Я осторожно высвободился из-под тяжёлой головы Тодзи, всё ещё покоившейся на моём плече. Спящий убийца выглядел почти безобидно в этот момент, черты лица расслабились, шрам на губе казался меньше в тусклом свете луны, пробивающемся сквозь разрывы в облаках. Я аккуратно опустил его голову на деревянную поверхность веранды, подложив свёрнутую куртку под щеку. Тодзи застонал во сне, но не проснулся, алкоголь и чакра держали его крепко.

Поднявшись на ноги, я потянулся, чувствуя как затёкшие мышцы протестуют после долгого сидения в одной позе. Снег прекратился совсем, оставив мир укрытым белым покрывалом толщиной в несколько сантиметров. Воздух был чистым и холодным, обжигал лёгкие при каждом вдохе. Я посмотрел на спящего Тодзи, затем на лес вокруг, и дальше где проклятая энергия святилища пульсировала на краю восприятия, тяжёлая и зловещая.

Любопытство точило меня с того момента, как Тодзи тогда он решил проверить мою силу на крыше. Сейчас он рассказал о своём детстве, о клане Зенин, о том, как он стал сильным без единой капли проклятой энергии в теле. Человек без силы в мире магов, который побеждал тех, кого система считала богами. Это противоречило логике, нарушало правила, которые я понимал о балансе силы. Да конечно, в мире шиноби существовали люди вроде Майто Гая, которые полагались исключительно на тайдзюцу и достигали невероятных высот благодаря техникам вроде Восьми Врат. Но даже такие как Гай использовал чакру для открытия врат, для усиления тела до нечеловеческих пределов. Здесь же Тодзи утверждал, что у него вообще нет проклятой энергии. Ноль. Пустота.

Как тогда он был таким сильным? Какой механизм позволял обычному человеческому телу достигать силы, сравнимой с магами что точно усиливали как шиноби своё дело энергией? Мне нужны были ответы, и они лежали прямо передо мной, спящие и беззащитные. Моральные соображения мелькнули в голове на мгновение, напоминание о том, что вторжение в чужое тело без разрешения было нарушением приватности, доверия. Но любопытство и практическая необходимость перевесили. Если я собирался сражаться рядом с этим человеком против смертельной угрозы через несколько часов, мне нужно было понимать его возможности, его ограничения, его природу.

Я присел рядом с Тодзи на колени, активируя поток чакры к рукам. Зелёный свет начал светиться вокруг ладоней, слабое сияние в ночной темноте. Мистическая Ладонь, базовая техника медицинского ниндзюцу, которую я изучил ещё в детстве под руководством деда. Но то, что я собирался сделать сейчас, было не лечением, а диагностикой глубинного уровня. Сканирование внутренних структур тела, изучение потоков энергии, анализ аномалий. Техника требовала концентрации и деликатности, одно неверное движение чакры могло разбудить спящего или, что хуже, нанести вред.

Я положил светящиеся руки на грудь Тодзи, чувствуя тепло его тела сквозь тонкую футболку. Чакра потекла из моих ладоней, проникая в его плоть, распространяясь по тканям как невидимые щупальца, исследующие каждую клетку, каждое волокно. Первое, что я заметил, был абсолютное отсутствие того, что я привык ощущать при сканировании. В теле обычного человека всегда присутствовала энергия, пусть и минимальная. Совместная каша из двух составляющих. Духовная из сознания в стороне мозга. Даже у тех, кто не был шиноби существовали следы этих сил, слабые, но различимые. У Тодзи не было ничего на подобие духовности. Абсолютный ноль. Пустота там, где должен был быть источник силы.

Но вместо этого я обнаружил нечто другое. Жизненная энергия. Она пульсировала в каждой клетке его тела с интенсивностью, которую я видел только у немногих избранных. Плотная, концентрированная, настолько мощная, что она буквально фонила даже через мою сенсорику. Если проклятия были проявлением чистой духовной энергии, то Тодзи был её противоположностью. Чистая физическая энергия, доведённая до абсолюта. Это было похоже на эффект Восьми Врат в мире шиноби, когда открытие ограничителей в теле высвобождало скрытые резервы физической силы. Но там эффект был временным, разрушительным для организма, убивающим пользователя при полном открытии всех врат.

Здесь же эффект был постоянным. Тело Тодзи существовало в состоянии, которое я мог сравнить с открытыми шестью или семью вратами, но без деструктивных последствий. Это должно было быть невозможно...

По всем законам физиологии, которые я изучал в двух жизнях, такое состояние разорвало бы тело изнутри за считанные минуты. Да и Жизненная энергия не может генерироваться так...Мышцы порвались бы от перегрузки, кости сломались под давлением собственной силы, сердце остановилось от невыносимой нагрузки. Но Тодзи точно жил так годами, десятилетиями с детство возможно, и его тело не только выдерживало, но процветало в этом состоянии.

Я углубил сканирование, направляя чакру к мышечным тканям. Структура была аномальной с первого взгляда. Волокна были плотнее, чем у любого человека которого я видел, упакованные так тесно, что между ними почти не оставалось пространства. Каждое мышечное волокно было толще и эластичнее обычного, способно генерировать силу в несколько сотен раз превышающую норму. Но самым удивительным было отсутствие признаков износа. Обычно при такой интенсивной физической активности, которой явно занимался Тодзи, мышцы накапливали микроразрывы, рубцовую ткань, признаки старения. Здесь не было ничего подобного. Мышцы были в идеальном состоянии, словно принадлежали атлету в расцвете сил, постоянно регенерирующие, постоянно восстанавливающиеся.

Кости были следующей аномалией. Плотность костной ткани превышала человеческую норму в десятки раз по моим прикидкам. Они были тяжелее, прочнее, устойчивее к переломам. Структура напоминала кости крупных хищников чакразверей, рассчитанные на экстремальные нагрузки. Суставы были укреплены дополнительными слоями хряща, связки толще и эластичнее. Всё тело было построено как идеальная боевая машина, оптимизированная для физического насилия без компромиссов.

Я переместил руки к голове Тодзи, осторожно прикасаясь к вискам. Сканирование мозга было деликатной процедурой, требующей максимальной концентрации. Чакра проникла сквозь черепную коробку, которая как я отметил была также толще нормы, и достигла серого вещества. Посмотрим...

Спустя секунды осмотра, структура мозга поразила меня не меньше, чем мышцы. Нейронные связи были более плотными, электрическая активность интенсивнее. Области, отвечающие за рефлексы, координацию движений, обработку сенсорной информации, были развиты до предела человеческих возможностей, возможно и за ним. Это объясняло его сверхчеловеческую реакцию, способность уклониться от той спицы, двигаться с невероятной скоростью.

Но что действительно привлекло моё внимание, был странный узел нервных клеток в области продолговатого мозга, отвечающего за базовые функции организма. Эта структура не соответствовала стандартной анатомии. Она была больше, сложнее, с ответвлениями, уходящими глубже в ствол мозга. Я осторожно направил туда поток чакры, пытаясь понять её функцию. Ответ пришёл почти мгновенно в виде ощущения колоссального давления, исходящего из этой области. Именно отсюда контролировалось то невероятное состояние тела Тодзи. Эта структура была биологическим ограничителем, но работающим в обратном направлении.

В мире шиноби Восемь Врат были ограничителями, которые мозг накладывал на тело, чтобы предотвратить самоуничтожение от перегрузки. Открытие врат снимало эти ограничения, позволяя телу использовать скрытые резервы, но ценой разрушения. У Тодзи ограничители были изначально отсутствующими или настолько изменёнными, что они не сдерживали, а наоборот, оптимизировали использование физической энергии. Его тело постоянно работало на пределе, но без разрушительных последствий благодаря этой аномальной структуре мозга.

Проклятие. Слово всплыло в моём сознании с горькой иронией. Тодзи называл магов проклятыми за их врождённую энергию, но он сам был проклят по-своему. Его тело было той ещё аномалией, результатом генетической лотереи или мутации, которая лишила его проклятой энергии, но компенсировала это невероятным усилением физических параметров. Он был живым парадоксом, человеком без магии в мире магов, но точно сильнее большинства из них благодаря чистой физической мощи.

Жизненная энергия текла через него как река, мощная и неудержимая. Если проклятия были сгустками искажённой духовной энергии, то Тодзи был воплощением жизненной силы в её чистейшей форме. Два противоположных полюса энергетического спектра. Духовное против Жизненного. Мёртвое против Живого. И в этом противостоянии Тодзи находил своё преимущество. Проклятия не чувствовали его, потому что он был их антитезой, существом без духовной составляющей, невидимым для их сенсорики.

Я медленно убрал руки, деактивируя Мистическую Ладонь. Зелёное свечение угасло, оставив нас в темноте, нарушаемой только слабым светом луны. Тодзи продолжал спать, его дыхание было ровным и глубоким, не потревоженное моим вторжением. Информация, которую я получил, была бесценной. Я понимал теперь природу его силы, его уникальность, его опасность. Но также я понимал и его уязвимость. Тело, работающее на таких пределах, требовало колоссальных энергетических затрат. Питание, восстановление, сон, всё это было критически важно для поддержания функций. Длительный бой на пределе сил без возможности восстановления мог истощить его быстрее, чем обычного человека. Это было слабое место, которое нужно было учитывать в завтрашнем сражении.

Ещё одна мысль пришла мне в голову, более тревожная. Если такие аномалии существовали в этом мире естественным образом, то какие ещё сюрпризы меня ждали? Маги с уникальными техниками, существа с невообразимыми способностями, артефакты, нарушающие законы физики. Мир проклятой энергии был более сложным и опасным, чем я предполагал изначально. Мне нужно было быть осторожным, собирать информацию, и не раскрывать все свои карты. Держать низкий уровень. Шаринган, Мангекьё, Сусаноо, печати, всё это были козыри, которые нужно было использовать разумно.

Я встал, отряхнув снег с одежды, и вернулся в гостевой дом. Комната была тёплой по сравнению с улицей, очаг тлел угольками, отбрасывая слабое оранжевое свечение на стены. Я лёг на свой футон, сложив руки за головой, и посмотрел в потолок. Сон не приходил, но я не стремился к нему. Медитация была лучшим способом восстановить силы, успокоить разум, подготовиться к грядущему испытанию. Я закрыл глаза, замедлил дыхание, сосредоточился на потоке чакры внутри тела. Очаг чакры пульсировал ровно и сильно, резервы были полными, тело полностью восстановилось и готово к бою.

Время текло медленно, неторопливо, как всегда перед рассветом. Я слышал как ветер шумит в кронах деревьев, как снег иногда соскальзывает с крыш, как где-то вдалеке кричит ночная птица. Мир был спокоен, но это был обманчивый покой, тишина перед бурей. Через несколько часов мы войдём в святилище, столкнёмся с проклятием особого уровня, которое убило троих опытных магов. Через несколько часов я узнаю настоящую цену выживания в этом мире.

***

Утро пришло с серым светом, пробивающимся сквозь раздвижные двери. Я открыл глаза, чувствуя себя отдохнувшим, несмотря на отсутствие сна. Медитация дала то, что нужно было, ясность ума и готовность тела. Я встал, быстро привёл себя в порядок, и облачился в чистую одежду, которую приготовили слуги клана Минамото. Чёрная рубашка, тёмные брюки, удобные ботинки. Ничего лишнего, всё практично и функционально.

Выйдя в общую комнату, я обнаружил Тодзи уже проснувшимся и сидящим за низким столиком. Перед ним дымилась чашка чая, рядом лежала тарелка с рисом, рыбой и маринованными овощами. Он выглядел свежее, чем ночью, но следы усталости всё ещё читались в его глазах. Влияние чакры, вероятно, давало о себе знать, хотя он не показывал явных признаков дискомфорта. Увидев меня, он кивнул, указывая на вторую порцию еды на столе.

— Ешь, — сказал он коротко, набивая рот рисом. — Нужны силы. Долгий день впереди.

Я сел напротив него, взял палочки и начал есть. Еда была простой, но качественной. Рис был рассыпчатым, рыба свежей, овощи хрустящими. Вкусно-вкусно. Мы ели молча, каждый погружённый в собственные мысли. Тодзи казался спокойным, расслабленным даже, словно предстоящий бой был обычной рутиной для него. Возможно, так оно и было. Для профессионального убийцы каждое задание было лишь очередным днём на работе, вне зависимости от опасности.

— Ты помнишь что-нибудь из прошлой ночи? — спросил я между укусами, наблюдая за его реакцией.

Тодзи поднял взгляд, его зелёные глаза встретились с моими. На мгновение я увидел проблеск неуверенности, затем он усмехнулся.

— Пил слишком много, — признался он без смущения. — Это конечно не сработало, но я добавил добавки. Зря как оказалось, теперь голова раскалывается. Помню, что вышел на веранду, где ты сидел. Мы с тобой покурили. Потом всё размыто. Проснулся на веранде под утро, замёрз как собака. Ты почему меня обратно не затащил?

— Ты был тяжёлым, — соврал я, пожимая плечами. — Оставил там, где упал. Сам дошёл до комнаты?

— Видимо, — Тодзи потёр затылок, морщась. — Не помню. Алкоголь дерьмовая штука, да и ещё с магическими наркотиками. Больше не буду экспериментировать перед заданиями.

Я кивнул, продолжая есть. Похоже, он действительно не помнил подробностей своего пьяного монолога о клане Зенин, о братьях, о мести. Это было хорошо. Меньше неловкости, меньше вопросов. Информация, которую он выдал, осталась при мне, как и результаты ночного сканирования его тела. Секреты, которые могли пригодиться позже.

Мы закончили завтрак, запили чаем и поднялись из-за стола. Тодзи взял свой свёрток с оружием, закинул за спину, проверил нож на поясе. Я достал печать хранения из кармана, и засунув за спину активировал её небольшим импульсом чакры и извлёк пару кунаев, спрятав их за поясом под рубашкой.

— Готов? — спросил Тодзи, направляясь к выходу.

— Да, — ответил я, следуя за ним.

Мы вышли из гостевого дома на холодное утро. Снег под ногами хрустел, воздух был свежим и обжигающим. Солнце ещё не поднялось над горизонтом, небо было серым, окрашенным в оттенки красноты и фиолетового на востоке. Рассвет приближался, заметил я смотря на солнце. Время пробуждения проклятия. Мы двинулись по тропе вверх по склону, наши шаги были быстрыми. Тодзи шёл впереди, его силуэт был тёмным пятном на фоне белого снега. Я следовал за ним, активируя сенсорику на низком уровне постоянно сканируя окрестности.

Проклятая энергия становилась сильнее с каждым шагом. Давление нарастало, воздух становился тяжелее, словно мы погружались под воду. Я чувствовал как кожа покрывается мурашками, как волоски на руках встают дыбом. Это не был физический холод, а что-то более глубокое, влияющее на подсознание, на инстинкты. Обычный человек, наверное, развернулся бы и убежал, не понимая почему. Но мы не были обычными людьми.

Тропа вывела нас на поляну перед святилищем. Три здания стояли в ряд, соединённые крытыми переходами. Архитектура была традиционной японской, тёмное дерево, покатые крыши, каменные фонари. Но атмосфера была зловещей, неправильной. Проклятая энергия висела плотным облаком, искажая восприятие. Краем глаза я видел тени, движущиеся там, где их не должно было быть. Слышал шёпот, который не имел источника. Мелкая иллюзия? Интересно. Это место было заражено, пропитано негативом настолько глубоко, что оно влияло даже на физический мир.

У входа нас встретили те же трое, что и вчера вечером. Старик Минамото с седыми волосами и двое охранников в чёрных хакама. Их лица были напряжёнными, глаза настороженными. Они не хотели быть здесь, это было очевидно. Страх перед проклятием, которое убило их товарищей, был осязаемым.

— Фушигуро, Оками-сан, — старик поклонился формально. — Вы готовы?

— Готовы, — подтвердил Тодзи, его голос был спокойным и уверенным. — Какие последние инструкции?

— Проклятие находится в центральном здании, — старик указал на строение посередине. — В подвале под главным залом. Мы запечатали все входы кроме одного чтобы вы могли войти. Но как только вы спуститесь вниз, печати активируются блокируя выход. Это необходимо, чтобы проклятие не сбежало, если вы провалите задание.

— Значит, либо мы убьём его, либо умрём, пытаясь, — Тодзи усмехнулся. — Мотивация понятная.

— Именно, — старик не улыбнулся в ответ. — Проклятие проснётся с первыми лучами солнца. У вас есть около пятнадцати минут, чтобы занять позиции. Когда оно активируется, барьер сработает автоматически. Удачи вам. Клан Минамото будет в вашем долгу если вы очистите святилище.

Мы кивнули и двинулись вперёд, проходя мимо каменных фонарей и священных верёвок с белыми бумажными полосками. Тодзи шёл уверенно, словно знал дорогу наизусть. Я следовал за ним, Шаринган дремал, готовый активироваться в любой момент. Чакра текла по каналам, собираясь в конечностях готовая к выбросу. Каждый мой шаг был осознанным, каждое движение рассчитанным.

Я был готов.

Мы вошли во двор между тремя зданиями. Пространство было небольшим, вымощенным каменными плитами, покрытыми тонким слоем снега. В центре стояла каменная чаша с водой, наполовину замёрзшая. Вокруг росли несколько деревьев, их ветви были голыми и чёрными на фоне серого неба. Место было тихим, слишком тихим. Даже ветер не шумел здесь, словно воздух застыл, боясь потревожить что-то.

Тодзи остановился указывая на центральное здание.

— Там, — сказал он коротко. — Вход в подвал находится в главном зале. Дверь точно будет открыта. Спускаемся осторожно, держим дистанцию друг от друга. Если проклятие атакует одного, второй наносит удар. Работаем в паре, координируем действия. Я отвлекаю, ты бьёшь. Или наоборот. Главное не дать ему изолировать нас.

— Понял, — кивнул я. — Ты чувствуешь что-нибудь?

— Нет, — Тодзи покачал головой. — Я же говорил, я слепой для проклятий. Ты мои глаза здесь. Чувствуешь его?

Я закрыл глаза, сосредоточившись на сенсорике. Проклятая энергия была повсюду, плотным облаком затрудняющим точное определение. Но где-то глубоко, под землёй, было ядро, концентрация настолько сильная, что она выделялась даже на фоне общего шума. Пульсирующая, живая, ждущая.

— Внизу, — сказал я, открывая глаза. — Глубоко. Энергия концентрируется в одной точке. Оно спит, но похоже не надолго. Рассвет близко.

— Тогда двигаем, — Тодзи развернулся и направился к центральному зданию.

Мы поднялись по деревянным ступеням на веранду, наши шаги были бесшумными на заснеженных досках. Раздвижная дверь была приоткрыта, словно приглашая войти. Тодзи толкнул её шире, и мы вошли внутрь. Главный зал был просторным, с высоким потолком и деревянными балками. Татами на полу были старыми, местами порванными. Вдоль стен стояли деревянные статуи, изображающие духов или божеств, их лица были стёрты временем. В дальнем конце зала находился алтарь, но он был пуст, никаких подношений или украшений.

Разрушение было повсюду. Колонны были треснуты, некоторые балки висели под опасным углом. Пол был усеян осколками дерева, обломками статуй, пятнами которые могли быть кровью, высохшей и почерневшей от времени. Это место видело насилие, смерть, ужас. Стены были исцарапаны словно гигантские когти прошлись по ним. Воздух пах затхлостью, плесенью и чем-то ещё, сладковатым и отвратительным. Запахом разложения.

Тодзи прошёл через зал к задней части где среди обломков виднелся проход вниз. Деревянный люк был откинут, обнажая тёмный квадрат ведущий в неизвестность. Лестница уходила вниз, ступени были крутыми и узкими. Никакого света не проникало из подвала, только чернота, полная и абсолютная.

— Вот оно, — Тодзи остановился у края, заглядывая вниз. — Подвал. Логово проклятия. Готов спуститься в ад?

— Ад слишком громкое слово, — ответил я спокойно. — Просто ещё одно задание.

Тодзи рассмеялся, короткий, лающий смех.

— Мне нравится твой стиль, парень. Ладно, я иду первым. Ты за мной. Держись близко, но не настолько, чтобы мы оба попали под атаку одновременно. Если услышишь что-то, предупреди сразу. Не геройствуй, и да не пытайся убить его в одиночку. Мы команда, хоть и временная.

Я кивнул, наблюдая как Тодзи разматывает свёрток с оружием. Чёрная ткань упала на пол, обнажая арсенал, который заставил бы позавидовать любого шиноби. Длинный меч с широким клинком, покрытым странными гравировками, которые слабо светились тусклым фиолетовым светом. Несколько коротких клинков, похожих на танто, но с изогнутыми лезвиями. Цепь с крюками на концах, обёрнутая вокруг его талии. И что-то массивное, завёрнутое в дополнительный слой ткани, что он оставил на полу.

— Проклятые инструменты, — пояснил Тодзи, заметив мой взгляд. — Оружие, пропитанное проклятой энергией. Единственное, что может причинить реальный вред сильным проклятиям. Обычная сталь их только раздражает.

Он закинул меч за спину, засунул танто за пояс, проверил цепь. Его движения были быстрыми и отработанными, ритуал перед боем, выполняемый тысячи раз. Я достал свои кунаи, ощущая их привычный вес в руках. Обычная сталь, да, но усиленная моей чакрой они становились смертоносными. Плюс у меня был весь арсенал техник шиноби которые компенсировали отсутствие специализированного оружия.

— Поехали, — Тодзи шагнул на первую ступеньку лестницы, его фигура начала растворяться в темноте.

Я последовал за ним, спускаясь медленно, каждый шаг эхом отдавался в тишине подвала. Лестница была длинной, гораздо длиннее, чем казалось с первого взгляда. Мы спускались в течение минуты, может двух, постепенно погружаясь в кромешную тьму. Свет из главного зала угас полностью, оставив нас в абсолютной черноте. Я не активировал Шаринган пока, полагаясь на сенсорику и усиленное зрение Узумаки. Темнота была плотной, осязаемой, давящей на глазные яблоки.

Проклятая энергия сгущалась с каждым шагом вниз. Давление стало почти физическим, словно невидимые руки сжимали грудную клетку, затрудняя дыхание. Воздух был спёртым, холодным, пах землёй и сыростью. Где-то вдалеке я слышал звук капающей воды, монотонный и навязчивый. Эхо наших шагов искажалось, создавая впечатление, что кто-то ещё идёт рядом, невидимый спутник в темноте.

Мы шли и шли, уже спустившись на глубину десятков метров и я стал понимать что искаженная пространство было удивительно глубоким. Такого не ожидаешь от такого место...

Тодзи внезапно остановился, и я едва не врезался в его спину. Его дыхание было ровным, контролируемым, но я чувствовал напряжение в его теле. Мышцы были натянуты как струны, готовые к взрыву действий в любой момент.

— Пол, — прошептал он. — Лестница закончилась. Дальше пустота.

Хм. Я заглянул ему за спину, и мои брови немного двинулись в недоумение. И в правду. А где пол та?

***