Кажется, я начинаю дичать в своём мотеле. Чаще надо к разумным выбираться, даже если нет причины – то хоть повод найти. А то мне уже Вязьма со своим населением в шестьдесят тысяч крупным городом кажется. Не, ну оно конечно – двое родных Микашевичей, с другой стороны, никогда мою малую родину серьёзным городом не считал. С Москвой же и вовсе сравнивать глупо, это даже не район, микрорайон по площади и треть микрорайона по населению.

Ладно, бурчать и ворчать в старости буду, если доживу. Я же в Вязьму не просто так приехал, по набережной погулять, а по делу. Даже по двум. Во-первых, отправить на аукцион дядюшкин посмертный лот, чтобы уже не таскать его на себе. Мало того, что четвертной бутылки приличного вида не нашлось, пришлось брать на пять литров и хитрой формы, так её ещё и в ящик упаковать требовалось, и закрепить там, чтобы не болталась, и мягким проложить со всех сторон… Иирг в добавок ко всему ещё и оплётку верёвочную сделал, по степному обычаю, но без узлов и узоров, указывающих на род. Всё вместе потянуло как минимум килограммов на десять, да ещё и сам ящик жутко неудобный для переноски. В общем, сдал это всё на почте с огромным облегчением, как физическим, так и моральным. Обратным адресом, кстати говоря, указал Оршу – чек с выручкой туда придёт, если придёт вообще. Мало ли – может, есть какой-то особый знак, про который тина Глициния не знала, и без которого меня вычислят как самозванца?

Было в Вязьме и ещё одно дело. Здесь, как выяснил Иирг из разговоров водителей-дальнобойщиков, закрывалась авторемонтная мастерская. Не то наследники не хотели с нею возиться, не то прогорел – слухов ходило много. Вот и поставил себе задачу – выяснить, что и как тут на самом деле. И можно ли выкупить оборудование, не приобретая само здание, которое мне ну вот совсем не нужно. Да, конечно, мы в нашем будущем гараже собирались заниматься только интеллектроникой, на худой конец – ещё проводкой, фарами и прочей электрикой с энергетикой, манапроводы проследить и починить, а также определить исправность установленных в их конце артефактов мне вполне по силам. Как и определить ремонтопригодность сломавшихся, а некоторые даже и починить рискну. Так вот, зачем нам в таком случае оборудование для ремонта механических компонентов? Очень просто: это сейчас мастера нет, а кто знает, как дело повернётся через полгода? Опять же, в случае крайней необходимости проще пытаться сделать хоть что-то с нормальным оснащением, чем страдать тем же самым на коленке. Ну, и когда свой транспорт появится, тоже за каждой мелочью в тот же Смоленск или Могилёв не наездишься. И особенно – если авто не едет, ага.

Убил на эту, казавшуюся простой задачу весь день. Эти самые мастерские по ремонту и обслуживанию автомобилей в городе присутствовали в удивительно большом количестве. Конкуренция должна быть сильной, даже несмотря на большой транзит, потому как вариант с разорением, так и с нежеланием связываться, набирали правдоподобность с каждой минутой. Беда в том, что интересующие меня заведения не только кучковались в трёх разных местах, на въездах со стороны Москвы, Смоленска и на юге, на шоссе на Воронеж, что уже заставило бы побегать. Имелось ещё полдюжины мастерских, разбросанных по городу, и не все из них занимались только легковым транспортом. Ну, и широко распространённой практикой оказалась ситуация, когда мастерская располагалась на окраине, а контора, порой совмещённая с квартирой владельца – в любом другом районе города.

Теперь добавьте к картине следующие мазки: в каждом, скажем так, ремонтном районе, было по две-три мастерские, которые вот прямо сейчас не работали. И далеко не всегда кто-то мог внятно сказать, как давно они закрыты, по какой причине и как надолго. А уж о том, где искать хозяина… При этом складывалась уверенность, что на самом деле опрошенные знают куда больше, чем говорят. Почему? Боги их знают, и то – не факт. Может, недоверие пришлому, может – нежелание отправлять потенциального клиента к конкуренту, может просто гадостность характера, поди догадайся.

Но в итоге всё же нашёл, пусть и после семи часов вечера и не факт, что-то, что искал. Мастерская дышала на ладан и готовилась закрываться. По словам владельца, подходил срок оплаты аренды, а денег на неё не хватало. Потому как расходы на содержание заведения, от уже упомянутой аренды помещения до зарплаты помощникам и от стоимости расходных материалов до процентов по кредиту оставляли прибыль меньшую, чем средняя по городу зарплата квалифицированного слесаря.

– Вот оно мне надо?! – Жаловался неудачливый предприниматель. – Работать больше, а получать меньше, чем наёмный работник? У которого ни о налогах, ни о кредитах голова не болит?!

Очень убедительно жаловался, аргументированно. Правда, наличие у него свежей и ухоженной «Мэхи», тогда как работники все вместе уезжали на одном ржавом «ведроиде», немного портило картину, да. Но желание продать всё оборудование под вывоз было искренним, настолько, что потенциальный партнёр даже предлагал мне заночевать у него в гостях, чтобы не упустить покупателя. Но у меня в планах не стояло пить водку в компании незнакомого человека и слушать его всё менее трезвые жалобы.

– Нет-нет, я уже снял номер, у вас тут есть гостиница, специально для дварфов.

– Дааа?! Это где же такая?

– Улица Единства, дом семнадцать.

Собеседник пошевелил бровями, вспоминая, где это.

– Так там же курятник какой-то, четыре на пять!

– На поверхности – да, только контора, конторка и лестничная клетка, номера и всё прочее – внизу.

– Спать в подвале? Бррр…

– Что бы вы, люди, понимали в дварфийском уюте!

Выйдя от будущего партнёра по сделке я и в самом деле отправился в гостиницу, которую отметил для себя ещё утром, во время метаний по городу, но номер, разумеется, снимать не стал, поскольку тогда ещё надеялся успеть всё за день. Обидно будет, если свободных мест там не найдётся.

Опасения, к счастью, не сбылись, спокойно заселился, поужинал, и, поскольку идти было некуда и незачем, да и ноги после дня беготни гудели, то вечер посвятил изучению имевшейся в гостинице столичной и местной прессы. Жаль только, гильдейского издания тут не было, но я бы сильно удивился, окажись иначе. Переночевал отлично, завтрак тоже порадовал, в лучших подгорных традициях, тут даже пещерные грибы нашлись в меню и скальные личинки, правильно приготовленные! По словам официанта, и то, и другое разводили прямо здесь, на нижних ярусах, благо, закон никак не ограничивал глубину «подвалов», в отличие от высоты домов, которая регламентировалась исходя из возможности тушения вероятного пожара.

Утром осмотрели и составили подробную опись передаваемого имущества, причём в присутствии стряпчего, потом составили, подписали и зарегистрировали договор, потом – в банк, перевести деньги. Причём не простым банковским переводом, в этом случае сумма ушла бы с текущего счёта, где не факт, что столько есть, а бухгалтерской проводкой, со специального целевого счёта. В банке ещё проверят обоснованность (тут копия договора к проводке ляжет) и продавец себе на счёт рубли получит только дня через два-три. И тут же начнёт демонтаж и упаковку оборудования, это всё за его счёт, как и погрузка на автомобили. Вот рассчитываться за доставку уже мне придётся, перевозку оплачивает покупатель, это, можно сказать, вековая традиция.

Надеялся управиться со всем до обеда, но где там! Как начали проводить инвентаризацию, так там и застряли. Вроде небольшое помещение, а начали потрошить склады… Кое-чему из найденного, похоже, и сам продавец искренне удивился, что оно у него есть. Да ещё и стряпчий попался въедливый до невозможности, словно у него в роду дварфы были. Но – нет, что даже удивительно. Тем не менее, осмотрели, оценили и определили дальнейшую судьбу каждой отвёртки, каждого ключа, а наборы проверили на комплектность и на необходимость замены входящих в них инструментов по причине износа. Что-то прежний владелец и сам хотел себе оставить, что-то ни ему, ни мне не нужно было, такое оставалось в мастерской, и куда дальше денут – мне не интересно. Но были и такие вещи, что оба забрать хотели, причём продавец не иначе как из чистой жадности: если мастерскую закрывает, то ему такое зачем? Разве что у него кроме этой ещё похожие точки имеются, тогда смысла в его действиях больше. Сделали перерыв на обед – и снова-заново, еле-еле в банк успели до закрытия. Думал уж, придётся снова в Вязьме ночевать, но нашёлся поезд, который отправлялся из Вязьмы в половине десятого вечера, и с долгими стоянками во всех попутных городках и в Смоленске добирался до Орши к восьми утра. Я, хоть и планировал добираться знакомым маршрутом через Смоленск и Починок, тут же планы поменял: в три часа ночи мне в Смоленске делать нечего. Поеду через Оршу и Могилёв, а там или на маршрутке по новой дороге, или того же жукера возьму, если погода позволит. Всё же Могилёв – по-настоящему большой город, четыреста двадцать тысяч разумных, там и выбор транспорта больше. Так что найду без особого труда, на чём домой добраться.

Стоп, домой?! Давно ли я сам для себя стал считать этот мотель домом?! Нет, с формальной точки зрения, это единственное место в мире, где я являюсь единоличным владельцем не только жилого дома, но и земельных угодий вокруг него, с постройками. Но я же не формально, а искренне! Не задумываясь так подумал! Хм, на редкость корявая фраза получилась, но точнее ведь и не скажешь. Стал я чувствовать навязанное наследство своим домом после того, как переехал спать в чертоге, или когда начал заботиться о его развитии? Да какая, собственно, разница?

Дома я едва успел забросить на попечение Михани вещи, которые брал в дорогу, да смыть налипшее в пути, переодевшись в домашнее, как меня тут же нашла работа. Не успел даже посмотреть ход строительства гаража: площадку под здание заканчивали расчищать ещё на момент моего отъезда, сейчас, по идее, должны завершать её выравнивание. Но возле стойки Иирга меня перехватил очередной орк-дальнобойщик.

– Слушай, это ты здесь всякие хитрые приборы чинить можешь?

– Да, я.

– И в тачках тоже?

– И автомобильную интеллектронику тоже.

– Слушай, глянь тогда, у меня в кабине самовар сдох, не включается! А мне до самого Орска пилить!

М-да, в чём-то даже классика жанра. «Ты ж интеллектроник, в приборах разбираешься? Глянь тогда утюг!» – это ещё не в самом запущенном случае. Чего только не предлагали в качестве «пациента» после такого захода, у коллег-ремонтников этому отдельный жанр профессионального фольклора посвящён был. У меня из самого внезапного числилась промышленная мясорубка, с расчётной производительностью полторы тонны фарша в час. В которой выкрошилась шестерня в редукторе – а вот не надо было вместо мяса кости вместе с копытами совать. И заказчик искренне не понимал, почему это я «ломаюсь», видите ли, и «не хочу» чинить – прибор же! Позвонил диспетчеру нашему, описал ситуацию и ушёл, оставив несостоявшегося заказчика ждать бригаду механиков – с грузоподъёмным оборудованием, профильным магом, способным работать с металлом и, самое главное, с нужными квалификацией и опытом. Так, что-то я далеко ушёл в размышления.

– Не вопрос, посмотрю.

Самоваром водители обзывали устанавливаемый в кабинах стационарный бак-нагреватель для воды, совмещённый как правило с термосом. В зависимости от объёма мог использоваться хоть для заваривания чая, хоть для помывки в полевых условиях, сам лично видел такой бак на двадцать пять литров. Многие ухитряются не только на стоянке пользоваться, но и на ходу: и кофе себе сделать, и выпить, и бутербродом заесть, и даже в откос не улететь за всем этим занятием. Ага, этот сравнительно скромного размера, пятилитровый. Вот только крышка подверглась кустарной доработке хулиганского типа, с втыканием какой-то железяки в датчик закрытия. Видимо, чтобы варить в бачке супы или каши. Я покосился на водителя: вот же извращенец! Как потом этот бак, намертво прикрученный к шасси кабины, мыть?! И какой будет вкус у чая?! Впрочем, это не мои заботы, уточню только один момент:

– Блокиратор датчика нормальный поставить, или воткнутая отвёртка устраивает?

– А чё отвертка? Нормально и отвёртка…

– Ладно, когда раздолбаете датчик окончательно – привозите, починю. Заодно и сделаю всё на самом деле нормально. Что вообще с пациентом?

– Не греет, ни с крышкой, но без.

– На приборной панели лампочка горит?

– Да, жёлтенькая.

Ну, что жёлтенькая – это понятно, как-никак предупреждающий сигнал. Раз лампочка горит – то центральный блок питание выдаёт, вопрос только, кто его берёт и берёт ли вообще? Так, где там моё рунное зрение, энергетические потоки посмотреть?

Как говорил нам один старый и опытный мастер-ремонтник, начинавший своё дело ещё как бы не до революции: самая распространённая причина неисправности бытового прибора – переключатель «ВКЛ» в положении «ВЫКЛ». Прежде чем разбирать половину прибора на базовые составляющие, всегда надо проверить тумблер включения, потом – вставлен ли шнур питания в прибор, и нет ли там ещё одного выключателя, потом – вставлен ли шнур в розетку. Можете смеяться, но даже у меня с моим куцым опытом было уже шесть случаев, когда на этом ремонт и заканчивался. Потом проверить, исправна ли розетка – тоже есть случаи из личной практики. Тут два взаимодополняющих метода есть: во-первых, воткнуть вместо прибора что-то заведомо исправное, проще и нагляднее всего – настольную лампу, а потом включить прибор в заведомо исправную розетку. Просто потому, что «мёртвая» розетка не гарантирует того, что прибор «жив»: они порой уходят вместе, от одного на двоих добивающего выброса энергии, или «коза[1]» в приборе успевает выжечь розетку до того, как сработает защита. Чинить сломавшиеся розетки вместо оклеветанного прибора приходилось трижды.

Так, что у нас тут? Щёлкаю тумблером на самоваре – эффекта нет, ожидаемо. Хотя порой с приходом мастера прибор «сам оживает». Энергия на него не приходит, отслеживать не запитанный энерговод сложно, проще пойти с другого конца. Уточню только:

– Самовар от прикуривателя работает, или клавишей включается?

– От «куряшки», вон, торчит байда.

Ага, в прикуривателе стандартный для такого случая разъём, от него кабель – под напряжением! Ток не течёт, потребления нет, но энергия подаётся! Как интересно, и куда же она? Отслеживаю скрытый провод, и – ага! На проводе висит проходной переключатель! Причём не просто «вкл-выкл», а с регулировкой, как на грелках электрических.

– Это у нас что?

– Первый раз вижу!..

Включаю, и… Самовар по-прежнему грустный и обесточенный, зато водительское кресло начинает жужжать и трястись!

– Вот же гремлин!

– Кто?! – неужели меня обзывает?

– Да напарник мой! Давно хотел жопотряску эту поставить, я против был, так он, видишь, втихаря смонтировал, пока его очередь была в рейс идти!

После недолгих поисков нашли разъём от самовара, воткнули в гнездо вместо массажного кресла – и всё заработало. Что и требовалось доказать, снова не работает, потому как не включено, а не потому, что неисправно. Водитель тяжко вздохнул:

– Что по деньгам?

– На первый раз – прощаю, самому интересно было. В следующий раз будет штраф на дурость, не меньше десятки возьму.

– Согласен, дурака свалял.

Вот, таким и оказался мой второй клиент по ремонту автомобилей. Условно-бесплатным.

[1] На сленге электриков и прочих, имеющих дело с электричеством – короткое замыкание, потому что КЗ.