Прошло три дня с тех пор, как я узнал, что Лиланд пытается забрать то, что принадлежит мне. Пока я ждал возможности разобраться с ним, я откладывал переезд Хартли в свой дом, желая покончить с Лиландом, прежде чем делать следующие шаги навстречу мужчинам, которые пробились в мое холодное сердце.

Вейл оставался со мной до следующего утра, когда я сказал ему, что готов отдаться ему так, как он того желал. Вейл хотел, чтобы я принадлежал ему, так же сильно, как я хотел, чтобы он был моим. После нашего первого раза в постели мы отдохнули, поели, а потом снова потрахались. Этот цикл продолжался до тех пор, пока ему не пришлось уйти. Я пытался уговорить его остаться, но он сказал, что передышка пойдет нам на пользу, тем более что мне еще предстояло впустить Хартли в свою жизнь уже по-настоящему.

Вейл сказал, что он мой, и я поверил ему на слово. Но он не стал жить со мной. Пока нет, даже несмотря на то, что я мог обеспечить ему безопасность, в которой он нуждался. Вейл был независимым, как и Хартли. Мне нужно было действовать осторожно, чтобы словом или делом не оттолкнуть их. Но я знал себя: рано или поздно эти слова сорвались бы с губ — что они мои и должны всегда быть в моем доме.

Я не мог заглушить в себе собственника, как не мог заглушить желание пустить кровь тем, кто причинил мне зло. Что и возвращало меня к настоящему. Как только я разберусь с Лиландом, я смогу пойти к Хартли и сделать его своим. После этого я соберу нас троих вместе и покажу им, что значит для нас быть единым целым. Может, тогда я смогу убедить Вейла жить со мной. Он находился на другом конце чертова города, на западной стороне, куда мне было слишком далеко добираться.

К горлу подкатило рычание при одной мысли, что он там. Мало того, съемное жилье Хартли было далеко не из приличных. Он заслуживал хорошего дома со всеми удобствами, каких только мог пожелать.

Отношения давались мне нелегко. Меня все еще пугало то, что придется с ними сделать, если они меня предадут. Но еще сильнее пугала мысль, что их вообще может не быть рядом. Это было неприемлемо. Они были моими, и мне нужно было действовать соответствующе, пока кто-то другой не подумал, что может отобрать их у меня. Что касалось мудака-бывшего Вейла, я знал каждый шаг этого ублюдка. Я также знал, что он не отпустит Вейла так просто. Но Вейл не хотел, чтобы я приближался к нему, поэтому я и не приближался. Пока что. Если Гил сделает хоть один неверный шаг в сторону Вейла, я готов разобраться с последствиями вместе с ним — лишь бы он был защищен от того куска дерьма, с которым когда-то был.

Теперь мне нужно было прояснить ситуацию с Лиландом.

Прошло двенадцать часов с тех пор, как Кайли привезла его в одно из моих пустующих зданий на самой окраине города. Альберт сейчас вёз меня к месту, где я мог выполнить свою работу. Было бы слишком просто поручить это Ригану или его брату. Или чтобы Шелдон подсыпал что-нибудь в еду Лиланда и убил его таким способом. Мне нужно было послать сигнал не только ему, но и любому другому, кто подумает, что может забрать то, что я построил.

Когда мы подъехали, я увидел знакомого копа, прислонившегося к стене здания. Его машина без опознавательных знаков стояла в нескольких футах. Он был из тех, кому я платил за молчание и помощь. А еще он был одним из немногих, кого мне на самом деле не хотелось прибить при встрече.

Альберт заглушил машину и вышел, чтобы открыть мне дверь. Мой взгляд тут же переместился на копа.

— Барретт, что ты здесь делаешь?

Никто из моей организации не сказал бы ему, где я сегодня буду.

— У тебя там человек, которого я очень хотел бы видеть мертвым. Я выслеживал его. Он не самый умный мудак.

Я быстро осмотрел Барретта. Он был в гражданской одежде, но все равно мог передавать наш разговор кому-то еще. То, что я ему платил, не означало моего полного доверия.

— Ты чист?

Вместо ответа он снял куртку и стянул рубашку. Под ней он выглядел впечатляюще. На груди и животе перекатывались мускулы. Руки напряглись, когда он начал расстегивать джинсы. Жетоны, которые он носил, покачивались на шее на серебряной цепочке.

— Хватит, — сказал Риган и подошел к нему, чтобы обыскать.

Барретт ухмыльнулся.

— В чем дело? Не хочешь посмотреть, что у меня там припрятано?

— Мне насрать, какого размера у тебя член, если только это не пушка, — огрызнулся Риган.

— Ой, да ладно тебе. Я бы вставил тебе как надо.

Барретт не был излишне самонадеянным, но он знал, на какие кнопки нажимать, чтобы разозлить Ригана.

Когда обыск был окончен, Риган обхватил рукой горло Барретта и прижал его к стене здания. Я с удовольствием прислонился к машине и наблюдал.

Приблизившись к его лицу, Риган тихо произнес:

— Я сегодня не в настроении терпеть твое дерьмо, Медведь. Я здесь по делу, а не для того, чтобы ты меня, блядь, изводил. Если у тебя нет веской причины тратить наше время, я бы посоветовал проваливать нахрен.

Барретт не был тем человеком, над которым легко взять верх. Он доказал это, позволив Ригану действовать лишь до определенного момента, после чего вырвался из его хватки и повалил моего охранника лицом в землю, заломив ему руку за спину. Барретт уперся коленом в позвоночник Ригана и наклонился.

— Не хватай меня за горло, если только не трахаешь меня при этом.

Он потянул руку Ригана, пока тот не зашипел от боли, а затем отпустил его.

Поднявшись, Барретт схватил рубашку и натянул ее через голову.

— Как я уже говорил… — его глаза встретились с моими. — Мне нужно, чтобы Лиланд исчез. Он создает слишком много проблем. Помимо твоих личных терок с ним, он поднял шумиху, пытаясь сбыть целый грузовик оружия. Мой босс мало того что в курсе этого, так еще и дышит мне, блядь, в затылок, требуя разобраться. Вот только каждый раз, когда я пытаюсь прижать Лиланда за его преступления, он ускользает у меня из-под носа. Ты, наверное, хочешь его попытать, но мне нужно, чтобы это выглядело как самоубийство, чтобы я мог вывести тебя из-под удара. Твое имя всплывало в участке больше десятка раз с тех пор, как Лиланд попал на наш радар.

Я сдержал ругательство. Он был прав. Я хотел пытать Лиланда, но не мог этого сделать, если мне нужно было отвести от себя подозрения. Повернувшись, я сказал Альберту:

— Позвони Шелдону и тащи его сюда. Скажи ему привезти что-нибудь, что судмедэксперт легко спишет на самоубийство. И напиши Кайли, предупреди об изменении планов.

— Да, сэр.

Если бы только я мог попытать Барретта за то, что он испортил мне все веселье.

Риган отряхнул джинсы, направляясь ко мне, а в его глазах полыхала ярость. Они с Барреттом никогда не ладили. Барретт использовал любую возможность, чтобы свести моего охранника с ума. В какой-то момент я даже надеялся, что они потрахаются, просто чтобы выпустить пар. Но потом передумал. С моим везением они еще привяжутся друг к другу, и тогда мне придется разбираться с новой гребаной проблемой.

— Пошли, — сказал я Барретту.

Мы по одному зашли в здание — захудалый жилой дом, где разбитых окон было больше, чем целых. Я не мог убивать все время в одном и том же месте. Мне приходилось менять локации, чтобы люди не выследили меня и не просчитали, где я окажусь в следующий раз.

Лиланд находился в углу комнаты, его руки были подняты над головой и связаны в запястьях, так что он свисал с крюка на потолке. Его запястья кровоточили оттого, что вес собственного тела тянул его вниз. И, скорее всего, от слишком тугой веревки. Кайли явно с ним не церемонилась.

— Джордан, — выдохнул он, увидев меня. — Я так рад, что ты здесь. — Его взгляд то и дело перемещался на Кайли, которая сидела на стуле, поджав под себя ноги, и с легкостью подбрасывала и ловила нож. — Она же, блядь, сумасшедшая. Ты бы слышал, что она мне говорила, как угрожала.

Она фыркнула:

— Ты самое жалкое подобие мужчины из всех, кого я встречала. Единственная причина, по которой я не вырезала твой язык, чтобы ты заткнулся, — это то, что тобой должен заняться мистер Альтаир. — Кайли покачала головой. — Буду рада, когда он сдохнет. Он только и делает, что ноет.

Я остановился перед Лиландом, по одну сторону от меня стоял Барретт, по другую — Риган.

— В своем положении тебе некого винить, кроме себя. Я предупреждал тебя, что будет, если ты попытаешься забрать то, что принадлежит мне. А потом я узнаю, что ты пытаешься продать товар одному из моих покупателей. Ты думал, тебе это сойдет с рук?

— Я ничего не мог с собой поделать. Мне нужно было что-то предпринять, чтобы продвинуться наверх. Ты мне не помогал.

Наклонившись вперед, я приблизился к его лицу:

— Помогал тебе? Все устроено иначе. У нас была сделка. Оружие в обмен на встречу с дочерью сенатора. Я не виноват, что ее не было в стране, когда ты захотел ее увидеть. Но ты мог контролировать собственные действия. Теперь ты умрешь.

Его глаза округлились до предела:

— Ты не можешь этого сделать, не на глазах у копа.

Когда Барретт надел рубашку, он оставил жетон на виду. Он был умным парнем и, вероятно, хотел, чтобы Лиланд подумал, будто коп на его стороне и может помочь.

— Кто, я? — спросил Барретт. — Да мне насрать на тебя. Ты хоть представляешь, сколько работы подкинул мне на этой неделе? Я должен был быть в отпуске. Вместо этого я здесь, чтобы стать свидетелем твоей кончины. Одним мудаком меньше на моем радаре.

— Ты же давал присягу!

Барретт рассмеялся, а потом захохотал еще громче.

— О, какие истории я мог бы тебе рассказать. Но не стану, потому что ты мне не нравишься, да и, честно говоря, Джордану ни к чему лишний повод держать меня на крючке. Скажем так: я только приветствую все то, что с тобой сейчас сделают.

Лиланд снова уставился на меня, а затем его взгляд начал метаться по комнате в поисках того, кто, по его мнению, мог бы его спасти. Но это уж точно, блядь, был не я.

— Джордан, пожалуйста. Я отдам тебе все, что захочешь.

— Мои люди уже в пути, чтобы забрать весь твой товар и избавиться от тех, кто на тебя работает. Считай этот день своим последним на земле. Мне глубоко насрать на тебя, на твою семью и на всех остальных, с кем ты там терся. С меня хватит. У тебя был шанс, а теперь ты заплатишь сполна.

Рев подъехавшего «Ducati» Шелдона привлек мое внимание и заставил меня нахмуриться. И тут меня накрыла горькая правда: убить Лиланда так, как я хотел, не выйдет. Вместо этого придется его отравить.

Минуту спустя в комнату вошел Шелдон в облегающей черной кожаной куртке. Его светлые волосы были зачесаны назад ветром. В Пенсильвании действовал закон, разрешающий езду без шлема, и Шелдон регулярно этим пользовался, лавируя в потоке машин на своем байке.

Он расстегнул куртку, достал маленький флакон и протянул его мне.

— Что это? — спросил Барретт, не сводя глаз с жидкости.

— Не твое собачье дело, — отрезал я.

Я больше не спрашивал, что Шелдон подмешивает в свои яды. Один раз я поинтересовался, так он прочитал мне целую лекцию о каждом ингредиенте и его свойствах. На этом все и закончилось. Мне это было без надобности, я просто доверял ему и знал, что он сделает все как надо.

— И как ты объяснишь следы от веревки? — поинтересовался Барретт.

— Глупый мужчина, — цыкнула Кайли. — Если ты думаешь, будто я заранее не скопировала его почерк и не настрочила идеальную предсмертную записку на всякий случай, то ты понятия не имеешь, с кем имеешь дело. У нас есть запасные планы на любой расклад. На мистера Альтаира работают лучшие, а я мастер подделки почерка. — Она пожала плечами. — Это мое хобби. Могу поспорить, я и твой почерк скопирую. В общем, выходит так, что Лиланд любит, когда его связывают в постели, и все зашло слишком далеко. Ведь ты не единственный, кто пострадал, верно? — Она подошла и схватила его за подбородок. — Помнишь мужика, которого ты уложил в постель перед тем, как я тебя нашла? Того самого, который сбежал, когда понял, что я тоже в комнате? Если бы ты думал головой, а не своим членом, тебе не пришлось бы его убивать. — Ее лицо ожесточилось, и она отвесила ему пощечину.

— Я этого не делал! — поспешно выкрикнул Лиланд. Его глаза метнулись к Барретту. — Я никого не убивал.

— Нет, ты убил, — отчеканила Кайли. — Это было преступление на почве страсти. У меня есть записка и отпечатки пальцев, чтобы это доказать. Груз вины оказался для тебя слишком тяжел, и ты свел счеты с жизнью. А перед этим перечислил людей, перед которыми хотел извиниться за совершенные преступления. Этого вполне достаточно, чтобы снять с мистера Альтаира подозрения по некоторым из ведущихся против него расследований.

Барретт тихо свистнул:

— Черт, а ты хороша.

Кайли подмигнула:

— Я знаю.

В этот момент Лиланд сорвался на бессвязный лепет, умоляя и прося каждого в этой комнате спасти его. Я открутил крышку флакона и сжал Лиланду щеки, заставляя его открыть рот, чтобы влить яд прямо в горло.

Наблюдать за его смертью было далеко не так приятно, как если бы я пустил ему кровь. Но у него пошла пена изо рта, и он забился в конвульсиях, так что я все же получил некоторое удовольствие, глядя, как угасает его жизнь.

Кайли и остальные все приберут и вернут его в ту самую постель, где она его и нашла. Все будет обставлено как надо, и Лиланд возьмет на себя вину не только за свои собственные преступления. Еще одним мудаком на планете стало меньше. Если мне придется убирать их по одному, я это сделаю. Никто и никогда не заберет то, что я построил.