— Значит, надо будет терпеть его издевательство, подгадать момент, и убить, — резюмировал Сайрус, выслушав мой план.

— Да. А чтобы до этого дожить, нам нужны щиты. И еще… Я понимаю, что это личное, но это может повлиять. Твой «взрыв Ци» это слой С ранга. Какая у тебя скрытая способность?

— Что? — не понял Сайрус.

Я нахмурился.

— На 99% закалки у всех С-ранговых слоев и выше открывается скрытая способность. Какая у тебя?

— «Взрыв Ци» у меня закален на четыре пятых — пожал плечами Сайрус.

Я почувствовал, как мои брови взлетают к потолку. Весь его билд строится от «взрыва Ци», а он даже не удосужился закалить его до 99%! И мало того, что на его «четыре пятых» он получает буквально половину от возможной Ци, так еще и свойство не открыл! А это ведь основы! Что за раздолбайство⁈

— Как так⁈

— Не дерзи. Не всегда всё в жизни складывается так, как ты хочешь. Иногда рядом появляется зерно, которое стоит слишком много, чтобы его терять. Полная закалка может занять год. А про эти скрытые способности я вообще в первый раз слышу.

Так, что же делать… Думай голова, думай. Сколько там у Сайруса Ци, шесть–семь сотен? Учитывая слои, у него по моим расчетом две Е-шки, две Д-эшки и одна Цэ. И если у него ядро на шесть слоев, может, что-то еще. Даже если он вложит все это в один «взрыв Ци», и нанесет его в уязвимое место, этого не хватит. Нужно минимум в полтора-два раза сильнее.

— Какая у тебя техника ядра?

— Что? Ты не офигел?

— Тебе нужно Сердце разлома или нет? Если мы не завалим ту тварь, мы его не возьмем. А мы его не завалим, если я не буду знать всё, на что ты способен.

— Ядро Синей Пучины, — хмуро ответил Сайрус.

Ага, кто-то у нас мажор. Шесть слоев, двадцатипроцентный бонус к восстановлению Ци, перезапись. Десять золотых…

— «Каменная кожа», «взрыв Ци», «стальной покров», «рывок рептилии», «легкий шаг». Все верно? Какой шестой слой?

— «Двужильность», — сказал Сайрус, выпучив глаза. Да, понимаю, не очень приятно обнаружить, что какой-то сопляк тебя считал на раз. Но мне надо было закрепить эффект, полученный от булыжничка короля обезьян.

— Общий объем Ци? — спросил я, не давая ему опомниться.

— Верх С ранга. — ответил Сайрус. Ага, значит, где-то восемьсот. Чуть лучше, чем я думал. Двужильность тоже C ранг. Так вот чего он такой выносливый, почти не спит и все остальное. Мог бы и догадаться…

Но, к сожалению, этого все равно не хватало. Я сел и начал перебирать в уме, что вообще в теории может помочь. Слой точно надо перезаписывать. У нас тут есть элитники, с которых можно получить зерно. Еще черные и рыжие обезьяны. Значит у нас есть три варианта зёрен…

Черные, с их криками — мимо. Рыжие с воспламенением Ци — тоже такое себе. По сути, ухудшенная версия «взрыва Ци». Элитки с их силовым парированием… Да, единственный адекватный вариант здесь. Как минимум, поможет дожить до того момента, как босс расслабится. А там — только надеяться на чудо.

Сайруса убедить получилось легко. И с тем, что менять надо камнекожу, и с тем, что на парирование. С прошлой элитки зерна не падало, значит надо найти еще. Две-три еще точно должно быть. И надеюсь, хоть с одной упадет…

Мы безуспешно исследовали пещеру в поисках командира обезьян, истребляя рядовых мобов, когда я увидел белую обезьяну и замер. Почему она тут? На такое я и рассчитывать не смел. Белые обезьяны были прислугой ледяного царя обезьян, совсем в другом данже. Чёрт, я впервые рад, что это не игра.

К сожалению, зерна из твари, расцарапавшей мне лицо, не выпало. Эта белая обезьяна метнулась ко мне рывком, а я был слишком удивлен, чтобы вовремя отреагировать.

— Есть хорошая новость, — сообщил я Сайрусу сразу, как освободился. — Если мы найдем еще такую же, и ты возьмешь зерно, то шансов с боссом станет гораздо больше.

— D ранг? Ты смеешься?

— Нет, не смеюсь. Ранги не главное. Способность, которую дает её зерно: рывок и усиление следующего удара в два раза. Главное начать наносить удар прямо перед рывком. Твой «взрыв Ци» станет почти в два раза эффективнее, и сам представь, какие перспективы это открывает.

Сайрус нахмурился.

— У меня уже есть рывок. Я не хочу его перезаписывать.

— Зачем? Ты меняешь камнекожу, как и обсуждали.

— Два рывка? Так никто не делает.

— У обезьяны рывок только технически. У него огромный откат, и ты вряд ли сможешь использовать его два раза. Считай, что это часть коронного удара, а не отдельная способность.

— Откат?

— Ну, задержка между повторными использованиями. Не знаю, почему она больше.

Да, помню как я обрадовался, когда увидел его в первый раз. Но по-большому счету сам по себе рывок был бесполезен. И был известен на форумах как один из компонентов обезьяньей «четверки», второй компонент — это «воспламенение ци» из рыжей обезьяны, и были еще два, которые кратно усиливали комбу. На этом примере новичкам часто объясняли силу синергий.

— Не нравится мне это, — дернул щекой Сайрус, — никто не берет два рывка, это во-первых, глупость, а во-вторых… — он замялся в тщетной попытке выдать мне хоть сколько-нибудь весомый аргумент. — А во-вторых, так просто никто не делает. Хотя я понимаю силу того, что ты говоришь. Я подумаю. Может ты вообще ошибся, и эта обезьяна была просто старая и седая.

— Никто не берет два рывка, да? И никто полную закалку не делает на зернах С ранга и выше? Как можно не знать про скрытую способность? Ты говорил, что делишься родовой техникой боя. Неужели у вас в архивах этого не было?

— Не твое дело.

Ну-ну. Носятся со своими суевериями, а базу не знают. Конечно, на секунду в душу закрался червячок сомнения — может, в этом мире закалка раскрывается иначе? Все-таки Корн ее обрисовал немного по-другому, от того, что знаю я. С другой стороны, скрытая способность прекрасно вписывается в теорию Корна.

Но в любом случае, про два рывка — чушь. Да, нельзя брать два одинаковых слоя, но это совсем другое. И доверять в этом плане Сайрусу мне не хотелось. А может, слишком нравилась идея комбинации. Она значительно облегчит бой с боссом… Конечно, даже с улучшенным билдом шанс победы все равно не был стопроцентным. Но он поднимался с условных тридцати, до семидесяти. Слишком много должно было совпасть… Я ведь никогда не ходил на короля обезьян в паре. Может, он даже не даст шанса ударить.

Мы еще часа три бродили по пещере, пока не встретили очередную элитку — двухметровую прямоходящую мускулистую обезьяну с щитом и палицей, которая уверенно вела в бой десяток монстров. Как-то получилось, что во время боя элитка оказалась рядом со мной, и ударила палицей. Я на автомате принял удар на копьё и очень об этом пожалел. Древко жалобно хрустнуло, но вроде выдержало.

Сайрус подоспел и разобрался с монстром, а я до конца боя молился, чтобы копьё не сломалось. Я уже привык к этому оружию, и лишаться его в месте, полном врагов, до боли не хотелось.

Когда мы(в основном Сайрус) разобрались со всеми врагами, я оглядел поле боя. Над элиткой поднималось зерно силового парирования.

Я посмотрел на него и невольно задумался. Что мне брать после регенерации? Идти по пути танка? Тогда подобное зерно бы пригодилось. Но моя закалка еще не дошла до половины, взять его я не мог. Да если бы и мог, не стал бы. То, что сделал Сайрус, бросив закалку на восьмидесяти процентах — чистая глупость. Для сравнения, слой на 90% закалки давал, например, 70 Ци, а на 100% закалки — 100 Ци. Всего десять процентов закалки увеличивали объем энергии почти в половину от предыдущего уровня. Не говоря уж о том, что на 99% у зерен начиная с С-ранга появлялись скрытые способности. Это было что-то вроде рулетки, с тремя-пятью результатами, каждый из которых мог увеличить пользу слоя с одной или другой стороны. Финальные 10% закалки самые важные, поэтому бросать раньше сотни — абсурд.

И ладно Сайрус, у него перезапись есть. А мне надо выжимать из каждого слоя максимум, если не хочу стать недо-воином. У меня шанса перезаписать слой и довести до идеала в подходящее время просто нет.

— Что, Рэй, думаешь все-таки стоит его взять? Или так и будем искать белую обезьяну? — усмехнулся Сайрус, видимо по-своему понял то, что я пялюсь на зерно.

— Надо искать, — покачал головой я, — командира найти всегда успеем.

— Из следующих может ничего не упасть.

Я вздохнул и развернулся к нему.

— Если хочешь, бери, я не пытаюсь тобой командовать. Просто я вижу в этом самый надежный шанс — для тебя взять Сердце разлома, а для меня выжить. Зачем оно тебе, кстати? — Предпринял я новую попытку узнать любопытную информацию.

— Не твое дело.

Я лишь пожал плечами. Сердце разлома по сути было кристаллом концентрированной маны, вроде эссенции закалки, только гораздо плотнее и мощнее. Ценная штука для магов. В обычных условиях такое не создать.

С каждым часом нашего похода Сайрус становился все мрачнее. Мы встретили еще двух командиров, которые, как назло, оставляли зерна, и больше ни одной белой обезьяны.

Внутренние часы сбоили, непонятно было сколько времени прошло, когда мы остановились в очередном тупике на привал. Костер разводить было не из чего, так что я просто пожевал осточертевшее вяленое мясо и улегся спать.

Ночь прошла на удивление спокойно. Я спал крепко, без сновидений, несмотря на абсолютное отсутствие комфорта. А Сайрус, похоже, так и просидел всю ночь, привалившись спиной к стене и напряженно прислушиваясь к каждому звуку. Оно и понятно: в случае нападения мы оказались бы запертыми в нашем тупике, как в ловушке. Я даже поблагодарил его за то, что дал мне выспаться. Он хмуро пробурчал, что в следующую ночь сторожить буду я. Да, настроение у него явно было так себе.

Однако в этот раз удача улыбнулась нам довольно быстро. Мы шли по очередному туннелю, когда услышали топот, а потом нам навстречу из ближайшей развилки выбежали обезьяны. Белые обезьяны. Впереди бежали две мелкие, они надсадно хрипели, словно утомленные долгой погоней. И сразу за ними, заметно хромая, неслась здоровенная белая обезьяна покрытая кровью, с мощным щитом, типа римского скутума. Сайрус среагировал быстрее начавших тормозить обезьян, и сразу же сделал рывок вперёд. Первая рядовая умерла не успев закричать, настолько стремительно развалил её воин. Вторая попыталась вильнуть, но Сайрус достал её в прыжке. А элитка…

Элитка даже не попыталась замедлиться или атаковать. Она бежала, прикрывая раненый бок щитом. Когда Сайрус преградил ей путь, она ударила щитом, словно надеясь оттолкнуть неожиданного врага и проскользнуть мимо.

Сайрус как будто знал, как именно атакует командир ледяных обезьян, изогнулся, пропуская удар мимо и возвратным движением вонзил клинок в монстра. Раздался глухой хлопок «взрыва Ци», но тварь была невероятно стойкой и выдержала удар. Правда, возможность бежать она потеряла, еще раз попробовала отмахнуться щитом, но Сайрус без проблем её добил еще парой удачных ударов.

Я в этом бою никакого участия не принял, но не особенно переживал по этому поводу. В моей голове упорно билась мысль — этого не может быть. Ладно пара белых обезьян в другом данже, но чтобы элитка… Что здесь вообще происходит⁈

Я с напряжением всматривался в туши. Есть! Над элитником и одной из рядовых белых мартышек засветились зёрна.

— Крепкая тварь, — как-то даже уважительно констатировал Сайрус. — Может стоит её зерно взять, что думаешь?

Я на всякий случай сразу обратился к внутреннему ощущению системы, прочитал надпись, и вскинул руки в победном жесте. Да! Оно!

Зерно белой ледяной обезьяны

D ранг.

Активная способность: Стремительный натиск — короткий рывок и усиление последующего удара.

Энергия Ци. (15/150)

— Тебе решать. Но не думаю, что есть смысл брать зерно элитника, если не планируешь забрать его щит и делать его своим основным оружием. — С небольшим запозданием ответил я. — А вот мелкая — это именно то, что нам нужно.

Я очень старался, чтобы мой голос звучал убедительно, хотя меня не покидали тревожные мысли. От кого или от чего убегали обезьяны? Напрасно я старался прислушаться. Ни звуков погони, ни каких-то других тревожных признаков. Я посмотрел на Сайруса, он стоял перед зерном и тоже хмурился.

— Меня беспокоит, что они вообще есть в этом разломе, и что с кем-то сражались. Ты чувствуешь тварей рядом? Своей техникой?

— Нет. Да. Они везде вокруг нас. И так было с того момента, как мы сюда зашли.

Ясно. В этих пещерах, полных монстров, его техника сбоила. Через стенку монстр может быть гораздо ближе, чем тот, что по прямой в другом конце пещеры, и прет прямо на тебя.

— Что-то не так? — спросил я минут через пять, наблюдая, как Сайрус просто стоял перед зерном.

Он поднял на меня взгляд, и я почувствовал, как по спине пробежались тревожные мурашки.

— Да, что-то не так. Никто не берет два рывка. Никогда. — С расстановкой произнёс Сайрус. Он пристально смотрел мне прямо в глаза, чего раньше практически никогда не делал.

— У меня к тебе много вопросов, умник. И когда всё это закончится, ты мне на них ответишь. — Сказал он, и протянул руку к зерну.

Я вздрогнул. Слишком уж этот его «умник» совпал с моими недавними опасениями. Но Сайрус больше не смотрел на меня, всё свое внимание сконцентрировав на зерне. Я заметил, как его пальцы немного дрогнули. Как будто он до последнего боролся с собой. Потом он коротко, резко выдохнул и коснулся сферы.

Светящийся шарик втянулся в ладонь Сайруса, и тот не двигался. Он стоял неподвижно пару минут, а затем оперся на стену пещеру и начал медленно сползать вниз. Его лицо исказила гримаса боли.

— Сайрус! Ты чего? Что случилось?

— Не лезь — прошипел он, пытаясь дотянуться до меча.

Я примирительно поднял руки и отошел:

— Хорошо, хорошо, не лезу.

Черт, что-то ему действительно поплохело. Изо всех сил я пытался сохранять спокойствие, не давая подступающей панике шанса угнездиться. Ну не может же такой крутой воин откинуться просто от зерна? И почему вообще ему так плохо? Это явно нестандартная ситуация, и что-то пошло не так. Может… Может это действительно из-за двух рывков? Неужели такое возможно?

Пока я лихорадочно думал, что могу сделать, взгляд Сайруса терял осмысленность. Он словно смотрел внутрь себя, но стоило мне попробовать подойти, как дернулся и что-то прошипел. Так, кажется, ему лучше просто не мешать. Просто не мешать.

Я немного отошел, пытаясь понять, где я накосячил. Надо больше доверять жителям этого мира? Да с хрена ли? Он не знает и простых вещей, почему я должен ему верить? Вот как понять, когда слушать их, а когда нет?… Странно все это. Вот бы с Корном сейчас поговорить. Он бы точно смог мне это обьяснить…

Пытаясь хоть как-то отвлечься, я подошел к туше элитника, с интересом рассматривая его здоровенный щит, покрытый тонкими линиями странного орнамента… Я даже взял его в руки, но эта стальная плита весила килограмм двадцать точно. С такой ношей в руке я и уйти далеко не смогу, не то что драться, держа одной рукой копье. Взгляд задержался на зерне, и всплыла подсказка системы.

Зерно командира ледяных обезьян.

С ранг.

Активная способность: Стальная воля — при активации на короткое время значительно повышает сопротивление всем видам урона.

Энергия Ци. (40/400)

Вроде бы прикольная штука, но абсолютно бесполезная, потому что требовала всегда таскать с собой этот обезьяний скутум. Этого не было в описании, но без большого щита слой работал очень плохо. Хотя, опять же, может просто баг в игре, а в жизни все адекватнее?.. Но проверять я не собирался.

Интересно, я вижу эти строчки потому что знаю, что это за зерна, потому что привык их так видеть, или потому что я уверен, что они дают именно это? М-да. Надо будет спросить у кого-нибудь, как конкретно они воспринимают информацию о зерне.

Время шло, я ходил взад вперед, попинывая камешки, стараясь унять свое беспокойство. Если Сайрус умрет, то я тоже долго не проживу. Что делать? Просто довериться судьбе?

Насколько я виноват в том, что произошло? Сайрус часто полагался на своё чутьё. И все-таки он сам принял решение взять второй рывок. В конце-концов, он мог заменить один рывок на другой, если это было слишком опасно, но, видимо решил пожадничать. Потому что терять основной рывок ему точно не хотелось.

На всякий случай посмотрев, дышит ли Сайрус, я тоже уселся на пол пещеры, привалился спиной к стене и прикрыл глаза. Сделать сейчас я ничего уже не мог, а изводить себя бессмысленными вопросами и беготнёй из угла в угол пещеры толку не было.

Когда зерно командира уже истаяло — а значит прошло больше часа, я наконец-то услышал звуки. Сначала подумал, что это Сайрус встает, а потом резко осознал, что звуки идут совсем с другой стороны. И с каждой секундой становятся все громче. Макаки, черт бы их побрал. Ну почему именно сейчас⁈

Звуки приближались. Стараясь не шуметь, я метнулся навстречу звуку, до ближайшей развилки, вглядываясь в полумрак туннеля. Около десятка низких теней, и одна стоящая на двух ногах. Командир со свитой. И они идут в нашу сторону.

Вот же дерьмо.

Я максимально быстро и тихо бросился назад, лихорадочно соображая. Бежать некуда. За спиной — Сайрус, так и не пришедший в себя, сидит, привалившись к стене, и даже не шевелится. Взвалить его на себя и куда-то тащить не выйдет. Мало того, что вряд ли подпустит к себе, так и поднять не смогу. И все равно догонят. Это пока я не дёргаюсь, и они не спешат, но стоит мне выдать себя хоть одним звуком, атаки не избежать.

Рука сама нырнула в мешок, нащупала огненные взрывные зелья. Осталось три штуки. Я хотел сохранить их все для босса, потому что удары алхимией он не отражает, но других путей я просто не вижу. Зелья мертвецам не нужны.

Я вытащил огненное зелье, и затаился за выступом стены, готовясь кидать. Я всё еще тешил себя мыслью, что обезьяны не повернут сюда, а пройдут мимо нас по развилке.

Чуда не случилась. Обезьяны целенаправленно повернули, и голосили все более возбужденно. Чуют запахи, или еще что-то, твари…

Размахнувшись, бросил зелье, целясь в пол перед ними. Стекло брызнуло осколками, и туннель на секунду осветило багровой вспышкой. А затем разгорелось пламя. К сожалению, у меня не получилось полностью перекрыть проход — я бросил зелье по центру, и там образовалась лужа огня, которую можно было обойти. Но шерсть все равно подпалит. Все еще тлела робкая надежда, что они не полезут.

Потрогав две оставшихся огненных склянки, я поморщился. Сколько эта лужа будет гореть, две-три минуты? Оставалось еще два — и главный вопрос, кидать еще, или пожадничать?

На секунду задумавшись, я вспомнил, в каком состоянии Сайрус, и бросил еще одно зелье. Очень вовремя — то ли особенно смелая, то ли её элитник на разведку кинул — но одна мартышка перелетела пламя, чуть не стукнувшись об низкий потолок и рухнула прямо в новый взрыв.

Раздался вопль, ударивший по ушам, пламя от второго зелья жадно лизало камень, на секунду ослепив меня. Тварь, упавшая в эпицентр взрыва, больше не двигалась, но притушила своим телом и так небольшой очаг.

Обезьяны на той стороне зашлись яростным визгом, отвечая на вопль товарки. В ушах звенело. Еще одна тень пролетела сверху, приземлилась, и начала верещать, сбивая с шерсти занявшееся пламя.

Я отступил на шаг, чувствуя, как адреналин захлестывает, смывая остатки усталости. Перехватив поудобнее копьё, больше не таясь, я заорал, перекрывая шум пламени:

— Сайрус! Вставай, твою мать!

Мартышка все-таки не зря была D рангом, и пламя сбила слишком быстро. С одной стороны зря я отошел, наоборот, стоило сократить дистанцию и добить, но новый десант мог быть слишком неожиданным. Что почти сразу и случилось. Вторая, третья тень…

Я оглянулся — Сайрус так и сидел, привалившись к стене, метрах в двадцати от меня. В голове билась одна мысль: нельзя дать им пройти. В бою мне нужно будет пространство, поэтому сейчас надо подойти ближе, чтобы было, куда отступать.

Сделав шаг вперед я встретился с глазами-бусинами, полными злобы, и потушившая шерсть мартышка бросилась на меня с яростным визгом.

Я сделал шаг в сторону, пропуская ее рывок мимо, и ударил древком поперек хребта, вкладывая накопившуюся в копье Ци в удар. Хрустнуло, обезьянку отбросило обратно в лужу пламени. Первая готова.

Но за ней уже бежали две другие, а пламя предательски опадало. Снова сделав шаг назад, я бросил последний пузырек в маячившую за опадающим костром большую тень, и переключился на близкую угрозу.

Я снова заорал, просто чтобы выплеснуть рвущееся изнутри напряжение, и встретил вторую тварь прямым уколом. На этот раз я не жалел сил, наконечник, объятый Ци, с тошнотворным хрустом пробил грудную клетку. Не останавливаясь, я выдернул копье и, не дав телу упасть, пихнул его в сторону третьей, уже летевшей на меня. Та на миг запнулась, и этого мига мне хватило, чтобы мазнуть наконечником ей по горлу. Наконечник без Ци не смог пробить толстую кожу и шерсть, но удар явно был неприятным и дал мне пару драгоценных секунд, чтобы перевести дух перед новой атакой.

Третья тварь, получив наконечником по горлу, закрутилась на месте, захлёбываясь собственным визгом. Я не дал ей опомниться, вбивая пятку копья ей в морду, отшвыривая обратно в затухающее пламя, которое к этому времени уже почти погасло, но всё ещё шипело и плевалось искрами, когда на него наступали.

Я отступил еще на шаг, лихорадочно переводя дыхание, не забывая заряжать Ци в копье.

Третье зелье, видимо, попало неудачно, и уже тоже стремительно затухало. Через клубы дыма, воняющего горелой шерстью я увидел командира. Двухметровая туша стояла чуть поодаль, пережидая, пока пламя стихнет.

Еще четыре твари из свиты уже перемахнули через потухший огонь. Одна вырвалась вперед и заходила слева, пытаясь обойти меня по дуге. Я перехватил копьё и бросился ей наперерез, целясь в бок, одновременно краем глаза отслеживая элитника. Тот наконец шагнул в мою сторону.

Я встретил рядовую обезьяну прямым уколом в грудь. Та попыталась увернуться, но я довернул древко, и наконечник, усиленный Ци, всё же достал её, распарывая плечо. Взвыв, она отпрыгнула, а я уже разворачивался к следующей. Проклятье, они всё лезли и лезли.

Ещё две прыгнули одновременно — одна спереди, другая откуда-то сбоку. Я ушёл перекатом вправо, чувствуя, как воздух свистнул над головой от пролетевшего мимо тела, вскочил и ткнул копьём наугад, целясь в тень, мелькнувшую ближе всех. Конец древка вошёл во что-то мягкое, и я навалился всем весом, пробивая плоть глубже, и сразу выдернул.

Дыхание сбивалось, сердце колотилось так, что казалось, сейчас выскочит из груди. Я втянул воздух сквозь зубы и оглянулся на Сайруса. Всё так же. Сидит, не шевелится, и ни на что не реагирует. Сколько ещё он будет вот так? Минуту? Час?

Элитник неумолимо приближался, расшвыривая обгорелые туши. Оставшиеся три мартышки чуть рассредоточились, но явно ждали его приближения. Во мне шевельнулось глухое отчаяние. Даже против одного командира у меня шансов почти не было, разве что сильно надеяться на удачу. Против командира и трёх рядовых одновременно — совершенно никакого шанса.

Рядовая обезьяна наскакивала слева, обманными движениями отвлекая внимание, а командир рванул прямо на меня, с неожиданной для такой туши скоростью. Я отпрыгнул, палица пролетела совсем рядом с моей головой, обдав порывом ветра, и тут же почувстваовал, как кто-то вонзил клыки мне в многострадальную ногу. Я зашипел от боли, и тут же извернулся, вонзая копьё в вцепившиеся в меня мартышку, и сразу уходя перекатом в сторону.

Тварь критично меня замедлила, и я чувствовал, что не успеваю, но изо всех сил старался повернуться к командиру.

Он к этому моменту уже замахнулся. У меня не было времени ни на что, и я выставил копьё поперёк груди, блокируя удар, и стараясь отшагнуть. Палица обрушилась на древко. Я влил в дерево остатки Ци, надеясь, что это хоть как-то смягчит удар, но треск, который я услышал, был оглушителен. Древко переломилось пополам. Я отлетел к стене, ударившись спиной о камень так, что искры из глаз посыпались, а в руках остались два бесполезных обломка.

— Сайрус! — заорал я, срывая горло. — Сайрус, твою мать, вставай! Сайрус!!!

Ответа всё так же не было.

Справа метнулась очередная тень. Я отшатнулся, пропуская её мимо, и тут же понял, что она бежит к Сайрусу.

Время словно замедлилось. Я увидел, как мартышка несётся к неподвижно сидящему у стены воину, как её пасть открывается в предвкушении, а когтистые лапы тянутся к беззащитному горлу. В моей голове билась только одна мысль: нельзя. Нельзя дать ей добраться. Не знаю, откуда только сила взялась, но я рванулся с места, вбивая обломок копья в ногу обезьяне, опрокинул её на землю и принялся лупить обломком.

И тут удар палицы пришёлся мне ровно в бок.

Мир перевернулся. Миг полёта, а потом всё исчезло — и воздух, и свет, и звук. Я не отключился, просто лежал, напрочь впечатанный в камень, не в силах пошевелиться. Дышать было нечем. Рёбра горели огнём, перед глазами плыли багровые круги. Я попытался подняться, но руки не слушались, а тело будто приросло к полу.

Я приземлился совсем рядом с Сайрусом, и понял, что он сидит с открытыми глазами.

Я смотрел на него бесконечно долгие секунды, не понимая, может это предсмертная галлюцинация?

Но он оперся о стену, с трудом встал и закашлялся. А потом снова посмотрел на меня.

— Я же говорил тебе, никто не берет два рывка. Умник херов.