Следующие недели прошли в интенсивном обучении.

Каждое утро начиналось с теории в саду. Зерие объясняла принципы различных школ магии, рассказывала о великих магах прошлого, демонстрировала сложные техники и рассуждали о разном. Я слушал, задавал вопросы, записывал важные моменты в блокнот, который дала Ария.

После обеда была практика в библиотеке или на лужайке. Базовые заклинания быстро сменялись более сложными. Создание огня, льда, ветра. Манипуляции с гравитацией, телекинез, барьеры. Каждая новая техника требовала дней освоения, но прогресс был стабильным. Шаринган помогал хоть и с трудом при переключении с одной энергии на другую, было секундное озарение что помогало в магии.

К концу первой недели мог создавать огненные шары размером с арбуз, поднимать предметы весом десяток килограммов, и устанавливать барьеры способные остановить брошенный камень. Не вау, но даже такой прогресс удивлял Зерие и та говорила, что даже по эльфийском меркам у меня талант. Ага, талант что не сможет создать барьер что не сломается от двух камней.

К концу второй недели техники стали сложнее. Огненные драконы длиной в несколько метров, ледяные копья, воздушные лезвия. Барьеры наконец выдерживали удары рук от эльфийки, а телекинез позволял манипулировать десятками тяжёлых объектов одновременно.

Резерв маны тоже рос. Постоянное использование увеличивало ёмкость, как тренировка мышц. К концу второй недели мог поддерживать сложные заклинания часами без истощения.

Но самое интересное началось, когда попробовал комбинировать магию с фуиндзюцу.

Идея пришла на десятый день обучения. Зерие демонстрировала барьерную магию, объясняла принципы создания защитных полей. Я слушал, но в голове крутились мысли о печатях.

— А что если использовать физический якорь для заклинания? — спросил во время паузы.

— Якорь? — Зерие наклонила голову. — Объясни подробнее.

— В моём мире мы используем печати. Символы на бумаге или других поверхностях, которые накапливают и направляют энергию. Что если нарисовать печать, а затем наполнить её маной вместо чакры?

Она задумалась, палец постучав по подбородку.

— Интересная идея. Физическая основа может стабилизировать заклинание, сделать его более долговечным. Попробуй.

Достал лист бумаги, и начал рисовать самую простую печать барьера. Круг с треугольниками внутри, линии соединяющие углы, символы по периметру. Базовая структура, которую знал наизусть.

Закончив рисунок, положил ладонь на центр печати. Сосредоточился на образе барьера — невидимая стена в метре перед бумагой, прочная, способная остановить физическую атаку. Мана потекла в печать, и заполнила символы, активировав структуру.

Эффект превзошёл ожидания.

Барьер материализовался мгновенно, без обычной задержки на формирование тело техники. Печать взяла на себя функцию визуализации, оставив мне только направление энергии. Расход маны уменьшился вдвое по сравнению с обычной техникой.

— Впечатляюще, — оценила Зерие, бросив камень в барьер. Камень отскочил, не причинив вреда. — Стабильность выше, расход энергии меньше. Твоя система печатей может революционизировать магию.

— Это только начало, — усмехнулся, рассматривая светящиеся символы на бумаге. — У меня есть печати для атаки, защиты, исцеления, пространственных манипуляций. Сотни различных техник.

— Покажи ещё.

Следующий час провёл в демонстрации различных печатей, адаптированных под ману. Взрывные печати создавали огненные шары взрыва удвоенной мощности. Маскирующее заставляли пропадать манну в восприятие, а запечатывающее печати смогли заработать даже без специальный чакра-бумаги. Это то и было удивительным, было пропущено множестве этапов в фуин, буквально ломаю всё структуру чему меня обучал дед.

Это…магия.

***

Так и шли дни, недели и месяцы растянутых на обучение магии, чтению Шаринганом книг и разговоров с Зерие обо всём. В одном из дней после тяжёлых экспериментов с фуин, когда я выдохся сильнее обычного от магии пытаясь изменить Хирайшин, сидел на крыше замке смотря на звёзды. Сверху были непонятные созвездия, названия которых я так и не узнал, а мысли занимали перспективы. Настроение было хорошим что было исключением за эти месяцы мучений с непонятный маной.

Как сказала Зерие, пространственная магия хоть и была одной из труднейшей части моего обучение, но этот момент она немного схитрить, непонятно для меня как, но это улыбочка что появилась на её лице было интригующей. Впервые видел её такой…заинтересованной. И радостной. Хорошо, скоро, совсем скоро я вернусь домой.

Магия. Она была сложна, странной и не сильно понятной. Но мне было искренно интересно учится, признаться самому себе это было впервые с того момента ещё в детстве, когда пробудил чакру, что-то необычное, новое. Даже самая простая магия создания огня.

Вот так держать в руках огонь, смотреть на него, чувствовать его жар. Это было удивительным. Одна лишь воля и желание, и появился огонь. Чтобы добиться такого, одним желанием создать стихию, мне надобилось мастерство в стихиях и пришёл я к этому лишь относительно недавно. А тут всего пару дней в начале и уже управлялся всеми стихиями словно какой ни будь Аватар.

А Зольтрак? Зерие напирала что это обычное боевое заклинание что знал каждый маг в эпоху рассвета магии, как современные маги зовут Мифическая Эра Магии в которой существовали настолько сильные маги что каждый из них мог уничтожить и создать целые государство. И там они все были как Зерие. По крайней мере книги так рассказывали, и этот Зольтрак был тогда начальный набор мага.

Несмотря на свою простоту, Зольтрак является довольно сильным и универсальным боевым заклинанием, которое выпускает либо большой взрыв маны, либо несколько меньших взрывов концентрированной маны. В моих руках оно буквально стирало в пыль мишени из камня что создавал заранее. Снова и снова пытаясь найти пределы когда оно не справиться так и не нашёл, даже фуин барьер пробил. А это всего лишь база…

Хах, усмехнулся ложась на крышу под углом. Всё же магия была во много раз сильнее чакры. Универсальная и лёгкая для использования так ещё и тренировать тело не нужно. Ну, не так сильно, как шиноби. Хотя она говорила что-то про воинов…

Так размышляя куда ещё меня приведёт магия, не заметил, как рядом оказалось эльфийка.

— Не спишь? — голос Зерие прозвучал тихо в ночной тишине.

Повернул голову вниз. Эльфийка стояла на плоской части крыши снизу, её золотые волосы развевались на ветру и в лунном свете она выглядела почти призрачно. А она что здесь делает?

— Размышляю, — ответил, прыжком оказываясь рядом и садясь чтобы не возвышаться как гора. — А ты? Эльфы вообще когда-то спят?

— Спим, но не больше пары часов в год. — Она подошла ближе сев рядом. — О чём думаешь?

— О магии. О том, как она отличается от чакры. Как красиво всё же. — Взглянул на звёзды снова. — В моём мире любая сила требует жертв. Каждая техника имеет цену. А здесь... здесь магия кажется более естественной.

— Естественной? — в голосе Зерие послышались нотки удивления. — Интересное наблюдение. Почему ты выбрал именно это слово?

— Потому что так думаю. Чакра это борьба, борьба в который ты заставляешь энергию подчиняться, ломаешь её сопротивление и создаёшь свой путь. Мана же... она словно течёт сама, нужно лишь направить поток.

После моих слов Зерие молчала несколько секунд, глядя также в ночное небо.

— Ты говоришь как философ, а не как воин, — произнесла она. — Большинство людей видят в магии только инструмент разрушения.

— Может я и не хотел быть воином. Но этого уже мы не узнаем. А ты? Что видишь ты?

— Раньше — то же самое. — Её голос стал тише. — Моя магия была оружием. Способом доказать превосходство, завоевать, подчинить. Но годы... годы меняют взгляды.

— А сколько тебе лет, Зерие? Честно.

— Достаточно, чтобы видеть, как рождаются и умирают цивилизации. — Она повернулась ко мне. — Тысячи раз. Думаю, я соврала тебе о том что мне всего пару тысяч лет. Я уже сама не помню…прошло слишком много с момента моего рождение под другими звёздами.

— Ясно, — покачал головой. И всё же Бессмертия было ли даром, или это проклятие?

— А тебе? Ты выглядишь молодо, но в твоих глазах слишком много для юноши.

Усмехнулся.

— Всего то тридцать с хвостиком. Но иногда кажется, что прожил несколько жизней.

— Война?

— Война, — кивнул, — потери. Выборы, которые не хотел делать. — Сжал кулаки. — Знаешь, что самое страшное во всём этом?

— Что? — Она наклонила голову.

— Ответственность. Когда ты можешь изменить ход событий, каждое бездействие становится выбором. Каждая смерть, которую мог предотвратить, ложится на твои плечи.

Зерие понимающе кивнула.

— Поэтому ты так стремишься домой. Там кто-то ждёт. Хочешь что-то изменить?

— Семья. — Голос стал мягче. — Жена, сын. Всё. Они... они единственное, что имеет значение.

— И ради них ты готов на всё?

— На всё. — Ответ прозвучал без колебаний.

— Даже на убийство невинных?

Вопрос повис в воздухе. Я резко замолчал, обдумывая ответ. Раньше…раньше я бы сказал нет, ещё до того, как запечатал Зецу, ещё до того, как обрёл Мангекьё. Ещё до того как стал таким. Но сейчас…

— Если это единственный способ защитить их, да. — Встретил её взгляд. — Это делает меня чудовищем?

— Это делает тебя человеком, — тихо ответила Зерие улыбнувшись. — Эльфы живут долго Оками. Мы привыкаем терять тех, кого любим. Время притупляет боль, делает нас... отстранёнными. Но люди... вы горите ярко и недолго. Ваша любовь такая прекрасная.

— Спасибо что ли. А ты? Есть кто-то, кого ты любишь?

Долгая пауза.

— Были. Давно. — Её голос стал почти шёпотом. — Ученики. Каждый из них был особенным. Каждый оставил след в моём сердце. И каждый умер, пока я продолжала жить. Осталось лишь одна.

— Сожалеешь?

— О том, что взяла их в ученики? Нет. О том, что не смогла спасти? Каждый день.

После этих слов мы сидели в тишине, каждый погружённый в свои мысли. Ветер шелестел листвой в саду внизу.

— Завтра, — наконец произнесла Зерие после того как что-то решили у себя в голове, — я передам знание по пространственной магии. Этого должно хватить, чтобы вернуться в твой мир.

Сердце ёкнуло.

— Завтра!?

— Наше соглашение будет выполнено. Ты получишь то, за чем пришёл.

— А потом?

— Потом ты выполнишь свою часть сделки, после вернёшься к своей семье, а я... продолжу жить, как жила веками.

В её голосе послышалась усталость. Не физическая — душевная. Усталость от бесконечного одиночества.

— Зерие...

— Не надо, — перебила она, поднимаясь. — Мы оба знаем, что это временно. Ты не принадлежишь этому миру, а я... я не умею привязываться к тем, кто уйдёт. Запомню эти месяцы какими они есть.

Она направилась к краю крыши, но остановилась, не оборачиваясь.

— Кстати, насчёт твоих глаз…они демонические.

И исчезла в ночи, оставив меня наедине с вопросами и внезапно зачесавшимися глазами. Вздохнув, я потёр веки. Конечно, я знал, что Шаринган проклят, что это «глаза, отражающие сердце», пропитанные ненавистью и болью. Дед не раз говорил об этом. Старейшины кланов шептались за спиной о демоне Учиха, скрытом в рядах Узумаки. Но Зерие… она сказала это не с осуждением или страхом. Это прозвучало как медицинский диагноз. Холодно, отстранённо, как констатация факта. Демонические. Что это значит в этом мире? Здесь ведь были демоны или это просто эпитет для чего-то чужеродного и могущественного?

Эта мысль не давала покоя всю ночь. Я почти не спал, прокручивая в голове её слова, пытаясь найти в них скрытый смысл. Вспоминал все месяцы. Я привык к миру, где каждое слово главы, деда или старейшин имело двойное, а то и тройное дно. Но я знал, что Зерие не была похожа на них. Она была прямой, как лезвие меча. Если она что-то сказала, значит, именно это и имела в виду. Но почему тогда это прозвучало так… обыденно?

Утро встретило меня серой дымкой тумана в онках и тяжёлой головой. Сон не принёс отдыха, лишь ворох тревожных мыслей. Отказавшись от завтрака, который, как всегда, молчаливо приготовила Ария, я сразу направился в библиотеку. Сегодня решающий день. День, когда я получу ключ к возвращению домой. К Мито, к Акаши. Эта мысль была единственным, что заставляло двигаться вперёд без остановок для проверки своего состояние.

Я ожидал увидеть Зерие, сидящую за столом с кипой свитков или древних фолиантов. Ожидал ещё одного долгого урока, полного сложных формул и ментальных упражнений. Но библиотека встретила меня оглушающей, неестественной пустотой.

Я замер на пороге.

Все полки, от пола до самого потолка, были пусты. Тысячи, если не десятки тысяч книг, которые я видел здесь каждый день за эти месяцы, просто исчезли. Ни пылинки на полках, ни следа их недавнего присутствия. Воздух был стерильным и неподвижным. Это было похоже на технику иллюзии высшего уровня, но мои чувство не показывали никаких искажений в потоках чакры и маны. Это была реальность.

В самом центре огромного зала стоял единственный стол, тот самый, за которым мы обычно занимались. И на нём, идеально по центру, лежала одна-единственная книга в простом кожаном переплёте без названия.

На краю стола, закинув ногу на ногу, сидела Зерие.

Её поза была до странного расслабленной, почти ленивой. Она не смотрела на меня, а изучала свои ногти, словно происходящее вокруг её совершенно не интересовало. Но я чувствовал её внимание, ощущал его кожей, как статическое электричество перед грозой.

Медленно, не производя лишнего шума, я вошёл внутрь. Мои шаги глухо отдавались в пустом зале и я остановился в нескольких метрах от стола, не сводя с неё глаз. Мои инстинкты, отточенные годами войн и засад, кричали об опасности. Не о прямой угрозе, а о чём-то неправильном, выбивающемся из привычного порядка вещей.

Я не стал спрашивать про книги. Это было бы бессмысленно. Она сделала это, чтобы подчеркнуть важность момента. И этой единственной книги.

— Перед тем, как мы начнём, — мой голос прозвучал хрипло в мёртвой тишине, — я хочу задать вопрос.

Она лениво перевела на меня взгляд. В её глазах, как всегда, не было ничего, кроме спокойного, вечного безразличия. Иногда мне казалось, что эмоции что она показывало она играла, а вот это было истинным её я.

— Слушаю.

— Вчера ночью. Ты сказала, что мои глаза… демонические. Что ты имела в виду?

На её лице не дрогнул ни один мускул. Даже миллиметра. Она просто слегка склонила голову набок, будто услышала что-то совершенно непонятное.

— Демонические глаза? — переспросила она. Её голос был ровным, без тени лжи или удивления. Просто пустой, констатирующий вопрос. — Я не понимаю, о чём ты. Я не припоминаю такого разговора.

Я нахмурился. Что за чертовщина? Прокрутил в памяти вчерашний разговор, каждое слово. Она не могла забыть. Такие, как она, не забывают. Это уловка? Проверка?

Мои глаза налились чакрой, и мир вокруг окрасился в яркие тона. Три томоэ медленно завращались, вглядываясь в неё. Я смотрел на потоки маны в её теле, на биение её сердца, на едва заметные сокращения мышц. Никаких признаков лжи. Никаких ментальных барьеров или техник сокрытия. Её состояние было абсолютно спокойным и искренним.

Она действительно не помнила.

Или, что было ещё более странно, она верила в то, что не помнит. Словно часть её сознания была стёрта или заблокирована. Я видел подобное раньше, когда имел дело с техниками клана Яманака, но это было… другое. Более чистое. Идеальное стирание?

Я деактивировал Шаринган, чувствуя, как по спине пробежал холодок. Это было куда тревожнее, чем если бы она просто солгала.

Зерие, казалось, не заметила моей внутренней борьбы. Подняв палец плавным движением она указала на книгу, лежащую на столе.

— Впрочем, всё это неважно, — продолжила она своим ровным тоном. — Вот то, за чем ты пришёл. Или Богиня тебя послала, кто бы её знал. В этой книге заключены все мои знания о пространственной магии. Теория, практика, формулы и техники, которые человеческий разум не в силах постичь за целую жизнь.

Я посмотрел на невзрачную книгу. В ней не чувствовалось ни маны, ни чакры. Обычный предмет.

— И как я должен это изучить? У меня нет столетий в запасе.

— Тебе и не понадобятся, — она слегка улыбнулась уголками губ, и эта улыбка была такой же неестественной, как и всё остальное. — Это не просто книга. Это гримуар артефакт. Как только ты прикоснёшься к ней, все знания, что в ней содержатся, станут твоими. Они вольются в твоё сознание, интегрируются с твоей памятью. Ты будешь знать всё, что знаю я о перемещениях в пространстве.

Я недоверчиво посмотрел на книгу, затем снова на неё. Это было слишком просто. Сила такого уровня не даётся даром. Никогда.

— В чём подвох? — спросил я прямо. — Какова цена?

— Ну как же, мы ведь договорилась в начале. Цена это твоя часть в который ты выполняешь три моих просьбы, — ответила она, спрыгивая со стола. Она подошла почти вплотную, и мне пришлось слегка склонить голову, чтобы смотреть ей в глаза. Несмотря на её хрупкое сложение, от неё исходила аура неодолимой мощи. — Но прежде чем ты получишь знания, я хочу попросить тебя кое о чём. Это моё первое желание из трёх.

— Слушаю. — Что она скажет? Убить дракона? Отдать ей часть своего тела? Завоевать соседнее государство? Одна за одной абсурдные и неправдоподобные идея возникали в голове за эти секунды пока она не открыла рот.

— Я хочу, чтобы ты сопроводил мою ученицу. Её зовут Фламме. Путешествие займёт около месяца. Защищай её, оберегай, убедись, что она доберётся до места назначения в целости и сохранности.

Я молчал, переваривая информацию. Что? Ученица? Сопровождать? О чём это она. Зачем существу её уровня телохранитель для кого-то? Она могла бы щелчком пальцев уничтожить любую армию, которая встала бы у них на пути. Это не имело смысла. Если только… если только опасность была не физической. Или если Зерие по какой-то причине не могла вмешаться сама. Но это и странно.

— Почему я? — задал я очевидный вопрос. — Ты сама могла бы защитить её лучше, чем кто-либо другой.

— Могла бы, — легко согласилась она. — Но это её путь. Её испытание. Я могу лишь направить её и обеспечить ей надёжного стража. А ты подходишь на эту роль идеально. Ты силён, прагматичен и, что самое важное, ты чужак. Ты не связан с этим миром, его политикой и его правилами. Твоя единственная цель — выполнить задачу и вернуться сюда. Это делает тебя предсказуемым и надёжным.

Она сделала паузу, и её взгляд снова сфокусировался на моих глазах. На мгновение мне показалось, что в них промелькнуло то самое, часть её которое она якобы забыла.

— Кроме того, — добавила она тише, — думаю, она тебе поможет и этого месяца тебе хватит, чтобы понять, о чём я говорила.

Сердце снова пропустило удар. Значит, она всё-таки помнила. Или это была часть её плана, хитроумная манипуляция, чтобы заставить меня согласиться? Я открыл рот, чтобы задать ещё один вопрос, чтобы потребовать объяснений, но не успел.

Зерие подняла руку.

Мир вокруг меня исказился. Ощущение было не похоже на Хирайшин, который был мгновенным и резким, как удар тока. Или на то как она раньше меня перемещало. Это было плавно, будто реальность вокруг меня свернули в тугую спираль, а затем резко развернули в другом месте. Пол ушёл из-под ног, стены библиотеки растворились в калейдоскопе цветов и света. Я почувствовал тошноту и дезориентацию, несвойственную моему телу. Это была сила совершенно иного порядка.

В следующее мгновение всё закончилось.

Я стоял на твёрдой земле, покачнувшись. Головная боль отступила, оставляя после себя лёгкий гул. Я моргнул, привыкая к яркому солнечному свету. Вокруг меня был густой, древний лес, а рядом высокие деревья с зелёный листвой смыкались над головой, пропуская лишь редкие лучи. Прямо передо мной проходила широкая, утоптанная дорога, а воздух был наполнен запахами влажной земли, хвои и цветов.

Я был один. Зерие исчезла.

Инстинктивно просканировал местность. Никаких угроз поблизости. Только мирная лесная живность. Я оглядел себя, моя одежда осталась прежней, но на плече висела простая кожаная сумка, которой раньше не было. Я открыл её.

Внутри, на мягкой подкладке, лежала та самая книга. Одна-единственная.

Я закрыл сумку, ощущая себя пешкой в чужой, непонятной игре. Чёрт, все эти месяцы нормально ведь общались, а тут даже не обьяснила кто это её ученица и что вообще делать. Меня просто перебросили в неизвестное место, дали непонятную задачу и загадочный артефакт. Всё это ради того, чтобы вернуться домой.

Вдалеке, из-за поворота дороги, послышался скрип колёс и странный, ровный гул. Через несколько секунд показалась повозка. Вернее, карета. Вычурная, из тёмного дерева с позолотой, но без единой лошади. Она двигалась сама по себе, плавно и бесшумно скользя над дорогой в нескольких сантиметрах.

Карета медленно приближалась ко мне, и я уже мог разглядеть герб на дверце — стилизованное пламя.

Она остановилась прямо передо мной. Дверь со скрипом отворилась, и из полумрака кареты на меня уставились четыре больших, любопытных глаза.

Фламме и кто-то ещё. Я был в этом уверен. Моя миссия на ближайший месяц. И, возможно, мой единственный ключ к разгадке тайны собственных глаз.

***