Восемьдесят восьмой этаж небоскрёба International Commerce Centre был самой высокой точкой Гонконга. Отсюда город выглядел как скопление светящихся точек, раскинувшихся до самого горизонта. Ветер на такой высоте был сильным и холодным, он трепал мои чёрные волосы и заставлял одежду прилипать к телу. Я сидел на самом краю здания, свесив ноги в пустоту, и смотрел вниз. Машины казались игрушечными, люди — муравьями, снующими по своим делам, не подозревая, что где-то высоко над ними сидит человек. Весело, в какой-то мере.

Последние дни современный мир начинал меня бесить. Шум, постоянный, нескончаемый шум. Гудки машин, крики торговцев, музыка из магазинов, звонки телефонов, гул толпы. Всё это сливалось в какофонию, от которой начинала болеть голова даже без активного использования сенсорных способностей. В мире шиноби даже в самых крупных поселениях, которые гордо называли себя городами, было тише. Гораздо тише. Там люди знали цену тишине, ценили покой. Здесь же покой был роскошью, недоступной простым людям, которые в угоду своего образа жизни тратили время на крики.

Развитие шло рука об руку с грязью. Технологический прогресс принёс удобства, но забрал что-то важное. Связь с природой, с простыми вещами. Люди внизу жили в бетонных коробках, дышали загрязнённым воздухом, ели синтетическую пищу. Они называли это цивилизацией. После жизни в мире полных убийц, это место я бы называл медленным самоубийством. Туше.

Неделя в этом мире показала мне многое. Часы наблюдение за место сна, было познавательным делом стоило признать, хотя организм протестовал. Проклятия существовали повсюду, питаясь негативными эмоциями миллионов людей, запертых в этом каменном лабиринте. Страх, злость, отчаяние, зависть — всё это было топливом для монстров, невидимых для обычных глаз. Система была порочной по своей сути. Люди создавали проклятия своими эмоциями, проклятия медленно убивали людей, страх от смертей порождал новые проклятия. Замкнутый круг, из которого не было выхода.

Мито бы возмущалась, увидев такое. Она всегда стремилась к балансу, к гармонии между силой и человечностью. Акаши бы просто не понял, почему люди живут в таких условиях. Мой сын рос на острове, окружённом морем и лесами, где воздух был чистым, а небо — ясным. Здесь же небо затянуто смогом, а звёзды не видны даже ночью.

Мысли о семье вызывали тупую боль в груди. Прошла неделя с момента моего появления в этом мире, но для них могли пройти дни, месяцы или годы. Время между мирами могло течь по-разному. Может, Мито уже похоронила меня, думая, что я погиб в той битве. Может, Акаши вырос без отца, задаваясь вопросом, почему папа не вернулся. Эти мысли были бесполезными, они только отвлекали от настоящего, но прогнать их было невозможно.

Когда-то я поклялся себе, что увиденный мной взрослый сын не появиться. Ни таким образом, ни с болью в глазах и со слезами. Но вот он я здесь, а мой сын там.

Провал. Самый важный провал.

Ветер усилился, принося с собой запах моря. Гонконгская гавань была где-то там, внизу, скрытая зданиями и смогом. Именно там меня нашёл Тодзи, вытащил из воды, спас жизнь. И теперь пришло время платить по счетам.

Сегодня была седьмая ночь после выписки из больницы. Срок, который дал мне Тодзи на восстановление, подходил к концу. Я чувствовал его приближение ещё час назад, когда начал подниматься на крышу этого небоскрёба. Энергия была странной, не похожей на обычную чакру. Она была там чем-то напоминаю духовную энергию, я ощущал её присутствие, но она была словно приглушённой, словно скрытой под слоем чего-то тяжёлого и маслянистого. Проклятая энергия? Возможно.

Взбираться на восемьдесят восемь этажей было своеобразным вызовом самому себе. Проверкой того, насколько восстановилось тело после травм. Рёбра больше не болели, гипс я снял два дня назад самостоятельно, когда почувствовал, что кость срослась. Естественная регенерация Узумаки работала медленнее, чем в мире шиноби, но работала. Правая рука снова была полностью функциональной, раны затянулись, оставив лишь бледные шрамы. Ещё неделя, и даже они исчезнут.

Дверь на крышу открылась с металлическим скрежетом. Я не обернулся, продолжая смотреть на город внизу. Шаги были тяжёлыми, но бесшумными для обычного человека. Тодзи Фушигуро вышел на крышу, остановился в нескольких метрах от меня и несколько секунд молчал.

— Знаешь, — наконец заговорил он, и в его голосе слышалось раздражение, смешанное с удивлением, — ты очень бесящий парень раз решил взобраться на восемьдесят восьмой этаж и ожидать меня здесь.

Я повернул голову, посмотрел на него через плечо. Тодзи выглядел так же, как в больнице — та же чёрная обтягивающая футболка, подчёркивающая мускулатуру, те же тёмные брюки, тот же шрам на губах. Но теперь я видел больше деталей. За его спиной висел длинный свёрток, обёрнутый чёрной тканью. Оружие. Меч или что-то подобное. На поясе висела небольшая сумка, из которой торчала рукоять ножа. Его глаза, зелёные и спокойные, смотрели на меня с тем же оценивающим выражением, что и неделю назад.

— Лифты оказались слишком медленные, — ответил я спокойно, возвращая взгляд к городу. — И слишком сломанными. К тому же, здесь тихо. Внизу слишком шумно.

Тодзи подошёл ближе, остановился в метре от края. Он не боялся высоты, это было очевидно. Его поза была расслабленной, но готовой к действию в любой момент. Профессионал. Убийца. Я чувствовал это в каждом его движении, в том, как он стоит. Как он дышит.

— Тихо, значит, — он усмехнулся, доставая сигарету из кармана. Прикурил, сделав глубокую затяжку, и выпустил дым через нос. — Понимаю. Город может сводить с ума своим шумом. Особенно когда привык к другому.

Интересная формулировка. Он знал или догадывался, что я не отсюда? Или просто наблюдательный?

— Ты пришёл за долгом, — констатировал я, не делая из этого вопрос.

— Да, — Тодзи кивнул, стряхивая пепел с сигареты. — Неделя прошла. Ты восстановился?

— Достаточно.

— Хорошо. Потому что работа не из лёгких. — Он сделал ещё одну затяжку, затем бросил сигарету на крышу и растоптал каблуком. — Слушай внимательно. Задание в Японии, Киото. Есть проклятие особого уровня, которое нужно убрать. Клан магов Минамото богат хоть и давно уже не тот что раньше, у них нет людей достаточной квалификации чтобы справится самим с угрозой. Поэтому они обратились ко мне.

Проклятие особого уровня. Я вспомнил сороконожку на складе. Она была сильной, намного сильнее мелких проклятий на улицах. Но Тодзи говорил о чём-то большем. Особый уровень предполагал угрозу, способную угрожать целому клану чтобы они обратились к наёмнику если я правильно понял профессию моего спасителя.

— Почему ты не убьёшь его сам? — спросил я, поворачиваясь к нему лицом. — Судя по тому, как ты себя ведёшь, ты не новичок в этом деле.

Тодзи усмехнулся шире, обнажая зубы.

— Умный парень. Ты прав, я не новичок. Я убиваю проклятия за деньги уже много лет. Но это конкретное проклятие требует двух человек. Одному его не взять. Слишком быстрое, слишком хитрое. Нужна приманка и убийца. Или два убийцы, работающие в паре.

— И ты выбрал меня в качестве приманки, — я понимал его логику. Случайный парень с необычными способностями, который ему должен. Идеальная расходная фигура.

— Не совсем, — Тодзи покачал головой. — Я видел твой кунай. Я видел печати на нём. Я знаю, что ты не обычный человек. Когда я вытаскивал тебя из воды, твоё тело было покрыто странной энергией. Не проклятая энергия уж точно, что-то другое. Поэтому я не думаю, что ты будешь приманкой. Ты будешь вторым убийцей.

Значит, он видел мою чакру. Интересно как. Обычные люди не могли её видеть, только чувствовать смутный дискомфорт. Но Тодзи явно был не обычным человеком.

— Что за клан Минамото? — я задал следующий вопрос. — И почему они не могут справиться сами?

— Минамото — один из старых кланов магов в Японии, — Тодзи скрестил руки на груди. — У них есть техники, проклятые инструменты, ресурсы. Но проклятие, которое они хотят убрать, находится в их собственном святилище. Оно появилось месяц назад, и убило троих их магов, и теперь они боятся туда соваться. Боятся потерять ещё больше людей и так от увядающего клана. Поэтому наняли меня. Аутсорсинг, так сказать.

Святилище. Похоже по названию на место силы, где концентрировалась энергия. Если проклятие обосновалось там, оно могло питаться этой энергией, становясь сильнее. Логично, что клан не хочет рисковать своими людьми.

— Какая плата? — я спросил напрямую. — Сколько они заплатили тебе и сколько получу я, если мы справимся?

Тодзи рассмеялся. Короткий, лающий смех, который я слышал в больнице.

— Мне нравится, что ты сразу к делу. Минамото заплатили мне десять миллионов иен. Это примерно девяносто тысяч долларов США. Я готов отдать тебе треть после выполнения задания. Тридцать тысяч долларов. Это покроет твой долг за лечение и оставит немного сверху.

Тридцать тысяч долларов. Хорошие деньги. С ними я мог бы прожить несколько месяцев, может, больше, если экономить. Но дело было не в деньгах, да и к долгу всё уйдет. Дело было в информации. Тодзи был окном в этот мир проклятий, в организации и людей, которые с ними боролись. Если я собирался выживать здесь, мне нужна была эта информация.

— Когда мы выезжаем? — спросил я, принимая решение.

— Завтра утром. Самолёт в Осаку в девять часов. Оттуда поедем в Киото на поезде. Уже к вечеру будем на месте. — Тодзи достал из кармана билет и протянул мне. — Держи. Твоё место рядом с моим. Не опаздывай.

Я взял билет, изучил его покрутив. Настоящий билет на самолёт, на моё имя — Оками. Значит, у Тодзи было достаточно связей, чтобы оформить документы на человека без прошлого. Это говорило о многом.

— И ещё кое-что, — Тодзи снова достал сигарету, но на этот раз не прикуривал, просто вертел её в пальцах. — Когда мы будем в Киото, веди себя тихо. Клан Минамото не любит чужаков. Они впустят нас, потому что я договорился, но это не значит, что они доверяют нам. Один неверный шаг, и они попытаются убить нас обоих.

— Понял, — я кивнул. — Тихо и эффективно.

— Вот и отлично, — Тодзи повернулся, собираясь уйти, но остановился, бросив через плечо. — И ещё. Не пытайся обмануть меня или сбежать. Я найду тебя, где бы ты ни был. Мне не нужны твои объяснения или оправдания. Просто выполни работу, получи деньги, и мы разойдёмся по своим делам. Ясно?

— Ясно, — повторил я.

Тодзи кивнул и направился к двери. Его шаги были такими же бесшумными, как и при появлении. Дверь открылась, но он на мгновение остановился возле двери и достав из пояса что-то кинул в меня на скорости которая буквально разорвало воздух от силы. Я даже не посмотрел на предмет, просто схватил его остановив и таким же импульсом только сильнее метнул обратно.

Со свистом и скоростью, острая спица вонзилось в стену возле двери, зайдя в неё глубоко и намертво застряв. Тодзи смахнул каплю крови с мочки уха и усмехнулся.

— Понятно. — С этими словами тот исчез внутри здания, оставив меня одного на крыше.

Я смотрел на город и улыбался. Интересный парень. Огни зданий мерцали как звёзды, которых не было видно на небе. Проверил меня значит? Ну и пусть. Завтра я полечу в Японию где посмотрим кто тут настоящий убийцу. В страну, которая была похожей на мир шиноби. Там говорили на том же языке, там была похожая культура, там же и создавалась под рукой одного человека история под названием Наруто. Может найти его? Это поможет мне почувствовать себя немного ближе к дому. Ладно, покачал головой отогнав идиотские мысли. В том числе и оставил мысли насчёт Тодзи.

Настоящий не нарисованный дом был далеко. В другом мире, в другом времени. Мито, Акаши, клан — всё это было недоступно мне сейчас. Единственное, что я мог сделать, — это выжить здесь. Найти способ вернуться. Или хотя бы понять, почему меня сюда перенесло.

Мудрец Шести Путей пытался забрать Зецу. Он вторгся в моё сознание, пытался разорвать печать на клинке Тоцука. Но что-то помешало ему. Защита, о которой он говорил. Что это было? Откуда она появилась?

Я вспомнил слова матери из той компиляции её памяти, которая жила во мне несколько лет. Никушима Учиха говорила о силе воли, о решимости, которая могла преодолеть любые препятствия. Может, моя воля защитить семью была настолько сильной, что создала барьер даже против божественной силы Мудреца?

Или это было что-то другое. Что-то, связанное с моей реинкарнацией, с тем фактом, что я был человеком из другого мира, заброшенным в мир шиноби. Может, существовали силы, которые следили за балансом между мирами, и они вмешались, когда Мудрец нарушил этот баланс?

Догадки-догадки. Одни догадки, да домысли. Слишком много вопросов и слишком мало ответов. Бесит, очень сильно бесит. Ничего не сделаешь, ничего не решишь. Но я был терпеливым. Годы в мире шиноби научили меня терпению. Я подожду. Подожду. Буду наблюдать. Буду собирать информацию. И когда придёт время, я найду способ вернуться.

А пока что завтра меня ждала работа. Убийство проклятия особого уровня в святилище клана Минамото. Опасно? Безусловно, звучит как опасно. Но опасность была моим постоянным спутником последние тридцать лет. Я научился жить с ней, использовать её, превращать в силу.

Я встал с края крыши, отряхнул одежду от пыли. Время возвращаться в общежитие, и собирать вещи. Их было немного — запасная одежда, печать хранения с инструментами шиноби, несколько золотых монет. Всё остальное было лишним.

Спускаться вниз я решил не по лестнице. Слишком медленно. Вместо этого я подошёл к краю здания, посмотрев вниз. Восемьдесят восемь этажей. Обычный человек разбился бы насмерть. Но я был не обычным человеком.

Чакра потекла к ступням, концентрируясь там. Я прыгнул с усилением в пустоту.

Падение было быстрым. Ветер свистел в ушах, давил на тело, пытаясь перевернуть. Но контроль чакры держал меня в вертикальном положении. Земля приближалась стремительно, огни города становились ярче, детальнее. Я видел машины, людей, витрины магазинов. Ах, прекрасное чувство свободно полёта.

За несколько метров до земли я активировал технику. Чакра выстрелила из ступней вниз, создавая невидимую подушку воздуха. Падение замедлилось, стало контролируемым. Я приземлился в тёмном переулке между зданиями, мягко, почти бесшумно. Никто не видел. Никто не заметил.

Я вышел из переулка на освещённую улицу, и влился в поток людей. Очередной безликий прохожий в огромном городе. Никто не обращал на меня внимания. Так было лучше.

Дорога до общежития заняла двадцать минут. Я поднялся на четвёртый этаж, открыл дверь своей каморки, вошёл внутрь. Комната была такой же, как я оставил её утром — кровать, шкаф, окно в грязный переулок. Дом? Нет. Просто место, где можно переночевать.

Я достал из шкафа рюкзак, который купил несколько дней назад, и начал складывать вещи. Одежда, свиток с печатью хранения, кунаи, мешочек с оставшимися золотыми монетами. Билет на самолёт я положил во внутренний карман куртки. Всё остальное было не нужно.

Когда рюкзак был собран, я лёг на кровать, сложив руки за головой. Спать не хотелось, несмотря на поздний час. Мысли роились в голове, не давая покоя. Завтра начнётся новый этап. Япония, Киото, клан Минамото, проклятие особого уровня. Опасность, которая могла стоить мне жизни.

Но я не боялся смерти. Я умирал дважды — в первой жизни от болезни и старости, во второй раз… Впрочем, я не умер во второй раз. Меня просто перебросило в третий мир. Значит, смерть была не концом, а переходом. Границей между мирами.

Интересно, что будет, если я умру здесь? Попаду в четвёртый мир? Или вернусь в мир шиноби? Или это будет окончательный конец, небытие, из которого нет возврата?

Я не хотел узнавать ответ на этот вопрос. По крайней мере, не сейчас. У меня была цель — вернуться к семье. И я достигну этой цели, чего бы это ни стоило.

Закрыв глаза, я позволил себе отдохнуть. Не спать, просто отдохнуть. Завтра будет долгий день. Полёт, дорога, встреча с кланом Минамото, подготовка к бою. Мне нужны были силы.

Часы на стене тикали монотонно, отсчитывая секунды. Город за окном не засыпал, продолжая свою бесконечную суету. Но здесь, в этой маленькой каморке на четвёртом этаже старого общежития, было тихо.

И в этой тишине я нашёл временный покой.

***

Утро встретило меня серым небом и моросящим дождём. Январская погода для Гонконга. Я проснулся в шесть утра, собравшись за десять минут, спустился вниз. Женщина за стойкой всё ещё дремала, даже не заметив моего ухода. Я оставил ключ на столе и вышел на улицу.

Дорога до аэропорта заняла час на автобусе. Я сидел у окна, смотрел на проплывающий мимо город. Утренняя суета была в самом разгаре — люди спешили на работу, дети шли в школу, уличные торговцы открывали свои лотки. Обычная жизнь обычных людей, которые не знали о проклятиях, о магах, о скрытой стороне мира. Всё же иногда удобно быть обычным.

Аэропорт встретил меня толпой и шумом. Тысячи людей двигались в разных направлениях, таща чемоданы, крича в телефоны, ругаясь на детей. Я нашёл табло с вылетами, проверил свой рейс. Девять ноль пять, выход номер двадцать три. До вылета оставалось сорок минут.

Регистрация прошла без проблем. Сотрудница аэропорта проверила мой билет, посмотрела на меня с профессиональной улыбкой и пожелала приятного полёта. Никаких вопросов о документах, о цели поездки. Тодзи явно всё хорошо организовал.

Я прошёл через контроль безопасности, и направился к выходу номер двадцать три. Тодзи уже был там, стоял у окна, смотря на взлётную полосу. Свёрток с оружием висел у него за спиной, но никто не обращал на это внимания. Либо он оформил его как багаж, либо у него были связи, позволяющие проносить оружие на борт.

— Явился, — Тодзи обернулся, увидев меня. — Думал, сбежишь.

— Я не из тех, кто бежит, — ответил я, останавливаясь рядом с ним.

— Посмотрим, — усмехнулся Тодзи. — Многие говорят так, пока не увидят настоящую опасность.

Объявили посадку на наш рейс. Мы двинулись к выходу, показали билеты, прошли на борт. Самолёт был полупустым, большинство мест пустовали. Наши места были в бизнес-классе, что удивило меня. Тодзи не экономил на комфорте.

Я сел у окна, и Тодзи устроился в кресле рядом, закинув ногу на ногу. Стюардесса прошла мимо, предлагая напитки и журналы. Тодзи взял виски, я отказался. Мне нужна была ясная голова хоть и алкоголь мало влиял на мою физиологию.

Самолёт тронулся, покатившись по взлётной полосе, набирая скорость. Ощущение взлёта было странным — лёгкая тошнота, давление в ушах, чувство невесомости. В мире шиноби я летал в Сусанно, на драконах из техник, но это было другое. Там я контролировал ситуацию. Здесь я был пассажиром, доверяющим свою жизнь машине и пилотам.

Когда самолёт вышел на крейсерскую высоту, Тодзи откинулся в кресле, прикрыв глаза.

— Спи, если хочешь, — сказал он, не открывая глаз. — До Осаки четыре часа. Отдохни, пока можешь.

Но я не хотел спать. Вместо этого я смотрел в окно, на облака внизу. Белые, пушистые, бесконечные. Где-то там, под ними, был мир. Города, страны, люди. Миллиарды жизней, каждая со своей историей.

А где-то в другом измерении был мир шиноби. Клан Узумаки, восстанавливающийся после войны с врагами. Сенджу и Учиха, заключившие мир благодаря моему вмешательству. Мито, воспитывающая Акаши в одиночку. Старик, пытающийся найти способ вернуть меня.

Они искали меня? Или уже смирились с потерей?

Я сжал кулаки, чувствуя, как чакра отзывается на эмоции. Нет. Я не могу думать так. Они живы, они в порядке, они ждут меня. И я вернусь. Обязательно вернусь.

***