У меня на руках спал младенец, и я не мог быть счастливее. Моей племяннице было всего семь месяцев, и она была самой милой малышкой из всех, что когда-либо рождались на свет. Кэт то и дело пыталась забрать ее у меня, чтобы уложить в кроватку, но я не отпускал девочку. Мне нужно было это умиротворение в жизни. Присутствие Айви меня успокаивало.

С той потрясающей ночи с Джорданом и Хартли жизнь полетела с безумной скоростью. Прошла всего неделя, но за эту неделю я уже успел переехать к ним. Свой дом я сохранил, не желая от него отказываться. Если наши отношения развалятся, мне будет куда пойти. Это была подушка безопасности. Та, в которой я отчаянно нуждался после всего, что произошло с Гилом.

И это приводило меня к другой проблеме. У Джордана был человек, следивший за Гилом, и у меня тоже. Джордан не любил обсуждать моего бывшего, и это к лучшему. Для меня это тоже была не самая любимая тема. Я боялся, что Гил может навредить Джордану. Да, мысль о том, что он может хоть близко подобраться к Джордану, чтобы ранить его, казалась смехотворной. Но Джордан ведь все-таки человек. Его можно порезать, застрелить, он может умереть.

Гил стал проводить больше времени в своем кондоминиуме в Западном Дреместе. Во мне копошилась тревога, словно он что-то замышлял, именно поэтому сегодня я и пришел к сестре и двум ее детям.

Я любил их, но своих детей заводить не хотел. Приятно было баловать племянницу и племянника, а потом оставлять их с родителями, возвращаясь к своему миру и тишине. Мой племянник спал, так что в доме царила блаженная тишина.

Кэт вошла в гостиную, где я сидел. Длинные розовые волосы были убраны в высокий хвост. Кэт была высокой и поджарой, не моего роста, конечно, но в ней было около ста семидесяти восьми сантиметров. Если поставить Хартли рядом с ней, она окажется выше него.

Она говорила вполголоса, устраиваясь в огромном кресле и поджимая под себя ноги, пока держала в руках кружку с кофе.

— Так, давай проясним ситуацию. Ты переехал к Джордану Альтаиру, боссу мафии. Человеку, с которым никто во всем городе не хочет иметь никаких дел.

— Ага.

— Может, это наконец-то положит конец тому, что Гил не дает тебе прохода.

— Я сказал Джордану не приближаться к нему.

— Какого хрена ты это сделал?! — прикрикнула она, но тут же осеклась, услышав тихий писк своей дочери. — Да пусть Джордан убьет Гила.

— Кэт…

— Я знаю, что ты не хочешь этого слышать, но ради всего святого, Вейл. Спусти зверя с поводка. Гил годами издевался над тобой. Пора покончить с этим раз и навсегда.

Кэт тогда раз за разом пыталась заставить меня уйти от Гила. Я уходил, но только для того, чтобы Гил снова затягивал меня обратно своими извинениями и обещаниями, что это больше не повторится — пока в одну из ночей все это не стало чересчур.

— Все не так просто.

— Позволю себе не согласиться. — Она сделала глоток кофе.

— Очередное насилие — это не выход.

— В данном конкретном случае…

— Я ни за что не познакомлю тебя с Джорданом. Ты на меня плохо влияешь.

Она усмехнулась:

— А то ты не знал. Если бы я думала, что мне это сойдет с рук, я бы сама пришила Гила.

— Господи, Кэт. У тебя дети.

— И у меня есть брат.

— Со мной все в порядке.

— Тебе перепадает куча членов. Еще бы с тобой было не все в порядке.

Я застонал и откинул голову на спинку дивана. Я любил свою сестру, но с ней было непросто.

— Послушай, — снова начала она. — В твоей жизни сейчас открылась новая глава. И хотя мне не особо улыбается мысль о том, что ты крутишь шуры-муры с известным преступником, он по крайней мере защитит тебя. Плюс ко всему ты теперь вместе с милашкой Хартли. Я видела его в прошлом году, кажется, сейчас уже точно не вспомню. Я моталась по делам в Западном Дреместе, а он стоял в соседнем ряду. Прежде чем я успела что-то сказать, он уже пошел к кассе. Мне не хотелось его отвлекать, так что я пошла дальше по своим делам. А из него вырос тот ещё красавчик.

Откинув голову на спинку, я снова посмотрел на нее:

— Ты же только что назвала его милашкой?

— Милашки тоже могут быть горячими. К тому же тебе нужен кто-то мягкий, чтобы уравновешивать всю эту перчинку в мистере Альтаире. — Она поиграла бровями.

— Ты сейчас говоришь прямо как один из его охранников, когда называешь его так. — Не «горячий», а «мистер Альтаир».

— Почему бы тебе не пригласить меня в гости, чтобы я могла познакомиться со всеми этими сексуальными мужиками, а потом мы устроим детальный разбор полетов?

— Не в ближайшее время. И вообще, разве Дана ничего не скажет по поводу того, что ты засматриваешься на толпу привлекательных мужиков?

Она пренебрежительно фыркнула:

— Я видела танцоров в «Untouchable». Если уж он не возражал против того, что я обмахивалась веером, глядя на них, то и из-за охранников Джордана не станет париться. Вот только в дом к Джордану он бы меня, возможно, не пустил. — Она сделала еще один глоток кофе.

— Это уж точно.

— Ему и сама идея того, что ты там находишься, не особо нравится, но он понимает, что Джордан и Хартли делают тебя счастливым, поэтому и не поднимает эту тему.

— Я рад.

Я очень уважал Дану и считал его братом. То, как он учил меня готовить, как привел меня в «Untouchable», где я встретил столько потрясающих людей, — я буду вечно ему благодарен. Но это не значило, что я хотел бы видеть его вмешивающимся в мои отношения.

— И что теперь, раз уж ты пока не разрешаешь мне прийти в гости?

— Теперь я просто живу сегодняшним днем, делаю все то же, что и обычно, но только теперь у меня за спиной повсюду таскается хвост.

— На Олли весьма приятно посмотреть.

Кэт отпила кофе, покосившись в сторону входной двери, за которой стоял Олеандр. Он предпочел остаться снаружи, чтобы не нарушать наше уединение.

Я повел плечом.

— Ты видишь только Хартли и Джордана. Я так рада, что у тебя все хорошо, Вейл. Без шуток, если Джордан заставляет тебя улыбаться — держись за него.

— Я бы не смог его отпустить, даже если бы попытался. Он перевез Хартли к себе только потому, что у того не было отопления. Даже не спросил его, просто поставил перед фактом, что тот переезжает.

— Все эти замашки альфа-самца могут чертовски заводить.

— В умеренных количествах и в определенных ситуациях. Мне не нужно, чтобы кто-то снова пытался управлять моей жизнью.

— Он уже пытался?

— Нет.

— Ну значит, это заводит.

Мы посидели немного в тишине, не чувствуя потребности разговаривать. Я мог бы и задремать, если бы не тихий звонок телефона моей сестры. Рингтоном стояла очень знакомая песня.

— Серьезно? — спросил я.

— А что? Ты же знаешь эту группу, Вейл. Я вношу свой вклад в поддержку «Ruined & Relinquished».

— И это никак не связано с тем фактом, что ты уже больше десяти лет пускаешь слюни по Дэшу Медоузу?

— Он бросил мне свою футболку на концерте. Я магнит для мужиков, ничего не могу с собой поделать. Как и с тем, что на меня попал его пот. Или с тем, что его футболка чертовски вкусно пахла.

— Фанатка, — пробормотал я.

Она высунула мне язык, а затем потянулась к телефону, чтобы ответить на звонок, прежде чем уйти в другую комнату. Мне нужно было как-нибудь познакомить Кэт с Дэшем. Она была бы в восторге от личной встречи с ним. Дана, возможно, приревнует, но переживет. К тому же Дэш был по уши увлечен Ромео и Тристаном. Не думаю, что кто-то вообще способен встать между ними.

Группа и их партнеры вернулись домой сегодня поздно утром. Джордан прямо-таки изнывал от нетерпения увидеть Ромео и Тристана. Он знал, что ему придется подождать, пока Пеппер закончит гостить у них, прежде чем он сможет лично убедиться, что они в порядке и здоровы. Плюс ко всему ему нужно было завезти Латте в дом Ромео. Тахо не слишком хорошо перенесет разлуку со своим другом. Мне придется устраивать для них совместные прогулки.

Кэт вернулась с телефоном в руке.

— Это был Дана. Хотел узнать, почему Олли все еще торчит на улице. Я сказала ему, что Олли не человек и холод на него не действует.

У них на доме стояли камеры видеонаблюдения.

— Возможно, ты права.

Олеандр не был таких же внушительных размеров, как другие охранники Джордана, но меня заверили, что он не менее смертоносен. Судя по всему, он продвинулся в организации после того, как его порекомендовал Шелдон. Когда я согласился переехать к Джордану, тот сказал, что теперь ко мне должен быть приставлен человек на постоянной основе — и речь шла не о том парне, который следил за мной раньше и о котором я уже знал. Этот будет со мной всегда. Я понимал, что Джордан иногда становится мишенью, хотя мне еще не доводилось с этим сталкиваться, да и не хотелось. Он говорил, что это благодаря тому, что он убил Лиланда. Это послужило четким сигналом для остальных, что с ним шутки плохи. Я не хотел знать деталей, но до меня доходили слухи, что инсценировка самоубийства Лиланда, которую они устроили, выглядела очень реалистично. Это было примерно все, что я желал знать.

Входная дверь открылась, и вошел Олеандр. Его темные волосы были убраны в пучок. Будучи одного роста со мной, но более поджарым, он вполне мог выглядеть устрашающе. На его лице застыло суровое выражение, пока он сканировал комнату в поисках опасности, но оно быстро смягчилось, стоило его взгляду упасть на Айви у меня на руках.

— Не возражаете, если я воспользуюсь вашей ванной? — спросил он.

— К холоду ты нечувствителен, но писать тебе все равно надо? — поинтересовалась Кэт. — Похоже, ты все-таки не совсем инопланетянин.

Его губы дернулись, словно у него готов был сорваться ответный колкий выпад, но он сдержался.

— Я вполне себе человек.

Кэт окинула его оценивающим взглядом с ног до головы.

— Я разрешу тебе воспользоваться ванной, если ты останешься внутри. Мой муж мне всю плешь проел из-за того, что ты замерзнешь насмерть у нас на крыльце.

Он кивнул.

Указав на коридор, Кэт произнесла:

— Вторая дверь направо.

Они жили в пригороде Дреместа, в большом ранчо-доме с огромным участком земли. Позади дома у Даны был огород, который он возрождал к жизни каждую весну и лето, выращивая кучу овощей, чтобы прокормить не только свою семью, но и соседей.

Айви зашевелилась у меня на руках. Сначала послышался тихий писк, который быстро перерос в плач. В этот момент вернулся Олеандр и спросил, можно ли ему подержать ее. Сперва я убедился, что Кэт не против, а затем передал Айви ему.

Едва малышка оказалась у него на руках, на губах Олеандра расцвела улыбка. А несколько секунд спустя его глаза наполнились слезами.

— Ты в порядке? — спросила Кэт и поднялась на ноги.

— Да, все нормально. Я… я больше пяти лет не держал на руках ребенка. У меня когда-то была дочь. Она прожила совсем недолго после рождения. Наш брак распался в течение года.

Он крепко прижал мою племянницу к себе, пока она тянулась ручкой, чтобы потрогать его за лицо. По щекам Олеандра покатились слезы. Боже, у меня прямо сердце разрывалось.

Когда я посмотрел на сестру, она тоже плакала. Она обняла их обоих и прижалась головой к плечу Олеандра.

— Приходи сюда в любое время, когда захочешь подержать моих малышей. В лю-бо-е. И я заставлю Дану приготовить для тебя что-нибудь вкусненькое.

В этом была вся моя сестра. Она была готова принять в своем доме любого, кто в этом нуждался. И пусть Олеандру не нужно было жилье, забота и поддержка моей сестры ему бы точно не помешали.

Я мог только вообразить, что бы она устроила, окажись Джордан и Хартли в ее доме. Хотя я уже видел, как Джордан ведет себя с Айрин. И я не переживал, что он может проявить жестокость к моей сестре. Если я что и понял, так это то, что у Джордана есть добрая сторона, которую он мало кому показывает.

Наблюдая за Олеандром и моей племянницей, я поймал себя на мысли, что хочу получше узнать охранников из штата Джордана. Я был уверен, что он проводит доскональную проверку каждого, прежде чем нанять. Но знал ли Джордан об их прошлом до такой степени? Знал ли он, что Олеандр до сих пор оплакивает потерю ребенка? А если добавить сюда все то дерьмо, которого они наверняка навидались, работая на Джордана, невольно задумываешься: а не стоит ли им нанять в штат штатного терапевта, чтобы помогать справляться со всем этим?

От мысли озвучить это Джордану у меня на лице появилась улыбка, с которой пришлось бороться. Он бы, наверное, посмотрел на меня так, словно у меня три головы. И тем не менее мне не терпелось вернуться сегодня вечером домой к нему и Хартли.