально.

— Ты ведь не используешь всё, — сказал он.

— Ты тоже. — Сделал шаг влево.

— Я с раненой рукой.

— Знаю. Поэтому и не использую всё.

Пауза.

— Честный ответ, — сказал он наконец.

— Привычка.

Он снова подошёл но на этот раз остановился в метре, не атакуя. Просто стоял и смотрел на меня внимательно осматривая меня всего. Хенге я давно отпустил, решив, что он уже не нужен. Я был близко к цели, да и устал от чужого лица.

— Ты не убил меня в таверне, — сказал беловолосый.

— Ты тоже.

— Я не мог.

— Знаю, — ответил я. — Я мог.

— Тогда почему нет?

Подумал секунду. Не потому что не знал ответ, просто выбирал насколько честно отвечать.

— Потому что незачем.

— Это не ответ.

— Лучшее что есть.

Он смотрел на меня ещё несколько секунд. Ветер снова прошёл по деревьям, а луна зашла за облако, и поляна стала темнее на полтона. Потом облако ушло и свет вернулся.

— Ты не враг Конохи, — сказал он задавая не вопрос.

— Нет.

— Но и не друг.

— Проездом, — сказал я уже в четвёртый раз.

На этот раз он кивнул, как будто наконец принял это слово.

— На север тебе зачем? — спросил он, и в голосе не было допроса. Просто вопрос.

— Ищу кое-что.

— В горах?

— Ага.

— Что?

— Дверь, — ответил. — В какое-то смысле этого слова.

Беловолосый посмотрел на меня с тем выражением которое появляется когда слышишь ответ который не понял, но понял что переспрашивать бесполезно. Потом опустил взгляд на свою руку, подвигав медленно пальцами.

— Шов не разошёлся, — сказал он. — Это хорошо.

— Ты бился с раненой рукой…

— Привычка.

Вот и мы и сравнялись. Постоял, оценивая ситуацию, между нами было что-то странное, не враждебность и не доверие, что-то посередине. Два шиноби которые обменялись ударами достаточно чтобы понять друг друга, и остановились вовремя чтобы не создать проблему которой не было.

— Ты уйдёшь из деревни завтра? — спросил он.

— Сегодня наверное.

— Ночью?

— Разве нет возможности?

Он подумал что-то, прикидывая потом покачал головой.

— Усиленные патрули до рассвета на северном выходе плотные.

— Справлюсь.

— Знаю что справишься, — сказал беловолосый без улыбки. — Но тогда будет шум. А шума не нужно ни тебе ни мне.

Посмотрел на него, он смотрел в ответ без особых эмоций и впервые я не понял его.

— Почему тебе не нужно?

— Потому что у меня сейчас нет времени на объяснения командованию кто это был и зачем я его упустил.

А это уже честно. Понятно.

— Завтра с рассветом смена патрулей, — продолжил он. — Первые пятнадцать минут западный сектор открытый. Это известно только если ты знаешь расписание.

— А ты знаешь.

— Я знаю всё расписание.

Понял что он давал мне. Не помощь, не союз. Просто окно. Узкое, конкретное, без обязательств с обеих сторон.

— Зачем? — спросил я.

Он помолчал.

— Потому что война кончится, — сказал он наконец. — Рано или поздно. И я не хочу потом думать о том, что убил кого-то кто не был моим врагом.

— Я мог быть твоим врагом.

— Мог.

— Но не стал.

— Не стал, — подтвердил беловолосый. — Значит выбор есть.

Постояли в тишине, слушая лес. Где-то далеко в деревьях было движение, мелкое, животное. Не шиноби. Просто ночная жизнь идёт своим чередом вне зависимости от того что происходит на полянах.

— Западный сектор, — повторил я.

— Там будет пятнадцать минут.

— Достаточно.

— Знаю.

Он ещё раз подвигал пальцами забинтованной руки, как будто проверял что всё на месте, потом развернулся в сторону деревьев. Пройдя пару шагов остановился, не оборачиваясь.

— Не знаю кто ты, — сказал. — Но Ооноки не тот человек который пишет официальные запросы без причин. Если он написал, значит ты что-то такое что он не понял. Это редко с ним бывает.

— Ооноки очень умный человек.

— Один из умнейших, — согласился беловолосый. — Поэтому и было интересно.

Он пошёл в лес. Шаги стихли быстро, слишком быстро для человека который просто идёт. Включил чакру и стал другим в движении.

Я постоял ещё минуту оставшись один на поляне. Луна висела над лесом, будто смотря прямо на меня. В правом кармане был свиток Рэн с незнакомым языком, а в голове был маршрут к северному хребту. За левым плечом был город в котором ночевал последние сутки и из которого нужно было уйти до рассвета через западный сектор.

Двинулся обратно к городу, но не торопясь. Можно было ещё поспать часа три.

***

Спал без сновидений. Это бывало по-разному, иногда тело отключалось полностью, иногда гоняло картины из прошлого которое накопилось за много лет. Сегодня было первое. Лёг, закрыв глаза, и уже открыл сразу на рассвете.

Встал за двадцать минут до смены патрулей. Собрался за три, что было старой привычкой, вещей было немного, оружие на пояс, свиток во внутренний карман, документы туда же. Проверил хенге, немного подправил черты лица на всякий случай, не радикально, просто достаточно чтобы не совпасть с описанием при беглом взгляде.

Оплату хозяину за комнату оставил на столе. Он ещё спал, дверь в его комнату за стойкой была закрыта. Ну по крайней мере я не убежал, всё честно.

Вышел в утренний город и было прохладно, предрассветный туман лежал у земли у самой обочины дороги. На главных улицах уже кто-то ходил, ранние торговцы открывали лавки, пекарь нёс что-то завёрнутое. Обычное начало дня.

Западный сектор был именно там где сказал беловолосый. У забора вдоль старого рва, там где деревья подходили вплотную к стене. Этот участок был немного в тени даже днём, а ночью тут видимо было совсем темно. Было два патрульных поста по сторонам, и между ними было метров семьдесят неохваченного пространства.

Дождался момента когда один пост уже ушёл на смену а второй ещё шёл к своей точке. Часть людей которые понимали расписание могли разглядеть этот разрыв. Беловолосый сказал пятнадцать минут, он знал точнее меня.

Перешёл стену в две секунды. Никакой техники, просто скорость и привычка к вертикальным поверхностям. Оказался с другой стороны, в полосе леса между стеной и первым рядом деревьев.

Никакой реакции. Тишина, только птицы начинали голоса. Кивнув сам себе ушёл в лес, набирая темп. На расстоянии километра обернулся. Коноха была видна как силуэт между деревьями, деревянная стена, башня, флаг с листом который начинал шевелиться в утреннем ветре.

Хороший город, отметив последний раз повернулся и пошёл на север.

***

Первый день шёл без остановок. Лес вдоль дороги к северу был гуще чем вокруг города, старые деревья, кое-где упавшие стволы через которые переступал не замедляясь. Чакра-подписей в радиусе не было, только мелкая живность, птицы, лисья нора слева, что-то похожее на кабана далеко в стороне. Военных патрулей севернее Конохи почти не ходило, слишком далеко от фронта.

Думал о беловолосом.

Сакумо Хатаке, Белый Клык Листа, вытащил того пленника пока я выбирался из туннелей через взрывы и хаос. Выходит его команда создала тот хаос как прикрытие для своей операции. Это была умная работа. Пока АНБУ гонялось за мной и патрули стягивались к взрывам, кто-то тихо делал то что пришёл делать.

Рука у него ранена была точно не от камня. Скорее всего от чужого клинка в туннеле, там, где пространство узкое и уклониться полностью было некуда. Значит был ближний бой на пути к пленнику. Вышел живым и с пленником, лишь потерял только руку которая уже заживала.

Сильный. Очень сильный для своего времени. Даже чакра была необычна, с каким-то запахом остроты.

Интересно было бы посмотреть на него в полную силу. Не с раненой рукой, не в ситуации, когда оба решали сдерживаться. Может когда-нибудь. Если мир окажется достаточно маленьким ещё раз.

***

Сами уже знаете где искать 93 главу и где ссылка