Глава 15. Марта

Я почти сдалась.

Окончательной и безоговорочной капитуляции мешали только остатки здравого смысла и природная скромность. Я все еще пряталась от Генриха по ночам за толстой дверью своей комнаты и делала вид, что мы здесь исключительно ради практики.

Но кого я обманывала?

Все уже поменялось в наших отношениях. Присутствие Ланарита стало таким же естественным и необходимым, как воздух. Я позволила ему ухаживать за мной. И дракон умел это делать! Никаких банальных букетов. Вместо этого — горячий чай с шоколадкой после занятий со студентами. Теплый плащ, накинутый на мои плечи во время утренних или ночных обходов. Много заботы в обычных, повседневных делах. И поцелуи.

Генрих постоянно ловил в коридорах госпиталя, прижимал к прохладным каменным стенам и целовал так, что у меня не хватало дыхания. Я наслаждалась каждой секундой. Мои пальцы зарывались в его русые волосы, а сердце радостно билось об ребра. На большее Ланарит пока не намекал, словно почувствовал, что я паниковала. А я боялась, что он поймет, какая я неидеальная, и не подхожу ему. Мы жили в разных мирах. Наши отношения развивались чересчур быстро, нелогично и слишком сказочно. Пухлая ассистентка с кудрявым гнездом на голове недостойна волшебной любви лорда. Но отказать я ему тоже не могла и продолжала наслаждаться поцелуями.

К концу первой недели практики гарнизонная жизнь вошла в колею. Студенты-лекари научились строить боевиков и солдат, в госпиталь можно было заходить без риска лишиться конечностей, а Брунто при виде меня впадал в священный трепет и прятал нестерильные инструменты. Я привыкла и расслабилась.

И однажды вечером, стоя перед небольшим зеркалом в комнате, я посмотрела на свое отражение. Сняла очки. Распустила непокорные кудри, позволив им тяжелой волной лечь на плечи. И решила, что пора. Достала красивую ночнушку и накинула сверху шелковый халат. Самое интересное, что купила я его давно, но ни разу не надевала... а с собой взяла, даже сама не поняла как.

Но хорошо же, что захватила.

Хватит прятаться. Я хотела этого мужчину и заслужила хоть немного личного счастья!

Выскользнув из своей комнаты, я сделала два шага по тихому коридору и толкнула дверь генеральской спальни. Он никогда не запирал ее для меня. Так и сказал еще в первую ночь, что я могу приходить в любое время.

— Генрих? — позвала я, переступая порог с колотящимся сердцем.

Слова, которые я долго репетировала, сразу же застряли на языке. И я неловко замолчала.

В комнате царил полумрак. Магические светильники не были выключены, но приглушены до минимума. Генрих сидел в кресле, сгорбившись, словно под тяжестью неба.

На маленьком столике перед ним лежал магофон и мутный, переливающийся фиолетовым светом флакон.

Предчувствуя нехорошее, моя улыбка медленно сползла с губ, а в животе скрутился тугой узел в ожидании беды.

— Что-то случилось? — шагнула я вперед, еще надеясь на положительный исход. — Это по работе?

Генрих поднял голову и мрачно посмотрел на меня. В его зеленых глазах не было привычного смеющегося золота. Там плескалась концентрированная боль. Его взгляд обжег меня и, не выдержав, я попятилась.

— Ты использовала зелье? — Его голос прозвучал глухо, даже надтреснуто.

Не зная, что он ожидает от меня, я растерянно заморгала и поправила халат. Руки хотелось куда-нибудь деть.

— Ну да, — пожала я плечами, пытаясь вспомнить. — Заживляющее от порезов. А вчера еще от головной боли сварила. Хотела приготовить запас на...

— Нет! — крикнул Генрих и с силой грохнул кулаком по столешнице.

По дереву пошла трещина, а фиолетовый флакон подпрыгнул и жалобно звякнул.

От испуга я вздрогнула.

— Я не понимаю… — прошептала я, чувствуя, как холодеют руки. — О чем ты тогда спрашиваешь?

Генрих медленно поднялся и навис надо мной. Пугающий и абсолютно чужой дракон.

— О зелье, Марта. О любовном привороте. Чтобы я, как слепой котенок, решил, что ты моя истинная пара!

Голова закружилась, и я пошатнулась. Стало трудно дышать.

— Что?! — выдохнула я, и мой голос сорвался на хрип. — Да ты… Как ты смеешь?! Я?!

Я вцепилась руками в халат, пытаясь нащупать опору, потому что ноги отказывались меня держать.

— Сейчас я говорил с Рейвенхартом! — Генрих указал на магофон. — Еще в академии, когда у меня ни с того ни с сего сорвало крышу от тебя, они заподозрили зелье и сделали слепок моей ауры. На полигоне в тот день кто-то применил «Слезы Сирены» с сильной привязкой на кровь. И этот флакон, — подцепил он стекляшку двумя пальцами, глядя на нее с отвращением, — антидот, который создал Кайлэн специально для меня. Вот прислали драконом.

В ушах нарастал высокий звон, от поднимающегося давления.

— Ты думаешь, что это сделала я? — Мой шепот едва пробился сквозь этот звон. — Опоила, чтобы выскочить замуж?

В его глазах заметалась агония. Он хотел сказать, что нет, я это чувствовала, но разум побеждал, подтверждая сомнения.

— Ты была лучшей студенткой на курсе, Марта. Лучшей! Одна из немногих способна сварить зелье такой силы. И у тебя есть мотив... месть бывшему жениху.

Щелк.

Что-то огромное и хрупкое сломалось прямо в центре моей груди.

Все эти дни нежности, препирательств и украденных поцелуев… исчезли, расстворились из-за его слов. Я влюбилась в Генриха. Без памяти, как полная, непроходимая дура, поверившая в сказку! А он, оказывается, все это время допускал мысль, что я преступница. Одержимая стерва, которая накачала его приворотным зельем ради своих целей!

— Знаешь что, лорд Ланарит? — тихо произнесла я, чувствуя себя безумно нелепой в этом шелковом халате. — Скорее пей свой антидот. И не подавись.

— Марта… — Генрих сделал полшага ко мне, и в его голосе скользнула неуверенность, когда он увидел мои мертвые глаза.

Но я не стала больше ничего слушать и вылетела за дверь. Если он не любит меня, то и я вырежу его из своего сердца. Жила же без него!

Шелк халата, который пять минут назад казался мне знаменем моей смелости, теперь противно лип к ногам. Унизительная, жалкая тряпка. Если он желал меня только из-за приворота... то это объяснимо. Логично.

Захлопнула дверь своей комнаты. Щелкнула замком. Раз. Другой. Если бы здесь был засов, то я бы задвинула и его.

Внутри росло ледяное презрение к самой себе. Поверила! Растаяла, как наивная первокурсница на весеннем балу! Душа моя! Тьфу!

Сдернула с плеч этот проклятый шелк и швырнула его в дальний угол комнаты, как ядовитую змею. Туда же сиротливым комком полетела изящная ночная сорочка. Пошла в душ. Хотелось смыть его взгляд.

Вот бы собрать вещи и улететь в академию этой же ночью. Не видеть его больше никогда!

Но я не могла.

Пей свой антидот, генерал.

А я прекрасно жила без драконов двадцать пять лет. Проживу и дальше.