Расслабленность в движении. Вальяжность речи. Рука небрежно положена на рукоять одного из скемитаров. Всё говорило о том, что меня не воспринимают всерьёз. Но вот то, что она знает моё настоящее имя, заставило насторожиться. К подготовке встречи со мной подошли со всем тщанием. И я не собирался реагировать на эту провокацию. Наоборот, лишь выпрямился, несмотря на тянущее чувство в ранах. Отметил, что воительница при всей браваде старается не смотреть на моё тело, прикрытое только бинтами. Так, мы – две полузабинтованные мумии встретились взглядами.
– Значит, не хочешь отвечать? Твоя воля… Тогда жест доброй воли, – в руках Ани мелькнул мой паспорт и через секунду упал на кровать. – Радуйся. Ещё сутки назад ты бы получил только клинок между рёбрами, сейчас же ты меня лишь слегка раздражаешь… Не испорть впечатление.
– Я счастлив, – осторожно буркнул. Однако к паспорту так и не прикоснулся, хотя и отметил, что его восстановили. – Жаль, только отдариться нечем.
– Достаточно будет того, что мы сможем всё начать с чистого листа, – на декоративный столик, вырезанный из янтаря, упали парные клинки воительницы. – Мы же не хотим расстраивать Настю ссорами? Обидно будет, если поддержка нашей подруги уменьшится? – блеснула пара резцов, чуть больше, чем у обычного человека, выглядевших жутковато на наполовину забинтованном лице.
– «Подкуп, шантаж и угрозы. Какая прелесть», – не сдержался Альтер-Эго. – «Я почти влюбился!»
Я не разделял восторгов компаньона. Хотя и понимал, что на данный момент не способен противостоять воительнице. Как боец, я ей неровня. О магии и говорить нечего. Даже компромата на неё у меня нет – всё у Альфы, а он не спешит делиться. Однако и отступать – значит, подчиниться.
– Согласен на начало с чистого листа, – я сделал шаг навстречу и протянул руку для рукопожатия. А когда Анна с явной неохотой сжала руку, чуть не ломая пальцы, добавил: – Я только за то, чтобы защитить Настю. Ото лжи. Предательства. И прочего негатива…
– Вот и хорошо, – самый кончик хвоста мелко задрожал в тихой ярости. – Настя сейчас готовит завтрак. Старается. Тебе же за это время нужно во что-то переодеться. Сейчас посмотрим, что осталось из вещей Учителя… – Аня, скрывая начавшее алеть лицо, сдвинула в сторону часть стены, которая оказалась дверкой массивного шкафа. Рядом со мной стали падать части гардероба.
Размеры одежды по большей части были для двух меня. Однако после поисков и заклинаний Анны удалось подогнать основные элементы. Через пару минут я натягивал расшитую свинцовыми заклёпками куртку – последнюю деталь моего гардероба, состоящую в основном из джинсы да кожи. У Учителя девушек имелся свой, сугубо брутальный вкус в одежде. Я не мог не отдать должное удобству и функциональности этой одежды, а также огромному количеству карманов, в которых исчезли мои нехитрые богатства.
– Чего-то всё равно не хватает, – задумчиво протянула Аня, рассматривала меня с ног до головы. – Точно! Оружие! – в сторону отъехала вторая дверца. На этот раз открылись настоящие завалы оружия. – Выбирай то, с чем тебе удобно будет сражаться. Защищать тебя никто не станет.
Множество вариаций холодного оружия, аккуратно развешанные и разложенные по стенам и полочкам. Большинство – мечи различных форм и размеров. Двуручные. Полуторные. Одноручные. Изогнутые… Аж глаза разбегались. Имелось несколько вариантов булав, молотов, топоров и другого дробящего оружия. И отдельная полочка с ножами, кинжалами и стилетами.
– А у вас нет ничего более мощного? – уточнил я, осторожно коснувшись лезвия одного из клинков. Кровь не выступила, но острота чувствовалась.
– Что, например? – недовольно пробурчала девушка-зверь, и её пушистый хвост недовольно забил по полу.
По выгнутой брови понял, что ничего, кроме холодного оружия, мне предложено не будет. А подумав, понял, что огнестрел в этом мире если и изобретён, то для большинства бессмысленен – его отлично заменяет магия. Более того, опасен – свинцовые пули, способные заблокировать магию, могут изменить баланс любого сражения. Не удивлюсь, если подобное оружие только у самых элитных военных.
Хотя странно, что у всех мной встреченных имелось оружие. Даже Настя – лекарь, просто виртуозно обращалась со своим кнутом! С таким подходом могут возникнуть проблемы – я не фанат сражений. Возникла мысль, что в этом мире наверняка очень сильная армия. Но тут же откинул её, так как армия для изолированного государства не нужна. Однако со стражами порядка я бы не хотел связываться…
Я закопался в завалы оружия. Сразу понял, что всё больше пары килограмм мне чисто физически не подходит – таскать неудобно и махать при необходимости я не смогу. Значит, исключается всё массивное оружие. После второго круга размышлений и воспоминаний о виденных боях пришёл к выводу, что и с остальным вооружением я долго не продержусь – максимум пару ударов. Не умея обращаться с клинком, сам быстрее от него пострадаю. Мне вообще лучше не подпускать к себе противника…
Озарённый мыслью, обратил внимание на полку с ножами и кинжалами. Два пояса с дюжиной метательных ножей каждый и пару кинжалов. Кинжалами… вернее, ножами я овладел во время обучению паркуру – порой приходилось и с острым железом потренироваться. Метательные ножи – стоит благодарить увлечение фокусами, теперь я мог попасть по движущийся мишени с двадцати метров.
– Кинжалы и ножи? – хмыкнула девушка. – Подлое оружие. Может, тебе ещё и яды дать?
Убивать никого я не хотел, а арсенал собирался использовать для самозащиты. Да и презрительный тон Анны меня ничуть не задел – я разделял мнение, что лучше с помощью подлости победить, остаться в живых и свободным, чем красиво с честью проиграть и погибнуть. Вместо трепотни начал устраивать свой арсенал так, чтобы он и не особо выделялся и всегда оставался под рукой.
Удостоверившись, что я укомплектован, Аня развернулась на выход, показывая, что не намерена больше возиться со мной. Лишь бросила:
– Приглядывай за своим питомцем. Милый зверёк. Но не позволяй ему бегать повсюду, а то потеряется или кто ненароком зашибёт…
Анна хотела ещё что-то добавить, но тут раздался звон стекла. Грохот металла. Шум. Отчаянный крик Насти. Воительница мгновенно исчезла, а мне потребовалось несколько секунд, пока ласка оказалась у меня на шее. Даже не заметил, как мы проскочили коридор и гостиную, однако увиденное на входе в кухню заставило меня замереть.
Разбитое и выломанное окно. Перевернутый стол и закуски, разбросанные по полу. Что-то шкварчит на плите, приятно ароматизируя. Зеркало, вмурованное в стену, покрыто сетью трещин, но даже так пытается показать что-то вроде выпуска новостей, пусть чуть мутноватых и слегка шипящих. Вещали на местном диалекте, поэтому я ничего не понимал.
Посреди кухоньки ощетинившаяся, в прямом смысле слова, Анна одним скимитаром отражала удар, предназначенный распростёртой на полу Насте. Второй клинок уже на четверть длины вошёл в живот нападающему. Ещё один противник кидал ветвистую молнию в Настю, над которой сиял полупрозрачный призматичный щит. В разбитое окно влетал ещё третий воин.
Укус Альфы вывел меня из ступора. Я рванулся к Насте, и молния, разорвав щит, разбилась о мою спину с лёгкой болью. Ласка прыгнула на мага и вцепилась в лицо, заставив истошно завопить. Аня закончила с магом лёгким взмахом клинков, и тело с рассечённой крест-накрест грудью безвольно рухнуло на пол. Я же в боевом трансе метнул пару ножей в гостя у окна. Тот успел отбить один из клинков, но второй попал точно в грудь. Брызнула кровь, противник невольно отшатнулся и вывалился в окно.
– Настя, ты в порядке? – тяжело дыша, поинтересовался я, чувствуя, как Альфа возвращается на плечо. – Не ранена?
– Нет, всё нормально, – приподнялась магичка. – Только испугалась.
– Люди Министра, – заметила Аня, указывая на знак трилистника на лацкане одного из тел. – Нужно уходить. Скоро здесь будет подмога. Быстро за мной, я знаю, как можно отсюда аккуратно выбраться, – скомандовала она и полезла к окну.
Я растерялся, а вот Настя тут же подчинилась. Аня спрыгнула на что-то за окном и пропала из вида… Но уже через миг появилась по пояс и призывно протянула Насте руку. Меня двигаться заставил взрыв за спиной: входную дверь сорвало и внесло вглубь квартиры, а до меня долетели отголоски взрывной волны. А затем в проходе показалось ещё двое стражей порядка.
Я вскочил на подоконник, а затем просто прыгнул… Падения в бездну не последовало. Обнаружил себя на чём-то вроде мотоцикла, только вместо колёс были два винта, что и создавали воздушную подушку. Настя, держа меня за куртку, помогла устроиться удобнее, пока Аня разбиралась с управлением транспорта нападавших. А я отметил, что жилище наше находилось на высоте ни как не меньше сотни метров. В горле встал плотный ком.
Мы рванули ввысь, лишь на секунду опередив вылетевший из окна молот одного из преследователей. Я только и успел, что бросить последний взгляд на разгромленную кухоньку: над всем мягко сияла люстра из чистейшего изумруда в форме раскрытого бутона. Свет играл в прожилках малахита, что пронизывал чёрный камень стен, создавая иллюзию живой растительности, оплетающей комнату побегами. И красные брызги крови становились лишь прекрасными цветками на этом фоне. А моё сознание циклично прокручивало одну мысль: «Я его убил».
– «Да приди ты уже в себя», – Альфа впился мне в ухо, заставляя чуть не вскрикнуть от боли. – «Если продолжишь тупить, то убьют уже тебя!»
– «Да! Да. Да… Только я же его убил. Мой нож в его грудь. И он с такой высоты… Представляешь, я жаждал его крови в тот момент, когда кидал ножи».
– «Вот и молодец! Или ты хочешь, чтобы я тебя утешил? Хочешь, чтобы сказал, что ты должен был так поступить, дабы защитить себя, Настю… твою суть, даже Аню? Хочешь, чтобы я стал тебя уверять, что это не ты такой, а всё из-за мира, в который мы попали? Не дождёшься!» – жёстко ударило словами Альтер-Эго. – «Научился геройствовать, так научись отвечать за свои геройства».
– «Альфа, мне страшно – мы всего несколько дней здесь, а я уже не узнаю себя! Я превращаюсь в какого-то монстра!»
– «Монстр, которого ты так боишься – ты настоящий. Ты ведь и сам это прекрасно знаешь. А также понимаешь, что, если что-то подобное повторится вновь, ты с удовольствием бросишься в бой и убьёшь. Ты, наконец, почувствовал свою силу, свою власть и жаждешь…»
– «Заткнись», – не выдержал я. – «Если ты поддался звериной жажде крови и силы, то это ещё не значит, что я такой же», – ярость помогла мне успокоить бунтующую совесть. – «Да, я буду защищать своих соратников, но не ценой потери собственной человечности…»
– «Человечность слишком переоценивают», – усмехнулась ласка так ехидно, что я с трудом сдержал желание ей врезать. – «Лучше подумай, почему нас так легко отпустили? И даже не начинай, что мы прорывались с боем! Атака в тот самый момент, когда все проснулись и даже тебя вооружили. Иначе нас бы смяли. Атака в окно и в дверь – не согласованы. Иначе нас бы смяли. Малые силы – всего каких-то пятеро. Иначе нас бы смяли. Преследование тоже отсутствует. Иначе нас бы смяли. И я молчу о вопросе: как нас отследили? Возникает ощущение, словно нас пытались спровоцировать на действия… под контролем нашей общей знакомой. И кто в таком случае виноват в смертях?»