Ригану повезло, что у него сегодня был выходной. Если бы он был на смене, я не был уверен, что Барретт остался бы в живых. Либо так, либо Риган трахнул бы его до полного подчинения.

— Пять минут, — глухо прорычал Райден рядом со мной.

Я еще не был готов срываться с цепи. Да, Барретт вел себя как заноза в заднице и опаздывал на пять минут, но я уже уяснил, что копы не всегда приезжают точно в назначенное время. Барретт прекрасно знал, что я за человек. Он не заставлял меня ждать постоянно, а значит, его что-то задержало.

Наконец, спустя восемь минут после назначенного времени, дверь открылась, и он вошел. Его волосы были в беспорядке, словно он слишком много раз запускал в них пальцы.

Он опустился за стол перед нами.

— Прости, мне пришлось ответить на звонок.

Окинув взглядом комнату, Барретт оценил обстановку, проверяя, не подслушивает ли кто.

Этот ресторан принадлежал мне, и я знал, что здесь чисто. Мы сидели в углу, спиной к стене — так, что подобраться к нам сзади было невозможно. Никто не мог подкрасться к нам незаметно, и мы находились достаточно близко к кухне, чтобы при необходимости уйти через нее.

— Говори, — процедил Райден. Ему и его брату нужно было куда-то девать свою агрессию. Они были преданны мне, что я ценил, но я предпочел бы, чтобы они берегли свою злость для тех случаев, когда она действительно оправдана.

— После того как ты сказал мне, что бывшая Лиланда определенно спит с офицером, я нанес ей визит. Услышав внутри шум борьбы, я выбил дверь. Жаль, что у меня в руках не было камеры, потому что зрелище открылось знатное. Она прижимала ногу к шее нашего офицера, а к его голове приставила пушку. Как только она увидела меня, то отпустила его, опустила пистолет и подняла руки. Он пытался заявить, будто она его заставила, но сам был голым, а его член стоял так, что им можно было стены пробивать. Я велел им одеться, а затем разложил все по полочкам.

Он сделал глоток воды, которая ждала его на столе, и продолжил:

— Я спросил в лоб, чего она добивается. Если бы она не раскололась, я бы арестовал ее за нападение на полицейского и по куче других статей. Она быстро запела. Ее счета копились, и ей нечем было платить. Лиланд не оставил ей ни цента. Это ее взбесило. И неважно, как давно они развелись. Она думала, что если подставит тебя, то сможет шантажировать. Она собиралась потребовать у тебя деньги в обмен на то, что они заберут заявление.

— Я ничего не слышал ни от нее, ни от него.

— Ну, от него ты бы ничего и не услышал. Он пытался строить из себя честного копа, но на деле оказался дерьмом собачьим. Просто делал все, что она хотела. Его задница тоже не купалась в роскоши. Она и его использовала. И все ради того, чтобы добраться до тебя, ведь деньги у тебя. Я сказал им, что все обвинения должны быть сняты. Что ей нужно пойти в участок и заявить, что она просто расстроенная бывшая, которая хотела откусить кусок от пирога Лиланда. Если она этого не сделает, я ее арестую. Я опоздал, потому что ждал звонка. Она все выполнила, и офицер тоже не вякнул ни слова.

Я откинулся на спинку стула.

— Ладно, значит, у меня все чисто.

— Не так быстро. Все ее слезы лишь укрепили их в мысли, что им нужно найти повод упрятать тебя за решетку. Мое начальство требует, чтобы все продолжали копать. Тем временем бывший Вейла внезапно сблизился с шефом. Он заходит в участок как к себе домой. Я знаю, что ты хочешь защитить Вейла. Просто будь осторожен. Гил — змея, которая точно знает, куда ползти. Я не удивлюсь, если он трахается с шефом. Гил скользкий как черт, так что это вполне в его духе. У него полно людей на побегушках. Шеф — крупная рыба. Гил к чему-то готовится. Мое предположение — это напрямую связано с тобой.

Это было не то, что я хотел услышать, но и неожиданностью это не стало. Мой человек следил за этим куском дерьма, домашним тираном Вейла, ходил за ним по пятам и фиксировал каждый шаг. Но тот особо ничего не предпринимал. Я уже знал, что он наведывается в полицейский участок в Восточном Дреместе и что он купил кондоминиум на моей половине города. Теперь он находился на моей территории. Чего я не понимал, так это насколько близко он сошелся с шефом. Мой парень этого не засек. Конечно, у меня были копы на прикорме, но они не сливали мне вообще все. Большинство из них использовались для того, чтобы заминать разное дерьмо или выполнять поручения, когда мне это требовалось. Барретт же, напротив, без лишних расспросов сам рассказывал мне всё необходимое. Возможно, мне следовало доверять ему больше, чем обычно.

Эта мысль быстро испарилась. Пока он работал там, ему не видать моего расположения. Он прочно застрял посередине. Не в чёрном списке, но и не в фаворе. Просто болтался там, ожидая возможности доказать, что не всадит мне нож в спину. Любой из копов, которым я платил, мог это сделать. Именно поэтому у нас все строилось на взаимных услугах. У меня был компромат на каждого из них. Грязь, в которой я мог бы их похоронить, если бы они пошли против меня. Я все равно платил им, желая показать, что нуждаюсь в них. К тому же это подкрепляло мое досье на них по факту получения взяток, если они вздумают переметнуться.

Подняв руку, я подал знак официантке нести еду. Барретт ел только в том случае, если снабжал меня ценными сведениями, что он и сделал. В знак признательности я его покормлю.

Минуту спустя подошла официантка с тремя тарелками филе-миньон и гарниром. При виде этого блюда у Барретта округлились глаза. Он подождал, пока она отойдет на безопасное расстояние, прежде чем заговорить.

— Не ожидал, что ты меня покормишь. — Его глаза встретились с моими. — Я никогда здесь не ел. Всю жизнь прожил в этом городе, бесчисленное количество раз проезжал мимо этого места с тех пор, как ты его купил, и ни разу не заходил.

— Почему нет? — спросил я.

— Не могу себе позволить.

— Я хорошо тебе плачу.

— Да, но у меня есть другие дела, о которых нужно заботиться. — И это было правдой. Это его история, не моя.

Райден ел, но не сводил глаз с Барретта, словно тот в любой момент мог выхватить пушку и прикончить меня. В прошлом у него было много возможностей сделать это. Точно так же, как и у меня. Я мог бы убить его давным-давно.

Барретт положил вилку и смерил Райдена свирепым взглядом.

— Серьезно, что за херня с тобой происходит? Твоего брата я понимаю. У нас с ним эта тема с враждой, где, если бы мы трахнулись от ненависти хотя бы раз, ну или раз десять, мы бы, может, и пережили это. Но между тобой и мной ничего нет.

— Ты бесишь моего брата, следовательно, ты бесишь и меня тоже.

Я ел, пока они препирались, предоставляя им самим со всем разобраться. Черт, может, я и правда размяк. Надо будет поскорее кого-нибудь убить, чтобы прийти в норму. Лиланд был мертв, так что за ним я прийти не мог. Вейл велел мне не трогать его бывшего. Сделал ли арендодатель Хартли то, что я ему велел? Я всегда мог пригрозить ему. Но это тоже казалось неправильным. Блядь, я теряю хватку.

Я грохнул кулаком по столу, заставив посуду зазвенеть. И Райден, и Барретт тут же уставились на меня.

— Что, блядь, со мной происходит? — прорычал я. — Я не размяк.

— Ни в коем случае, сэр, — моментально отозвался Райден.

Барретт ухмыльнулся. Мне захотелось воткнуть ему вилку в глаз.

— Оставим все остальное в стороне, Джордан, но ты влюблен. Я понимаю, почему в твоем мире это считается плохим знаком. Теперь у тебя появилось больше уязвимых мест. Но это также и круто. Мало того, что ты регулярно получаешь в два раза больше члена, так ты еще встретил и удержал мужчин, которые знают, чем ты занимаешься, и им плевать. Или не плевать, но они просто это принимают. — Он пожал плечами и вернулся к своему стейку.

— Я не могу быть мягким. Мягких убивают. У меня бизнес, который нужно вести, дерьмо, с которым надо разбираться. Я не могу иметь дело с этим… этим… — Проклятье.

Я схватил нож для стейка и запустил его через всю комнату, так что он, перевернувшись в воздухе, вонзился в стену. На его пути никого не было, хотя мне было плевать. Альберт, который сидел у двери, поднялся и подошел к ножу. Он вытащил его из стены, вытер пыль от гипсокартона о свое бедро и сел обратно. Мужчина даже бровью не повел. Он использовал его, чтобы резать свой, блядь, стейк.

Барретт тихо рассмеялся и покачал головой.

— Я повидал и натворил много разного дерьма, но рядом с тобой скучно не бывает. В дартс играешь? Могу поспорить, ты хорош.

Я наколол кусок стейка на вилку и злобно зажевал.

Размяк. Я покажу всему миру, что я не размяк. Единственное место, где я позволю себе быть таким, — это рядом с Вейлом и Хартли. Они не заслужили моей злости. Они были хорошими, милыми и такими, блядь, горячими в постели.

На столе завибрировал мой телефон. Я взглянул на экран и увидел, что мне прислал сообщение сын. Я не мог вспомнить, когда такое случалось в последний раз. Обычно это Дексен выговаривал мне за то, чего я не сделал.

Джордан: Завтра ужин у нас дома. Только мы вшестером и те охранники, которых ты возьмешь с собой. Шелдона оставь дома. От него у меня мурашки по коже.

Моей первой инстинктивной реакцией было ответить, что у меня планы. Но я пытался выстроить более здоровые отношения со своим сыном. Мы продвинулись вперед. Если я откажу ему, это отбросит нас на десять шагов назад.

Я: Какой-то особый повод?

Джордан: Ага, хочу повидаться со своим стариком.

И вот я сидел, не находя слов. Мне действительно нужно было взять себя в руки.

Я: Время?

Джордан: В 7. Одежда повседневная, хотя я знаю, что ты придешь в костюме. Упоминание про одежду касалось Вейла и Хартли. Вейл здесь уже бывал, а Хартли еще нет.

Я еще не водил их на свидания. Это нужно было исправить. Завтра будет ужин с сыном. На следующей неделе — свидание, которое мне предстоит спланировать. Возможно, Айрин сможет мне помочь. Или Ромео, раз уж он теперь в отношениях.

На несколько минут я ощутил каждый из своих шестидесяти лет. У меня была нелегкая жизнь. Ничто из того, что я сделал, что построил или чего достиг, не досталось мне легко. Но я справился.

Наконец вернувшись в реальность, я ответил сыну, что увидимся завтра, и отправил сообщение Вейлу и Хартли, чтобы поставить их в известность.

Барретт в конце концов закончил с едой, пообещал оставаться на связи и скрылся за дверью. Никто не мог увидеть его внутри, разговаривающим со мной там, где мы сидели. К тому же посетителей еще не было. Когда мне требовалось это пространство только для себя, оно было моим. Плюс владения собственным рестораном.

Райден покачал головой, доедая остатки своего стейка и не сводя глаз с двери. Всегда начеку. Всегда прикрывает мне спину.

— Что? — спросил я его.

— Ничего, сэр.

— Говори свободно. — Иногда я не хотел слышать ни слова ни от него, ни от его брата. В другие моменты, как сейчас, мне хотелось узнать его мысли.

— Не знаю, зачем ты с ним возишься. Он умник, который считает себя неприкасаемым. Он подначивает Ригана.

— Им нужно трахнуться и выпустить пар.

— Это кажется простым решением, но у меня такое чувство, что от этого станет только хуже.