За пару часов Мира поняла одно: Максим – общительный и веселый парень. Его энергия и жизнерадостность притягивали, и Лере действительно повезло его встретить. Да, Мира тоже любила веселиться и активно проводить время, но все же в глубине души она предпочитала спокойствие. Ей нравилось плыть по течению, наслаждаясь моментом.

Максим был единственным сыном в семье врачей, и, по его словам, на него возлагали большие надежды. Его мама работала педиатром, а отец был стоматологом. Родители думали, что сын пойдет по их стопам, но Максим этого не хотел. Он чувствовал, что его призвание в другом. Поэтому он выбрал экономический факультет, где мог развивать свои идеи.

– Девчонки, просто представьте, как вы прыгаете с тарзанки, – воодушевленно говорил он. – И в тот момент, когда ты отрываешься от земли, возникает ощущение свободы. Просто нереально!

Максим придвинулся к Лере, игриво поднимая брови, а она, смеясь, легонько пихнула его локтем, чтобы тот успокоился. Он начал рассказывать о том, как вместе с Сашей они в детстве гоняли детвору, ловили лягушек, как играли в приставку дома у Макса, учились в одной школе. Может, Максим знает, почему Саша такой мрачный и нежизнерадостный?

– Макс, а Саша всегда был таким? – спросила Мира, внимательно следя за его реакцией. В его взгляде читалось сочувствие.

– Таким? – вопросом на вопрос ответил Макс, приподнимая бровь.

– Понимаешь, он словно существует, а не живет. Не знаю, возможно, мне показалось, но глаза человека многое могут сказать о нем. Глаза Саши… – Мира проследила взглядом за Сашей, который нес в руках поднос с напитками. – Они пустые.

– Мира, что ты говоришь? – возмутилась резкостью слов подруги Лера.

– Но разве это не очевидно? – продолжала Мира, не отводя взгляда от Саши, который стоял в стороне, погруженный в свои мысли. – Он словно потерял себя. В его глазах нет искры, нет жизни… Это пугает.

Макс вздохнул, понимая, что разговор предстоит серьезный.

– Может, он просто не хочет показывать, что чувствует на самом деле? – сказал он. – У каждого свои способы справляться с трудностями.

– Думаешь? – пожала плечами Мира и вдруг заметила, как к Саше подошла милая девушка-официантка. – Это еще кто?

Макс с Лерой одновременно повернули головы. Мира наблюдала, как эта девушка прилипла к Саше, словно муха к варенью. Похоже, Мира не одна положила глаз на парня.

«Стоп! Я положила глаз?»

Официантка аккуратно коснулась локтя Саши, намекая, чтобы он подал ей стакан. Внутри Миры проснулся настоящий вулкан, готовый извергнуть всю скопившуюся лаву.

– Мира, ты все так же считаешь, что Саша не тот, кто может понравиться тебе? Ты уверена? – сдерживая смех, спросил Макс.

Лера хорошо знала Миру и понимала, что та может наделать глупостей, даже будучи трезвой. А уж если она выпьет, то ее и вовсе может понести куда угодно. Мира молча взяла «лошадку» и залпом опрокинула ее в себя. Остановив официанта, она сказала повторить, а еще лучше, чтобы тот принес бутылку.

– Мира, хватит уже тебе пить, плохо будет потом, – обеспокоенно сказала Лера.

– Не переживай, детка, Мира взрослая девочка, она меру знает, – подмигнул ей Максим и незаметно кивнул головой в сторону Саши, а Лера быстро сообразила, к чему он клонит.

Весь вечер Мира не могла отвести глаз от Саши. Он словно магнит притягивал ее внимание. И что самое удивительное, вся та неловкость, которая сковывала Миру в его присутствии, моментально исчезала, как только рядом с ним появлялась эта мамзель. А его редкие улыбки, адресованные ей, вызывали у Миры лишь глухое раздражение.

– Козел, – буркнула она.

– Почему? – удивленно уставился Максим на Миру, приняв ее слова на свой счет. Лера, сидевшая рядом с ним, лишь прикрывала рукой рот, сдерживая смех.

– Да что ей вообще от него нужно? – с яростью произнесла Мира, не отрывая взгляда от сцены, разворачивавшейся перед ней.

Она видела, как та девушка наклонилась к Саше, что-то шепнула ему на ухо, а ее глаза, эти хитрые, лисьи глаза, так и стреляли в него. Они были так близко друг к другу, что Мира почувствовала, как в груди разгорелось неприятное пламя.

«Неужели она хочет его поцеловать? – мелькнула в ее голове мысль. – Саша не такой, он не ответит ей взаимностью. Правда же?»

Официантка коснулась его щеки рукой, и Мира замерла. Дыхание сбилось, а руки сжались в кулаки. К горлу подступила горечь. Мира поняла, что не знает, как привлечь к себе его внимание. Кто она ему? Посторонний человек, который случайно оказался в этом кафе. Изображение вокруг начало расплываться. Слезы? Саша для нее не просто человек, который помог в трудную минуту. Он стал для нее чем-то большим… Мира мысленно приказала себе собраться.

– Когда девушка ревнует, она способна на любые безумства, – ухмылялся Максим, наблюдая за происходящим.

Слова Максима стали для нее последним толчком. Мира не раздумывая схватила стакан и резко бросила его на пол. Стекло разлетелось на мелкие осколки, и все взгляды в кафе обратились к ней. Осуждение и страх смешались в глазах окружающих.

«Что я творю?» – пронеслось у нее в голове.

Но она добилась желаемого эффекта. Саша перевел на нее удивленный взгляд. В этот момент ей стало еще тошнотворнее, или, может быть, это алкоголь просился наружу. Мира вернулась на свое место и отвернулась, уставившись в окно, где мимо проходили люди.

– Сумасшедшая, – тихо сказала Лера. – Зачем ты так? Мира, он же на работе. Ты что, хочешь, чтобы его поперли из-за тебя? Это хорошо, что ты в него еще стакан не кинула. Вот даешь, честное слово.

– Мне не нравится, что его касается эта девушка, – шмыгнув носом, сказала Мира подруге. – Звучит глупо, но тут, – она положила руку на сердце, – очень тяжело, понимаешь?

– Понимаю, – ответил за Леру Макс. – У тебя, малышка Хубба Бубба, большие проблемы. Ты втюрилась в Сашку.

– Ты бредишь! – Мира встретилась с ехидным взглядом Максима, а потом он встал из-за стола и направился к другу.

– Что же мне делать? – спросила она у Леры.

Подруга взяла Миру за руку и чуть ее сжала.

– Может, тебе стоит поговорить с ним? Ты после встречи с ним стала такой эмоциональной, – Лера пыталась успокоить подругу. – И стакан бросать, конечно, не надо было, дуреха.

– Да, наверное, это было лишнее.

Тем временем Максим, вернувшись на свое место, озорно подмигнул. Его глаза хитро блестели.

– Девчонки, я все устроил, – прошептал он. – Мира, Саша проводит тебя до дома.

– Что?! – вырвалось у Миры, ее голос был полон недоумения. Она тяжело вздохнула, чувствуя, как внутри нарастает волнение. – Максим, ты спятил?

«Неужели он действительно решил вмешаться в мои личные дела?»

– Я желаю ему только счастья. Давно пора было выводить Сашу в люди, так сказать. Тем более есть одна причина, почему я хочу, чтобы ты с ним пообщалась, – печально посмотрел Максим в окно.

– Почему? – еле слышно спросила у него Мирослава.

– Потому что, Мира, у Саши в глазах я увидел слабый огонек надежды. Может, это звучит странно, но, возможно, ты – это его шанс начать все заново.

– Заново? П-подожди, я не понимаю… – Алкоголь стал брать верх над сознанием Миры, и ей так захотелось спать.

В голове родились вопросы, которые ей так хотелось задать Максу, но у нее не было на это сил. Она положила голову на руку и прикрыла глаза, погружаясь в мысли о Саше. Его жизнь, полная тайн и невысказанных слов, не давала ей покоя. Что могло его сломить? Неужели на плечах такого парня висит непосильный груз, который он не в силах сбросить?

Саша. Саша. Саша. Это имя, как навязчивая мелодия, не давало Мире покоя. Еще ей дико хотелось потрогать его волосы, запустить в них пальцы и слегка взлохматить их. Кончиком пальца провести по носу, губам, щеке. Интересно, есть ли щетина на его лице, будет ли она царапаться при поцелуе? Мира витала в своих мыслях и вздрогнула оттого, что ее ущипнули за руку.

Открыв глаза, она увидела, что Саша стоял рядом с ней, но позади него прошла та самая официантка, победно ухмыляясь. Мира была готова накинуться на эту лису и оттаскать ее за волосы.

– Исчезни, – пробормотала она ему.

– Пошли домой, – сказал он ей ласковым голосом, но это только разозлило Миру. Тут же вспомнилось, как официантка прикоснулась к его щеке рукой.

– Саша, иди в лес! – выпалила она, не сдержавшись.

Мира схватила сумку и толкнула его плечом, направляясь к выходу. Дорога плыла под ее ногами, а к горлу подкатывала тошнота, которую она изо всех сил сдерживала. Ноги предательски подвернулись, и Мира, готовая распластаться по всему асфальту, вдруг почувствовала, как кто-то схватил ее за руку. Это был Саша.

– Тоже мне спаситель! – пробурчала Мира себе под нос и печально спросила: – Зачем ты пошел следом за мной?

– Ты против?

– Нет.

«Что же творится у тебя внутри, Саша?»

Шли они молча. Мира украдкой поглядывала на него, пытаясь разгадать его мысли, а он уверенно вел ее за руку, не обращая на нее никакого внимания. Слова застревали в горле, поэтому она не могла ничего сказать. Наконец она решилась нарушить это неловкое молчание. Мира спросила у парня, как тот добрался в тот вечер до дома, но разговор закончился, когда Саша огорошил ее своей фразой: «Мне не нужны отношения с тобой».

Эти слова повисли в воздухе, как темная грозовая туча, окутывающая все вокруг. Мира почувствовала, как в груди что-то сжалось, а в голове воцарился полный хаос. Выпитый алкоголь давал о себе знать, и мысли путались, словно в водовороте. Ей стало так плохо, что захотелось освободить свой желудок как можно скорее. Она пыталась сосредоточиться, но мир вокруг расплывался, и вскоре она поняла, что не может больше бороться с усталостью. Мира погружалась в сон, растворяясь в темноте. Как они добрались до ее дома, она даже не поняла.

Мира выбралась из объятий парня и потянулась к сумке, чтобы достать ключи. Но та выскользнула из ее пальцев. На мгновение ей показалось, что сумка отпрыгнула в сторону, как будто у нее появились крошечные лапки, но это было лишь пьяное воображение. На самом деле Миру просто повело, и, потеряв опору, она неуклюже рухнула на четвереньки.

– Зараза! Что ты прыгаешь? – вставая с коленок, девушка засмеялась.

Каждый раз, когда Мира сталкивалась с Сашей, она оказывалась на четвереньках.

«Может, на попу мою западет», – подумала девушка и, не удержавшись, вновь захихикала.

А сумка решила все так же не сдаваться. Мира пыталась открыть замок, но его заело. Рассердившись, она схватилась за язычок замка и дернула его, но тот отлетел куда-то на землю.

– Черт! – крикнула она, швырнув сумку обратно на асфальт.

– Боже, ты точно девушка-катастрофа! – возмущенно сказал Саша.

* * *

Наступило утро, и солнечные лучи пробивались сквозь занавески, нежно касаясь ее лица. Разлепив еле-еле глаза, Мира уставилась в потолок, пытаясь восстановить в памяти события вечера. Во рту было так сухо и противно, словно туда нагадили кошки. Как попала домой, девушка не помнила.

Мира почувствовала приятную тяжесть на животе и, не открывая глаз, подумала: «Кажется, пора сажать мою пушистую подружку на диету». Но когда она перевела взгляд, ее чуть не хватил удар. На ее животе, уютно обняв его руками, мирно посапывал Саша. И тут, как будто кто-то включил свет, в ее памяти начали всплывать яркие картинки: кафе, друзья, алкоголь – много алкоголя. Саша и официантка. Ревность волной накрыла ее с головой. Он затащил ее в дом, положил на диван, а когда она попросила его остаться… Не веря своим глазам, Мира снова взглянула на копну каштановых волос, которая спокойно лежала на ее животе.

«Интересно, они мягкие?»

Ее рука сама потянулась к его голове. Осторожно, почти невесомо, она коснулась кончиков волос. К ее удивлению, они оказались совсем не такими мягкими, как она ожидала. В этот момент Мира почувствовала себя невероятно счастливой, и тут в голове эхом пронеслась фраза: «Мне не нужны с тобой отношения».

Тогда почему же Саша остался с ней? Из жалости? Мира посмотрела на него, пытаясь прочитать в его профиле что-то большее, чем просто сочувствие. На его спине, свернувшись клубочком, тихонько мурлыкала кошка.

«Даже Рысе он понравился».

Мира разглядывала Сашу, как будто изучала произведение искусства. Черная футболка, плотно облегающая его широкую спину, говорящую о часах, проведенных в спортзале. Лицо было расслабленным и умиротворенным. Мира никогда еще не видела его таким за все время их общения. Затем ее взгляд остановился на его правой руке. На внутренней стороне локтя, прямо на сгибе, была татуировка. И она была… очень странной.

Небольшой деревянный кол, напоминающий те, что используют в фильмах против вампиров, когда их пронзают в сердце. Этот колышек с небольшими трещинами обвивал стебель с шипами, с которых падали капельки крови. Под острием колышка образовывалась лужица, а в ней плавал одинокий лепесток розы. Поверх этого стебля аккуратными звеньями обвивалась цепь, которая словно пыталась удержать что-то важное, что могло ускользнуть. Бутон розы тоже был необычным: красный цвет переходил в черный к кончикам лепестков, а некоторые из них напоминали обгоревшие бумажные листы. С бутона по обе стороны падали опавшие лепестки, словно слезы, оставленные в прошлом.

На глаза навернулись слезы, хотя Мира не могла понять почему. Эта татуировка что-то значила для Саши, или, возможно, он пережил то, что сделало его таким холодным, а иногда жестким и равнодушным к жизни. Его нельзя назвать заядлым тусовщиком, как Макса. У Миры складывалось такое впечатление, что Саша забыл, каково это – улыбаться и радоваться мелочам.

Тело парня дрогнуло, а это значило только одно – Саша проснулся. Мира замерла, а в воздухе повисло напряжение. Парень осторожно поднялся с живота и сел, упершись локтями в колени, протирая руками глаза. Кошка, почувствовав движение, спрыгнула на пол и направилась на кухню, виляя хвостом. Мира, следуя за Сашей, тоже села, не зная, что сказать. Ей казалось, что одно ее слово спугнет его, и парень рванет с места на выход.

– Эм, доброе, что ли, – первая нарушила тишину Мира, стараясь звучать непринужденно.

– Доброе, – коротко ответил Саша, поворачиваясь к ней и вглядываясь в ее личико, залитое краской смущения.

– Саш, насчет вчера, я не хотела тебя отрывать от работы. Я не преследую тебя, ты не подумай, просто… – начала тараторить Мира, но он ее перебил.

– Да, но ты решила по-своему и закатила сцену ревности, – ухмыльнулся он, не отводя глаз от нее. – Проехали. Прости, я хотел уйти, как уснешь, но ты так вцепилась в меня, думал, посижу, ты провалишься в сон, и уйду спокойно по-тихому, но сам не заметил, как вырубился.

Мира молча смотрела в его глаза, и сейчас они не были пустыми, наоборот, в них был покой.

– Давно я так не спал, – проговорил он, и в его голосе звучала искренность, которая затронула ее до глубины души.

Саша поднялся с дивана и направился к выходу. Мира не раздумывая подскочила следом за ним, а ее сердце забилось быстрее. Ей не хотелось, чтобы он сейчас уходил. Ускорив шаг, она чуть ли не выбежала в коридор, но парень остановился, и, когда повернулся к ней лицом, Мира врезалась в его грудь.

– Оу, ты чего так рванула? – с улыбкой сказал он, и эта улыбка заставила ее сердце пропустить удар.

«Саша мне улыбается? Боже, какой он милый…»

Она провела рукой по волосам, приглаживая их и перебирая идеи.

– Я тут подумала, – начала она, вглядываясь в лицо парня. – Я же тебя так и не поблагодарила за помощь тогда и сейчас. Может, позавтракаем вместе?

– С тобой? – спросил Саша, выгнув бровь в удивлении.

– Получается, со мной, а… ну и с моей рыжей бестией, – улыбнулась она ему, указывая на свою пушистую кошку, которая вышла в коридор.

– Поверь, меня не за что благодарить, любой бы помог, будь он на моем месте… – начал Саша, но не успел договорить, как она резко выкрикнула:

– Пожалуйста, Саша! Останься! – закусив губу, посмотрела Мира ему в глаза.

Он глубоко вздохнул и почесал свой затылок, обдумывая ее слова. Одна секунда. Две. Три. По его лицу она видела, что он сомневается, но все же кивнул головой и произнес:

– Хорошо, Мира, только не кричи. Я не глухой.

На ее лице засияла улыбка. Это уже была ее маленькая победа.

– Тогда я пойду готовить нам завтрак, а ты если хочешь умыться, то ванная комната находится здесь, – сказала она, открывая дверь в ванную.

Включив свет, девушка достала запасную новую зубную щетку, которую оставила на стиральной машине. Взгляд ее упал на рубашку Саши, на которой красовалось пятно. Вспомнив, как ее вырвало ему под ноги, а потом как она вытерла рот о его рубашку, Мира почувствовала, что щеки начинают краснеть от стыда.

– Черт! Мне так неловко. Блин! – воскликнула она, не сдержав своих эмоций.

Саша, облокотившись о дверной косяк, наблюдал за ней с легкой улыбкой:

– Извини, я тут похозяйничал, пока ты лежала на диване, не хотел, чтобы от меня несло твоими «духами».

– Я усвоила урок, больше не напьюсь в твоем присутствии. Сейчас постираю, и рубашка станет как новая, – решительно заявила Мира, схватив вещь, она закинула ее в стиральную машину. Быстро достав капсулу с порошком, отправила ее в барабан и запустила машинку.

– Стоп! Мира, успокойся. Не нужно ничего стирать, сам все сделаю, как приду домой, – попытался остановить ее Саша, но его слова не произвели на Миру никакого эффекта.

В этот момент у него зазвонил телефон. Мира краем глаза заметила высветившееся имя «Павел админ», он поднял трубку. Мира не стала подслушивать разговор и направилась на кухню. Там ее ждала голодная Рыся, мяукая, терлась о ноги хозяйки, призывая ту, чтобы насыпала порцию ее корма. Достав из шкафа коробку с кормом, она насыпала его в миску, а в другой – сменила воду.

Пока чайник закипал, Мира открыла холодильник и вытащила свежие помидоры, творожный сыр, филе малосоленой форели, тостовый хлеб и яйца. В кухню зашел Саша, и на его лице можно было прочесть, что ему нужно срочно уйти.

– Все в порядке? – застыв на месте, спросила она.

– Мне нужно к двенадцати быть на работе. Поэтому, Мира, я должен уйти, чтобы успеть собраться.

– Если тебе нужно принять душ, то проблем нет. Я дам тебе полотенце. Как раз твоя рубашка скоро постирается и высушится, – неуверенно сказала Мира, стараясь скрыть свое разочарование.

– Такое впечатление, что ты хочешь удержать меня любой ценой. Это ты со всеми такая? – он прищурил глаза.

– Что-о? Нет, конечно, – возмутилась Мира. – Но знаешь, ты первый парень, который переступил порог моего дома. Так что цени это, ведь не каждому открыты мои двери.

– Слушай, я не хочу давать тебе ложных надежд…

– Я и не прошу, – быстро ответила Мира, стараясь сохранять спокойствие. – Просто мне правда хочется отблагодарить тебя и провести еще немного времени с тобой. Дружески пообщаться, но если тебе некомфортно находиться в моем окружении или неприятно, что ж… тогда я пойму.

Слова давались ей с трудом, но она говорила искренне, и это было важно.

Саша задумался, а потом наконец произнес:

– Мне не неприятно твое общество. Тогда я воспользуюсь твоей ванной? Вроде как ты полотенце обещала дать?

Саша потер пальцем переносицу.

Мирослава почувствовала, как сердце наполняется радостью. Она едва сдерживала улыбку, когда выбежала из кухни, чтобы достать махровое полотенце.

Мира замерла перед зеркалом, вглядываясь в свое отражение, словно пытаясь найти там ответы. Тяжелый выдох сорвался с ее губ. В памяти отчетливо звучал голос Саши, его слова о том, что ему не нужны отношения. Это как удар под дых. Что же теперь делать? Притвориться, что у нее нет к нему чувств? Это сложно, потому что один его взгляд заставляет сердце подпрыгивать в ее груди.

– Похоже, мне придется отступить… но разве кто-то говорил, что я не могу быть для него просто другом? – сказала себе в отражении Мира.

Вернувшись на кухню, она вручила Саше полотенце, и он направился в ванную. Оставшись одна, Мира продолжила готовку. Облепиховый чай уже заваривался, а на сковороде шипели яйца, которые вскоре были разложены по тарелкам. Она с увлечением готовила сэндвичи, стараясь сделать завтрак как можно более аппетитным. Подготовив стол к завтраку, Мира побежала в свою комнату, чтобы привести себя в порядок.

Натянув на себя белую майку с изображением танцующего Стича, который весело кричал «Алоха», и синие штаны в клетку, она быстро расчесала волосы и собрала их в высокий хвост. Теперь ей оставалось лишь умыться. Мира подумала, что, вероятно, Саша уже закончил и освободил ванную. Выскочив в коридор, Мира врезалась во что-то неожиданно твердое, теплое и влажное. Когда она открыла глаза, перед самым ее носом оказалась обнаженная грудь Саши. Он мгновенно среагировал, осторожно поймав ее за плечи. Мира подняла голову, их взгляды встретились, и она почувствовала, как ее тянет в бездну ледяной голубизны его глаз, словно она погружается в прохладное горное озеро. Серые крапинки придавали его взгляду загадочность и притягательность, но в то же время рассказывали о пережитой буре. Его руки все еще держали ее за плечи, но она уже не чувствовала их прикосновения. На пышных длинных ресницах еще висели капельки воды.

– Ты всегда носишься в своем доме словно ужаленная в одно место? – хрипло произнес Саша, и его голос звучал так близко, что Мира едва смогла сдержать дрожь.

Опомнившись, она вдруг осознала, что Саша был в одном полотенце, обернутом вокруг бедер. Чувствуя, как щеки заливает краска, Мира резко отпрянула от него и закрылась в ванной комнате. Она прислонилась спиной к двери, пытаясь унять бешено колотящееся сердце.

«Ужаленная в одно место…» – она мысленно повторила его слова.

Включив кран, Мира набрала в ладошки холодной воды и плеснула себе в лицо, пытаясь охладить разгоряченные щеки.

«Вот же засранец!»

Сделав глубокий вдох, Мира выключила воду и промокнула лицо полотенцем. Выйдя из ванной, она прошла в зал, где на диване сидел уже одетый Саша, вытирая голову.

– Пошли уже завтракать, а то все остынет, – сказала она, подходя к нему, и, забрав полотенце, повесила его сушиться на спинку стула.

На кухне они уселись напротив друг друга, а ее пушистая кошка Рыся, почувствовав, что время завтрака настало, залезла на колени Саши. Прогонять он ее не стал, наоборот, погладил кошке мордочку и придвинулся к столу ближе.

– Ты ей нравишься, – с улыбкой заметила Мира, наблюдая за тем, как он нежно гладит кошку.

– Думаешь? – лукаво посмотрел на нее Саша, приподняв бровь.

– Конечно! – ответила она, смеясь. – Ко мне как-то приходила подруга, – она показала в воздухе кавычки, – так Рыся ей все ноги расцарапала и шипела, пока та не ушла. В конце концов я узнала, что эта так называемая подруга перемывала мне косточки и сочиняла про меня разные сказки. К Лере и тебе Рыся на колени запрыгивает и с удовольствием мурлычет. Значит, вы хорошие люди.

Мира внимательно наблюдала за Сашей. После слова «хорошие» она заметила, как он сжал один кулак, на долю секунды замерев и задумавшись о своем. Странно. Тогда она решила перевести тему разговора.

– Макс говорил, что вы с ним знакомы с самого детства?

– Да. Мы, можно сказать, выросли вместе. Лет с трех, наверное, уже в одной песочнице ковырялись. Жили в одном доме, родители наши дружили, так что мы с Максом с самого раннего возраста были неразлучны. Потом, конечно, его семье пришлось переехать, но мы все равно старались поддерживать связь. Даже в школу потом вместе пошли. Как-то так, – Саша пожал плечами, откинулся на спинку стула и попытался немного расслабиться.

– Это прекрасно, что вы сохранили дружбу. Не у каждого есть настоящие друзья, – тихо ответила Мира, задумчиво ковыряя вилкой в своей тарелке.

Она всегда считала дружбу чем-то невероятно важным. Наверно, это связано с тем, что в прошлом ей приходилось справляться со многими трудностями в одиночку. Поэтому сейчас Мира особенно ценила тепло и поддержку, которые дает настоящая дружба.

– Разве у вас с Лерой не так же? – спросил Саша, отпивая чай из кружки, его голос звучал заинтересованно.

– Наша дружба с Лерой началась совсем недавно, можно сказать, случайно. Мы оказались на одной лекции по истории дизайна, и я, как назло, опоздала. Единственное свободное место было как раз рядом с ней. С тех пор мы очень сблизились, и я искренне ценю нашу дружбу. Лера – удивительный человек. Она никогда не осуждает, всегда готова помочь, если я попадаю в беду, и поддерживает меня в самые трудные моменты, – Мира говорила с теплотой о своей подруге.

– А где твои родные? – спросил Саша.

– Давай я тебе налью еще чая, – подорвалась Мира с места и пошла к чайнику.

Ей было тяжело вспоминать то время, когда у нее была счастливая семья, как у всех. Мира уехала из своего родного города, чтобы попытаться жить дальше, начать все заново, наполняя чистую страничку яркими моментами. Она выбрала университет, куда подала документы, можно сказать, на другом конце света, держа это в секрете от своей мамы. И вот Мира оказалась на Дальнем Востоке.

Вспоминать об отце Мире было очень тяжело. У него был свой бизнес, и все шло хорошо. Он старался для своей семьи, поэтому в деньгах они не нуждались. Всей семьей они путешествовали и отдыхали на морях. Но в один злосчастный день к отцу на работу пришли люди, о которых Мире ничего не было известно, и заставили его подписать документы. С того дня отец стал не только безработным, но и с большим хвостом долгов.

Мира наблюдала, как рушится мир ее детства. Смех и рассказы, наполняющие вечера, сменились напряженным молчанием и беспокойными взглядами. Мать, всегда такая энергичная и жизнерадостная, осунулась и начала работать на двух работах. Заработанные деньги утекали как вода сквозь пальцы. Ей хотелось помочь родителям, облегчить их ношу, но что она могла сделать, будучи всего лишь ребенком? В сердце росла злость и обида на тех, кто отнял у них спокойствие и благополучие.

– Если тебе тяжело вспоминать или говорить о своей семье, то не рассказывай, – спокойно сказал Саша.

– Все нормально, – Мира поставила перед ним кружку, а потом села обратно. – Я живу с моей рыжей бестией одна, иногда ко мне приходит ночевать Лера. Мама и младший брат остались в моем родном Екатеринбурге, а я приехала учиться сюда на цифрового дизайнера. Квартира досталась мне от моей бабушки по отцу. Летом я подрабатываю в разных кафешках, чтобы, так сказать, иметь лишнюю копейку. А ты? Твоя семья большая?

Мира видела, как над его головой сгущались грозовые тучи, которые вот-вот выпустят молнию в ее сторону.

– У меня есть младшая сестра, которую я очень люблю и для которой сделаю все, что от меня потребуется, – к нему вернулся прежний холодный тон.

– А как же мама и папа?

– Мира, ты слишком любопытная, тебе не кажется? Моя жизнь касается только меня. Займись своей и попытайся больше не втягивать меня в свои приключения, – резко ответил Саша.

– Почему ты злишься? Я же просто спросила о твоей семье, – не унималась она.

– Спасибо за завтрак.

Саша встал из-за стола и покинул кухню, оставляя девушку одну. Сердце в груди сжалось. Она не могла понять, что сейчас произошло и почему его настроение так резко изменилось.

– Постой! Саш, я обидела тебя чем-то? – спросила она, следуя за ним. – Если да, то извини, я не специально.

Саша, не оборачиваясь, забрал влажную рубашку, которая уже постиралась, а затем стал натягивать кроссовки. Мира наблюдала за ним и не понимала, почему разговор о семье так сильно вывел парня из себя, сцепив руки в замок, она молча стояла и хлопала глазами. Ей казалось, что сегодня их встреча действительно стала последней.

– Я просто не люблю говорить о семье, – произнес он не оборачиваясь.

– Но почему? Ведь семья – это важно.

– Может, для тебя это важно, но для меня – нет, – его голос был пропитан усталостью.

– У тебя же есть родители, друзья. Почему же ты тогда так говоришь?

– Потому что это моя жизнь, и я не хочу, чтобы кто-то в нее вмешивался, – резко ответил он, наконец обернувшись к ней. В его глазах сверкали молнии. – Я просто… я привык все держать в себе.

– Но это не значит, что ты должен быть один, – тихо сказала Мира. – Если ты захочешь поговорить, то знай: я рядом и всегда готова тебя выслушать.

Саша замер, и в его глазах промелькнула неуверенность. Сделав шаг к ней, он нежно погладил рукой по голове.

– Мира… спасибо еще раз за приятное утро, – печально улыбнулся он.

В его голосе звучала не только благодарность, но еще какая-то скорбь. Мира не понимала, как можно было быть таким ледяным и отчужденным, а потом, скинув с себя эту маску, стать мягким и заботливым. Этот парень будто сам себя заточил в своем темном мире, не давая никому ни малейшего шанса помочь или хотя бы просто быть рядом. Как бы ты ни бился в его непробиваемую дверь, он ее все равно не откроет.

Очнувшись от своих мыслей, Мира обнаружила, что стоит на пороге совершенно одна. Опомнившись, она в панике вылетела из квартиры в носках, надеясь, что парень не успел далеко уйти. Ей повезло: он как раз хотел уже спускаться по лестнице к выходу.

– Саша! – выкрикнула Мира, выбежав на лестничную площадку. Она схватила парня за локоть, останавливая его. – Может, мы обменяемся номерами? Обещаю не навязываться, – она скрестила пальцы в знак обещания, надеясь, что это поможет его убедить.

– Зачем тебе это нужно? – выгнув бровь, Саша перехватил Миру за запястье. – Я уже говорил: отношения мне не нужны.

– Я хочу стать твоим другом! – она с вызовом посмотрела на него, чувствуя, как внутри закипает решимость.

– Другом? – переспросил он с усмешкой. – Ты серьезно?

Мира знала, что это прозвучало безумно, но в этот момент ей было все равно. Она не могла ему позволить просто так уйти.

– Да, серьезно! – уверенно сказала Мира. – Я не говорю о романтических отношениях. Я говорю о поддержке, о том, чтобы быть друг для друга… – она пыталась подобрать слова. – Мы можем стать командой!

Он засмеялся. Заливистый смех заполнил все помещение, и Саша, взъерошив волосы на голове, достал из кармана телефон и протянул его Мире. Она стояла как столб, не понимая, что его так развеселило.

«Ненормальный, что ли? Срочно звонить в 103 и вызывать наряд на этого чокнутого».

– Набери свой номер, друг, – успокоившись, сказал Саша.

Мира взяла телефон Саши, открыла журнал контактов, забила свой номер и вернула его владельцу. Ничего не сказав на прощание, она убежала в свою квартиру. Прижавшись к двери, Мира положила руку на грудь, где сердце учащенно билось.

– Я все равно узнаю, что с тобой произошло… – уверенно сказала Мира в уже опустевшей квартире.