С точки зрения фортов, это очень умно. Возможно, куча складских помещений — не самое удобное место, но благодаря металлической крыше и стенам вы в безопасности от драконов, а от кочевников — благодаря уединению.

Я бросаю взгляд на Лиама, чтобы понять, оценил ли он изобретательность, с которой был устроен вход в этот форт, но он смотрит куда-то вдаль. Его глаза скрыты солнечными очками, а кепка низко надвинута на голову. Сегодня на нем одежда с длинными рукавами, несмотря на то, что на улице невыносимо жарко, и я говорю себе, что это потому, что он пытается скрыть от Гейба, насколько он похож на дракона.

Иногда я думаю, что эти слои нужны для того, чтобы создать еще один слой защиты между нами. Он был рассеянным весь день, пока мы ехали, не разговаривал, не обращал внимания на нашу с Гейбом светскую беседу. Время от времени он останавливался и приседал на корточки или останавливался, чтобы посмотреть на пустые небеса, и это меня беспокоило.

С каждым днем он ведет себя все меньше и меньше как Лиам и все больше как… ну, Ваан и Раст.

Я боюсь, что наш флирт разрушает его.

Еще одна крыса пробирается по моему ботинку, возвращая мои мысли к настоящему. Я отшвыриваю ее в сторону, содрогаясь.

— Если это форт, то у них серьезные проблемы с крысами.

— А у кого их нет? — растягивает слова Гейб.

— У нас. Там, где мы живем, у нас нет крыс. Вы просто провоцируете болезни этим дерьмом. — Я качаю головой. — И насколько же велик этот форт? — спрашиваю я, когда мы подходим к сгоревшему магазину. Никто не вышел нас поприветствовать, но, думаю, это неудивительно. Я немного шокирована тем, что у входа нет охраны, но это может разрушить всю атмосферу «скрытой крепости», которую они создают.

Несмотря на это…

— Около тридцати человек? — Гейб пожимает плечами. — С тех пор, как я здесь был, могли уйти еще несколько человек. Как я уже говорил, у них довольно строгие правила. Я понимаю, что у них под ногами рушатся две крепости, но я не могу их жалеть.

— Две крепости? — с любопытством спрашиваю я. — Серьезно? — Я останавливаюсь, когда мы входим в магазин, гадая, не собираемся ли мы встретиться с фортом, полным самых неприятных людей на свете. С другой стороны, я не могу их винить. Я начинаю по-настоящему злиться на Гейба за то, что он отправил сюда моего младшего брата, если они такие подонки.

Он кивает, оглядывая витрину магазина.

— Форт-Эврика, а затем Нью-Форт.

— Нью-форт? Никогда о таком не слышала.

— Это был первый филиал Эврики. Довольно быстро стал главным и требовал десятину со всех жителей форта, если они хотели его защиты, поэтому многие ушли. — Он указывает на магазин. — Вместо этого они построили Форт-Джастис.

Фу. Есть ли хоть один форт, в котором не было бы полно придурков? Ах да, Форт-Шривпорт… Но там также девяносто пять процентов женщин и детей.

— Итак, полагаю, вы с Лестером, Мэйджором и Чарли не захотели возвращаться в Нью-Форт после того, как Форт-Джастис вышвырнул вас вон?

Гейб смотрит на меня с отвращением.

— Если тебе все равно, то на сегодня я сыт по горло этими фортами.

Я знаю, каково это. Когда я уходила из Форт-Талсы, я поклялась, что никогда больше не буду в другом форте… пока Гвен не поселила нас в Форт-Шривпорте.

— Хорошо. — И я усмехаюсь.

Лиам начинает рычать, в его груди нарастает зловещее урчание.

Бл*дь. Я немедленно подхожу к нему и беру его за руку. Каждый раз, когда Гейб заговаривает со мной, я волнуюсь, что Лиам вот-вот выйдет из себя. Он ведет себя ревниво и немного не в себе, и я знаю, что это не его вина. Он борется. Я просто не знаю, что делать. Поэтому я сжимаю его руку и терпеливо жду, пока он не перестанет рычать и не посмотрит на меня.

— Андреа, — бормочет он. — Прости.

— Все в порядке. С тобой все будет в порядке, если ты зайдешь внутрь? Там будет много людей. — Я знаю, Эми упоминала, что Расту тяжело, когда вокруг много людей, из-за запахов и того, как они влияют на драконов. Может быть, Лиаму стоит подождать снаружи… но я знаю, что эта идея никогда не осуществится. Он ни на секунду не захочет оставлять меня наедине с Гейбом.

Он кивает, и движение его становится четким.

— Здесь не так уж плохо пахнет, что странно. — Лиам проводит рукой по подбородку, потирая рот. — Если только у меня не выработается иммунитет к этой вони.

— Это возможно? Хочешь подождать здесь?

Он смотрит на меня, выражение его лица невозможно прочесть из-за солнцезащитных очков и шляпы.

— Нет. Я не отойду от тебя ни на шаг.

— Ты уверен? Я знаю, это трудно…

Прежде чем я успеваю сказать что-нибудь еще, Лиам обхватывает меня рукой за талию и притягивает к своей груди. В следующее мгновение его губы прижимаются к моим, твердые и требовательные, и он целует меня с такой неистовой страстью, что у меня перехватывает дыхание. Он так же быстро отпускает меня и заглядывает мне через плечо, и у меня складывается впечатление, что он сделал это скорее для Гейба, чем для меня.

Это раздражает, но он терпит, потому что сегодня у него действительно трудные времена. Я бы предпочла, чтобы Лиам был парнем-собственником, а не сумасшедшим, пялящим огнем в пустые небеса. Поэтому я беру его за руку и иду с ним вперед.

Надеюсь, Бенни не слишком расстроится из-за того, что я встречаюсь с его приятелем. Я знаю, что он боготворит Лиама.

Гейб терпеливо смотрит на нас, а его собака сидит у его ног. Скутер, кажется, ничего не замечает, высунув язык, но я чувствую нетерпение Гейба.

— Мы пойдем в дом или вам двоим нужно еще время?

— У нас все в порядке, — решительно заявляю я, делая шаг вперед. — И на твоем месте я бы сказала твоим друзьям в Форт-Джастисе, что, даже если они прячутся, все равно неплохо иметь охрану или наблюдателей, понимаешь? Мы могли бы быть рейдерами. Кажется глупым не иметь охраны на фасаде своего форта.

Он хмурится и бросает взгляд на фасад старого, сгоревшего здания.

— Это довольно странно, потому что обычно так и бывает.

У меня мурашки по коже. Мы все замолкаем, и никто не заходит в магазин. Даже Гейб, кажется, чего-то ждет.

— Я никого не слышу, — тихо говорю я. — Разве мы не должны слышать людей? — Даже в Форт-Шривпорте слышны крики играющих детей, хлопанье дверей и миллион других звуков, издаваемых несколькими десятками людей, живущих в тесноте.

Здесь тихо, как в могиле, только ветер треплет мои волосы.

— Мне это не нравится, — говорит Гейб, и его рука скользит к пистолету.

Я отпускаю руку Лиама и достаю свой дробовик из кобуры, проверяя, заряжен ли ствол.

— Подождите здесь, — говорит мне Гейб.

— Нет уж, — огрызаюсь я, доставая дробовик. — Я не маленькая девочка, которая ждет, что мужчина ее спасет. Если мой брат там и у него проблемы, я пойду туда.

— Тогда ладно. — Он проскальзывает за угол магазина и не ждет, пока я последую за ним.

Я двигаюсь за ним, и Лиам оказывается рядом со мной, даже не спрашивая.

Мы обходим здание с тыльной стороны и видим большой забор высотой в десять футов с колючей проволокой по верху. Ворота закрыты, но не заперты. Внутри по одной из аллей между складскими помещениями бродит одинокая курица. Я вижу ряды за рядами строений, большинство из них украшены и раскрашены аэрозолями, некоторые явно используются в качестве жилых помещений. Одно из них в дальнем конце, похоже, оборудовано как сарай, и я вижу заднюю часть коровы.

Но… людей там нет.

— Эй? — зовет Гейб, кладя руку на калитку. Он без запинки открывает ее и входит внутрь. — Мика? Дженнифер? Симона? Билл?

Нет ответа. Холодный страх охватывает меня. Где мой брат?

А еще лучше, где все?

Я смотрю на Лиама, и мое разочарование и страх вот-вот выплеснутся наружу.

Однако он спокоен. Лиам опускается на колени, касаясь земли рукой, а затем подносит пальцы к носу, вдыхая ароматы.

— Здесь живет много людей, — бормочет он. — Но они все ушли.

— Все?

— Их запаху не меньше суток. — Его ноздри раздуваются, и он поднимает взгляд. — Они прошли через эти ворота. Их было много, и сразу.

— Ты чувствуешь запах Бенни? — Я не могу не спросить, хотя и боюсь ответа.

— Он с ними, — говорит он мне. Он слегка наклоняет голову, затем снова нюхает свои пальцы. — В их запахах есть какой-то странный привкус.

— Что ты имеешь в виду, странный?

Лиам качает головой.

— Я не могу понять, что это. Просто… странный. Я никогда раньше не чувствовал ничего подобного.

Это может быть что угодно. Лиам не человек, и, насколько нам известно, они все могли найти скунса. Я говорю себе, что это ерунда. Что с Бенни все в порядке и мне не о чем беспокоиться. Я делаю глубокий, решительный вдох и захожу в форт с дробовиком в руках.

Тот факт, что Лиам следует за мной по пятам, угнетает меня. Еще до того, как я прохожу по первой улице складского комплекса, я понимаю, что здесь никого нет. Лиам так заботлив, что, если бы был хоть намек на опасность, он бы никогда не позволил мне взять инициативу в свои руки. Они действительно все ушли.

Я смаргиваю слезы разочарования, шагая по переулку. Складские помещения выстроены в ряд, как мини-гаражи, и когда-то давно люди парковали свои грузовики или легковые автомобили в этих переулках, чтобы выгрузить свои вещи на арендованное складское помещение. Теперь аллея на тротуаре покрыта разноцветными рисунками мелом, а двери разрисованы разноцветными сценками из баллончика, а не просто оранжевыми, как раньше. Цыплята разбегаются, когда мы проходим, и я подхожу к одному — домику с веревкой внизу и поднимаю его. Шкаф открывается, и за ним оказывается уютное гнездышко, которое кто-то соорудил для себя. Здесь есть кровать со старым матрасом, стеллаж с книгами и полка с консервами. Есть даже ваза со свежесобранными одуванчиками, которые еще не начали увядать. Постель застелена.

Но здесь никого нет.

Я оборачиваюсь и разочарованно смотрю на Лиама.

— Я не понимаю. Они оставили своих кур и еду?

— И корову, — кричит Гейб, подбегая к нам, чтобы встретиться с нами. — Я быстро обошел форт, но здесь никого нет.

Я не говорю ему, что мы уже выяснили это.

— Рейдеры? — я спрашиваю. — Кочевники? Зачем кучке семей покидать свое поселение?

— Понятия не имею, — говорит Гейб, и его лицо вытягивается, а губы сжимаются в тонкую линию. — У них было много детей, семьи. Они не могли просто взять и уйти.

— Они не могут быть с рейдерами, — говорит Лиам, и в его голосе слышится нотка напряжения, как будто ему нелегко говорить об этом. — Они бы обчистили все вокруг и перебили кур.

Гейб ворчит.

Я понимаю, что он прав. Рейдеры ничего бы не оставили, особенно консервы.

— Значит, они не пленники. Куда они делись?

Гейб с тяжелым вздохом проводит рукой по волосам, а Скутер прислоняется к его ноге.

— Черт меня побери, если я знаю. Может, у них закончилась вода и им пришлось уйти?

— Тогда почему бы не забрать кур и еду?

Он качает головой, без слов давая мне понять, что у него нет ответов. Я тоже не знаю.

Я показываю на пса у его ног, который виляет хвостом и совершенно бесполезен.

— Он хорошо выслеживает людей?

Гейб странно смотрит на меня.

— Не знаю, заметила ли ты, но Скутер во многих вещах не силен. У него мозги набекрень. Когда я его нашел, у него на голове был огромный след от ботинка. Не думаю, что с тех пор он был в порядке. — Он трогает уши пса, словно пытаясь успокоить его.

Скутер просто смотрит на Гейба, виляя хвостом и высунув язык, как будто они весело гуляют, а не ищут ответы.

Боже. Так что он бесполезен, как и все мы.

Я выхожу из склада, который когда-то был чьим-то домом, и бегу трусцой по переулку, высматривая признаки того, что Бенни был здесь. Я добегаю до конца коридора и, хотя знаю, что никого не увижу, открываю все двери, какие только могу, в надежде найти записку или признаки борьбы.

Хоть что-нибудь, черт возьми.

Что-нибудь.

Но там ничего нет. Если бы Гейб не сказал, что здесь есть поселение, если бы здесь не было коров, кур, консервов и заброшенных кроватей…

Я опускаюсь на колени, приседая на корточки. Я даже не могу плакать. У меня просто… пустота внутри. Я не знаю, что и думать.

Чья-то рука касается моих волос, а затем Лиам присаживается на корточки рядом со мной.

— Андреа, — бормочет он, кладя руку мне на плечо. — Они были здесь. Они ушли. Не расстраивайся из-за этого. Мы просто пойдем по их следам.

Я потираю лоб, а затем поднимаюсь на ноги, убирая пистолет.

— Я просто так устала. Как может один парень так быстро продвинуться так далеко?

Впрочем, я знаю ответ на этот вопрос. Он ехал на велосипеде впереди нас. Тем временем я ждала в форте, надеясь, что он вернется. А потом я не торопилась идти за ним, потому что по глупости думала, что он пойдет пешком, а мне не терпелось провести время с Лиамом. Я целовалась с ним и обжималась, когда мне следовало идти ночью за Бенни.

И посмотрите, к чему это привело — я влюбляюсь в парня, который не может ответить взаимностью, потому что сойдет с ума, моего брата нигде не найти, а Лиам все равно все еще на грани того, чтобы сойти с ума.

Это просто дерьмовое шоу.

Лиам кладет руки мне на плечи, чувствуя мое отчаяние.

— Мы найдем его, Андреа. Я дал тебе обещание.

Я облизываю губы, киваю, а затем импульсивно бросаюсь в его объятия. Я прячу лицо у него на груди, позволяя ему утешать меня. Мне нравится, что его большие руки обнимают меня, и он гладит меня по волосам, тихо бормоча что-то успокаивающее. В его объятиях я действительно чувствую себя лучше.

А потом я вспоминаю, как тяжело ему приходилось в последнее время, и чувствую себя самой большой задницей в мире. Какая же я эгоистка! Я вырываюсь из его объятий и заставляю себя уйти, как будто выполняю задание.

— Давай еще раз отыщем след, — предлагаю я. — Просто чтобы убедиться.

— Конечно. — Лиам ничего не говорит о моем поспешном отступлении. Может быть, он понимает, что это к лучшему.