– Кудрявцева, не спать! – недовольно произнесла Валентина Владимировна, глядя на распластавшуюся на парте Вику, лицо которой едва проглядывалось из-под распущенных волос.

– А я и не сплю, – Вика приподняла голову, хлопая слегка накрашенными ресницами и не понимая, чем вызвала недовольство исторички.

– Тогда скажи нам, каким образом российская императрица Екатерина Великая укрепила свое положение на российском троне в начале своего правления?

Вздохнув, Вика неуклюже поднялась, смахнув локтем учебник на пол и с грохотом чуть не опрокинув стул.

– Много шума из ничего, – сострил Дима, староста класса. Ребята засмеялись.

Учительница забарабанила ручкой по столу и строго потребовала прекратить галдеж.

– Итак, Виктория, – снова обратилась она к девочке. – Мы тебя слушаем.

– Екатерина Великая, как настоящая женщина, использовала для укрепления своей власти чисто женский прием, – отвечала Вика.

По классу опять прошелестел смешок. В. В. вновь постучала по столу, требуя тишины. Вика тоже замолчала.

– Ну, продолжай, Кудрявцева, ты говорила, что Екатерина для укрепления своего…

– Я помню, что говорила, – перебила ее Вика.

Класс захихикал. Вика зыркнула на одноклассников, сделав такое лицо, будто хотела плюнуть на них всех разом. Это сработало, ребята замолчали.

– Так вот, этот прием в простонародье называется «найди покровителя». По сути, Екатерина Великая оперлась на графа Орлова. Надо отметить, очень влиятельного в те времена человека. Он так же был интересен, харизматичен и молод. Моложе российской императрицы, – Вика говорила вяло и монотонно. У нее не было настроения раскрашивать всем известную историю интонациями. – Короче, Екатерина Великая делила с ним себя и щедро его за это вознаграждала.

Класс загоготал, и одновременно с всеобщим хохотом раздался школьный звонок. Урок был закончен.

Вика и Соня уже выходили из школы, когда их окликнул одноклассник Сашка, тот самый, который когда-то нарвался на Сонькину ревность.

– Ку-ку, девчонки, вы домой?

Девочки одновременно кивнули головой.

– Я с вами. Мне сегодня по пути. Хочу Аарону учебник вернуть. Он же в ваших краях обитает?

Они снова разом кивнули.

– Прям в унисон, – подивился он. – Вам в синхронное плаванье надо, – он широко улыбнулся, оголяя красивые белые зубы.

Вика смотрела на Сашку, в очередной раз про себя удивляясь, как сильно он изменился за одно лето. Рост, фигура, улыбка. Глаза какие-то стали глубокие. Одним словом, красавец. Чудеса! Сашка нырнул между девочками и крепко взял каждую из них под локоть.

– Ну что, как жизнь молодая?

– Э-э-э, поосторожней, – фыркнула Вика, освобождаясь от его руки. – Сейчас это твоя Кирилкина увидит, да как выскочит, как выпрыгнет…

– А че мне Кирилкина? – не понял он. – Я ее не боюсь. Мы с ней просто друзья.

– Это ты, может быть, с ней просто дружишь, а у нее, Дергачев, любовь.

На улице неприятно дуло. Вика застегнула куртку до самого верха.

– Бывает… – непринужденно заметил парень. – Ну а твой Ромео как? – обратился он к Соньке. – Давненько его не было.

– Завтра приедет, – сообщила та, и глаза ее загорелись счастливым огоньком.

Вика тяжело вздохнула и неожиданно выдала:

– Смотрю на вас и завидую.

Соня и Саша удивленно уставились на нее.

– Че смотрите? Соньку любят, тебя тоже. А со мной что не так? Мне парень понравился – и опять мимо. Я уже и так, и сяк. А он словно и не замечает. Чувствую себя человеком-невидимкой. Криворылым, между прочим.

– Да брось, ты вон какая красотка, – убедительно заверил Сашка. – Ты, наверное, не тех парней выбираешь.

– Каких таких не тех. Умных?

– Ну, не знаю, – сконфузился он.

– Ко мне сплошное дурачье клеится, – продолжала возмущаться Вика. – Услышат мое имя и давай… «Виктория, О! Эта которая королева или Бэкхем?» Зашибись как смешно, – она легонько хлопнула себя рукой по лбу.

– Ну, это ж хорошо, ты их с первой минуты видишь. Отсеивай. Сразу отшивай. И никакого в будущем разочарования, – Саша поднял воротник, защищаясь от ветра.

– Последнего я отшила еще до того, как свое имя назвала. Он обещал позвонить, как только «покормит своего йошика». Я долго не могла понять, кого он отправился кормить, ну а когда до меня дошло, тут же его и заблокировала.

– Грамотеи нынче не в моде, – согласился Сашка.

– И туповатых сейчас много, – добавила Сонька. – Да хоть нашего Баранкина возьми. Он на прошлой неделе обнаружил, что все в нашем классе родились в год Деревянной Свиньи. И никак не мог поверить в такое совпадение. Хоть убейте не пойму, как он до 11 класса дошел? – поражалась она.

– Зато с ним всегда весело, – добавила Вика.

Ребята согласились.

– Короче, не горюй, Виктория, будет и на твоей улице праздник, найдется и для тебя нормальный чувак. Можно и подождать, в твои-то годы.

– Уже нашелся, – быстро сообщила Вика. – Умный, спокойный, приличный такой, на физическом учится.

Сонька закатила глаза.

– Так и тянет тебя, Вик, на этих физиков.

– Кстати, да, он чем-то на Милана похож, – согласилась та.

– Ну, и чего такого особенного в физиках? – Сашка с любопытством посмотрел на Вику.

– Как что? – глаза Вики приобрели густо зеленый окрас. – С ними же очень интересно разговаривать. Они умеют слушать.

– Ну да, они ж все время молчат, – хихикнула Сонька.

– А че, я читал в интернете, что женщины говорят в два раза больше слов, чем мужчины.

– Так это потому, что мы вынуждены без конца все повторять, чтоб до вас дошла хоть малая часть сказанного. А че не так? – набросилась на него Вика.

– Вам видней, – покладисто согласился Сашка, ускользая от надвигающейся бури. – Ну и холодрыга, – пробормотал он. – На этой неделе снег обещают.

– Слушай, Саш, – Вика остановилась. – Вот скажи мне как мужчина, что мне сделать, чтоб Эндрю меня заметил? Его Эндрю зовут, – пояснила она.

– Это тебе не меня, а Суворину надо спрашивать. Ей лучше знать. И пошли давай, сейчас задубеем тут.

– Нет уж, спасибки. Ее методы мне точно не подходят. И вообще, обойдусь без шекспировских страстей. Мне нужен твой мужской совет.

Они медленно двинулись дальше. Саша, польщенный доверием Вики, крепко задумался.

– Я думаю, тебе надо его удивить! – выдал он после долгой паузы.

– Удивить? Как? – теперь уже озадачилась Вика.

– Ну, какие у тебя есть таланты? Что ты умеешь делать, Кудрявцева?

– Я… – Вика соображала так напряженно, что и Саше, и Соне казалось, будто они видят, как шевелится ее мозг.

– Я умею плакать, не размазывая тушь по лицу, – победоносно сообщила она наконец.

Саша отрицательно покачал головой.

– Ну еще маникюр делать умею. Сонь, скажи!

– Точно! – подтвердила подруга, вытирая рукой влажные от ветра глаза.

Саша снова покачал головой.

– Ножи метать.

– Да ну? – две пары глаз уставились на Вику в упор.

– Ну да, как-то папа за городом показал. У меня получалось, ну, не на все сто процентов, но папа сказал: хороший результат.

– Ну ты, Кудрявцева, даешь, я теперь тебя еще больше зауважал, – кивнул Саша. Вика просияла. – Дальше, давай.

– Что дальше? А этого мало?

– Ну, как сказать, смотря для чего.

– Так и скажи, что не годится. Начал тут размусоливать.

В этот момент ребята услышали женские вопли. Повернувшись на крик, они увидели, как на набережной молодая женщина с фиолетовыми волосами отчаянно отчитывает подростка лет пятнадцати с зелеными дредами. Не выбирая выражений и поставив громкость на максимум, она поносила его прическу. Паренек отвечал смело и бесцеремонно. Прохожие смотрели на них и останавливались, ожидая, что будет дальше. Но парочке все было нипочем, перейдя на личные оскорбления, они поочередно выпускали пар.

– Вот че они базарят? – удивился Сашка. – Оба, блин, разноперые.

– Они по цвету не сочетаются, – объяснила Вика.

– Да, все чаще и чаще встречаешь странных людей, – вздохнула Соня.

– И военных тоже… – добавил Саша.

Они увидели группу военных в полной экипировке, приближающихся к скандалящей паре.

– Что-то их много развелось в городе, – констатировала Вика.

– Неспокойно нынче в мире, – сказал Саша. – Вон что творится у наших соседей. Пусть охраняют наш покой.

Соня увеличение числа военных тоже заметила, ведь в каждом из них ей мерещился Кирилл.

– Ой, я, кажется, знаю, чем могу удивить Эндика, – неожиданно выпалила Вика.

– Уже Эндик, – хмыкнул Сашка. Сонька хихикнула. – Ну и чем же?

– Я могу в рот кулак засунуть.

– Да ну, – обалдели ребята. – Покажи!

Вика туго свернула кулачок и пропихнула его в широко разинутый рот.

– Нифига себе! – с восторгом присвистнул Саша. – Виктория, ты победитель. Не знаю про Эндика, но меня ты сразила наповал. Если однажды тебе разонравятся физики, я к твоим услугам. Как ты это делаешь? – с искренним восхищением спросил он.

Вика гордо подняла подбородок.

– Секрет фирмы, – важно ответила она. – Ну, и что теперь? Как я этим своим талантом буду его очаровывать?

Саша озадаченно замолчал, потом все-таки признался:

– Извини, Кудрявцева, но это тоже не подойдет. Так сразу оглушить человека – не самая лучшая идея. Надо искать что-нибудь еще.

– Дергачев, ты издеваешься? – в глазах Вики сверкнул нехороший блеск. – Может быть, количество талантов у меня и велико, но не безгранично.

– Послушай, может ты испечешь ему свои королевские пирожки? – предложила Соня. – Перед ними точно никто не устоит.

Глаза Вики моментально оживились, и она вперила их в Сашку, ожидая вердикт.

– Идеально подойдет, – уверенно кивнул он. – Физик, пусть даже самый большой задрот, и в формулах найдет бутерброд. Дерзай, Кудрявцева, порази его своим кулинарным мастерством.

– А как? Как я ему их предложу? – снова озадачилась девочка.

– Ну, не знаю, технические моменты – это точно не ко мне. Пригласи его, например, к себе на чай.

– Точно, – оживилась Вика. – Ты гений. Он живет рядом с нами. Думаю, не откажет. Вот тут-то я ему покажу мастер-класс. Надену свой отпад-наряд и-и-и…

– Э-э-э, – перебил ее Сашка, – ты смотри, не перестарайся. А то получится как у меня, встретил одну, реальная секс-бомба. Теперь ищу бомбоубежище, – девочки засмеялись. – Мужчины любят скромность, – со знанием дела добавил он.

– А я и не против, – игриво произнесла Вика. – Буду скромно ловить на себе нескромные взгляды.

Они опять дружно засмеялись.

– Постойте, – снова забеспокоилась Вика, – а вдруг пирожки не сработают? Что тогда? А, Саш?

– Начнешь метать ножи, Кудрявцева, и желательно метко, – устало предложил он. – А если и это не прокатит, засунешь кулак. Тут уже без вариантов. Стопудово верняк.

Спустившись на набережную, ребята молча побрели вдоль реки. Холодный ветер щекотал их лица, принося с собой ощущение скорой зимы. Небо нависло серым покрывалом, воздух стал влажным и плотным. На набережной было тихо, и только пролетавшая над ними стая ворон пронзительным карканьем разрывала тишину, оставляя неясное тревожное предчувствие.

– Ой-е-ей, – неожиданно закричала Вика, проведя рукой по лицу и волосам. – Фу, фу, гадость!

Саша и Соня заметили птичий помет, стекающей по Викиному лбу.

– На тебя птица насрала, – просто сказал Сашка.

– Да что ты говоришь?! – взбесилась Вика. – А я думала, что это манна небесная спустилась.

– А че, примета такая есть: с утра в говно вляпался – весь день удача.

– Заткнись, Дергачев, – прошипела Вика. – Никогда бы не подумала, что в вороне может быть столько дерьма, – причитала она, вытирая лицо. – Ой, и на форму тоже попало, – увидела она белые пятна на юбке.

Сонька намочила в реке платок, помогая Вике оттереть помет. Руки ее онемели от холода.

– Проклятая ворона, с ног до головы меня обосрала.

– Вообще-то это был ворон, – уточнил Саша.

Вика уничижительно взглянула на него. Сашка замолчал. Отмыли все, что отмылось, остальное нуждалось в серьезной стирке с порошком. Ребята поспешили домой.

– Саш, а как ты различаешь ворону и ворона? – запоздало поинтересовалась Соня.

– Они разные, – просто ответил Саша. – Ворон крупнее почти в два раза, и окрас у него другой. Ворона меньше и чисто черная.

– Женщины всегда миниатюрнее мужчин, – пояснила Вика.

– Ну да, – поддакнула Соня.

– Только не в этом случае. Ворон и ворона – не муж и жена, это две совершенно разные птицы. И у той, и у другой есть женский и мужской пол.

– Надо же, – изумилась Соня. – Никогда не слышала.

– По мне, они все на одно лицо. И срут одинаково. Кстати, притягивать всякое дерьмо – тоже один из моих талантов.

Все дружно рассмеялись.