Ужин, для разнообразия, прошёл без лекций о мироустройстве для молодых хоббитов. Понятно, что родители их и орк об этом самом мироустройстве знают побольше меня, за исключением разве что некоторых аспектов магии и исторических деталей. Но подбивают меня на лекции регулярно, да и сами слушают внимательно. И не скажешь, что забросили воспитание детей, переложив его на чужие плечи, такое вообще про хоббитов сказать может лишь тот, кто их в принципе не знает. Дети для хоббитов даже важнее хозяйства, в худшем случае — на одном уровне. Причём и количество детей, и качество. Мои, кстати, по хоббитским меркам могут считаться малодетными, с точки зрения этой расы у них «всего лишь» четверо отпрысков, и большие перерывы между старшими. Тут явно что-то скрывается, но лезть в сокровенное и явно болезненное не собираюсь.

Так вот, эти мои лекции… Тут, думаю, одно из двух: или темы им самим мало знакомы, с интеллектроникой так точно, или считают, что та же информация, но полученная от «приезжего авторитета» лучше воспримется, чем услышанная от родителей. Ну, мне не трудно, опыт выступлений вынужденно наработал, да и темы интересные.

После ужина не вытерпел, пошёл в дядюшкин кабинет — тот, что настоящий. До того, проявив просто чудовищное самообладание и такое же могучее терпение, собрал бумаги в прихожей. Пока не просматривая и почти не сортируя, только сложил в стопки. Разве что если в процессе случайно успевал зацепить глазом содержимое листка, то откладывал либо в кучку «макулатура», либо в тощую стопочку «разобраться внимательнее». Но, чую, в макулатуру пойдёт если не всё, то почти всё. Ну вот зачем, например, зачем в принципе могут понадобиться биржевые сводки пятилетней давности?! Да хоть бы и свежие — мы, слава богам, не в ОГТ[1] живём, где любой желающий, оплатив обучение и внеся залог, может «играть» на бирже. У нас туда доступ имеют те, кому на самом деле надо, и только к своему сегменту, и, скажем, производитель цемента не станет торговать контрактами на поставку золота, скупая их или продавая. Из любопытства, что ли, он всё это где-то добывал, изучал и хранил? Нет, в печку это, поскольку для сдачи в макулатуру надо бумагу в такую даль вести, что не окупится.

После ужина сил на героические подвиги не оставалось, так что я лишь покосился на бумажные залежи и решительно пошёл вниз, к самому интересному и важному — в кабинет. В кабинете, правда, пришлось изыскать в себе силы на ещё один подвиг. Ну, неуютно было сидеть за столом, имея справа-сзади, вне поля зрения, дверь, за которой неизвестно что вообще. Понимаю, что глупость, но постоянно казалось, что оттуда кто-то выпрыгнуть может, так что даже разобрать, что в ящиках стола лежит, толком не получалось. В результате с сожалением встал и пошёл проверять, молясь про себя Трору, чтобы там не оказалось продолжение подземного лабиринта, наподобие ещё одной шизофренической гостиной. Тем более странной, что находится в месте, где гости вообще не предусматривались, скорее всего.

За дверью оказался коридор. Просто длинный ход, на котором после первых пятнадцати метров и обшивка на стенах пропала. Осталась обычная для дварфов штольня, со следами проходки и укрепления грунта, а также руны, придающие прочность и устойчивость своду. Их я подзаряжал на ходу, неосознанно даже, рефлекторно. Эту полезную привычку ставят ещё в детстве всем дварфам, даже наземникам. В начале в виде игры — просто положить ладонь на особый знак, или дотронуться до него. Ну, а потом уже и энергию подавать. Совсем капельку, ведь те, кто проходили здесь до тебя — имеют такую же полезную привычку. Но здесь очевидно, что минимум месяц никто не ходил, во всяком случае, никто из дварфов.

Ход всё тянулся и тянулся. Я даже имеющиеся у меня, как у всякого дварфа, зачатки подземного чутья задействовать начал, определяя направление и длину хода. В итоге где-то там, где трасса проходила мимо южной оконечности озера (да, очень длинный ход) уткнулся в тупик. Дядюшка не докопал? Но ход выглядит завершённым. Ну-ка, рунное зрение… Ага, условный знак «Аварийный выход», под ним закрытая тонким слоем камня стандартная руна активации или включения. А рядом надпись на кхазаде: «Задействовать ТОЛЬКО при крайней необходимости». У меня крайней необходимости нет, потому трогать не буду. А вот если потрогать такую же руну слева от тупика, то эта самая крайняя необходимость, боюсь, тут же и наступит. Поскольку там жирно перечёркнутый знак «Главный проход» и возле руны активации стоит значок «Опасность обвала». Пойду-ка я отсюда домой, очень-очень аккуратно…

И поразмыслю по пути, чтобы отвлечься от нехороших мыслей о том, что и где в стенах замуровано, как дядюшка ухитрился столько всего выкопать за достаточно короткое время? Или он начал рыть ещё ДО того, как приобрёл землю? Может быть, даже до того, как здесь тракт проложили?

Вспомнил, пока шёл, из начальной школы стишок — не стишок, так, потешку. Как там было? А, вот: «У хорошей лисы в каждой роще три норы. В каждой норе три отнорка. В каждом отнорке по три выхода. Поймай-ка меня, если сможешь!» Вот и думай — сколько нор с отнорками было у моего дядюшки Карла? Ведь тот ещё старый лис!

Успокоившись, почти сразу нашёл в верхнем ящике стола очередной замшевый кисет. Вопреки опасениям, ни записной книжки, ни перстня там не оказалось, а только ключ от механического замка сейфа и короткая записка: «Не забывай про знаки рода». Ну не такой я тупой, чтобы напоминать о переданном кольце ещё раз!

Ключ в замке отказался поворачиваться, пока я не прислонил печатку на перстне к едва заметно выдавленной площадке. И первой же на глаза попалась папка с документами на земельные владения, так и подписанная, «Земельный кадастр». Наконец-то! Открыл, разложил бумаги по столу и начал изучать. И уже через полчаса понял, что хитёр был дядюшка Карл, ой, как хитёр, и весьма непрост! Во-первых, земли у него было прикуплено куда больше, чем огорожено и нарисовано в том кадастровом плане, что я видел у нотариуса! Но при этом так хитро оформлено, что та территория была привязана к унаследованной, как неразрывное продолжение. Я от юридических формулировок ошалел настолько, что зациклился, пытаясь семь раз подряд одну и ту же строку прочесть, так что и пытаться выучить перестал, не говоря уж о том, чтобы вникнуть в суть и детали.

Самое интересное, норы хоббитов, и первая, где старшие жили, и новая, что для сына старшего соорудили — тоже были на дядюшкиной, а теперь и моей, земле! Старый хитрец очень ловко сыграл на тонком различии между понятиями «владелец» и «собственник», которые у юристов, оказывается, совсем не синонимы[2]! Я полчаса посвятил тому, чтобы в этом разобраться, так до конца и не понял, это надо ещё и учебники изучить, но суть выяснил: владельцами прилегающих к мотелю ферм были хоббиты, а собственником — дядюшка. И учёт тех самых «постоянно проживающих разумных» шёл именно по собственнику, а не по владельцу. То есть, когда к Тродо приедет невеста — она, пусть и отселившись в сторону, всё равно будет идти мне в зачёт вместо уехавшей Розы! Ну, и слава богам!

На этом, успокоившись, я и отправился спать. Пока — наверху, чтобы Миханя мог и разбудить, и завтрак накрыть. В нижнюю спальню, думаю, попозже переселюсь, на следующей неделе. Когда разберусь сперва с кабинетом и сейфом, потом со всем остальным.

Утром я встал до будильника, на удивление хорошо выспавшись. Вспомнив очередную, как обычно, облачённую в грубую форму «житейскую мудрость» дядюшки Карла, а именно: «не хочешь срать — не мучай жопу», я не стал пытаться снова заснуть, а встал, умылся и отправился в здание кафе, решив позавтракать там, за стойкой у Иирга, а заодно и с ним самим поболтать. Но место дежурного собеседника оказалось занято — там сидел очень грустный, даже сменивший цвет на более коричневый, орк. И жаловался, похоже, на жизнь, во всяком случае, я отчётливо разобрал слова:

— Совсем моя доля плоха стала.

— Мотор? — участливо спросил мой орк, на что пришлый только кивнул так, что я испугался, не сломал бы шею.

Доля, мотор… Сердечник он, что ли? вроде среди орков болезни сердца редко встречаются.

— На сей раз красным горит, и вообще не заводится. Надо буксир вызывать и в ремонт тащить. А что с грузом-то делать?!

Так, стоп, тут явно о чём-то другом речь. А! Понял!

— Доброго утра, Иирг. Сделай мне что-нибудь не слишком тяжёлое, для завтрака.

Не стал добавлять «пожалуйста» или иные формы вежливости, среди орков такое не принято. Даже пожелание доброго утра уже — многовато, хоть и допустимо. Другой орк в лучшем случае буркнул бы «Привет», или просто обратился по имени, для них этого достаточно. Пока повар отошёл чуть в сторонку, сооружать лёгкий завтрак, я обратился к оставшемуся без собеседника клиенту.

— Я Трорин, сын Бодрека, с недавних пор хозяин этого заведения. Я правильно понял, «Доля» — это от «Долорес»?

— Да, моя Долорес, доля моя тяжкая, во всех смыслах. Dolores DLM-850I, если точнее. И купил же недавно, а уже намучился. Эх, хотел же «Бычка» нового взять…

Забавно. Обычно поклонники изделий этой фирмы сокращали название своего аппарата до «Долс» и именовали в мужском роде, а у этого — «Доля», видите ли. Орк нашёл свободные и, что самое главное, свежие уши. Мне не трудно, всё равно жду завтрак, а ему приятно. Тем более — клиент же, и, возможно, постоянный. Так что надо только изредка подбадривать и направлять односложными вопросами.

— Бычка?

— Да, Минского завода тягач колёсный. У них бык на капоте налеплен, вот и «Бычок».

— Вроде это зубр…

— Да хоть бизон, мне без разницы, лишь бы тянул. Старый уже три ресурса отходил, сыпаться начал, а тут приятели подбили, мол, «настоящее немецкое качество», потом «неужели не можешь себе позволить», и вообще, «орк ты или гоблин вонючий», ну и прочее такое. Купил, вот. Сперва радовался, а потом движок чудить начал, что ни поездка, то жёлтым горит. На аварийке, на скорости тридцать-сорок километров, доползаю до сервиса, там смотрят, вроде исправный мотор, ошибку скидывают, деньгу берут — и едь, мол, дальше. Я уже перестал и срочные заказы брать, и то, что портится быстро, на дешёвку полную перешёл.

— Грустно.

— Не то слово! И ведь не «Коленвал» какой, где если знак мотора горит — значит, мотор ещё есть.

О, а это уже пошла традиционная грызня между сектами поклонников двух марок немецких машин. Про «Долорес» из Штутгарта, которую владельцы предпочитают именовать «долс», уже упоминал. А вторая — это «Моторенверк Мюнхен», или Эм-Вэ-Эм, либо MWM на языке оригинала. Аббревиатура на самом деле напоминает коленчатый вал, что активно обыгрывается и самой фирмой, и поклонниками, и противниками. Но чаще «долсоводы» используют более злые варианты, как-то «Кривозуб», «Забор щербатый» и так далее, получая в ответ такие именования своих «коней», как «Долбень», «Дуля», «Дура» и даже «Обломок». Ну, или просто «Кривой руль» по логотипу, который представляет собой круг, разделённый на четыре сектора, два из которых окрашены в чёрно-жёлтые цвета княжества Вюртемберг, а два — в красно-белые цвета города. Объединяются эти две секты только в том случае, если надо вместе обгадить любую другую машину, любого другого производителя.

У меня тем временем мелькнула догадка, точнее, вспомнил кое-что, что мне рассказывал один сокурсник, отец которого был большим любителем марки «Долорес» и даже держал сервис, небольшой, но с фирменной лицензией.

— Скажи, эээ…

— Грышнак, сын Гуура, клан Ковыля.

— Скажи Грышнак, а у тебя интеллектронное управление с какой версией прошивки? Не четырнадцатой ли? И машина какого месяца выпуска?

— Да пёс её знает, какая там версия у этой паршивки. Сделана меньше года назад, в прошлом июле.

— Ага. После завтрака можно будет кое-что глянуть. Обещать не буду, но, возможно, выправим мы твою «Долю» на боле счастливую.

— Эээ, нет! И так на ладан дышит, а если доломаем что?!

— Не доломаем. Я техник-интеллектроник, могу диплом показать. И подмастерье Гильдии ремонтников, так что всё сделаю аккуратно, если хочешь — официально оформим, чтобы ни у кого вопросов не было. Плюс у меня рунное зрение есть, как у дварфа.

— Ты, Гриша, не сомневайся, у маст Трорина руки откуда надо растут. Да и где это видано, чтобы дварф рабочий механизм испортил?!

Это уже Иирг подключился к разговору, протягивая мне мой завтрак. Разумеется, дурум, а что я ещё мог ждать от орка, не задав ему конкретных рамок? Эльфийский цветочный салат? Очень лёгкий завтрак, даже меньше килограмма, хоть и вряд ли намного. Ну, зато до обеда точно не проголодаюсь.

Пока я боролся с этим мясным свертком, длиной в половину моей руки и толщиной с кулак, разговор о машинах шёл уже на троих. Обсудили и дороговизну запчастей, и то, что «раньше машины крепче были, сейчас специально делают так, чтоб почаще ломались», и жадность ремонтников вместе с кривизной их рук. Ну, а заодно и про магию упоминали. Причём Грышнак, который как бы не охотнее откликался на Гришу, парадоксальным образом всё больше преисполнялся ко мне доверием и уверенностью, что всё получится. Чуть не подпрыгивать начал в нетерпении, когда, мол, пойдём. Пришлось ему подождать, пока я доем (с трудом), запью (Иирг на мне специи не экономил, совсем) и схожу за инструментами.

Блок управления при включении выдал на экран версию своего интеллектронного набора, как 14.2.7.117. Ожидаемо, в общем, а цифры после четырнадцати в данном случае роли не играют. А теперь проверим источник ошибки, которая вырубает эту версию прошивки в нокдаун, от чего та показывает всякие глупости и блокирует двигатель, хотя дело вообще не в нём.

— Грышнак, открой доступ к трансмиссии.

— С ней всё в порядке же?

— На самом деле это с движком всё в порядке. Открывай, покажу.

Дождавшись, пока орк неохотно сделает, что я просил, показал на один «шпенёк с верёвкой».

— Это датчик оборотов выходного вала. В июле прошлого года была партия датчиков, которые вставили в корпус вверх ногами, на корпусе есть ловители, которые определяют положение его в кожухе. В итоге он показывает неправильное направление вращения. И именно четырнадцатая прошивка не может правильно это интерпретировать и выдаёт ошибку двигателя. Эта прошивка с нормальным датчиком — всё хорошо. Этот датчик с другой прошивкой — тоже всё работает. Но если встречаются именно эти двое — всё, сливайте свет, тушите воду. А на сервисе когда проверяют движок — разумеется, ничего не находят, потому что с движком на самом деле всё в порядке! Сейчас проверим, так ли это…

Я нажал на стопор и достал датчик.

— Вот, видишь, зелёная полоска около зуба? А должна быть вот здесь.

— И что делать? Где эту новую паршивку взять?

— На любом сервисе, проси сразу шестнадцать точка три. А пока…

Я скальпелем подсёк пару фиксаторов, вынул датчик из его корпуса, развернул «вниз ногами» и вставил обратно. Правда, он в таком положении не хотел держаться, пришлось нанести снаружи пару рун для скрепления. Установил на место, на блоке управления нажал и подержал три кнопки, пока он не пискнул.

— Всё, Гриша, заводи мотор!

Орк включил зажигание. Панель управления мигнула всеми значками, погасла и загорелась уже в нормальном рабочем режиме. Значок мотора не светился. Орк воссиял.

— Так я поеду?!

— Конечно. Сто пятьдесят рублей с тебя за ремонт — и езжай себе.

— Сколько?! Побойтесь богов, маст Трорин! На сервисе всегда десятку брали!

— Они десятку брали за то, чтоб лампочку погасить, а я — за устранение проблемы. В Москве с тебя только за диагностику бы четвертной слупили, за новый датчик от восьмидесяти до ста двадцати, в зависимости от остатков совести, так-то он тридцатку стоит. И за работу, тоже, в меру фантазии. Рассказали бы, что надо половину кабины разобрать, а потом обратно собрать, чтобы кабель протянуть, и от ста рублей до границы совести. Потом за новые пломбы, за смазку, за спирт и ветошь для протирки, и так далее. Меньше трёхсот бы точно не взяли, а могли бы и пятьсот запросить.

— Так тут не Москва.

— Конечно! Там сервисы на каждом углу, а тут — походи по рынку, поспрашивай, поищи дешевле. Тебе тягач до ремонтной мастерской во сколько бы обошёлся? Где тебе начали бы за дорого чинить исправный мотор!

Торговались дольше, чем ремонт занял, но в итоге я провожал орка, получив свои семьдесят пять рублей. Три стипендии, между прочим, если без доплат. Причём я сначала договорился на сто, а потом дал персональную скидку, как первому клиенту в двадцать пять процентов, хе-хе.

Стояли у обочины вдвоём с орком, смотрели вслед уехавшему грузовику и думали, во что это всё в итоге выльется.

[1] Объединённые Гоблинские Территории, занимают почти весь северный материк за Закатным океаном.

[2] Кто покупал машину или что-то ещё в лизинг — тот на практике столкнулся с этим отличием.