Самолёт приземлился в аэропорту Кансай с лёгкой тряской, которая заставила нескольких пассажиров нервно вцепиться в подлокотники. Я даже не моргнул. После падения с высоты небоскрёба в воды гавани Виктория такая мелочь, как турбулентность при посадке, не могла меня взволновать. Тодзи рядом со мной зевнул, потянулся и щёлкнул шеей, словно только что проснулся после долгого сна, хотя его глаза оставались такими же бдительными, как и четыре часа назад.

Выход из самолёта прошёл быстро. Мы были среди первых, кто покинул борт благодаря местам в бизнес-классе. Тодзи двигался уверенно, зная дорогу, его шаги были размеренными и неспешными. Свёрток с оружием за спиной никого не смущал, хотя я заметил несколько настороженных взглядов от охранников аэропорта. Но они не подходили, не задавали вопросов. Либо Тодзи действительно имел серьёзные связи, либо его репутация говорила сама за себя. Либо это были просто некомпетентные идиоты.

Пройдя через таможню без единого вопроса, мы оказались в зале прилёта. Толпа людей с табличками встречала пассажиров, кто-то кричал имена, кто-то просто стоял в ожидании. Я осмотрелся, ожидая увидеть водителя с табличкой нашего имени или представителя клана Минамото. Логично было бы встретить нанятых специалистов, особенно учитывая сумму, которую они заплатили Тодзи.

Но Тодзи прошёл мимо всей этой суеты, направляясь прямо к выходу. Я остановился, глядя ему вслед с лёгким недоумением. Он прошёл ещё несколько шагов, затем обернулся, заметив моё отсутствие.

— Чего встал? — спросил он с усмешкой. — Двигай.

— Нас никто не встречает? — я кивнул в сторону толпы встречающих. — Клан Минамото не прислал машину?

Тодзи рассмеялся. Короткий, насмешливый смех, который говорил о том, что я сказал что-то наивное.

— Машину? Парень, они наняли меня убить проклятие, а не устроить роскошный тур по своим владениям. Мы идём пешком до станции, потом на поезде до Киото. Ноги ведь у тебя есть, надеюсь?

Я пожал плечами, догоняя его. Честно говоря, удивило но меня это устраивало больше, чем перспектива сидеть в машине с незнакомым водителем. Я привык полагаться на свои ноги, на собственную силу. Чем на машины от которых отвык. Годы в мире шиноби научили меня что зависимость от чужой помощи может стоить жизни. Если нужно идти пешком, значит, пойдём пешком.

Мы вышли из здания аэропорта на открытый воздух. Январь в Японии был холоднее, чем в Гонконге. Ветер с моря был пронизывающим, влажным, он проникал под одежду и заставлял кожу покрываться мурашками. Небо было затянуто серыми облаками, обещающими дождь или даже снег. Зимняя погода похожее на регион около клановых земель.

Тодзи закурил сигарету прикрывая её рукой от ветра, и мы двинулись по направлению к автобусной остановке. Он шёл спокойно не торопясь, будто у нас было всё время мира. Я шёл рядом, изучая окрестности. Аэропорт Кансай был построен на искусственном острове, соединённом с материком длинным мостом. Вокруг было море, серое и неспокойное, волны бились о бетонные стены, создавая монотонный шум. Меня больше занимало оно, чем здания и люди вокруг.

Напоминает родину...

— Значится, за неделю ты успел освоиться в Гонконге, — Тодзи заговорил первым, выпуская дым через нос. — Ходил по городу, изучал местность. Что ещё делал?

Я понял, что это была проверка. Тодзи хотел убедиться, что я не просто потратил время на восстановление, но и узнал что-то полезное. Что я не был слепым котёнком, который ничего не понимает в этом мире.

— Наблюдал, — ответил я коротко. — За людьми, за местами. За тем, что обычные люди не видят.

Тодзи бросил на меня быстрый взгляд, оценивающий.

— И что ты увидел?

— Монстры, — я держал голос ровным, не показывая лишних эмоций. — Они повсюду. В метро, на улицах, в переулках. Большинство мелкие, безобидные на первый взгляд. Но встречаются и опасные.

— Проклятие. Ты можешь их видеть, — это не было вопросом. Тодзи констатировал факт моей необычности который уже понял в больнице, когда обнаружил мой кунай с печатями.

— Могу.

— Как?

Я замолчал на несколько секунд. Рассказывать о Шарингане? О додзюцу, о кеккей генкай, о чакре? Это было глупо. Чем меньше Тодзи знал о моих способностях, тем лучше. Информация была оружием, и делиться оружием с потенциальным врагом было бы ошибкой.

— Чувствительность, — соврал я, выбирая простое объяснение. — Я могу чувствовать их присутствие. Давление в воздухе, изменение температуры, запах. С практикой научился различать где они находятся.

Это была полуправда. Я действительно чувствовал проклятия даже без активации Шарингана, но это была лишь малая часть моих способностей. Тодзи, похоже принял объяснение, хотя его глаза оставались настороженными.

— Чувствительность, — повторил он, затягиваясь сигаретой. — Полезный навык знаешь ли. Большинство обычных людей даже не подозревают что проклятия существуют пока те не начинают их убивать. А те, кто может чувствовать их присутствие обычно сходят с ума от страха. А вот ты не выглядишь испуганным.

— Я видел и похуже вещи, — ответ был честным. Твари из-под кромки, биджу, враги что поднимали сотни тонн воды, сам Мудрец Шести Путей. Проклятия этого мира были опасными, но не настолько чтобы я потерял самообладание. Так-к, монстры которых можно игнорировать.

Тодзи усмехнулся.

— Видел хуже. Ладно, не буду лезть к тебе в голову. У каждого свои скелеты в шкафу. — Он стряхнул пепел с сигареты. — Раз ты можешь их чувствовать, значит в бою не будешь слепым. Это хорошо. Проклятие в святилище Минамото любит прятаться, атаковать из засады. Если ты почувствуешь его раньше, чем оно нападёт, у нас будет преимущество.

Я кивнул, запоминая информацию. Проклятие, которое атакует из засады. Быстрое, хитрое, опасное. Мне нужно было быть готовым к внезапным атакам, держать сенсорику активной постоянно.

— Ты сам можешь их чувствовать? — спросил я, поворачивая вопрос к нему.

Тодзи рассмеялся.

— Я? Нет, парень. Я не маг. У меня нет ни капли проклятой энергии в теле. Ноль. Пустота. — Его голос был насмешливым, но в глубине слышалась горечь. Скрытая за маской. — Я родился без способности видеть или чувствовать проклятия. Для мира магов я калека, бесполезный мусор. Но знаешь что? Это стало моей силой.

Он похлопал по свёртку за спиной.

— Проклятые инструменты, оружие, пропитанное проклятой энергией. Они компенсируют мою нехватку. А ещё моё тело не излучает энергию, я невидим для проклятий. Они не чувствуют меня, пока я не ударю. Идеальный убийца считай.

Невидимость для проклятий. Интересная особенность. Значит Тодзи был эффективен в своей работе. Он мог подойти незамеченным, нанести удар и исчезнуть до того, как противник поймёт, что произошло. В каком-то смысле он был похож на настоящего шиноби, на убийцу, полагающегося на скрытность и внезапность.

— Но у этого есть недостаток, — продолжил Тодзи. — Я не могу чувствовать проклятия, пока они не окажутся прямо передо мной. Поэтому мне нужен напарник с чувствительностью. Кто-то, кто предупредит о засаде, укажет местоположение цели. Обычно я работаю один, но для особого уровня это было бы самоубийством. Ха. А умирать пока не хочется.

Значит, я был не просто расходным материалом, чтобы погасить долг. Я был сенсором, глазами Тодзи в бою против невидимого врага. Это меняло расклад сил. Он нуждался во мне так же, как я нуждался в информации, которую он мог дать.

— Понял, — сказал я. — Я буду твоими глазами, ты будешь оружием.

— Именно так, — Тодзи докурив выкинул сигарету на землю. — Работаем в паре, координируем действия. Я отвлекаю, ты атакуешь. Или наоборот. Главное — убить проклятие и выжить. Мёртвым деньги не нужны.

Мы дошли до автобусной остановки. Небольшая крытая площадка с несколькими скамейками и расписанием. Следующий автобус до железнодорожной станции прибывал через десять минут. Тодзи сел на скамейку, положив свёрток с оружием рядом. Я остался стоять опираясь на стену.

— Расскажи мне о проклятой энергии, — попросил я. — Как она работает, откуда берётся. Мне нужно знать с чем имею дело.

Тодзи посмотрел на меня с интересом, затем усмехнулся.

— Хочешь знать правила игры? Правильно. Ладно-о-о, слушай. — Он откинулся на спинку скамейки, скрестив руки на груди. — Проклятая энергия это штука которая есть почти у всех людей. Но стоит учесть что есть два типа людей, колдуны что видят и используют энергию, и обычные люди которые ничего не могут. Рождается это энергия из негативных эмоций людей. Страх, злость, ненависть, отчаяние. Все эти чувства накапливаются естественно в людах и определённых местах. Больницы, где люди умирают в муках. Школы, где дети страдают от издевательств. Кладбища, где скорбят родственники. Старые здания, места трагедий, катастроф. Вообщем вся это муть которая выходит из людей, и эта негативность сгущается, материализуется, и в конце концов порождает проклятого духа.

Я слушал сопоставляя информацию с тем, что наблюдал в Гонконге. Проклятия действительно концентрировались в определённых местах. Больница, где я лежал, была буквально кишела мелкими проклятиями, которых я заметил только вернувшись. Склад где я встретил сороконожку, тоже был местом смерти и насилия.

— Проклятые духи делятся на уровни, — продолжил Тодзи. — Четвёртый уровень — самые слабые. Они едва осознают себя, действуют на инстинктах. Могут напугать обычного человека, но физического вреда почти не наносят. Третий уровень уже опаснее. Они сильнее, умнее, могут ранить или убить слабых людей. Второй уровень способен убить взрослого здорового человека без особых проблем. Первый уровень может уничтожить группу людей, разрушить здания. А особый уровень, — он сделал паузу, его голос стал серьёзнее, — может стереть с лица земли целый город. Некоторые из них обладают разумом, хитростью, уникальными способностями. Но такие редкость...

Особый уровень. Угроза городского масштаба. Я начинал понимать, почему клан Минамото был готов заплатить десять миллионов иен за убийство одного проклятия. Потеря святилища была меньшей проблемой чем потенциальное уничтожение всего клана. Слабо, но интересно.

— Против проклятых духов сражаются маги, — Тодзи продолжил. — Чародеи, шаманы, колдуны, экзорцисты. Называй как хочешь. Это люди, рождённые с проклятой энергией в теле. Они могут видеть проклятия, манипулировать энергией, создавать техники. Некоторые используют врождённые техники, уникальные способности, передающиеся по наследству в кланах. Другие полагаются на проклятые инструменты наполняя их энергией, оружие и артефакты.

Это напоминало кеккей генкай и ниндзюцу из мира шиноби. Врождённые способности и изученные техники, комбинация таланта и тренировки. Структура была похожей, хотя источник силы отличался.

— Большинство магов организованы, — Тодзи достал новую сигарету, но не прикуривал, просто вертел её в пальцах. — Есть кланы, старые семьи, передающие традиции и техники из поколения в поколение. Есть школы, где обучают молодых магов. Есть правительственная организация, координирующая действия магов по всей Японии и не только. Вся эта система существует в тени обычного мира. Простые люди не знают о проклятиях, не знают о магах. Они живут в блаженном неведении, пока кто-то защищает их от монстров.

— А ты не маг, — констатировал я. — Но работаешь в этом мире.

— Я наёмник, — Тодзи наконец прикурил сигарету. — Убийца, который работает за деньги. Маги используют меня для грязной работы, которую не хотят делать сами. Убить опасное проклятие, достать редкий артефакт, устранить неугодного человека. Всё, что требует навыков и отсутствия моральных ограничений. Я беру деньги и делаю работу. Просто и эффективно.

Его голос был спокойным, без эмоций, но я слышал что-то под поверхностью. Горечь, злость, возможно, даже ненависть. Тодзи похоже был человеком, которого отвергло общество магов. Человеком без проклятой энергии в мире, где она определяла статус и силу. Он компенсировал это навыками, оружием и чистой жестокостью. Но он человек, а у людей есть шрамы. Всегда остаются.

— Клан Минамото, — Тодзи сплюнул в сторону, его лицо исказилось гримасой отвращения, — один из этих старых кланов магов. Богатые, влиятельные, высокомерные ублюдки. Они существуют сотни лет, имеют традиции, ритуалы, проклятые инструменты. Считают себя элитой мира магов. Смотрят на таких, как я как на наёмных псов. Используют, когда нужно, но никогда не считают равными.

Я слышал знакомые нотки в его словах. Презрение к аристократии, к тем, кто считал себя выше других по праву рождения. В мире шиноби старейшины и главы кланов тоже часто смотрели свысока на тех, кто не имел благородного происхождения или мощного кеккей генкай. Тодзи был продуктом этой системы, человеком, которого сломали и выплюнули. Но он выжил, стал сильным на своих условиях. Уважение? Зачатки.

— Почему ты тогда работаешь на них? — спросил я, хотя догадывался об ответе.

Тодзи посмотрел на меня, его зелёные глаза были спокойны.

— Деньги, — ответил он просто. — Деньги есть деньги. Десять миллионов иен за одно задание. Это больше, чем многие маги зарабатывают за год. Я не настолько глуп, чтобы отказываться от таких денег из-за принципов. Принципы не кормят, не одевают, не оплачивают счета. Деньги делают.

Честность. Тодзи не притворялся благородным героем или мстителем с высокими идеалами. Он был практичным человеком, выживающим в жестоком мире единственным доступным ему способом. В каком-то смысле я понимал его лучше, чем хотел признать. Я тоже убивал тысячи ради защиты своего клана, ради семьи. Цель оправдывала средства.

Автобус подъехал с шумом двигателя и шипением тормозов. Мы молча сели внутрь, заняв места в задней части. Пассажиров было немного, несколько туристов с чемоданами и местные жители, возвращающиеся с работы. Водитель закрыл двери, и автобус тронулся, направляясь к железнодорожной станции.

Дорога заняла около двадцати минут. Мы проезжали мимо промышленных зон, складов, небольших посёлков. Пейзаж был типичным для пригородной Японии которую я помнил. Смесь современности и традиций, новые здания рядом со старыми деревянными домами. Я смотрел в окно, впитывая детали. Эта страна была похожей на мир шиноби больше, чем Гонконг. Архитектура, язык, даже воздух казался более знакомым.

— У тебя есть оружие? — Тодзи заговорил тише, чтобы другие пассажиры не слышали. — Кроме тех кунаев что я видел.

— Есть, — ответил я коротко. — Достаточно для боя.

— Проклятое оружие?

— Нет.

Тодзи нахмурился.

— Обычное оружие против сильных проклятий почти бесполезно. Можешь ранить, но не убить. Нужна проклятая энергия или специальные инструменты, пропитанные ей. У меня есть такое оружие, — он похлопал по свёртку за спиной, — но тебе придётся полагаться на что-то другое. Надеюсь, у тебя есть способы наносить урон проклятиям.

— Есть, — я не стал вдаваться в подробности. Элементальные техники, Разрез, Сусаноо, клинок Тоцука и множество других сил. У меня было достаточно способов убивать проклятия. Но Тодзи не нуждался в знании всех моих карт.

— Хорошо, — Тодзи принял мой ответ без лишних вопросов. — Главное, чтобы ты мог держаться в бою. Я не хочу тащить твой труп из святилища.

— Не придётся, — заверил я его.

Автобус подъехал к станции и остановился. Мы вышли, и Тодзи повёл меня через толпу к платформе. Железнодорожная станция была большой и современной, с множеством путей и поездов, уходящих в разные направления. Электронные табло показывали расписание, голос диктора объявлял прибытие и отправление составов. Люди сновали во всех направлениях, спешили по своим делам.

Тодзи купил два билета в автомате, не обращаясь к кассиру. Мы прошли через турникеты и спустились на платформу, где уже стоял наш поезд. Скоростной экспресс до Киото, путь займёт около часа судя по таблу. Состав был длинным, современным, с обтекаемой формой и белым корпусом. Внутри вагона было чисто, сиденья удобные, с откидными столиками.

Мы сели у окна, и Тодзи устроился так, чтобы свёрток с оружием не мешал другим пассажирам. Вагон начал заполняться людьми. Бизнесмены в костюмах, студенты с рюкзаками, туристы с камерами. Обычные люди, живущие обычными жизнями, не подозревающие о существовании проклятий и магов. Как интересно, сколько из них не доживут до завтра умерев от рук проклятий.

В интересном мире я оказался. Ещё бы найти выход отсюда.

Поезд тронулся плавно, без рывков. Скорость нарастала быстро, и вскоре за окном мелькали пейзажи. Поля, леса, небольшие города. Япония была красивой страной, даже в серый зимний день. Горы виднелись вдалеке, покрытые снегом на вершинах. Реки текли между холмов, их воды были тёмными.

— Когда доберёмся до Киото, сразу направимся к святилищу, — Тодзи достал телефон из кармана, проверяя сообщения. — Глава клана Минамото ждёт нас к вечеру. Встретимся, обсудим детали, посмотрим на святилище. Сама работа начнётся завтра утром. Проклятие наиболее активно на рассвете.

— Почему на рассвете? — спросил я.

— Хрен его знает, — Тодзи пожал плечами. — Каждое проклятие имеет свои особенности. Некоторые сильнее ночью, другие днём. Это конкретное проклятие связано с ритуалами, которые клан Минамото проводил в святилище на рассвете. Теперь оно появляется в то же время, повторяя способы прошлого.

Проклятие, рождённое из ритуалов. Интересно. Значит, его природа была связана с самим святилищем, с действиями, которые там совершались. Это могло дать ключ к его слабостям.

— Что за ритуалы? — продолжил я задавать вопросы.

— Не знаю деталей, — Тодзи убрал телефон. — Клан Минамото не любит делиться информацией с наёмниками. Они скажут минимум, необходимый для работы. Остальное их семейные секреты.

Типичное поведение аристократических кланов. Информация была силой, и они не собирались делиться ей с чужаками. Мне придётся полагаться на собственные наблюдения и сенсорику, чтобы понять природу проклятия.

— Ты уже работал с кланом Минамото раньше? — спросил я.

— Один раз, — кивнул Тодзи. — Пару лет назад. Убил проклятие первого уровня, которое появилось в их фамильном доме. Простая работа, быстрая оплата. Они запомнили меня, поэтому обратились снова когда столкнулись с проблемой которую не могли решить сами.

— А почему они не могут решить её сами? — это был важный вопрос. Если клан магов не мог справиться с проклятием в собственном святилище, значит, либо проклятие было невероятно сильным, либо были другие обстоятельства.

Тодзи усмехнулся.

— Как я и говорил проклятие убило троих их магов, когда те попытались изгнать его. Троих опытных, сильных магов. После этого глава клана решил, что лучше нанять кого-то со стороны, чем терять больше своих людей. Клан Минамото не такой большой, как раньше. Они не могут позволить себе потерять ещё больше бойцов.

Три опытных мага погибли. Это говорило о многом. Проклятие особого уровня было не просто сильным, оно было смертоносным и эффективным. Мне нужно было быть осторожным, держать все чувства обострёнными, не давать себя застать врасплох. Неизвестная угроза опаснее чем что либо.

— Как они погибли? — спросил я. — Какие были обстоятельства?

— Не знаю точно, — Тодзи покачал головой. — Клан не раскрывает детали. Говорят только что тела были изуродованы, почти неузнаваемы. Проклятие напало из засады, убило быстро и жестоко. Выжившие маги не успели даже понять, что произошло.

Засада, быстрая смерть, изуродованные тела. Проклятие, которое использовало скрытность и внезапность. Похоже на стиль убийцы, а не простого монстра. Возможно, оно обладало разумом, способностью планировать атаки.

Поезд мчался вперёд, съедая километры между Осакой и Киото. Пейзаж за окном менялся, становился более урбанизированным. Появлялись пригороды, затем плотная застройка города. Высокие здания, узкие улицы, толпы людей. Как я помнил Киото был старым городом, одной из древних столиц Японии, местом, где традиции и современность сосуществовали бок о бок.

Через пятьдесят минут после отправления поезд начал замедляться, приближаясь к станции Киото. Диктор объявил прибытие, пассажиры начали собирать вещи, готовясь к выходу. Тодзи встал, взял свёрток с оружием, и я последовал за ним.

Мы вышли на платформу, и меня окутала атмосфера древнего города. Даже станция, современная и технологичная, имела элементы традиционной архитектуры. Деревянные балки, стилизованные под старину. Вывески на японском и английском. Толпа была более размеренной, чем в Осаке, люди двигались спокойнее.

— Дальше пешком, — Тодзи указал в сторону выхода. — Святилище Минамото находится наокраине города, в горах. Примерно час ходьбы. Можем взять такси до подножия, но последний километр всё равно придётся идти пешком. Святилище скрыто от посторонних глаз печатями, обычные люди туда не ходят.

Мы вышли из здания станции на улицу. Киото встретил нас холодным ветром и серым небом, которое обещало снег. Солнце клонилось к горизонту, отбрасывая длинные тени от зданий. Город выглядел старым, но ухоженным. Традиционные деревянные дома стояли рядом с современными постройками, храмы соседствовали с магазинами, узкие улочки вели в глубину кварталов.

Тодзи остановил такси взмахом руки. Водитель, пожилой мужчина в аккуратном костюме, кивнул и указал на заднее сиденье. Мы сели, и Тодзи назвал адрес. Водитель кивнул снова, включил счётчик, и машина плавно тронулась с места.

Дорога заняла около двадцати минут. Мы ехали через город, мимо храмов и парков, мимо жилых кварталов и торговых улиц. Постепенно плотность застройки уменьшалась, дома становились реже, появлялись деревья и открытые пространства. Киото был окружён горами с трёх сторон, и мы направлялись к одной из них.

Такси остановилось у подножия горы, где асфальтированная дорога заканчивалась и начиналась грунтовая тропа. Тодзи расплатился, и мы вышли. Водитель посмотрел на нас с любопытством, затем развернулся и уехал обратно в город. Поди гадает зачем два огромных мужика выехали за пределы города и остались тут без ничего. Мы остались одни на краю леса.

— Дальше пешком, — повторил Тодзи, закидывая свёрток с оружием за спину. — Тропа ведёт прямо к святилищу. Около километра. Держись рядом со мной и будь начеку. Иногда проклятия бродят в этих лесах.

Я кивнул, активируя сенсорику на низком уровне. Чакра текла по каналам, обостряя чувства, расширяя восприятие окружающего пространства. Я чувствовал деревья вокруг, их жизненную энергию, медленную и устойчивую. Чувствовал мелких животных, прячущихся в зарослях. И чувствовал что-то ещё, слабое и далёкое, но определённо не природное. Проклятая энергия.

Мы двинулись по тропе. Путь был узким, петлял между деревьями, поднимался вверх по склону. Снег начал падать лёгкими хлопьями, оседая на ветвях и земле. Воздух был чистым, пахнул хвоей и сыростью. Тишина леса была глубокой, нарушаемой только хрустом снега под ногами и далёким криком птицы.

Тодзи шёл впереди, его шаги были уверенными и бесшумными. Он знал эту дорогу, был здесь раньше. Я шёл следом, держа дистанцию в несколько метров, постоянно сканируя окрестности. Проклятая энергия становилась сильнее с каждым шагом, концентрация росла. Мы приближались к святилищу.

— Чувствуешь? — Тодзи обернулся, его глаза были настороженными.

— Да, — ответил я коротко. — Впереди. Много проклятой энергии. Концентрация высокая.

— Святилище, — кивнул Тодзи. — Оно пропитано проклятой энергией за сотни лет ритуалов и церемоний. Клан Минамото использовал это место для связи с духами предков, для усиления своих техник. Но когда появилось проклятие особого уровня, святилище стало его территорией.

Мы продолжили подъём. Тропа стала круче, деревья вокруг старше и выше. Спустя секунды я почуствовал как мы прошли какой-то барьер. Что-то похожее на барьеры фуин, но слабее. Посмотрев по сторонам увидел что-то на деревьях. Их стволы были толстыми, кора покрыта мхом, но за ними были какие-то знаки. Что-то очень сильно похожее на фуин но как то...топорнее? Интересно. Корни этих деревьев, покрытых знаками и покрывающие всё вокруг каким-то барьером, выступали из земли, создавая естественные ступени. Снег падал сильнее, ветер усилился, свистя между ветвей.

Наконец тропа вывела нас на поляну. В центре стояло святилище. Традиционные японские строение из тёмного дерева, с покатными крышами, покрытой черепицей. Перед входом к пространству где стояли три здание стояли каменные фонари, заросшие мхом. Ворота тории, красные и выцветшие от времени, обозначали границу священной территории. Вокруг святилища были натянуты священные верёвки с белыми бумажными полосками, трепещущими на ветру.

Но атмосфера была не священной, а зловещей. Проклятая энергия висела в воздухе плотным облаком, давила на грудь, заставляла кожу покрываться мурашками. Даже без активации Шарингана я чувствовал её присутствие, тяжёлое и маслянистое. Святилище было заражено, пропитано негативом.

У входа в святилище стояли трое людей. Двое мужчин в традиционных чёрных хакама и белых кимоно, с мечами на поясах. Похоже маги клана Минамото, охранники. Третий был старше, с седыми волосами, собранными в хвост, и лицом, изрезанным морщинами. Он носил более богатое кимоно, с вышитыми золотыми узорами. Глава клана или кто-то важный, может старейшина.

Тодзи подошёл к ним, и остановился на почтительном расстоянии. Я остался позади, наблюдая. Старик посмотрел на Тодзи, затем его взгляд скользнул на меня. Глаза были холодными словно у убийцы, оценивающими. Судя по глазам он видел меня как чужака, потенциальную угрозу или просто инструмент.

— Фушигуро, — старик заговорил на японском, его голос был хриплым, но властным. — Ты привел помощника. Хорошо. Задание возможно требует двух человек.

— Минамото-сама, — Тодзи поклонился, жест был формальным, не слишком низким. — Это Оками. Он будет работать со мной. У него есть способности, необходимые для выполнения задания.

Старик посмотрел на меня снова, его взгляд стал острее.

— Оками-сан, — обратился он ко мне и щурился. — Вы маг?

Я покачал головой.

— Нет. Но я могу чувствовать проклятия и сражаться с ними.

— Чувствовать, — повторил старик задумчиво. Он не чувствовал во мне проклятую энергию и не понимал, что это значит. — Интересно. Обычные люди не могут этого делать. У вас должна быть хотя бы минимальная проклятая энергия.

Я промолчал. Пусть думает что хочет. Исправлять его предположения не было необходимости.

— Неважно, — старик махнул рукой. — Фушигуро поручился за тебя. Этого достаточно. Но знайте, если вы подведёте, если задание провалится из-за вашей некомпетентности, последствия будут серьёзными. Клан Минамото не прощает неудач.

Угроза была прямой и недвусмысленной. Я кивнул, показывая, что понял. Тодзи рядом со мной был напряжён, его челюсть сжата. Похоже он не любил когда его или его людей угрожали, но сдерживался. Деньги были важнее гордости.

— Расскажите о проклятии, — попросил Тодзи, переводя разговор в практическое русло. — Что мы должны знать перед входом в святилище.

Старик кивнул одному из охранников, и тот достал свиток из-за пояса, развернул его. На свитке были записи, схемы, что-то похожее на карту святилища. Подземелье значит.

— Проклятие появилось месяц назад, — начал старик. — Оно материализовалось во внутреннем зале, где мы проводили ритуалы очищения. Сначала мы думали, что это обычное проклятие первого или второго уровня. Послали троих наших магов для изгнания. Они вошли в святилище на рассвете. Через час мы нашли их тела. Изуродованные, разорванные, почти неузнаваемые.

Голос старика был ровным, но я слышал скрытую боль. Те трое были его людьми, возможно, его учениками или родственниками. Их смерти точно были личной трагедией для него.

— Мы попытались запечатать святилище, — продолжил старик. — Установили барьеры, усилили защитные печати. Но проклятие не выходит за пределы святилища, оно остаётся внутри. Активно только на рассвете, с пяти до семи утра. В остальное время оно неактивно, спит или прячется. Мы не знаем точно.

— Что за проклятие? — спросил Тодзи. — Какая форма, какие способности?

— Мы не знаем, — признался старик, и это признание далось ему нелегко. — Выжившие не видели его чётко. Говорят о тенях, о множестве конечностей, о скорости, которую трудно отследить. Проклятие атакует из засады, убивает быстро. Оно умное, хитрое. Не просто монстр, а охотник.

Проклятие-охотник. Это соответствовало тому, что рассказывал Тодзи. Скорость, скрытность, смертоносность. Противник, который не давал шанса на ошибку.

— Хорошо, — Тодзи сложил руки на груди. — Мы войдём завтра на рассвете. Убьём проклятие или изгоним его. После этого вы заплатите оставшуюся половину.

— Согласен, — кивнул старик. — Половину я уже перевёл на ваш счёт. Вторая половина будет выплачена после подтверждения смерти проклятия. — Он посмотрел на святилище, его глаза были полны сожаления. — Это место священно для нашего клана. Поколения Минамото молились здесь, проводили ритуалы. Верните его нам. Очистите от скверны.

Тодзи не ответил, просто кивнул. Сентиментальность не волновало его, как и меня. Для нас это была работа, не больше и не меньше.

— Где мы будем ночевать? — спросил он.

— В гостевом доме у подножия горы, — старик указал в сторону тропы. — Один из моих людей проводит вас. Там есть всё необходимое. Отдохните, подготовьтесь. Завтра вас разбудят за час до рассвета.

Один из охранников шагнул вперёд, кивнув нам следовать за ним. Мы двинулись обратно по тропе, оставляя святилище позади. Проклятая энергия медленно ослабевала, давление спадало. Я обернулся, посмотрел на строение. В сгущающихся сумерках оно выглядело зловеще, окна были тёмными, словно пустыми глазницами. Завтра мы войдём туда. Завтра начнётся настоящая работа.

Гостевой дом был небольшим, традиционным японским строением с татами, раздвижными дверями и низким столиком. Охранник показал нам комнаты, объяснил, где находится ванная и кухня, затем ушёл, оставив нас одних. Тодзи сразу прошёл в свою комнату, закрыл дверь. Я слышал, как он снимает свёрток с оружием, как проверяет содержимое.

Я остался в общей комнате, сел на татами у окна. Снег за окном падал сильнее, покрывая землю белым покрывалом. Лес был тихим, только ветер шумел в ветвях. Я закрыл глаза, сосредоточился на дыхании, успокаивая разум. Завтра будет бой. Завтра я столкнусь с проклятием особого уровня, монстром, убившим троих опытных магов.

Но страха не было. Было плевать на это проклятие, хотел отдать долг и всё. После разбираться с остальными проблемами. Я шиноби, убийца, палач клана Узумаки. Я убивал тысячи, сражался с чудовищами и богами. Одно проклятие, каким бы сильным оно ни было, не могло остановить меня. Я выживу. Я выполню работу. Я получу информацию, которая мне нужна.

И я вернусь домой. К Мито. К Акаши. К клану.

Эта мысль согревала больше, чем огонь в очаге.

***

Ставьте Нравится ну!