Первые три дня после выписки прошли в размеренном ритме восстановления. Я просыпался с рассветом, когда серый свет пробивался сквозь грязное окно каморки, и первым делом проверял состояние тела. Божественная Регенерация работала медленнее, чем я привык — видимо, отсутствие боевого стресса замедляло процесс — но работала. Рёбра всё ещё ныли при резких движениях, правая рука в гипсе была практически бесполезна, но общее состояние улучшалось с каждым днём.

Утренняя рутина была простой: осторожная разминка левой рукой, медитация для контроля чакры, лёгкие упражнения на растяжку. Ничего интенсивного — тело ещё не было готово к серьёзным нагрузкам, как и очаг чакры что был хоть и не повреждён что радовало, но сильно напряжён. После всех процедур я спускался по скрипучей лестнице вниз, проходил мимо дремлющей женщины за стойкой и выходил на улицы Гонконга.

Город встречал меня непривычной какофонией звуков и запахов. Утренняя рутина города была особенно интенсивной — люди спешили на работу, уличные торговцы раскладывали товар, где-то вдалеке ругались водители в пробке. Я шёл медленно, стараясь не привлекать внимания хоть это и было трудно с моим ростом, и впитывал информацию.

Первым делом нужно было понять этот мир. Я нашёл интернет-кафе в двух кварталах от общежития — маленькое душное помещение, забитое компьютерами и молодёжью, зависающей в онлайн-играх. Почасовая оплата была смехотворно дешёвой — пять местных долларов за час. Я заплатил за три часа и сел за угловой компьютер, подальше от любопытных глаз.

Технологии было отсталыми по сравнению с моей первой жизни, но основы остались прежними. Я быстро освоился с интерфейсом, вспоминая навыки работы за компьютером. Поисковик выдавал миллионы результатов на любой запрос. Я начал с базовых вещей: текущая политическая ситуация, экономика, крупные события последних лет. Информации было слишком много, и я сосредоточился на том, что казалось важным.

Землетрясение в Индонезии, о котором я видел в новостях, произошло в декабре прошлого года. Цунами унесло тысячи жизней. Природные катастрофы случались регулярно — ураганы, наводнения, извержения вулканов. Ничего необычного для планеты, населённой миллиардами людей. И так далее и тому подобное. Новости, сенсации, скандалы.

Люди-люди-люди, везде обычные люди и ничего необычного. Обычный мир без каких то странностей. Листал допотопные сайты и всякие журналы. Интересно, но ничего важного.

Но затем я наткнулся на странности. Интернет в своих ранних годах обладал особенностью тем что тут было множество форумов. Меня заинтересовали несколько форумов обсуждали необъяснимые исчезновения людей в разных уголках мира. Попалось на глаза громкий заголовок про пропажу целого автобуса. Щелкнул по статье. Потом дальше, ещё и ещё. Всё больше смотря данные, начал видеть закономерности. Кто-то пропадал в одиночку, кто-то — группами. Официальные власти списывали это на несчастные случаи, преступность, побеги из дома. Но люди на форумах говорили о чём-то другом. О тенях, движущихся в темноте. О монстрах, которых никто не видел, но все чувствовали.

Я сохранил несколько ссылок и продолжил поиск. Вбил в поисковик «проклятая энергия» на английском. Результатов было мало, и большинство из них относились к фэнтези-литературе или играм. Ничего конкретного. Попробовал на японском — те же результаты. Либо информация о проклятой энергии была засекречена, либо люди просто не знали о её существовании.

Тодзи Фушигуро знал. Это означало, что в этом мире существовала скрытая сторона, недоступная обычным людям. Параллельная реальность, где действовали свои правила и свои игроки. Я видел подобное в мире шиноби — обычные люди мало что знали о техниках, кеккей генкай, биджу. Они жили в своём мире где были дайме и самураи, а шиноби — в своём. Здесь, похоже, была та же ситуация.

Следующие два дня я потратил на изучение города. Гонконг был огромным мегаполисом с населением в несколько миллионов человек. Небоскрёбы тянулись к небу, улицы были забиты людьми и машинами, ночью город не засыпал, а просто менял ритм. Я гулял по разным районам, запоминая расположение улиц, здания, точки интереса. Нужно было знать территорию на случай, если придётся бежать или прятаться.

Также я искал проявления проклятой энергии. Тодзи упомянул её не просто так — она существовала, и я должен был понять, что это такое. Первые дни я не замечал ничего необычного. Люди вокруг были обычными, живущими своими обыденными жизнями. Но на четвёртый день что-то изменилось.

Я шёл по узкому переулку в одном из старых районов города, когда почувствовал странное давление в воздухе. Не физическое, скорее энергетическое. Восприятие улавило какой-то флёр, будто воздух стал гуще. Похоже на чакру, но не совсем. Более густое, тяжёлое, с неприятным послевкусием на языке. Я остановился, прислушиваясь к ощущениям и внюхиваясь. Давление и запах исходило откуда-то впереди, из-за угла здания.

Осторожно подойдя ближе, я выглянул за угол. Переулок был пуст, только несколько мусорных контейнеров и граффити на стенах. Но давление усилилось. Я сосредоточился, усиливая сенсорные способности, пытаясь понять источник. Чакра в моём теле отозвалась, потянувшись к глазам.

Шаринган активировался. Три томоэ закружились в чёрных глазах, и мир изменился. Я видел потоки энергии вокруг — слабые, почти незаметные линии, исходящие от людей на улицах позади. Но здесь, в переулке, была другая энергия. Тёмная, пульсирующая, собранная в бесформенную массу размером с собаку.

Я моргнул, и существо стало видимым даже без Шаринган. Оно напоминало уродливый сгусток из теней и плоти, с множеством глаз, хаотично разбросанных по телу. Конечностей не было — оно просто ползло по стене, оставляя за собой мокрый след. Из его пасти, если это можно было так назвать, капала чёрная слизь.

Монстр из проклятой энергии? Проклятие, стало быть. Это было проклятие, о котором говорил Тодзи.

Существо не обращало на меня внимания. Оно медленно двигалось вдоль стены, будто искало что-то. Я стоял неподвижно, наблюдая. Моя чакра не реагировала на него как на угрозу — оно было слабым, едва ощутимым. Но само его существование было важным открытием.

Я деактивировал Шаринган, и существо снова исчезло из виду. Значит, обычные люди не могли их видеть. Только те, кто обладал особым зрением или чувствительностью к проклятой энергии. Я продолжил путь, оставив проклятие за спиной. Убивать его не было смысла — мне нужна была информация, а не трупы монстров.

Следующие дни показали, что проклятия были повсеместным явлением в Гонконге. Я видел их в метро, на улицах, в парках. Большинство были мелкими и слабыми, не представляющими угрозы. Изучив некоторых из них поближе и даже схватив нескольких понял одно. Они питались негативными эмоциями людей — страхом, злостью, отчаянием. В таком густонаселённом городе, где миллионы людей жили в стрессе и напряжении, проклятия чувствовали себя комфортно.

Но я также заметил, что они не атаковали людей напрямую. Проклятия просто существовали рядом, словно паразиты, питающиеся энергией, но не желающие убивать своих хозяев. Интересная экосистема. В мире шиноби похожие твари из-под кромки были агрессивными хищниками, здесь же проклятия вели себя скорее, как падальщики.

К концу недели я чувствовал себя значительно лучше. Рёбра почти перестали болеть, подвижность вернулась. Гипс на правой руке всё ещё мешал, но я научился компенсировать это левой. Регенерация замедлилась, достигнув потолка — дальнейшее восстановление требовало времени или активации техники в полную силу, что я не хотел делать без необходимости в ближайшее время. Естественная регенерация справится лучше.

Деньги таяли быстрее, чем я рассчитывал. Жильё, еда, интернет-кафе, транспорт — всё это стоило денег. Я решил продать ещё одну золотую монету. На этот раз выбрал другой район города и другого ювелира, чтобы не вызывать подозрений. Мужчина за прилавком был более жадным, чем первый, и предложил только шестьсот долларов. Я не торговался — время было дороже денег.

Но именно эта продажа стала ошибкой.

На восьмой день после выписки я шёл обратно в общежитие, когда заметил, что за мной следят. Трое мужчин в обычной одежде держались на расстоянии, но их внимание было сосредоточено на мне. Я ускорил шаг, свернул в переулок — они последовали. Не воры-карманники. Что-то более организованное и опасное.

Я вышел на оживлённую улицу, надеясь раствориться в толпе, но они не отставали. Один из них, коренастый мужчина с короткой стрижкой, ускорил шаг и преградил мне путь. Двое других зашли сзади, отрезая пути отступления.

— Эй, парень, — коренастый заговорил на кантонском диалекте китайского, но когда увидел моё непонимание, переключился на ломаный английский. — У нас вопросы. Ты продавал золото.

Вот невезение. Второй ювелир, видимо, не был таким честным, как первый. Либо сам, либо кто-то из его окружения решил, что парень с золотыми монетами — лёгкая добыча. Зря.

— Я ничего не продавал, — спокойно ответил я, оценивая ситуацию. Люди вокруг проходили мимо, не обращая внимания на нашу группу. Типичная городская слепота — пока не было явного насилия, никто не вмешивался.

— Не ври мне, — коренастый шагнул ближе, его дыхание пахло табаком и чесноком. — Ты продал две монеты. Старое золото, чистое, дорогое. Откуда у тебя такое?

— Наследство, — я повторил свою историю, но знал, что они не поверят. И не должны были верить — это была провокация.

— Наследство, — повторил один из парней позади меня, хихикнув. — Слышь, босс хочет поговорить с тобой. Давай, пойдём с нами спокойно, без проблем. Иначе будут.

Босс. Значит, это была организованная группа. Гонконгская триада или местная банда. В любом случае, люди опасные и не привыкшие к отказам.

Я мог бы попытаться сбежать прямо здесь. Активировать технику, телепортироваться, оглушить их или раствориться в толпе. Но это привлекло бы внимание — техники, кричащие люди, паника. Слишком шумно. Альтернативный вариант: пойти с ними. Узнать, чего они хотят, и решить проблему в более приватной обстановке и более честным методом. Привычным.

— Хорошо, — кивнул я, расслабляя плечи. — Спокойно так спокойно, пойдём.

Коренастый усмехнулся, явно довольный моей покорностью. Дурак. Они не знали, с кем связались.

Нас было четверо — я и трое бандитов. Они повели меня через несколько кварталов вглубь промышленного района. Здания становились старше и более ветхими, а людей на улицах становилось меньше. Я запоминал путь, отмечая ориентиры. Старый магазин с выбитыми окнами, граффити красной краской на стене, сломанный фонарный столб. Всё это могло пригодиться, если придётся возвращаться сюда позже.

Наконец мы подошли к заброшенному складу. Металлические ворота были приоткрыты, изнутри доносился слабый запах. Не просто затхлости и плесени. Кровь. Старая и свежая. Мои инстинкты взвыли предупреждением, но я сохранял спокойное выражение лица. Не обычные люди мне представляли опасность, что-то другое. Но пока я ничего не чувствовал что.

— Заходи, — коренастый толкнул меня в спину, направляя внутрь.

Склад был большим, с высокими потолками и ржавыми балками. Окна были заколочены досками, свет едва проникал сквозь щели, создавая полосы света и тени. В центре помещения стоял стол, заваленный каким-то хламом. Вокруг валялись ящики, бочки, старое оборудование. Типичное место для грязных дел.

Я насчитал ещё четверых мужчин внутри. Все вооружены — у одного была бейсбольная бита, у другого нож, остальные держали руки в карманах, где, вероятно, были ножи или кастеты. Не огнестрельное оружие — слишком шумно для этого района. Они явно планировали грязную работу.

— Вот он, босс, — коренастый обратился к мужчине, стоящему у стола.

Босс был худощавым китайцем средних лет с залысинами и хищным лицом. На шее у него была татуировка змеи, характерная для триад. Интернет многое рассказал, что не говорили люди. Он окинул меня оценивающим взглядом, затем усмехнулся.

— Значит, ты тот парень с золотом, — его английский был лучше, чем у подчинённых. — Меня зовут Лу. Мистер Лу для тебя. Ты продал две монеты чистого золота моему человеку. Дорогие монеты. Откуда они у тебя?

— Наследство от деда, — повторил я в третий раз, наблюдая за его реакцией.

Лу рассмеялся. Короткий, довольный смех, полный веселья словно услышал лучшую шутку за день.

— Дед, значит. Хороший дед, богатый. Это ведь прекрасно. А ещё монеты есть?

— Нет. — Спокойно ответил тому.

— Врёшь, — Лу покачал головой. — Таких монет у тебя было больше. Я знаю. Мой человек сказал, что ты выглядел так, будто у тебя ещё есть. Так что давай без игр. Отдай остальные монеты, и мы расстанемся друзьями.

Я молчал, оценивая ситуацию. Семеро мужчин, вооружённые, в закрытом помещении. Обычный человек был бы в смертельной опасности. Но я не был обычным человеком.

— Я сказал, что их нет, — спокойно ответил ещё раз.

Лицо Лу потемнело и испортилось. Ему точно не нравилось что я не боюсь его. Он кивнул одному из своих людей, и тот шагнул ко мне с бейсбольной битой.

— Похоже, тебе нужно напомнить , где ты находишься парень, — Лу достал сигарету и закурил, выпуская дым через нос. — Здесь мой район. Мои правила. Ты продаёшь что-то на моей территории — платишь мне. Это закон улиц. Иначе получаешь сломанные ноги. Сейчас ты получаешь последнее.

Бандит с битой замахнулся, целясь в мои колени. Медленно. Слишком медленно. Я сделал шаг в сторону, и бита просвистела мимо, ударившись о бетонный пол с глухим звуком. Бандит потерял равновесие от промаха, и я воспользовался моментом. Левая рука выстрелила вперёд, пальцами вонзился в его солнечное сплетение. Удар был точным, рассчитанным, чтобы вырубить, но не убить.

Бандит сложился пополам, бита выпала из рук в воздух. Я подхватил её на лету, несмотря на загипсованную правую руку, перехватил левой и развернулся к остальным.

— Ошибка, — прошипел Лу, роняя сигарету. — Взять его!

Они двинулись одновременно. Шестеро мужчин против одного раненого парня. Они думали, что у них есть преимущество. Что моё огромное тело это просто результат фитнес зала. Они ошибались.

Я не стал использовать чакру открыто. Не здесь, не сейчас. Но годы тренировок и боёв сделали своё дело. Мои движения были быстрыми, экономными, каждый удар нацелен на жизненно важные точки. Бита в моих руках стала продолжением тела.

Давно я не махал мечом.

Первый бандит получил битой по рёбрам, второй — по колену. Они падали, крича от боли, но не умирали. Я контролировал силу ударов. Убивать их было бессмысленно и опасно — это привлекло бы полицию, создало бы проблемы.

Коренастый, который привёл меня сюда, выхватил нож и попытался полоснуть по моему боку. Я отступил, бита описала дугу снизу, выбив нож из его руки. Следующий удар пришёлся по его голове — не сильный, но достаточный, чтобы оглушить. Он рухнул на пол, бормоча что-то невразумительное.

Через минуту все шестеро лежали на полу, стонущие или без сознания. Лу стоял у стола, бледный как мел, с широко раскрытыми глазами. Его рука тянулась к карману, но я был быстрее. Два быстрых шага, и я оказался рядом с ним, бита прижата к его горлу.

— Не двигайся, — тихо сказал я.

Лу замер. Его дыхание было частым и поверхностным. Запах страха исходил от него волнами.

— Ты... кто ты? — выдавил он.

— Никто, — ответил я. — Просто парень, который хотел продать золото и уйти. Но ты решил иначе.

— Я... извини, я не знал... — Лу заикался, его самоуверенность испарилась мгновенно перед лицом реальной угрозы.

Я собирался сказать что-то ещё, может быть, предупредить его держаться подальше, но в этот момент услышал звук. Странный, нечеловеческий. Рычание, похожее на скрежет металла по камню. Оно доносилось из глубины склада, из тёмного угла за грудами ящиков.

Лу услышал это тоже. Его лицо стало ещё бледнее, глаза расширились от ужаса.

— Нет... не сейчас... — прошептал он.

Рычание усилилось. Воздух в складе стал тяжелее, давление энергии, тёмной и пропитанный гневом и яростью обрушилось на меня волной. Это было не слабое проклятие, которое я видел на улицах. Это было что-то большее, сильнее, опаснее.

Из тени вышло существо. Огромное, размером с грузовик, с длинным сегментированным телом, покрытым чёрным хитином. Сороконожка. Множество ног двигались волной, создавая отвратительный звук скрежета. Голова была уродливой массой глаз и мандибул, капающих желтоватой жидкостью. Проклятая энергия исходила от неё плотным облаком, настолько густым, что даже обычные люди, вероятно, почувствовали бы дискомфорт.

Бандиты на полу как-то увидели существо и закричали. Те, кто мог двигаться, попытались отползти, но их движения были слишком медленными. Сороконожка повернула голову, её множественные глаза зафиксировались на ближайшей жертве — коренастом бандите, который привёл меня сюда.

Она двинулась удивительно быстро, несмотря на размер. Лапы скребли по бетону, мандибулы раскрылись, обнажая ряды острых зубов. Я не пошевелился, было интересно что оно сделает. Коренастый даже не успел закричать — существо схватило его, подняло в воздух и проглотив начало жевать. Хо, интересно. Они едят людей? Но зачем? Пища или личное желание? Звук хруста костей эхом отразился от стен склада.

Остальные бандиты паниковали, пытаясь убежать, но ноги не слушались от страха. Лу рядом со мной дрожал как лист на ветру, его глаза не отрывались от монстра.

— Что это? — спокойно спросил главаря, всё ещё держа биту у его горла.

— Проклятие... мы... мы думали, оно спит... оно всегда спит днём... — Лу говорил бессвязно, его разум балансировал на грани безумия.

Значит, они знали о существовании проклятия. Использовали этот склад, несмотря на соседство с монстром. Либо глупцы, либо были вынуждены. Либо сами использовали тварь чтобы утилизировать трупы. Кто бы знал идиотов и их мысли.

Сороконожка закончила со своей жертвой — от коренастого осталась только кровавая лужа — и повернула внимание на остальных. Её множественные глаза сканировали помещение, останавливаясь на каждом живом существе. Включая меня.

Я отпустил Лу и шагнул вперёд, отбросив биту в сторону. Она была бесполезна против такого врага. Чакра потекла по каналам, собираясь в глазах. Шаринган активировался автоматически, три томоэ закружились.

С Шаринганом я видел проклятие во всех деталях. Потоки проклятой энергии текли по его телу как кровь, концентрируясь в ядре где-то в центре туловища. Оно было сильным, намного сильнее мелких проклятий на улицах. Но не непобедимым для меня.

Сороконожка зарычала, как-то почувствовав моё внимание. Она развернулась ко мне, мандибулы щёлкнули в предвкушении. Тварь точно поняла у кого тут больше мясо. Затем она атаковала.

Скорость была впечатляющей для существа такого размера. Она неслась ко мне, лапы мелькали в размытом движении, мандибулы раскрылись в попытке схватить. Но с Шаринганом я видел каждое движение, каждый изгиб её тела.

Я поднял левую руку, пальцы вытянуты вперёд. Чакра сконцентрировалась на кончиках пальцев, принимая форму невидимого лезвия. Техника Разреза, что забрало множество жизней. Простая, элегантная, смертоносная.

Взмах руки. Невидимая волна жизненной энергии вылетела из моих пальцев, прорезая воздух без звука. Шаринган позволил мне направить её с идеальной точностью. Разрез прошёл через шею сороконожки, между сегментами хитина, там, где защита была слабее.

На мгновение ничего не произошло. Сороконожка продолжала двигаться, её инерция несла тело вперёд. Но секунда и затем голова соскользнула с туловища, упав на пол с мокрым звуком. Тело конвульсивно дёрнулось несколько раз, лапы скребли воздух, затем рухнуло неподвижной грудой.

Проклятая энергия начала рассеиваться, как дым на ветру. Тело сороконожки медленно разлагалось, превращаясь в чёрную слизь, которая впитывалась в бетонный пол. Через минуту от существа не осталось ничего, кроме мокрого пятна и запаха гнили.

Я деактивировал Шаринган и повернулся к выжившим. Лу сидел на полу, прислонившись спиной к столу, его лицо было мокрым от слёз и пота. Двое его людей лежали без сознания, ещё трое смотрели на меня с ужасом и благоговением.

— Что... как ты... — Лу не мог закончить предложение, его мозг отказывался обрабатывать то, что он только что увидел.

Я подошёл к нему, присел на корточки, чтобы быть на уровне его глаз.

— Слушай внимательно, — сказал я тихо, но твёрдо. — Ты забудешь обо мне. Забудешь о золоте. Забудешь, что я вообще существовал. Если я узнаю, что ты или твои люди ищут меня, то что случилось с твоим другом, — я кивнул на кровавое пятно, оставшееся от коренастого, — покажется милосердием по сравнению с тем, что я сделаю с тобой. Понял?

Лу кивал, как сломанная кукла, неспособный произнести ни слова. Его будто обдало Сакки уровня моего или деда. Это так повлияло на него проклятая энергия? Интересное свойство.

— Хорошо, — я встал и направился к выходу. — И ещё. Этот склад уже проклят. Не возвращайтесь сюда. Здесь могут быть ещё такие же твари.

Конечно я не знал о чём говорил, может правда будут, может нет. Просто не хотел чтобы люди умирали без смысла. Я вышел из склада на яркий дневной свет, оставляя позади разрушение и страх. Адреналин всё ещё кипел в крови, но разум был спокоен. Мог бы поубивать этих людей но не было в этом необходимости. Страх сделает за меня всю работу.

Возвращаясь в общежитие, я обдумывал случившееся насчёт этих монстров. Проклятия были реальными, опасными, и их точно было много. Они были буквально везде и если принимать во внимание что есть и такие, что опасны для людей не только как паразиты но и как настоящие хищника значит и должны быть те кто избавляются от них. Не могли не быть. Тодзи знал о энергии, значит знал про эти проклятие, монстров что жрали людей. А значит были и другие люди, которые знали. Охотники? Экзорцисты? Организация, подобная АНБУ в мире шиноби?

Мне нужно было больше информации. И у меня было чувство, что Тодзи Фушигуро даст мне эту информацию, когда придёт время выполнять задание.

***

Ставьте Нравится!