Уже дойдя до оружейных лавок и примерно оценив ценники на оружие, убедился, что целый арсенал я себе позволить не могу. А поскольку пользоваться я в равной степени не умел ничем, при выборе логичнее всего подбирать оружие под возможного противника первого задания.

В списке значилось четырнадцать наименований. Лунный мох — был самым дорогим в перечне, но за ним я точно не сунусь. Обычно он растет в пещерах, где могут жить самые разные монстры, в том числе и D-ранга. Цена за болотные корни была уже пять серебра, и за ними наверняка пойдут охотиться многие. Задним числом я пожалел, что так дёшево отдал корни, но да ладно. Поставим Корну пометку на будущее.

Место было знакомое, но если туда придет опытная группа, они сначала выманят и перебьют сейсмохищников, а потом спокойно соберут корни. Одному ловить там точно нечего. Медуница скальная — четыре серебра за пучок, и Корн приписал сбоку: «беру много». В игре она росла коврами на каменистых склонах, часто рядом с норами грызунов или логовами степных гончих. Если здесь так же, с одного места можно взять двадцать пучков за раз, а то и больше. Это почти золотой.

Я прикинул: три таких рейда — и можно закрыть половину срочного долга. А главное, я знал анатомию гончих. Знал их повадки. В игре они набирали разгон, шли по прямой и не виляли — всё, что нужно для прямого колющего удара. Ну и преследовать могли до самого города, если тварь не убить сразу.

В общем, вариант реальный. Осталось понять, где именно тут такое растет.

Поспрашивав прохожих, я нашел городской филиал гильдии охотников.

У главного входа в гильдию было не протолкнуться. Десятка три воинов — кто в добротной броне, кто в штопаной коже — облепили широкое крыльцо и гудели, как растревоженный улей.

Я притормозил.

— … говорю тебе, это точно того стоит! Там, на севере, сейчас знаешь, какая жирная тварь прет? С-ранг недавно у города был! И зерна с каждого второго падают!

— Да и толку тебе с того зерна, ты все слои дерьмом забил! А магов все шесть человек будет!

— Да поменяю слой! Как раз вчера закалку добил!

Я протиснулся ближе, стараясь не привлекать внимания. У двери висел свежий приказ. Герб гильдии, внушительная красная печать. Пробежал глазами: сбор добровольцев на большой северный рейд, минимальный допуск — Е-ранг и выше, выдвижение завтра в полдень.

Вокруг возбуждённо переговаривались. Никто не выглядел испуганным. Люди потирали руки, обсуждали, сколько денег можно поднять с одного рейда, и прикидывали, кто с кем пойдет в связке.

Никто из этих людей не знал, куда они идут. И понятия не имели, что их ждёт. И хоть они обсуждали большую добычу, я понимал, что это начало конца. И скоро город будет лежать в руинах.

Я оставил этих людей предвкушать щедрую добычу, а сам отправился на поиски архива гильдии. Это оказался небольшой домик, примыкавший к основному зданию.

В игре для доступа туда было достаточно самого простого жетона, но можно было и заплатить за вход.

Что мне, собственно, и сообщил служка за столом. Целый серебряный. Да за такие деньги можно было комнату продлить еще на три дня!

— Выносить ничего нельзя. И портить тоже. — Сказал служка, когда я пошел к стеллажам.

Первым делом я подошёл к грубой карте, приколоченной прямо к стене. Она охватывала город и окрестности на полдня пути. Я провёл пальцем от города на юго-восток. Примерно в трех часа пути было два оврага и холмистая гряда, обозначенная мелкими зубцами. Обычно так и обозначались скальные места.

Сухая Талка. Название этому месту дала высохшая река, и выглядело оно подходяще: длинный овраг с пометками серого камня на склонах. Именно в такой местности росла медуница. Рядом был ещё один овраг, поменьше, без названия, но с похожими отметками рельефа.

Я взял оба места на заметку и пошёл к стеллажам.

К сожалению, общего каталога тут не было. Отчёты лежали вперемешку: рапорты патрулей, прейскуранты гильдии за разные годы, доклады о популяции монстров. Я выгребал всё подряд, пролистывал, откладывал. Нужное нашлось в двух документах.

В одном был отчет о сдаче охотником туш степных гончих, и большом количестве медуницы полтора года назад. Однако траву никто не выкупил. Она действительно использовалась в зельях не так часто.

И второй о выполненном заказе как раз на сбор медуницы, два года назад. И тот, и другой документ указывал, что добыча велась как раз в Сухой Талке.

Я вернулся к карте, провёл пальцем от тракта до Сухой Талки и дальше, к безымянному оврагу. Если в Талке гончие, есть шанс, что во втором овраге их нет или меньше. Но и медуницы там может не быть. Стоит проверить оба места.

Я закрыл глаза и представил. Широкий овраг. Каменистый склон. Ветер вдоль русла. В игре степные гончие всегда атаковали по прямой — инстинкт погони, зашитый в их примитивные мозги. Поэтому в игре я часто абузил эту механику, убегая от них в узкие места. Здесь такое вряд ли прокатит, полно места для фланговых атак. Значит, лучше не лезть в гущу, а работать с краю. Собрать сколько можно и уйти, прежде чем стая заметит и решит наказать наглеца.

План, по-большому счету, сложился.

Степных гончих я истреблял тысячами. Последний год в игре каждый новый билд начинался с зерна именно этой твари — Е-ранг на скорость, идеальный старт для девятислойного ядра. Я убивал их в песчаных каньонах, в выжженных степях, в руинах городов. И знал их слабости и повадки досконально. Но это было в игре. Здесь они могут отличаться. Я обязан помнить об этом.

Теперь, понимая своего будущего врага, я мог выбрать самое удобное оружие. Учитывая манеру атаки гончих, идеально было копьё. И мне не нужно слишком много навыков, чтобы упереть его в землю и направить в нужную сторону.

Да, идти в одиночку было опасно. Но, судя по тому, что происходило у входа в гильдию — все собираются в поход на север, и вряд ли я найду хороших напарников, которые не обдерут меня как липку при разделе добычи. Вспоминая случай с Риком я в очередной раз похолодел. Лучше одному. И срочно — потому что, как только в ратуше вывесят заказ Корна, в Талке будет не протолкнуться от желающих.

Когда я дошел до лавки, специализирующейся на древковом оружии, подзавис. Тут были обычные копья, глефы, пики, рогатины, и еще что-то мне неизвестное. Наконечники разных форм, и всевозможные древки. Взгляд зацепился за то, что у многих копий по древку шла стальная полоса. Увидев мои интерес, продавец пояснил, что это специальный сплав, который позволяет проводить Ци до наконечника без потерь.

От цены захотелось крякнуть — копья с полоской металла стоили от двух золотых. Самое простое стоило тридцать пять серебра. А еще была глефа с цельнометаллическим древком. Выглядела она так, что, реши я ей замахнуться, она просто меня перевесит. И за все это великолепие надо было бы отдать пятнадцать золотых. Я усмехнулся: будем считать, что это мне на вырост, когда стану горой тренированных мышц высокого ранга с кучей лишнего золота.

Однако, шутки — шутками, но сама концепция заставила задуматься.

Свой любимый билд через скорость я строил на двух коротких мечах. Ладно, этот путь для меня закрыт — он требует огромного количества времени на тренировки, да и с моим слоем регенерации тот билд не сделать.

Но можно сделать другой, действительно тяжелого воина с алебардой или глефой, с регенерацией и через техники сжигания жизни, которые резко повышали силу ударов. Регенерация лечила внутренние повреждение, а тяжелое оружие позволяло раскрыть все грани силы. Да-а-а… Не факт, что я пойду по этому пути, но грамотный билд выстроить смогу. Все-таки девять слоев дают простор для комбинаций.

— Так ты что-то брать будешь? — прервал мои мысли продавец.

— Да, возьму вот это. — я указал на простое копьё с ясеневым древком и листовидным наконечником, длиной около двух метров.

— Сорок, и я не торгуюсь

— Хорошо, — ответил я и отсчитал деньги.

Я отошёл в сторону и взвесил в руках копьё, стараясь почувствовать центр тяжести. Сделал выпад. Копьё ушло вправо, и я чуть не выронил его. Перехватил крепче. Ещё раз. Уже лучше.

Купив еще и средней паршивости нож, остался почти нищим. Пять монет серебра, как же это мало…

Нужную дорогу я нашел без проблем. Южное направление подкупало еще и тем, что всполохи были на севере, а значит, в эту сторону идти было относительно безопасно. Через час тракт вильнул, и я увидел ориентир, который запомнил по карте. Огромный расколотый валун, поросший мхом. От него налево уходила едва заметная тропа. Я сверился с картой в голове. Безымянный овраг должен быть ближе, сразу за пологим холмом. Сухая Талка была дальше, на восток.

Сначала я пошел к безымянному оврагу. Небольшой крюк, но много времени на этом не потеряю.

Он открылся буквально через полчаса. Сразу за холмом передо мной развернулась неглубокая каменистая впадина. Склоны пологие, усеянные мелким серым камнем и редкими пучками травы. Медуницы не было. Я спустился, прошёлся по дну, проверил оба склона. Ни одного пучка. Зато нашел немного солнечных цветов. Это был простой и дешевый ингредиент, но для моих новых трудов в алхимии в самый раз.

Ну, не густо, но и ладно. Все равно на этот овраг я особо не рассчитывал. Сухая Талка была основным вариантом.

Её я увидел еще через полчаса хода. Широкое пересохшее русло реки, переходило в скальный подьем. Подъем был довольно крутым — каменистые осыпи, перемежающиеся пятнами серого мха и редким кустарником. Склон же с моей стороны был почти полностью пологим, и если не знать, что тут была река, то можно было бы и не понять вообще, что это когда-то было её берегом.

И повсюду, на правом склоне, серебрилась медуница. Пучки росли коврами, прямо на каменистой почве, между выходами серого камня. И, к счастью, до них можно было добраться без скалолазания. Круто, неудобно, но можно.

Я осторожно спустился в устье реки. Ветер дул в лицо — хорошо, значит, гончие, если они здесь есть, находятся от меня с наветренной стороны и учуять меня пока не могут. Словно в ответ на мои мысли, где-то далеко, едва различимо за свистом ветра в камнях, тявкнула гончая. Ещё одна. Значит, стая здесь.

Я начал с нижних кустов, у самого подножия склона. Работал быстро, но осторожно: поддевал корень у самого основания и тянул плавно, чтобы не порвать хрупкие стебли. Из-за скальной породы корневая система была не развита, и выходило все довольно легко. Пучок за пучком отправлялись в мешок.

Закончив с нижним краем, я поднялся выше. Здесь склон становился круче, камни осыпались под ногами, но всё ещё можно было стоять без помощи рук. Копьё я держал под левой рукой, готовый перехватить в любой момент. Гончие тявкали где-то за поворотом оврага, ближе, чем мне хотелось бы, но пока не показывались.

Пятнадцать пучков. Двадцать. Оглянувшись вокруг, я решал что делать дальше. Тявканье затихло, а метрах в трехста был еще один ковёр медуницы выше по склону — широкий, густой, десятка на три пучков. Он рос на небольшой каменистой площадке метрах в двадцати над дном оврага. Заманчиво. И опасно — площадка была открыта со всех сторон.

Я полез в ту сторону. Камни осыпались под ногами, я хватался за кусты, за корни, толкал себя вверх. Копьё неудобно било по ноге. И не успел я преодолеть и десятой части пути, как услышал цокот когтей по камню и низкое рычание.

Я замер. Медленно, очень медленно перехватил копьё обеими руками и развернулся, прижимаясь спиной к склону.

Они вышли из-за скального выступа метрах в пятнадцати ниже по склону. Две гончие.

В игре я видел их сотни раз — угловатые, поджарые модели с дёрганой анимацией бега. Здесь они были совсем другими.

Размером с крупного волка, но телосложением больше похожи на гиену. Передние лапы длиннее задних. И эти лапы бросалось в глаза в первую очередь. Толстые, жилистые, с четырьмя острыми даже на вид когтями длиной с мой палец.

Шерсть — короткая, бурая, с проплешинами, под которыми перекатывались узлы мышц. Головы маленькие, с тупыми мордами и глубоко посаженными глазами.

Та, что слева, была чуть крупнее. Правая припадала на переднюю лапу — старый шрам, может, или просто природная асимметрия. Они медленно приближались и рычали без остановки, видимо, стараясь меня запугать.

Левая сорвалась первой. Без предупреждения — просто взорвалась движением, оттолкнувшись всеми четырьмя лапами. Я выставил копьё, уперев пятку древка в камень. Классический приём, когда инерция противника работает против него.

И кажется, гончая была не совсем безмозглой. Она попыталась извернуться, но в воздухе толку от этого было мало. Она налетело на копьё всей массой.

Вес твари был такой, что копьё едва не вырвало из рук. Наконечник с хрустом вошёл в грудь гончей по самое древко. Тварь взвизгнула, забилась, когтистые лапы заскребли по древку, оставляя глубокие борозды на дереве. Горячая кровь брызнула мне на руки, на рубаху. Я толкнул, и дернул копьё на себя, высвобождая, но не успевал. Вторая не стала ждать.

Она уже прыгнула сбоку, заходя слева. Я успел только слегка отшатнуться,но этого не хватило. Удар когтистой лапы пришёлся по рёбрам. Когти пропороли рубаху, прочертили огненные полосы по коже, и меня отшвырнуло вбок. Я рухнул на колено, бок взорвался болью. Кровь мгновенно пропитала рубаху.

Гончая не давала мне передышки. Она снова была в движении, заходила уже с другой стороны, припадая на больную лапу, но всё равно быстрая. Я рванулся вверх, выставил копьё — она ударила лапой по древку, отводя острие. Копьё ушло в сторону. Я попятился, споткнулся о камень, едва не упал. Попытки разогнать Ци по телу ни к чему не приводили. Я не мог ни на мгновение отвлечься от боя.

— Да чтоб тебя!..

Она прыгнула опять. Я уже не успевал нанести удар или упереть копьё, и просто выставил древко перед собой, как щит. Когти впились в дерево, гончая повисла передними лапами на копьё, и её морда оказалась в полуметре от моего лица. Из пасти несло гнилым мясом.

Я оттолкнул от себя копьё, рванул из-за пояса нож — и ударил. Хотел попасть в глаз, но гончая дернулась так сильно, что в итоге я просто хорошо полоснул по передней лапе, попав рядом со старым шрамом.

Гончая взвизгнула и рванулась назад. Нож остался у меня в руке, мокрый от крови. Тварь отскочила, гораздо сильнее припадая на раненую лапу. Нож попал неглубоко, но, видно, что-то задел. Она сделала ещё шаг назад. Потом ещё один.

Воспользовавшись передышкой, поднял с земли копьё и направил его на гончую, тяжело дыша. Бок горел огнём, но регенерация уже включилась — я чувствовал, как Ци из ядра потекла к ранам, стягивая края.

Гончая смотрела на меня. Я лихорадочно разгонял Ци по телу, готовясь к новой атаке.

Но тварь атаковать не стала. Она продолжала пятиться, а в один момент просто развернулась и побежала. И тут я подзавис.

В игре гончие не убегали. Никогда. Даже раненые, даже с отрубленными лапами — они ползли и пытались убить. А эта ушла. Оценила шансы и сбежала.

Я опустился на камень, прижал ладонь к рёбрам. Ладонь стала мокрой и горячей. Рана была длинной, но неглубокой — когти только вспороли кожу. Если бы я не успел отшатнуться… Если бы гончих было не две, а три…

Я взглянул на тушу. Над ней уже поднимался бледный, полупрозрачный шар.

Я смотрел на него и чувствовал, как внутри что-то туго сжимается. Я уже знал, что увижу, ещё до того, как система услужливо подсветила строки перед глазами:

Зерно Степной Гончей.

E-ранг.

Пассивная способность: постепенное нарастание предела скорости при непрерывном движении.

Энергия Ци. (5/50)

Конечно. Конечно, оно.