Глава 19. Марта

Утро началось со сломанного гребня, потому что я с остервенением расчесывала непокорные кудри и вырвала несколько зубьев. А все из-за моей боязни встретить Ланарита при свете дня, вдруг мне вчера не привиделось, и он реально прилетел. Хотя какая разница, решит свои дела с ректором и вернется на границу.

Тяжело вздохнув, я все-таки собралась и, не завтракая, поплелась в башню лекарского факультета. Работа меня должна отвлечь.

На кафедре царил привычный хаос. Студенты варили что-то подозрительно пахнущее, первокурсники бегали с криво забинтованными головами. Я уверенным шагом направилась в свою лаборантскую, предвкушая спокойный вторник в компании зелий и эликсиров.

— Берроуз! — голос магистра Кайлэна настиг меня у самых дверей.

Я обернулась. Хальтен выглядел аномально бодрым. Для человека, который обычно ненавидит все живое до обеда, это был очень плохой знак.

— Доброе утро, магистр. Эссе по ядам проверены и…

— Оставьте яды в покое, Марта. У нас пришла директива сверху. — Он радостно помахал перед моим носом свитком с гербовой печатью ректората. — Метапредметные семинары и интеграция факультетов. Боевики и лекари вместе, так как практика на границе принесла хорошие результаты.

— Сомневаюсь, — скривилась я, вспоминая, как боевики стали побаиваться нашего Брукса.

— А без разницы. Мы будем учить боевиков военно-полевому целительству, а они нас… ну, видимо, выживать в условиях их непроходимой тупости.

Я моргнула. Раз. Другой. Даже звучало не очень. Нет, боевому факультету преподавали лекарское дело, все же они должны уметь оказать первую помощь и хотя бы постараться не умереть до появления лекарей, но прям серия семинаров...

— И кто тот несчастный от нашей кафедры, которому доверят этот цирк? — уточнила я, подозревая, что ответ мне не понравится.

Хальтен широко улыбнулся.

— Ты, моя дорогая Марта. Ты проявила просто выдающиеся таланты на границе и прекрасно справлялась и с лекарями, и с боевиками. Так что вас ждут в деканате боевого факультета.

— А кто второй преподаватель? От них? — прищурилась я, чувствуя, как где-то под ложечкой начинает скрестись нехорошее ощущение.

— Не знаю, — легкомысленно отмахнулся замдекана. — Может, Мальтус Грон, раз он тоже с вами на практику летал.

По пути на боевой факультет у меня нервно дергался правый глаз. Я чувствовала подставу и не ожидала ничего хорошего. Секретарь пропустил без вопросов, и я сразу же прошла в кабинет.

И замерла, как вкопанная. Папка с моим расписанием с глухим стуком выскользнула из онемевших рук на пушистый ковер.

Эйдан Тенебрис сидел за своим столом и даже не прятал совершенно бессовестную ухмылку.

А в кресле для посетителей вольготно расположился Генрих Ланарит.

Мужчина грациозно повернул голову в мою сторону.

— Доброе утро, душа моя, — бархатисто произнес этот невыносимый ящер. Его зеленые глаза откровенно смеялись. — Готовы к семинарам?

— К… к чему?

Тенебрис кашлянул в кулак, тщетно пытаясь изобразить серьезность на лице.

— Марта, позволь представить тебе твоего напарника по новому метапредметному курсу. Специально приглашенный профессионал и большой практик, генерал Ланарит.

Я перевела ошарашенный взгляд с одного на другого.

— Вы… вы издеваетесь?! — Я ткнула дрожащим от негодования пальцем в сторону Генриха. — Какого кхара! И вы… Эйдан! Как вам не стыдно? Вы в сговоре с этим! Это ловушка! Произвол!

Задыхаясь от искреннего возмущения, я замахала руками. Мне хотелось швырнуть в них чем-нибудь тяжелым. И швырнула. Подняла свою папку и кинула ею в Генриха. Но он ее легко поймал и положил на стол.

— Знаете что? — Тенебрис бодро подскочил, сгребая в охапку какие-то случайные пергаменты. — У меня срочное совещание. Да. Чрезвычайная ситуация. Оставляю вас знакомиться с учебным планом. Постарайтесь не спалить мне кабинет, Ланарит!

Дверь за деканом-предателем захлопнулась быстрее, чем я успела набрать воздух в легкие для возмущенного крика.

Мы остались вдвоем. И Генрих, не теряя времени, поднялся из кресла и шагнул ко мне.

— Ты с ума сошел, — прошипела я, пятясь к выходу. — Вот что тебе надо?! Почему на границе не сиделось? Остланд стал резко безопасным соседом и нападения не боишься?

— Я оставил границу ради тебя, Марта, — абсолютно спокойно, без тени усмешки ответил он, делая мягкий шаг ко мне. — Хочу все исправить.

— Хватит! — Я выставила руки вперед, будто пытаясь отгородиться от него. — Ты выпил антидот! Приворот не работает. Отстань от меня...

— Я люблю тебя.

— Это побочный эффект! — истерично крикнула я, вжимаясь лопатками в дверь. — Скоро пройдет!

— Марта, выслушай меня. — Генрих сделал еще один шаг, сокращая расстояние между нами до обжигающего минимума. — Я много думал и понял, что не могу без тебя. Это не зелье.

— Ненавижу!

— О, драконьи боги, да поцелуйтесь вы уже! Никакой интриги, скукота!

Мы оба синхронно вздрогнули. Генрих чертыхнулся.

Голос раздался из небольшого зеркала, стоящего на столике у окна. По его мутной глади пошли рябь и волны, складываясь в недовольную физиономию.

— Ты кто? — без особого пиетета поинтересовался Генрих.

— Не твоего ума дела, солдафон, — презрительно ответил артефакт. — Девочка, он ради тебя бросил гарнизон. Ящерица страдает! Смилуйся! А ты, идиот, чего стоишь?! Прижми ее к двери! Раньше генералы были куда решительнее!

Вспыхнув, я резко обернулась к ухмыляющемуся Ланариту, ему советы болтливого зеркала пришлись по душе.

— Значит так, — с трудом взяв себя в руки, прошипела я. — Хочешь вести семинары? Вперед! Но ко мне — ни на шаг! Я не просила тебя приезжать. Делай что угодно, но от меня отстань!

Схватив свою папку, я вылетела из кабинета, громко хлопнув дверью. Последнее, что я услышала, был наставительный бубнеж артефакта.

Академия Крылатого Пламени сошла с ума за считанные часы.

Еще вчера меня клеймили стервой, которая хотела приворожить генерала, а сегодня все эти сплетни совершили опять головокружительный переворот. Ланарит не просто прилетел преподавать, а начал за мной ухаживать.

Куда бы я ни шла, всегда рядом оказывался Генрих. В библиотеке, на кафедре или в столовой. Садился со мной в читальном зале, забирал из рук тяжелые книги или помогал донести поднос до стола. И постоянно называл невестой. Это видели и слышали все.

Катастрофа.

Если раньше обо мне говорили с брезгливостью, то теперь мою личность обсуждали с трепетом и жгучей завистью. Студентки и ассистентки смотрели на меня как на королеву. Те, кто еще вчера фыркал мне вслед, теперь бледнели, кланялись и вжимались в стены, стоило пройти по коридору. Потому что я опять превратилась в без пяти минут леди Ланарит.

А я психовала и металась по своей лаборантской, как загнанная мышь. Мешала зелья, которые на нервной почве не получались, и отчаянно пыталась игнорировать тот ужасающий факт, что сама жажду его присутствия. Этот невыносимый дракон давно поселился в моем сердце.