За очередным общим ужином, которые проходили пусть не ежедневно, но достаточно часто, сообщил о том, что ремонт закончу послезавтра. Видимо, вчера я что-то объяснял не так, поскольку в ответ на моё сообщение об успешно идущем ремонте последовало неожиданное:

– Так вы всё-таки рунный маг? Или интеллектроник?

– Это примерно то же самое, что спросить: «Вы повар или кондитер». Есть, конечно, такие, что предпочитают только что-то одно, но как правило хоть что-то сделать могут и в смежной области. Тем более, что я всё-таки дварф.

– Простите, а это правда, что все дварфы – маги?

– Знаете, одни говорят, что все дварфы имеют склонность к магии. Другие уверяют, что маги среди моего народа почти не встречаются. Третьи доказывают, что процент магов у соотечественников такой же, как у большинства среднеживущих рас.

Я сделал вынужденную паузу на очередную ложку каши, в которую вклинился «почти совсем взрослый» Тродо:

– И кто из них прав?

– Все.

– Как это «все»?! Они же совсем разное говорят!

– Так, все. Просто они очень по-разному понимают, что такое «маг».

Не увидев понимания, вздохнул, потому как понял, что спокойно поесть не получится.

– Дварф-архимаг, садящий по вражеским позициям метеоритным штормом – это однозначно из категории галлюцинаций. Стихийные маги, или иные, способные воздействовать на мир непосредственно своими силой и даром, встречаются среди дварфов реже даже, чем среди людей, и заметно. Причём все они, по людской классификации, не выше третьего уровня силы, чаще второго.

– А почему по людской?

– Потому что своя у нас совсем другая, не подходит. У эльфов слишком сложная и замороченная, у орков вообще, считай, нет: каждый выясняет свою силу по сравнению со всеми знакомыми, причём большинство там шаманы, у них вообще своя градация сил. Вот и остаётся только человеческая система, тем более, что мы все живём в Империи людей. Так вот, если брать именно таких вот «классических» магов, то их у нас почти нет. Если же взять рунных магов – то рунами в той или иной степени владеют практически все.

– Здорово!

– Да, и тут получается, что правы «первые». Но ключевое выражение – «в той или иной степени». Четырнадцать базовых рун могут начертать и запитать, действительно, все. Это на самом деле – база, фундамент, нулевой уровень по нашей классификации. Девять ученических – уже только треть дварфов. Ну, и так далее. Я, в теории, возможно мог бы освоить почти все руны второго уровня. Это много по сравнению с большинством, но издевательски мало в сравнении с настоящим рунным магом, который может из своей башни, пользуясь лично созданным рунным контуром, садить по супостату аналогом того же метеоритного шторма раз в три минуты. Пока накопители не опустеют или энерговоды не оплавятся, а учитывая возраст и состоятельность подобных разумных – энергии в описанных условиях ему хватит не на один месяц. Потому и решил сменить специальность, что настоящих высот мне в ней не достичь, даже середнячком не стать.

Вздохнул, досадуя даже не на ограниченность своего дара, по мне так интеллектроника на самом деле интереснее, а потому обиженным себя не чувствую, а на косность и нежелание что-то слышать и слушать моей родни.

– Тем не менее, с первым уровнем рун я работать могу. Кроме уровня, ещё и сила важна. Многим проще воспользоваться кресалом, чем пытаться что-то поджечь при помощи руны. Или нужно два часа мучиться, чтобы охладить кружку пива, даже если руна охлаждения будет нанесена на неё заранее. Да и рунное зрение, которое позволяет видеть потоки энергии и руны, скрытые в материале, даётся тоже не всем. Так что если считать магом только того, кто может пользоваться магией более-менее результативно – то среди дварфов их, на самом деле, примерно столько же, сколько среди людей.

– А интеллектроника может делать что-то для дома, или это только какие-то сложные системы управления?

– Может, конечно. Планшеты рассматривать не будем, там на самом деле всё сложно. Кассы интеллектронные удобнее в работе и потребляют в десять-двенадцать раз меньше, чем рунные. Или, вот, такси – тот жукер, на котором я приехал.

– Разве их не химерологи выводят?!

– Выводят. И тысячу лет назад выводили, а что толку? Как такси только лет тридцать назад использовать начали. Пока интеллектроника не появилась, их только и можно было, что вывести несколько сотен или тысяч и на вражеские позиции натравить. Не с целью какой-то урон нанести, а так: заграждения прорвать, ловушки разрядить, рогатки прогрызть, ямы завалить, мины подорвать. Если удастся хоть частично схему огня вскрыть, уже счастье.

– А если надрессировать?

– Нечего там дрессировать. В принципе, физически нечего, у них даже мозга нет, только нервные узлы, причём в голове не самый большой. Долговременной памяти нет вообще, точнее, она зафиксирована намертво, как зубилом на граните, и представляет собой рефлексы и инстинкты, что прошиваются ещё до рождения. Кратковременная – ровно на семь действий. Простых действий, типа «бежать», «стоять», «хватать» и так далее. Причём выполненное тут же забывается.

– А как же тогда?!..

– Семь глифов, с материальным якорем, которые вживляются в хитин в верхней части грудного сегмента, которые позволяют управлять врождёнными рефлексами. В отличие от голема, никакие действия прописывать не надо: ноги переставляет сам, препятствия определяет и обходит сам, даже возвращается в гараж, который считает логовом, потому что там феромонная метка стоит, тоже сам. А глифы не дают ни на кого нападать, заставляют бежать только по дороге, позволяют проложить маршрут, управлять скоростью. Ещё шесть помимо тех семи – для работы системы оплаты и для опознания.

– А жучкам не больно?! – это Лала, конечно, кто же ещё. – Когда им вживляют?

– Нет, что ты! Хитин у них – как у тебя волосы. Тебе же не больно, когда тебя стригут? Вот и им проволочки вживляются так же легко.

– Понятно…

– Так вот, система получилась дешёвая, удобная и надёжная. Причём и в армии тоже прижилась: как доставка припасов на поле боя. Причём там их вовсе как одноразовый транспорт использовать планируется: после снятия груза или погружаются в спячку или отправляются атаковать противника.

– Хмм… Нас заставляли их обратно отправлять. – это уже Иирг.

– В мирное время, в учебке?

– Да.

– Ну, там можно. Просто они домой бегут строго по прямой. В учебке на это всем плевать, а в боевой обстановке они выдадут врагу расположение складов, даже шпиона не надо. При этом себестоимость… Тот, на котором я приехал, за две такие поездки не только полностью окупится, но и минимальную прибыль принесёт. И это я беру не себестоимость, а ту цену, по которой таксисты жукера у заводчиков купили. Поэтому в боевой обстановке на самом деле дешевле один раз использовать.

– У нас во втором взводе парни такого сожрали на полигоне. Там, правда, мяса всего ничего было, да… А высчитали с них за порчу имущества ого, сколько. Дороже ресторана мясо получилось.

– Правильно. Во-первых, ущерб взыскивается в десятикратном размере, во-вторых, там в воспитательных целях, наверное, стоимость всего выводка взяли. Потом же большую часть долга «простили»?

– Да. Там наша рота лучший результат показала, и полковник…

– Ага, и полковник пересчитал на десятикратную стоимость того конкретного жука.

– Вот же! А я до сих пор и не задумывался даже…

Вот в этом все орки. Сильные, честные, при этом ни в коем случае не глупые, некоторые очень даже умные, но по-своему наивные. Хотя у себя в степи порой такие интриги закручивают, что окружающие за головы хватаются. Но если вождь (или офицер в армии) сказал «суслик – птичка», то будут искать пёрышки. Пока не отменят приказ на поиск. Или пока не найдут, орки – могут.

Ночка у меня выдалась горячая и насыщенная. Как у какого-то недоумка, неспособного соотнести стадии выполнения рецепта и их длительность со временем суток для начала работ. Хотя, почему «как»? Строго говоря, не «как», а просто «один из», ага. В итоге большую часть ночи провёл у камина, но – на ногах и в процессе варки состава для восстановления каменной основы. Лёг спать уже под утро, через два часа встал, чтобы забрать у Лалы завтрак, проверил, как остывает варево над углями и лёг спать дальше – до того момента, как придёт пора добавлять активатор и опускать в котелок рунный блок.

Проснулся, капнул, размешал, разместил. Есть холодную, застывшую кашу никакого желания не было, уж проще до обеда дотерпеть. Тем более, что есть выпечка и можно подогреть в том же камине какао. Некоторые нос воротят от пенки, что собирается на молоке, называют её «фу» и хуже, а по мне, так это самое главное в молоке: там же весь жир собирается, весь, так сказать, навар! Ну, пусть не весь, но значительная его часть, а остальное молоко (или какао) представляет собою… Остатки и представляет, так что пенку снял и съел с удовольствием.

После перекуса взял дедовы «мемуары» и задумался. Я уже перечитал всё, что он мне оставил – обе записные книжки и письмо. Обыскал весь сейф, в том числе потыкал перстнем во все подозрительные места, потом в самые не подозрительные, а затем вовсе провёл им по всем стенкам – тщетно. Проверил все бумаги на наличие тайнописи. Новых тайников не было, новых записей не было, и никаких инструкций о том, как вскрывать чертог – тоже не было. И идей, что делать дальше не было тоже, кроме как попробовать съездить в банк: может, дядюшка там ячейку арендовал. Идея откровенно идиотская, поскольку такая ячейка, открытая на имя дядюшки Карла, попала бы в перечень наследства, а открытую на подставное имя или на предъявителя какого-либо пароля я не смогу ни найти, ни открыть.

– Дядя Трорин, к вам приехали! Зелёный дядя, но не как дядя Иирг!

– Пусть в кабинет заходит.

Пока я гадал, что за «зелёный дядя» ко мне приехал, он сам вошёл в кабинет. Ага, сомневаюсь, что в этих краях может быть целых ДВА гоблина, да и дядюшка писал только про одного.

– Добрый день.

– Добрый! Меня зовут Бырк-ып-Горлуп, я хобгоблин. Вынужден покинуть родину из-за вопросов с престолонаследием…

– Дядюшка Карл сообщал о вас. – Я перебил визитёра, потому как ждать, пока он вывалит всю ту ерунду, что подготовил для моих ушей, не собирался.

– Польщён, польщён.

– Он даже посвятил вам три страницы в книге своих партнёров, вдвое больше, чем любому другому.

Гоблин немного напрягся.

– И что же писал уважаемый мастер Карл? Надеюсь, только хорошее?

– Сейчас зачитаю. «Если этот зелёный укурок начнёт брехать про своё родство с королевским семейством хобгоблинов – двинь ему чоботом по морде, помогает. Чобот попроси у Михани, я его специально из Сибири привёз».

– Ээээ…

– Миханя! Чобот подай, пожалуйста.

Возле стола на пол брякнулся неизвестно откуда взявшийся… предмет обуви, так скажем. Не то обрезанный сапог, не то галоша-переросток, не то странного покроя ботинок… Но вот если взять за носок, то каблуком в лоб бить будет очень удобно.

– Не надо никаких чоботов! Двое разумных всегда могут договориться и без таких грубостей. Да и вообще, это же шутка была, очевидная! Мастер Карл был известный шутник, такое чувство юмора! Кстати, у меня для вас, как для наследника столь уважаемого мною разумного, есть уникальное предложение!

Я выставил открытую ладонь, останавливая Боркгорпа (без всякого аристократического «ып» и одним словом, кстати) и зачитал следующую фразу:

– Если заговорит про «уникальное предложение» или «особую сделку» или ещё что-то «исключительно и только для вас» – зови Иирга. Пусть сперва с ним уникальную сделку закончит.

Я развёл руками, мол, не могу спорить с мудростью старших, и, набрав побольше воздуха, начал:

– Ииии…

– НЕТ!!! Не надо! Только не этот грубиян! Совершенно ничего не понимает в тонких аспектах многоэтапных финансовых сделок! Ладно, пошутили – и хватит, давайте перейдём к сделкам, о которых мы договорились с вашим многоуважаемым дядюшкой!

Я снова открыл тетрадь, заметив, как у гоблина дёрнулся глаз.

– Тут дальше сказано: «И вообще, никаких сделок с Боркгорпом, пока этот стручок сморщенный не рассчитается с долгами». Тут точная сумма указана, кстати. И за что долг – тоже.

– И ничего не сморщенный, нормальный у меня стручок, нечего выдумывать. – Гоблин вздохнул. – Ладно, давайте разбираться, что там понаписал этот старый ц… ц-ц-ц, какой мудрый старый дварф!

Это он вовремя спохватился. Для дварфа нет хуже оскорбления, чем назвать его цвергом. Да, я обзываюсь так на дядюшку Карла. Но, во-первых, про себя, не вслух. Во-вторых, это наше внутреннее дело, внутри семьи, рода, Дома мы можем называть один другого как сами решим, но вот чужакам подобное не позволено! И этот хитрый мошенник (буквальный перевод его имени, если что) очень вовремя спохватился и остановился, иначе я просто обязан был бы дать ему в морду, тем самым чоботом, и не один раз.

Долг гоблина образовался от того, что он взял полную предоплату за поставку новой посуды для обеденного зала, но привёз только половину оговорённого количества, причём часть посуды была битой, и гоблин пытался подсунуть ящик с черепками вместе с нормальным товаром. Ну, и вилок очень сильно недовёз. В течение следующих двадцати минут он трижды пытался меня обмануть, я дважды начинал звать Иирга, причём через Миханю, а не просто голосом, как вначале – он такого зова просто бы не услышал. Но в итоге договорились на следующую неделю, причём я категорически отказался обсуждать вообще что угодно, хоть бы даже погоду, пока он не рассчитается с долгом.

Грустный гоблин, которого я добил сообщением, что Игорь обязательно будет присутствовать при приёмке товара, ушёл, а я, наконец, смог перевести дух. И вспомнил, что не активировал рунное зрение в подвале. Может, удастся увидеть какую-то подсказку?

В обширном подвале под домом, который по площади превышал дом минимум вдвое, было множество бочек, бочонков, кувшинов, бутылей и бутылок всех размеров. Бочонки имелись и вмурованные в стену и свободно стоящие, бутылки в ящиках и на стеллажах, поодиночке и кучками. Но все они были помечены буквенно-цифровыми кодами, написанными рукой дядюшки Карла. Зная его «послужной список» и характер, для людей понимающих это равнозначно значкам «Яд», «Химическая опасность» и «Биологическая опасность» одновременно. И пока я не найду хоть какую-то опись содержимого даже близко не подойду. Ну, а если не найду до зимы – вызову специалистов по утилизации опасных алхимических отходов. Потому что дядюшка Карл и его «настоечки»… Кобольдов ими травить[1]!

На двери, которая притворялась стеной никаких подсказок не увидел. Вообще ничего не увидел: рунная или интеллектронная схема, к которой должна быть подключена клавиатура, явно чем-то экранирована. Осмотрел прилегающие к двери стены. Потыкал везде, куда смог придумать, перстнями: тем, что получил от нотариуса и тем, что нашёл в сейфе. Никакого эффекта. Отвернулся от входа в чертог, чтобы идти назад, и что-то заметил, мелькнуло на краю зрения. Точнее, не на краю, а в момент выключения. Опять задействовал рунное зрение, и… И над дверным проёмом, ведущим к лестнице, увидел код. Код явно от этой вот двери, поскольку начинался он с синего квадрата, а заканчивался зелёным треугольником. Да ладно?! Не может же быть всё так просто?! Ага, так просто, что ты десять дней разгадать не мог…

Поскольку никаких других вариантов всё равно не было, я переписал код в блокнот, на всякий случай, и ввёл его в странный дверной замок. Перед тем, как нажать на последний значок, мысленно взмолился своему небесному покровителю Трору. Почти три секунды ничего не происходило, вообще. Я уж собрался уходить разочарованно, когда в двери что-то чавкнуло, потом брякнуло, словно кто-то засов снимает и дверь абсолютно беззвучно, на контрасте с предыдущими секундами, отошла, а справа из монолитного, казалось бы, полотна выдвинулась ручка.

Ну, с Трором.

[1] Кобольды известны своей почти полной невосприимчивостью к ядам.