Ключи от машины глухо звякнули, упав на комод. Я стянул с себя этот дурацкий пуховик, который, казалось, весил тонну, и сорвал шапку. Войдя в комнату, щёлкнул выключателем, и мягкий свет тут же разлился по ней. Открыв окно, я впустил долгожданную прохладу, надеясь, что она поможет привести мысли в порядок.

Полина Знойная…

Этот чёртов поцелуй только усугубил ситуацию. Все каникулы я только и делал, что размышлял о том, куда приведёт наше с ней общение, и что будет, когда мы вернёмся в школу. И, честно говоря, ничего хорошего не предвидел. Даже несмотря на то, что Стаса не было на школьной дискотеке, я был абсолютно уверен: его верные прихвостни наверняка обо всём доложат. А звонок Егора на следующий день только подтвердил мои худшие опасения. Он рассказал, что видел бывшую подружку Полины, которая исподтишка сфотографировала нас во время нашего поцелуя, злорадно ухмыляясь. Тут не нужно быть Шерлоком Холмсом, чтобы понять, кому отправится этот компромат.

«Я поняла», – эхом прозвучал в моей голове голос Полины. Что она поняла?! Что мы по уши в дерьме?! Тревога не отпускала меня после той дискотеки. Я понимал, что она одна не справится со Стасом и его компанией. Шансов у неё не было никаких. А теперь, если с ней что-то случится, я первым полечу ее спасать. И это, мать его, совсем не входило в мои планы!

Чёрт. Чёрт. Чёрт!

Я пытался ухватиться за обрывки наших совместных каникул, за воспоминания о ней. Но всё это теперь казалось таким чужим, таким нереальным, будто происходило не со мной, а с кем-то другим. С парнем, который был смелее, безрассуднее. И тот парень был… счастливым. Мои надежды на спокойное возвращение в школу рассыпались в прах. Стас не оставит Полю в покое. Он не простит ей того, что она сделала. И теперь только Бог знает, на что он способен. Оставалось одно – готовиться к схватке и молиться, чтобы Стас не ударил по самому уязвимому месту.

Если бы она только знала, почему я сдерживаюсь, почему не отвечаю ударом на удар. Если бы она знала, что я веду бесконечную войну с отцом. Войну, где поле боя – моя собственная душа. Знала бы, что я намеренно провоцирую его, подставляюсь под его гнев, чтобы он выплеснул всю злость на меня, обвиняя в слабости. Может быть, тогда мне стало бы легче?

Кого я обманываю.

Я никогда бы не смог рассказать Полине об этом. Слишком стыдно. Слишком больно. Это мой личный ад, и я не хочу втягивать в него кого-либо. И тут, словно вспышка света, в памяти возникли её слова: «Я вижу в тебе доброту и силу». Как Полина могла увидеть доброту в человеке, который так долго живёт в тени обиды и ненависти? Где она увидела силу, если я чувствую себя сломленным и беспомощным?

Однако, её слова были как луч надежды в кромешной тьме. Но достаточно ли этого луча, чтобы осветить мне верный путь?

***

Школа. После новогодних каникул…

Класс гудел, как пчелиный улей. На доске мелом было выведено решение какой-то физической задачи, над которым мой одноклассник корпел с явным трудом. Но мои мысли, увы, были далеко от этих формул и законов сохранения энергии. Они уносились в бескрайние просторы космоса, в другую галактику, где я бродил по поверхности незнакомой планеты, держа за руку девчонку с глазами цвета мёда. И лишь тихий голос Егора смог вернуть меня из этих мечтаний.

– Кит, ну как у вас там с Полей? Вы же теперь встречаетесь?

– Нет, – коротко ответил я.

– Как это «нет»? Мы же всё видели на дискотеке, – Егор расплылся в улыбке. – Ну признайся уже, что она тебе нравится.

Нравится…

– Егор, я не хочу, чтобы она пострадала, – устало произнёс я.

– Боишься, что Стас будет против? Да кто он такой, чтобы решать, с кем ей быть? – возмутился Егор, его голос стал громче.

Учительница бросила на нас строгий взгляд, и мы тут же уткнулись в тетради, делая вид, что полностью поглощены решением задачи. Но Егора было не остановить. Он продолжал шептать.

– Никита, я, конечно, не эксперт по отношениям, но мне кажется, если ты продолжишь отстраняться от Знойной, ты её потеряешь. И потом будешь очень жалеть, что испугался сделать шаг.

– Но Стас же не отстанет… А я не хочу рисковать.

– Слушай, а что, если мы с тобой объединимся? Вместе покажем Стасу и его парням, кто тут реально рулит!

Я невольно улыбнулся. Похлопав его по плечу, искренне сказал:

– Спасибо, друг.

Глаза Егора расширились от удивления.

– Ты… ты меня другом назвал? Я правильно услышал? – спросил он, не веря своим ушам.

Егор Марцев. Этот парень, с его вечным бунтарским духом, стал для меня чем-то большим, чем просто сосед по парте. После того случая с Булатовым, когда я за него вступился, он буквально прилип ко мне. В школе, конечно, узнали про мой конфликт со Стасом. Многие отвернулись, испугавшись, что их тоже втянут в неприятности. Но Егор… Егор остался. Честно говоря, поначалу я не всегда воспринимал его всерьёз, может, из-за его характера. Но сейчас, вспоминая всё, я понимаю, насколько бесценна его преданность. И я ему очень благодарен.

– Кит, – шепнул Егор, стараясь не привлекать внимание учительницы. – Ты же крутой! Помнишь, как ты тогда за меня вписался? Шестёрок Стаса раскидал в два счета. Так почему ты сейчас терпишь этого Булатова? Ты же мог бы ему давно морду набить!

– Мог бы, Егор… мог бы. Но всё не так просто… – уклончиво ответил я, не желая раскрывать истинный мотив.

В этот момент учительница развернулась и рявкнула:

– Марцев! Я смотрю, ты всё уже решил? Дуй к доске и решай задачу вместо Ибрагимова!

– Ну, Надежда Юрьевна, за что? – простонал Егор, поднимаясь со своего места.

Класс взорвался хохотом, даже я не смог сдержать улыбку. И тут я заметил, как девчонки с передних парт смотрят на меня с каким-то новым интересом. С чего это вдруг? Одна из них бросила мне смятый клочок бумаги. Развернув его, я прочитал: «Малышев, а давай дружить?)))» Я удивленно взглянул на неё. Одноклассница покраснела и отвернулась.

Что это было?

***

Звонок, наконец, вырвал нас из плена физики. Мы с Егором направились в сторону столовой, предвкушая обед. В коридоре мы увидели Полину. На ней был тот самый свитер, в котором она была на катке, и тёмные джинсы. Волосы были собраны в обычный хвост, а через плечо висел чёрный рюкзак. Егор окликнул её, чтобы поздороваться. Она подняла голову, наши взгляды встретились, но Полина тут же отвернулась и почти убежала в другую сторону.

– Что это с ней? – недоумённо спросил Егор.

Я пожал плечами, хотя прекрасно понимал причину её поведения. Она избегает меня… Наверное, это к лучшему. Но почему так паршиво на душе? Спускаясь по лестнице, я увидел внизу, в кругу своих друзей, знакомую фигуру. Стас… Его лицо было искажено гневом, а глаза сверкали, как острые ножи. Я знал, что он не просто так направляется ко мне. Его компания осталась позади, а Стас подошёл ближе и, не дождавшись приветствия, ткнул меня пальцем в плечо. Этот жест был не просто агрессивным – он был полон вызова.

– Слышь, Белоснежка, я тебя предупреждал, чтобы ты даже приближаться не смел к моей девчонке!

– А она вообще в курсе, что ты её парень? – выпалил я, сам не ожидая от себя такой смелости.

Стас явно опешил от моей дерзости.

– После уроков жду тебя за школой. Не придёшь – пожалеешь!

– Ты угрожаешь мне? – вырвалось у меня.

«Ну зачем, Никита, зачем ты это сказал?»

Егор хотел вмешаться в наш назревающий конфликт, но я остановил его взглядом. Он нахмурился и поджал губы, недовольный ситуацией. Стас толкнул меня в плечо, заставив отступить, а я лишь поправил лямку своего рюкзака.

– Что, Малышев, решил показать, какой ты смелый стал, пока меня не было? – прорычал Стас, надвигаясь на меня.

– Боишься, что я перестану быть дохляком и неудачником? – усмехнулся я.

Стас, сунув руки в карманы, бросил на меня взгляд, полный неприкрытой злобы.

– Белоснежка, – процедил он, – если я тебя не увижу на школьном дворе, я тебе ноги переломаю. Хотя… – его губы растянулись в хищной, зловещей улыбке. – Могу и репутацию твоей любимой Знойной подпортить.

Мои кулаки непроизвольно сжались. Самые страшные опасения подтвердились: Стас решил использовать Полину как свою главную козырную карту. Он прошёл мимо, нарочито толкнув меня плечом. Я стиснул зубы, пытаясь сохранить самообладание.

– Кит, какого чёрта? – возмущённо спросил Егор.

– Егор, это только начало. Сейчас не время для обид, – ответил я, сохраняя спокойствие.

– Ты серьёзно собираешься идти на эту стрелку? –  в его голосе звучала тревога.

– Надеюсь, что сегодня всё закончится.

Егор замолчал, пытаясь осмыслить мои слова. Я понимал: если не явлюсь к Стасу после уроков, он может навредить Полине. Егор тяжело вздохнул и положил руку мне на плечо, молчаливо выражая поддержку. Обед прошёл как в тумане. Егор что-то говорил, пытаясь меня подбодрить, но я почти не слышал его. В голове звучали слова Стаса и его злобное лицо. Я ковырялся вилкой в макаронах, совершенно не чувствуя вкуса.

После урока я медленно собирал вещи. Егор сказал, что пойдет со мной, хотя я не хотел втягивать его в это. Выйдя из школы, мы направились к назначенному месту. Школьный двор встретил меня оживлением. Почти вся школа собралась здесь, шумела и смеялась. Стас осклабился, наблюдая, как я приближаюсь. Его свита, словно стая голодных волков, сомкнула вокруг меня круг, отрезая все пути к бегству. Впрочем, отступать я и не планировал. Сердце бешено заколотилось в груди. Сейчас всё начнётся. Или, наоборот, закончится?

– Ну что, явился, Белоснежка? – Стас нервно гонял жвачку во рту.

– Явился, – спокойно ответил я.

– Я думал, струсишь. Ребят, – Стас повернулся к своим друзьям. – Я же говорил нашей Белоснежке, чтобы он держался подальше от Знойной?

В ответ послышалось одобрительное гудение.

– Она сама решает, с кем ей общаться, – парировал я.

– Ты что, действительно в неё втюрился? – Стас расхохотался.

Окружающие заржали, а мои кулаки невольно сжались. Стас сократил между нами дистанцию.

– Ты правда думаешь, что у тебя есть хоть один шанс с такой, как она? – прошипел он мне на ухо. – Хотя, чего уж там, наша Полиночка и так всем доступна, маленькая шал…

Что-то внутри меня сломалось. Не успел я понять, как мой кулак со свистом рассёк воздух и врезался ему в лицо. Стас пошатнулся, ошеломленный. Его дружки взревели, готовые разорвать меня на части. Я скинул рюкзак в сугроб и приготовился к драке. Стас выплюнул кровь на снег и вытер губу тыльной стороной ладони.

– Ну всё, Белоснежка, ты нарвался, – прорычал Стас, бросаясь на меня.

«Пора заканчивать этот затянувшийся спектакль с шестого класса…»